Я тебя никому не отдам или у котенка всегда будет Хозяин 2

      Антон еле дошел до ванны, держась за стену. Он чувствует, как семя течет по внутренней стороне бедра, а сама дырочка болезненно ныла. Антон смотрит на себя в зеркало и ужасается. Фиолетовые синяки расцветают на шее от пальцев Арсения. Так же вся шея покрыта множеством кровавых укусов, да и не только шея, и ключицы, и грудь. Антон поворачивается и видит такие же укусы на плечах, загривке, спине. Вместе с ними и красные полосы от плетки, почти по всему телу. Антон поворачивается обратно и проводит рукой по шее, хмурится. Смотрит на свои запястья, на которых тоже будут синяки от наручников, это он прикроет браслетами, а вот синяки на шее придется замазывать тональником. – Сам виноват, – шепчет он, вздыхая.       Он наполняет ванную, делая воду очень горячей, чтоб обжигала, Антону именно так нравилось. Конечно, он был ещё тем мазохистом: любил огненный душ, кусал губы до крови, отковыривал засохшую болячку на ране, зубами снимал мертвую кожу с губ, когда они трескались. Такая приятная боль.       Антон залезает в ванную, сгибает ноги в коленях, откидывая голову на край ванны, закрывает глаза, выдыхая. Нужно быть конченым извращенцем, чтобы довести Попова до такого состояния, а в конце получить крышесносное удовольствие…       Антон понимает, что он болен, причем болезнь эта не лечится. А ещё он прекрасно понимает, что люди не меняются, и каким был Арсений, таким и остался. И Антон не хочет, чтоб все опять повторилось. Во второй раз он этого не переживет. Он не хочет тонуть в этом омуте ещё раз, не хочет тонуть в этих чертовых голубых глазах, не хочет и не будет. Антон для себя это решил.       Лучше жить спокойно, как он жил эти два с половиной года: работал, строил отношения, планировал отпуск, регулярно трахался, часто получал удовольствие от этого, и никакого Арсения ... Антон выключил воду, когда ванная наполнилась, и лег обратно. И никакого Арсения ... кого он обманывает? Себя? С Арсением живешь, да, с нервами, с сессиями его дебильными, но живешь! А без него - доживаешь. Спокойно, размеренно, никуда не торопясь, но доживаешь. А Попов придает чувство, что ты все ещё живешь... Лучше бы я тебя не знал...

***

      Арсений просыпается утром один посередине кровати, отмечая, что забыл завести будильник. Он смотрит время на телефоне и радуется, что не проспал, до встречи ещё два часа. Арс осматривается, в комнате чисто, ничего не валяется, его одежда висит на стуле, игрушек он не видит. Значит, Антон все убрал, когда он вырубился сразу же после сессии. Арсений встает и одевает домашние штаны, идет босиком по полу. В квартире тихо, свет выключен, Антона нигде нет. – Неужели уже на работе? – в воздух спросил Попов.       Ему, конечно, никто не ответил. Он принимает душ, делает себе кофе, собирается и едет на встречу. Там на протяжении нескольких часов он слушает нудного дядьку, который все не унимался и бесконечно бубнил. Арсений зевал, подпирал голову рукой, периодически кивал, показывая, что все ещё здесь, при этом старясь не уснуть, молясь всем богам, чтоб эта пытка кончилась. Кофе не помогал, ни одна чашка, ни две. Под конец Попов уже не соображал, соглашался на все, лишь бы поскорее это кончилось. Быстро подписав все документы, он собирается, прыгает в такси и едет к Антону домой, про себя надеясь, что в скором времени это опять будет и его дом.       Квартира встречает его тишиной и пустотой, что дало ему привкус одиночества, как в Питере. Все было так же, как он и уходил, значит, Антон не приходил. Арсений разувается и кидает взгляд на настенные часы, они сообщили, что сейчас без десяти пять. Что означало, что скоро закончит работать Шастун. Арс намерен поговорить и, наконец, ответить на все вопросы и расставить все точки над "и". Завтра вечером у него самолет в Питер, и Арсений в любом случае уедет. Либо навсегда, и скорее всего там покончит с собой, или чтобы уволиться, собрать вещи и вернуться к его Антону.       