Адмирал

      Адмирал подошёл к выходу из палаты, но что-то заставило его задержаться на секунду. На мгновение в голове командира зазвенел тревожный колокольчик интуиции — выходить из лазарета было опасно. Адмирал привык доверять своему подсознанию, так что на секунду задержался в дверях. И это позволило ему выжить. Появившийся из полутёмного коридора киллер в баллистических очках и респираторе попытался ударить мужчину коротким широким ножом, но промахнулся. Попытавшись скрыться, убийца нырнул обратно в полутёмное нутро корабельного перехода, но не успел. Командир недаром восемь лет прослужил на военном флоте. Адмирал успел выхватить пистолет и вогнать убийце пулю в коленный сустав, лишив того возможности бежать. И вдобавок командир умудрился прострелить запястье руки, которой киллер выудил капсулу с ядом. Убийца взвыл, однако опустил голову, оттянул от лица маску-респиратор и откусил с рукава запонку. Изо рта у него тут же пошла зеленоватая пена. — Твою мать!!! — Адмирал сбросил каску и схватился за короткие жёсткие чёрные волосы. — Какого… Стало быть, Тетеря действительно не виноват…       В коридор выглянул хирург. — Кто стре… — он закашлялся. — Что тут происходит, командир?! — Второе покушение… Я уже чувствую себя Александром Вторым… — Кто на Вас напал? — Не знаю. Я не видел лица — на нём был респиратор… Но больше всего меня раздражает, что я не могу ничего с этим сделать… Хоть телохранителей нанимай! — Адмирал от волнения начал ходить туда-сюда по коридору. — На моём собственном корабле меня пытаются прикончить! — Командир, не стоит волноваться… Ваши солдаты смогут Вас защитить от всего… Думаю, Вы понимаете. — Не могу же я всё время ходить с конвоем! Засмеют… — Никто не будет смеяться над осторожным человеком. — Капитаны не имеют права бояться ничего… Мы должны быть железными людьми… — Расслабьтесь, — хирург панибратски похлопал Адмирала по плечу и предложил: — Коньячку? — Водки… — прохрипел командир, опускаясь на пол и прикладывая ладонь к сердцу. — Водки!!! — хрипло прошептал он, медленно теряя сознание. — Твою мать! — хирург заглянул в палату и гаркнул: — Сюда! У командира инфаркт!       …Череп бился вышеупомянутым органом об стену — можно сказать так, глава контрразведки был абсолютно лыс, — и сдавленно ругался последними матерными словами. Выход из его каюты караулили двое солдат, которые имели на руках жёсткий приказ не выпускать его, и в то же время не давать свести счёты с жизнью. Больше ограничений контрразведчик ненавидел… сложно сказать, так как именно ограничения он ненавидел более всего. А тут ещё и мысль о том, что именно из-за тупости Черепа Тетерин, верный слуга, как выяснилось, Адмирала, едва не отправился на тот свет… Проще было застрелиться. Но охрана не позволила бы ему этого сделать. А жить дальше особисту просто не хотелось. С другой стороны… когда станет известно, что по его приказу солдаты едва не убили Даниила… Адмирал его расстреляет… и правильно сделает, чёрт подери!       Открывшаяся дверь каюты предупредила Черепа о появлении Адмирала. — Да, командир? — Что произошло во время допроса? — Я отдал приказ слегка поставить Тетерина на место… Он вёл себя слишком нагло… Так что выбора у меня не было. Но один из солдат переборщил — он явно не сумел правильно рассчитать силу… — Понятно. Огрели прикладом? — Угу. Командир, — Череп поднял голову, — расстреляйте меня, а? — Даже и не подумаю. — Почему? — особист встал с койки. — Это было бы несправедливо, знаешь ли.       Череп провёл рукой по своей щеке: — А ты изменился, Скулити… Раньше бы ты и меня, и моих солдат отправил бы на тот свет. А тут в тебе внезапно совесть проснулась? Или девочки этой, Алисы, стесняешься? — А ты смерти ищешь? — Вроде того. — Череп… Да шут с этими кличками! Витя… — Адмирал положил руку на плечо особиста. — Ты ведь тоже изменился… Я же помню, каким ты был раньше… Я учился с тобой с первого класса, если ты помнишь. — Помню, Скулити. И что с того? Что мешает мне теперь желать смерти? — Например то, что я не позволю тебе покончить с собой. — Скулити… — Череп отошёл на пару шагов. — Не держи меня… не держи меня на этом свете! Умоляю… Я ведь действительно уже конченный человек… — Ты всегда тяжело переживал ошибки, Витя. Не кори себя. — Не корить… Я чуть сержанта не угробил! — Череп треснул кулаком по стене и сдавленно зарычал от сильной боли — содрал кожу. — Сержанта!!! — Витя, — Адмирал слегка приобнял особиста, — остынь. Поверь мне, бывает всякое. — А ты часто убивал? — Довольно-таки. — Пардон? — Череп слегка растерялся. — Я начинал матросом на военном корабле. А там — сам понимаешь. Случилось разок, что на нас напали… А я тогда за пулемётом стоял. Расчёт тогда нападение отбил, но раненых было достаточно много. — И что? — И то… На фюзеляже моего корабля появилось в тот день двадцать палочек. Двадцать! — Ну так это немного… Наверное. — Но предостаточно. В общем, убивать мне приходилось… Дальше было больше… Корабли сбивали, грабили… Ну и сам понимаешь. Работа военного… — И что? — Я к тому, что убивать приходится. Мы всё же бандиты… — Но своих убивать не приходилось. — Так ты его и не убил… Тетеря…       Договорить Адмирал не успел — в дверях возник новый солдат в противогазе с «хоботом». Не говоря ни слова, он поднял полицейский револьвер, который держал в руке и выпустил все шесть пуль из барабана. Адмирал упал на пол, увлекая за собой Черепа. Когда пули закончились, командир вскочил на ноги и кинулся на убийцу и прижал его к полу, вывернув запястья. — Витя, дуй за солдатами! — прохрипел Адмирал.       Череп вскочил и вылетел из каюты пулей. — Кто такой? Кто подослал?! — Убей сразу!!! — отрезал солдат, тяжело сопя. — Я не скажу тебе ни слова!!! — Скажешь!!! Всё скажешь, падла цветная! — Не скажу!       Неизвестно, чем закончился бы этот спор, если бы в конце коридоре не появился Череп и солдаты. — Хватайте этого… Разрешаю применение любых пыток! Разговорить, любой ценой! — Вас понял, командир! — откозырял особист. — Слышали приказ? — это солдатам. — Выполняйте, олухи!       Двое наиболее дюжих солдат схватил упирающегося киллера и потащили его дальше по коридору. — Как это тебя угораздило? — спросил Череп, символически смахивая с шеврона Адмирала невидимую пыль. — Хрен его знает… Третий раз киллера подсылают!