Адмирал

      Алиса проснулась достаточно поздно — в девять часов по корабельному времени. На соседнем ящике уже стоял алюминиевый поднос с камбуза, на котором была тарелка с остывшей овсянкой, два яйца и слабый холодный чай. Видно было, что завтрак принесли больше получаса назад. Встав и подвигав плечами, которые затекли во время сна на твёрдых ящиках, Алиса безо всякого аппетита поковыряла ложкой в тарелке и брезгливо скривилась — блокадный Ленинград какой-то! Овсянка была с маслом, однако на ней уже успела появиться твёрдая жирная корка. Остывший чай тоже не внушал оптимизма, равно как и яйца, которые Алиса не переносила на дух.       Однако голод, как говорится, не тётка. Почувствовав, что у неё сводит живот, девочка принялась нехотя есть. Интересно, её перевели на голодный паёк по приказу Адмирала или это чья-то ещё инициатива? Скорее, конечно, второе, чем первое. Командир при всех своих недостатках не стал бы морить Алису голодом. Хотя с другой стороны… Кто его знает? Не исключено, что такая кормёжка — часть наказания. Это тоже, конечно, маловероятно, но скидывать такой вариант со счетов нельзя.       Покончив с овсянкой, девочка с такой же неохотой съела яйца и едва пригубила чай — он оказался просто безвкусным, да ещё и ледяным, как из холодильника. Похоже, он стоял не полчаса, а гораздо дольше. Но привередничать всё же не приходилось — обед подавался в полтретьего, да и вряд ли он будет особо плотным. Но даже исходя из этих соображений, Алиса потратила на чай вдвое больше времени, чем на овсянку.       Девочка вообще не торопилась заканчивать с завтраком, так как по окончанию оного не предвиделось никаких мыслей, которые могли бы разнообразить сидение в трюме. Спать не хотелось, а кроме сна в трюме было абсолютно нечего делать, кроме как шляться по помещению и рассматривать ящики.       Алиса, дабы не помереть со скуки, всё же походила туда-сюда по трюму и даже обнаружила за одним из ящиков завалившуюся туда подушку. Но это развлечение продлилось не более трёх минут, потом девочка поняла, что долго не протянет. Конечно, можно было бы воспользоваться корабельной связью и попросить прощения у Адмирала за проступок. Но… Во-первых, Алиса не умела толком пользоваться ею. Во-вторых, командир вряд ли просто так простил бы девочку за такую провинность. Можно было нарваться на ещё большие неприятности, если только это возможно. И в-третьих, Алисе просто не хотелось унижаться. Пока есть возможность, она не опустится до такого. Тем более, что вариантов нет. Согласно законам Космофлота нарушение комендантского часа каралось со всей строгостью, так что девочка ещё легко отделалась. А ведь её вполне могли высечь…       И, наконец, было ещё кое-что. Алиса небезосновательно рассчитывала, что её плен не будет долгим. Скоро должны были прибыть силы ГСБ… И хотя расставание с Адмиралом было грустным — девочка предчувствовала, что эта их встреча станет последней, — возвращение на Землю означало, что Алиса снова окажется дома. Там её ждёт школа, друзья, родители… Словом, та самая нормальная жизнь, по которой она уже успела соскучиться.       Приоткрылась со скрипом дверь трюма. По ступенькам буквально скатился Тетеря, за которым следовал в ногу солдат в невесть зачем нужном противогазе. Впрочем, учитывая, что основным фактором наказания было именно одиночество, Алисе было не трудно сложить два и два. Противогаз не давал солдату заговорить при всём желании. А снять его не позволил бы Даниил, как офицер, в подчинении которого находился солдат. Впрочем, гораздо большего внимания по мнению Алисы заслуживал поднос с… вряд ли это можно было назвать полноценным обедом. Головка лука, тарелка с нарезанным сыром и кусок отварного мяса на блюдце. Похоже, паёк Алисы таки сократили, причём до поистине жалкой величины.       