Другой.

Проснувшись, Маринетт увидела перед собой лицо спящего Феликса и тут же вспомнила вчерашнюю ночь. Она смотрела на любимого несколько секунд, а потом протянула руку и аккуратно, чтобы не разбудить, провела по волосам. — Такие мягкие… — тихо произнесла голубоглазая — Он такой милый… Парень не проснулся. Брюнетка села в кровати на колени, просидела немного и, наклонившись, закрыв глаза, поцеловала, мягко коснувшись его губ своими. Приподняв голову, она увидела, что глаза Агрест открыты. — Ты тоже очень милая, Принцесса, — улыбнулся ей блондин — но ты слишком медлишь. Мари покраснела, осознавая, что парень всё это время не спал, и в ту же секунду закрыла его голову подушкой, «чтобы не болтал тут лишнее». Девушка встала с кровати и, почувствовав тугую боль внизу живота, ойкнула. — Ты как? — подскочив, спросил голубоглазый. — Всё хорошо, просто ещё немного болит. Она оглянулась и увидела на простыне небольшое пятно крови. «Надо будет постирать сегодня» — подумала Чен, и стала одеваться, что сделал и Феликс. — Филь, ты спустишься вниз, или пойдешь домой? — Но там же твои родители. — Я скажу, что ты только пришел. Они же знают, что ты- Кот. — Ну да… Так спалиться… — Ты не виноват, мама сама заглянула во время трансформации. Ну так что? — Прости, милая, но я лучше пойду. — Ладно, пока, Котенок. Феликс разбудил Плагга, трансформировался и, выпрыгнув через люк, побежал по крышам домой. — Мам, пап, доброе утро — произнесла Маринетт, спускаясь в гостиную. — Здравствуй, милая — поздоровались Сабина — завтрак почти готов. — Отлично, только в ванную зайду. И девушка удалилась. Воскресенье у мадмуазель Дюпен-Чен выдалось чудесное: с утра первым делом увидела любимого рядом, потом, после завтрака, она, гуляя по Парижу, в виде ЛедиБаг остановила какого-то вора, позже, ей какая-то малышка заявила, что обожает, и что она- то есть героиня- вообще «самая самая на свете!». Другими словами настроение было прекрасным, до самого вечера, и заснула она с лёгкой душой.       Я стою посреди цветочного поля. Светит солнце, небо почти без облаков, летают бабочки… Вдруг оказываюсь в незнакомом помещении. Похоже на вестибюль какой-то школы. Пусто. Ко мне подходит девочка, лет четырнадцати. Кстати, мне, кажется, сейчас тоже четырнадцать. Она очень похожа на меня, только чуть ниже. У нее такие же голубые глаза и темно-синие волосы, собранные в хвостики, разве что длиннее, чем мои. На ней белая кофточка с воротником, черный пиджак и короткие джинсовые шортики. — Я Бриджит — представляется девочка, протягивая руку — Бриджит Фу. «Фу- это же фамилия мастера, и… Бриджит… Где-то я слышала это имя…» — Я Маринетт Дюпен-Чен — здороваясь я. — Да, я знаю — яудивилась, а она продолжила говорить — сейчас мне четырнадцать, но я старше тебя на год. — Мы вдруг оказались за столько в кафе — Я хочу поговорить с тобой — вещала она — Это по поводу Феликса. — Ты его знаешь? — Как не знать этого черноухом идиота? Его весь Париж знает. Ему тут столько же, сколько и мне, но я хочу поговорить про него настоящего. — О чём ты? Здесь? Настоящего? — Ты разве ещё не поняла, что спишь? Только вот сон этот у тебя не обычный: я здесь- тень той, что когда-то была. — То есть «была»? — Я умерла. Меня знали, как Бриджит Фу, или Ледибаг, или «эй, Феликс, там опять та девчонка. Она что за тобой следит?» Помнишь, как сама бегала за Адрианом? — Ну, было такое… — Я так же бегала за его братом, только в отличает от тебя, я вечно пыталась его куда-нибудь пригласить, старалась обратить на себя внимание и признавалась в любви. Он же меня отшивал, из-за Ледибаг. Ничего не напоминает? Только есть ещё кое-что: он не был влюблен, но считал себя собственностью героини, просто был предан. Вот только эта преданность всё и испортила. Он не знает, что произошло на самом деле, но он чуть не умер, защищая меня, но он был сильнее, а я, вернув его, уже не смогла вернуться сама. Он не вынес того, что не смог защитить меня, и просто уехал в другую страну. — Вот как… Скажи, зачем ты мне это говоришь? — Зачем? И правда, зачем же?.. Теперь мы были снова в поле. Бриджит стояла ко мне спиной, на ней вдруг оказалось лёгкое белое платите на лямках и плетёная соломенная шляпа. — Бриджит? — окликнула я ее после недолгого молчания, после чего она сказала, не поворачиваясь: «Позаботься о нем…» И исчезла. Я проснулась До будильника оставалось меньше минуты. Я выключила его, стала собираться, и направить в колледж. Вот только прийдя туда, я вспомнила: позавчера, когда приходил Феликс, я так и не доделала работу!