Странная...замечательная поездка?

- Идиот! Мы здесь уже проходили! - блондин, взмахнув руками, вздохнул, устало потёр ноющие виски. - А ты откуда знаешь?! Здесь всё одинаково!!! – не оборачиваясь, бросил из-за плеча Ророноа. Послышался глубокий и самый страдальческий стон. Круглые большие камни, аккуратно облепленные красной глиной, уже давно иссохшей, буквально сыпавшаяся на голову двух мучеников, стена опасливо пошатывалась готовая вот-вот обрушиться и придавить двух идиотов. Складывалось впечатление, что они были в египетской гробнице, в той о которой как-то рассказала Робин, раньше, где хранили умерших фараонов. Стены были удивительно гладкие - мечник не удержавшись, проводит по ней пальцами, собрав подушечками, комки грязи и пыли - не считая редких выступов и острых углов об которые чёртов повар успел ободрать свои драгоценные ладошки. Стук каблуков эхом отскакивал от стен и пребольно ударялся о барабанные перепонки. И хватило ума у того засранца приволочить их сюда?! Сзади послышался оглушительный чих. Повар почесал кончик носа. - Тебе не кажется, что потолок стал ниже? – пробормотал мечник, чуть втянув голову в плечи, чтобы макушка не задевала каменный потолок. На вопрос ему не ответили. Санджи продолжал плестись позади фехтовальщика, шоркая подошвой. Светловолосый мужчина не поднимал взгляда, уткнувшись куда-то себе в ноги, гипнотизируя глазами не замышленный рисунок у себя на туфле, и шипел сквозь плотно сжатые зубы. Если честно, то Зоро всё это ужасно злило и выбивало из равновесия. Будто это он во всё виноват! Хотелось быстро крутануться на каблуках, схватив повара за грудки, прижать к стене и…и что? Мужчина потупил взгляд, и замедлил шаг. От первой мелькнувшей идеи, Ророноа захотелось убиться об стену, прям с разбегу, вон об ту. Но воображение не отпустила из своих цепких сетей и уже рисовала различные картинки пошловатого содержания.… Чертыхнувшись, Зоро повертел головой, будто пытаясь отогнать от себя наваждение. Не помогло. Ещё чуть-чуть и он сорвётся. Мечник скосился назад, всматриваясь в профиль кока. Повар ссутулившись, медленной и нетвёрдой походкой шёл вслед. Волосы теперь не казались такими золотистыми, может, дело было в освещении или в той тонкой слойкой пыли успевшей осесть, на светлую макушку, и даже сбоку от покрасневшего ушка виднелась паучья сеть (но Зоро об этом коку не скажет). Тот глубоко и равномеринно вдыхал и выдыхал, изредка проходясь своим мокрым языком по тонким губам. Точно сорвётся. Хотелось больше. Сильнее. После всего произошедшего его обещание на печати<<друг>>, сильно пошатнулась. И были они вообще друзьями? Он уже был ни в чём не уверен. - Чего встал как столб? Или уже к земле прирос? – неслабый толчок и фехтовальщик оборачивается. Они одновременно встретились глазами, изумрудные и небесно-голубые. Ророноа так и замер. Голубые, невыносимо голубые. На мгновение показалось, время остановилось, и нет больше ничего кроме них двоих. Земля уходила из-под ног. И невозможно было оторваться, так и вечность простоять лишь бы видеть эти глаза. Зрительный контакт внезапно оборвал кок, резко отвернувшись, спрятав лицо за занавесом светлых волос. Мечник разочарованно выдохнул, опустив плечи. Чёртов Маримо! Санджи встряхнул волосами, чувствуя, как пылает лицо. Сердце так и норовит пробить грудную кретку, выскочив на свободу. Санджи неосознанно облизывает свои пересохшие губы, сжав ткань рубашки в районе, где так безжалостно долбился бесполезный орган. От одного только взгляда стало жарко. И теперь, когда произошло кое-что из ряда вон выходящее, то за что клялся повар, не переступать дозволенные ему границы, стало невыносимо мало и невыносимо тяжело. Хотелось больше этих зелёных глаз, внимательных, пронзительных; больших широких ладоней на своей коже, частого горячего дыхания в бледную шею, требовательных и горячих поцелуев, ещё немного тепла и…куда ещё больше? Блэк возвёл глаза к потрескавшемуся потолку. Господи, что же ты со мной сделал Зоро? - О, смотри, - похлопал по плечу мечник, привлекая к себе внимания. Блондин, который раз, за день, чертыхнувшись, дёрнул плечом прося убрать руку. И тот убрал. - Что? – грубовато бросил мужчина и проследил за направлением чужого пальца. – Куда ты там тычешь? Сощурив глаза, он пригляделся. Стены, как стены, ничего особенного кроме… гигантских каменных статуев пауков! Повар сглотнул вязкую слюну, хотел было, попятится назад, но его удержала широкая ладонь, внезапно сплетшаяся с его пальцами, подарив безмолвную поддержку, вместо колких фразочек и насмешек. А ведь мог посмеяться, но нет, фехтовальщик никогда не смеётся над чужими страхами. Блэк одними губами прошептал <<спасибо>> и двинулся вместе с зеленноволосым, не заметив тёплую еле заметную улыбку. Он понимал, нельзя показывать свои слабости, он же мужчина, в конце-то концов(!), но ничего не мог с собой поделать. Художник постарался на славу, ползучие