Попов решил заварить чай, чтобы разговор не был таким удручающим. Потом подумав, что Антон, наверное, опять будет голодный, решил и вчерашний ужин разогреть. Он снимает пиджак, включает чайник, достает сковородку. Каких-то полчаса, и все готово, и Антон вот-вот должен прийти. Но проходит час, его все ещё нет. Арсений ходит по кругу на небольшой кухне, держа в руках телефон, думая, звонить или нет. Проходит ещё два часа, на телефонные звонки Антон не отвечает. Арсений ходит теперь уже по гостиной, сжимает кулаки и слушает гудки по телефону. Проходит ещё три часа, ужин давно остыл, как и любимый Антоном зеленый чай, поэтому был вылит в унитаз. На кухонном подоконнике Арсений находит пачку сигарет. Открывает окно, достав одну, вставляет между зубов. Около минуты колеблется, а потом все же поджигает её, медленно затягивается. Антон сначала не отвечал на звонки, потом пару раз сбросил, а сейчас девушка сообщает, что телефон выключен. Арсений выдыхает дым, наблюдает, как машины быстро бегут по эстакаде, как ночная Москва горела, мерцала, шумела и манила. Он докуривает до фильтра, кидает в открытое окно и уже тянется к следующей, как слышит мелодию своего телефона. Попов подрывается и бежит в гостиную, находит телефон и отвечает. – Антон, – говорит Арсений и слышит громкую музыку. – Арсюююш, – тянет Антон, на том конце, – ой, а ты не мог бы…– он икает, – забрать меня, что-то я уже все, – тихо говорит он, а Арсений прислушивается. – Ты где? – спрашивает он. – Я? – переспрашивает Антон, – тут много людей… и красивых парней, – смеётся он, и Арсений понимает, что тот пьян, – ещё тут вкусные коктейли, ой. – В каком ты клубе? – спрашивает Арсений спокойно, Антон, сообщив название и адрес, опять икает, – я сейчас приеду, дождись меня. – Да куда я денусь, – смеётся тот и отключается.       Попов вызывает такси и бежит вниз по лестнице. Внутри него бушуют тревога и злость. Он боялся, что с его чудом может что-то случиться, Антон в таком состоянии бывал редко. А ещё он был зол на свое чудо, которое напилось в не самом лучшем клубе столицы и ведет себя не самым лучшим образом. Такси ждет его у подъезда, Арсений прыгает на переднее сидение и просит водителя ехать быстрее за отдельную плату. И такси едет быстро по пустым дорогам, и когда приезжает по нужному адресу, Арс так быстро выскакивает из него, что забыл сказать таксисту, чтоб тот подождал. Махнул рукой, увидев, что оно уезжает, мол, поймаю попутку, врывается в душное помещение, которое гордо называется клубом. Приторный дым кальяна вперемешку с дешевым алкоголем врезается в нос. Сейчас почти двенадцать, самое время для тусовщиков, которых было битком. Пьяные туши, как шпроты в банке, дрыгались под ритмичную музыку, которая давила на виски Арсению. Он хмурится и пытается найти своего юного алкоголика. Арс протискивается к бару, где лежит грудью на барной стойке Антон, болтая ногами в воздухе, сидя на стуле, при этом не спал, а что-то пытался объяснить бармену, который равнодушно протирал бокалы. – Понимаешь? – видимо, не в первый раз спрашивал Антон, – или нет…что ты молчишь, – спрашивает он. Арсений подходит и кладет руку на плечо Шастуна, тот тут же выпрямляется, – смотри, кто приехал – протянул он, пьяно улыбнулся, – мой ненаглядный, – отвечает Антон и обнимает Арсения за талию, утыкаясь носом в живот Попова. – Поехали домой, – говорит Арсений, проводя по русым волосам. – Нууу, я домой не хочу, – тянет Антон, не отстраняясь от него, – поехали кататься на машине по городу всю ночь, – поднимет голову и смотрит в глаза, – как на мое др, помнишь? – Помню, – подтверждает Арсений, – но у нас нет машины, – говорит Арсений, поднимая Антона. – Есть, – отвечает Шастун, улыбаясь, и достаёт из кармана ключи от машины, – только ты поведешь, – вкладывает в его руку их, – а то что-то я пьян, – шатается он, но удерживается за руку Арсения. – Что, хотел пьяным сесть за руль? – спрашивает Попов, ведёт того к выходу. – Я же болван, – приобнимает Арсения за талию. – Я бы поспорил, – шепчет Попов и ведёт Антона к выходу, который не услышал даже и еле плёлся.       