Солдат поставил поднос на ящик и молча вышел из трюма — видимо, не хотел задерживаться, чтобы не мотать себе нервы. Вообще мало кто из команды был согласен с наказанием. За исключением, разве что… м-м-м… Адмирала, Тетери и того мужчины, с которым командир давеча пил. Солдаты почти все поголовно считали, что такое нарушение было… ну, не сказать, что допустимым, но не заслуживающим серьёзного наказания, с учётом мотива.       Тетеря ещё пару секунд помолчал, затем достал из-за спины прямоугольный свёрток и протянул его Алисе, сказав: — Вот… А то Вы тут с ума сойдёте. Но если что — Вы нашли это в трюме.       Алиса благодарно кивнула. — Как кормёжка? Я могу похлопотать на камбузе.       Девочка задумалась. Накладывать лишний моральный долг перед Даниилом не хотелось. Да и проявлять хоть какую-то слабость — тоже. Пусть не думают, что девочка страдает. — Спасибо… но, пожалуй, нет. — Гордость не позволяет? — усмехнулся Тетеря.       Эк он её ловко раскусил… — Вроде того. — Тогда не волнуйтесь. В конце концов, гордостью сыт не будешь.       Алисе ничего не оставалось, кроме как покивать. — Отлично. Обед Вам подадут более существенный. Ну, — Даниил встал и хлопнул себя по коленкам, — мне пора. И да, книгу лучше прятать. Мой Вам совет — не кладите её под подушку. Найдут и обоим всыплют по первое число. — Разумеется.       Тетеря вышел из трюма, по пути что-то негромко напевая. Дождавшись, пока дверь трюма захлопнется и «вентиль» провернётся, загнав шпунты в пазы, Алиса развернула книгу. «Биография адмирала Панченги Скулити». Необычно… Но всё же Алису взяло любопытство. Интересно, что она ещё не знает о Адмирале? Сев на ящик и прислонившись спиной к бочке с водой, девочка развернула книгу и погрузилась в неё с головой.       За чтением незаметно прошла половина дня. Алиса едва успела спрятать книгу, когда услышала, что кто-то спускается в трюм. Тот самый немногословный солдат принёс ещё один поднос — кукурузный салат, тарелка с рыбным супом из консервированного тунца, макароны с тушёнкой и компот из сухофруктов. Тоже, конечно, не роскошь, но и не овсянка. Солдат и теперь не стал задерживаться — поставил поднос на заменяющий стол ящик и удалился, тяжело дыша через фильтрующую коробочку противогаза.       Алиса неторопливо поела, продолжая во время еды листать книгу. Адмирал имел весьма богатое событиями прошлое, так что читать о его жизни было очень даже интересно. Так девочка и просидела, пока из висевшего под самым потолком динамика, через сеть которых командир корабля отдавал приказы подчинённым, не раздался раскатистый голос: «Отбой! Объявляется комендантский час. Всем, кроме патрульных, оставаться в своих каютах. Нарушители будут наказаны в соответствии со сложившейся ситуацией, близкой к военному времени».       Алиса уже легла спать, но не успела заснуть, когда в трюм спустился Адмирал. Он постоял рядом с девочкой, провёл грубой, как пергамент, рукой по её щеке и прошептал: — Как же ты напоминаешь мне Настю… Вы были похожи друг на друга. Она тоже умела радоваться жизни… Да что уж теперь вспоминать… — и командир, понурив плечи, вышел из трюма. Заскрипел «вентиль».       Поняв, что она осталась одна, Алиса перевернулась на спину и отбросила одеяло. Девочка вряд ли смогла бы теперь заснуть — мысли о Насте настойчиво штурмовали её мозг. Что же такое произошло? Алиса прекрасно помнила её. Они встретились случайно, в тюрьме Мулити — старшего брата Адмирала. Но вот почему Настю отправили в камеру к Алисе? И куда она потом пропала? Неужели?..       Страшная мысль вспыхнула в голове Алисы. Даниил! Ведь он привёл Настю! И у него был ключ от запирающего устройства на двери камеры… Но не мог же Тетеря предать Адмирала! Не мог! Он — верный солдат… Но слишком многое сходилось. Ключ от замка. Блокиратор, вводящий при попытке взлома медвежатнику порцию нейротоксинов — об этом Даниил рассказал девочке вскоре после прилёта на Ледяные Астероиды, — и, как апогей — таинственное исчезновение Насти…       Да… Когда Тетеря в следующий раз придёт навестить Алису, у неё будет, о чём спросить солдата.