твари были настолько жизненно вылеплены, что казалось, что они в любую секунду могут спуститься со своих трибуналов и напасть. Блондин сильнее сжал пальцы, до хрустальной вибрации… *** - Ты мне чуть руку не сломал, Завитушка дебильная! – беззлобно проворчал мужчина, разминая затёкшую ладонь, возвращая ей чувствительность и поток крови. Повар фыркнул, сложив руки на груди. На щеках буйствовал еле заметный румянец, и пальцы слегка дрожали. - Ну, прости уж, не знал, что ты такой слабак, - буркнул блондин, покрутив на пальце локон светлых волос. - Чё сказал?! – взвился мечник, но внезапно пошатнулся. Санджи приподнял бровь, уже с ноткой беспокойства наблюдая за ним из-под чёлки. - Маримо? – Блэк осторожно дотронулся до смуглой руки. Мечника внезапно прошибла мелкая дрожь, а сердце на мгновение остановилось, чтобы забиться в бешеном темпе, а в пах устремился сильный поток крови. Что за..? - Зоро? - Ничего, - каким-то деревянным голосов выдавил тот, повернувшись к другому ходу. Блэк поспешил за ним. Коридору казалось, не было конца. *** - Да что с тобой?! – через полчаса не выдержал кок, состояние накама порядком его уже сильно пугала. Весь шатается, будто пьян. Тяжело и глубоко дышит. Сам какой-то красный. И от исходящей уары мужчины, ему становилось не по себе. Пришлось остановиться в какой-то комнате, то же со статуями древних богов каких повар не знал. Подошёл поближе, с интересом рассматривая глиняные изваяния созданные проворной и искусной рукой, не сразу заметил нависшей над ним угрозы. Внезапно его обхватили за талию и потянули назад. - Что ты, ох!.. – тот потёрся выпуклостью в штанах о ложницу между ягодиц стягивающая чёрной тканью брюк. Блондин опёрся об стену, когда проворные руки пролезли ему под ткань, сильно ущипнув один из горошин соска. Рваный вздох. Другая же рука накрыла пах, сжав сильными пальцами и тут же ослабляя, словно в извинение медленно погладив член сквозь тонкую ткань брюк, продолжил толкаться бедрами, словно свершая толчки. Шумный выдох. - Н-н-не надо…мм-м,- зеленноволосый провёл кончиком языка по кромке уха. Внезапно жар тела отстранился, как и появился, и Санджи медленно повернулся, удивившись внезапным отсутствием тепла. Ророноа накрыл всей ладонью лицо и кажется, трясся в безумном тихом смехе. - …Зоро? - Отойди от меня, кок… - хриплым, подрагивающим голосов взмолился фехтовальщик, облокотившись об стену и сползя по ней спиной. Откинул голову назад, приложившись затылком, вот только плевать, тяжело и часто задышал. Внизу живота невыносимо сладко тянуло, эта истома становилась всё сильнее и сильнее. Член уже болел и пульсировал, обливаясь смазкой, штаны сильно мешали и не скрывали его явного возбуждения. Ноги дрожали. Он весь дрожал, пот градом стекал по горячей коже. Щёки пылали, приходилось дышать ртом, рвано и часто. И в какой-то момент он просто не выдержал, сжав сквозь штаны болезненно возбуждённый орган, и тут же откинулся затылком о каменную поверхность, оставив после себя новые трещины. Боль не отрезвила. Стало ещё хуже. Ророноа больше ничего не видя и не слыша, спускает штаны вместе с бельём почти до колена, обхватив всей ладонью довольно-таки крупный орган, начал быстро по нему вести. Грубо и резко. Пока красная гладкая головка не спрячется под скользкой из-за смазки ладони. Пальцы сильно наживают на верхушку, проводя по дырочке сочащуюся спермой, ногтями царапая вздувшиеся венки. Тихие порыкивания стали более громкими, перешедшие в гортанные стоны. Зоро прикрыл один глаз, переживая спазмы удовольствия, но, так и не достигая долгожданной разрядки. Движения стали ещё отрывистей, ещё рваней. Полный животной похоти глаз покосился на профиль блондина. Санджи жадно следил за каждым движением мечника. То как он часто проходил языком по сухим губам, как подрагивают его веки, и как он весь так чудесно дрожит. То как он ласкает себя. Такой сейчас соблазнительный, сексуальный и до ужаса любимый. Когда он встретился глазами, готов был застонать. Там плескалось столько неприкрытой страсти, что просто льётся через край. Его бросило в самое пекло этой неудержимого чувства обладать. К чёрту всё! К чёрту все воздержания! Он безумно хочет этого человека, его губы, глаза, руки, тело. Страсть. Похоть. Нежность. Любовь. Пусть всё это смешается, и останутся только они двое. Зоро недоумённо скосил глаза на повара, когда тот присел рядом с ним, уткнувшись лбом ему в острое плечо. - Давай, - он положил руку поверх ладони фехтовальщика продолжив остановившееся ласки. Тот рыкнул. – Я не против. – Поцеловал основание чужой шеи. - Ты понимаешь, что делаешь? – проворные руки пролезли под рубашки, ощупывая такую же горячую кожу. - Более чем, - чуть выгнулся, прикрыв глаза. - Знаешь чем это для тебя может закончиться? – прикусил чужой кадык, заставив того открыть ещё больший доступ к бледной шее. - Да… - тихо шепнул в приоткрытые губы, прежде чем накрыть их своими…