Кое-как добравшись до машины, он усадил Антона на переднее сидение, пристегнул и сел за руль. Выдыхает, заводит машину, выруливает со стоянки. Антона не устроило, что его пристегнули, он же не маленький. На то, чтоб расстегнуть, уходит пару минут, тут наклоняется, дышит прямо в ухо Арсению. – Сядь нормально и пристегнись, – медленно едет Попов. – Нет, – шепчет Антон, кладет руку на его плечо, – почему ты такой мудак, Попов? – Арсений проигнорировал вопрос, понимая, что Антон пьяный и не понимает, что творит. Одним движением сажает того в кресло, направляясь домой, – а ты знаешь, где я сегодня был? – спрашивает Антон, складывая руки на груди, Арсений и ухом не повел, – на свидании, – гордо заявляет Шастун. – В клубе? – ухмыльнулся Арсений, – ужасный вкус у твоего кавалера, – кидает взгляд на него. – Вообще-то в крутом ресторане, – показал палец Антон, Арсений опять проигнорировал, – а в клуб это я сам поехал, – стал смотреть в окно, тишина на какое-то время нависла в машине, пока неожиданно Антон не икнул, – ой, – прикрыл рукой рот, – а ещё знаешь, что? – опять спросил Антон, – это он мне цветы прислал вчера, – Арсений нахмурился, – но он такой нудный, ты бы знал, – Антон смотрит на профиль Арсения, – я и часа не высидел, а потом знаешь, что? – Арсений смотрит на дорогу, – поехал пить, а знаешь, почему? – Арс не ответил, слушал, что говорит пьяным языком Антон, – потому что дома ты, – ткнул в него пальцем, – а с тобой надо разговаривать. – Конечно, лучше ужраться в говно, чем со мной поговорить, – не выдержал Арсений, Антон заулыбался и опять потянулся к нему, опаляя горячем дыхание шею, а потом ухо, – да сядь ты, – шипит Арс. – Нет, – отвечает Антон, кладет руку на колено Арсения, – что ты такой нудный? – шепчет он, поднимаясь медленно к паху, – может, я хочу отблагодарить своего спасителя, – Арсений сбрасывает скорость, выдыхает, когда рука Антона ложится на его пах, сжимая член через джинсы, – что бы я делал без тебя, – шепчет Шастун, не убирая руку, – ты заслуживаешь подарка, – начинает посасывать мочку уха. – Получишь у меня, – хрипит Арсений, – на жопу неделю сесть не сможешь, – останавливается на светофоре. – Папочка, – выдыхает Антон в самое ухо и прям начинает вылизывать его шею, растягивает джинсы, засовывает туда руку и проводит вниз-вверх по наполовину вставшему члену, – я буду послушным, честно, – шепчет Шастун, не переставая водить.       Светофор уже показал зеленый, но Арсению было не до него. Благо, за ним нет машин, никто сейчас не мешает. Его член стоит колом от умелых ласк Антона, чертов Шастун. – Зеленый, папочка, – шепчет Антон, не переставая надрачивать ему и лизать шею, но не кусает, не оставляет засосов. Арсений жмет на газ, едет по слабо освещённой дороге. Шастун ускоряется движение рукой, каждый раз задевая набухшую головку, на что тот стонет и закусывает губу. Ещё несколько движений, и Попов кончает в руку Антону, гортанно простонав. Шастун целует того в щеку и садится в кресло, вытягивает ноги. Открывает бардачок, доставая салфетку, вытирает руку.       Арсений давит на газ, а одной рукой застегивает джинсы, он сосредоточен на дороге, даже и в его сторону не смотрит. Буквально пять минут, и Попов паркует машину у подъезда, уже хотел сказать, чтоб Антон вылезал, как видит, что тот заснул. При этом положив руки под щеку, как котенок, чуть шевелил открытыми губами, посапывал. Арс взвесил все за и против, вышел из машины, открыл дверь со стороны Антона, подхватил его на руки, хлопнул дверцей, пошёл к подъезду. Антон во сне обнял того за шею, положив голову на плечо. «Чудо» - подумал Арсений, улыбаясь. Пока ехали в лифте, руки немного затекли, хоть Шастун и был худым, но тяжелым. Кое-как открыв дверь, Арсений понес свое чудо в спальню. Уложив Антона на кровать, тот зашевелил губами, потянулся и открыл глаза, когда Арс его разувал. – Говорю же, спаситель, – зевает Антон, улыбаясь уголками губ, – папочка, я хорошо себя вел? – Нет, – отвечает Арсений, – просто ужасно. – Тогда, может, папочка меня накажет, – садится он, чуть склонив голову в бок. – Завтра поговорим, – отвечает Арсений, толкает его в плечо, тот откинулся на подушку, – спи. – Завтра ты будешь орать, – зевает Антон, поворачиваясь на бок, смотря ему в глаза. – Не буду, – отвечает Арс, поглаживая его по голове. – Обещаешь? – прикрывает глаза Антон, опять подкладывая ладоши по щеку. – Да, – говорит тихо Арсений, но Антон его уже не слышит, тихо посапывая.