Зарисовки по Магистру

      Лань Чжань это видел ясно, как день.       Вэй Ин не вернулся с Погребальной горы. Вернее, не вернулся прежним.       Что-то сломалось в Вэй У Сяне безвозвратно. Из темных глаз пропала прозрачность, невозмутимого ночного озера. Они теперь подернуты рябью страданий, словно штормовые воды.       В такой знакомой улыбке более нет той невинности. Сколько бы он не сыпал скабрезными шуточками, сколько бы не флиртовал — второй такой чистой души было не отыскать во всей Поднебесной, ведь даже у Второго Нефрита клана Лань были свои демоны. А теперь она израненная, окрасилась в цвет боли. Вэй Ин потерял очень много. Не потерял ли он и себя тоже?       Лань Чжань знал — Смерть ходит за Вэй Ином по пятам. Она ждет своего часа, получив отсрочку на горе Луань Цзан, она свое непременно возьмет, да сторицей.       Мурашки пробегают по спине Ван Цзи, но он продолжает смотреть.       «Не приближайся!» — твердит разум, — «осколков не соберешь».       Сердце молит обнять и не отпускать никогда.       Вэй Ин шутит со Смертью, как со старой знакомой, где-то там на поле брани. Он всегда впереди. Мчится — так, что не догнать. Спешит в объятия костлявой.       Ван Цзи держится на расстоянии, невозможно ни приблизиться, ни убежать. Глаза Старейшины гипнотизируют своих марионеток и жертв. Лань Чжань лишь один из них — Вэй Ин его не видит, глядит сквозь него.       Теперь их роли поменялись, настала очередь Лань Чжаня молить Вэй У Сяня взглянуть на него. Просить остановиться, вернуться вместе в Облачные глубины. Того Вэй Ина, что услышал бы — больше нет.       Аннигиляция солнца заканчивается. Но отпечаток смерти остается.       Рядом со своими шицзе и шиди, Вэй У Сянь будто оттаивает, он опять смеется, но былой открытости уже нет. Он и раньше умел прятать боль за широкой улыбкой, теперь он стал в этом еще лучше. Цзян Чэн и Ян Ли улыбаются ему в ответ. Им достаточно просто обрести его вновь. Неужели только Ван Цзи видит горькое одиночество в его глазах?       Годы проходят, и держа на руках племянника, Вэй Ин почти прежний. Но уже слишком поздно — дурная его слава растет слишком быстро, летит впереди на вороновых крыльях. Друзья отворачиваются от него, его руки вновь окрашиваются родственной кровью. Лань Чжань знает, что Вэй Ин не сможет простить себе, что для него это станет последней каплей.       Вот уже весь мир готов обернуться против него, а Лань Чжань готов пойти против всего мира, если потребуется. Ему приходится противостоять своему ордену и он принимает наказание с радостью.       А потом приходят вести. Смерть получила свое.