Les valeurs

      В ушах шумело. А перед глазами все плыло. Кажется, от слёз. Глеб тяжело задышал и начал рыскать руками вокруг, словно что-то потерял.       В какой-то момент его рук коснулись другие - теплые и мягкие. Нежно. Аккуратно. Жеглов повернул голову в сторону руки и увидел испуганное лицо Володи. Живой. Рядом. Сидит на его кровати, возле Глеба. И пытается что-то донести до мужчины. Глеб лишь видел обеспокоенные глаза и беззвучно шевелящиеся губы. А сам Жеглов беспрестанно повторял: "Володя... Вова... Боже, живой..."        - Глеб? - наконец, шум в голове утих, и Жеглов смог расслышать звуки вокруг. - Эй, Глеб, все хорошо! Посмотри на меня!        Чужие руки взяли мужчину за лицо и повернули его к себе. Аккуратно, словно боясь сделать резкое движение или как-то ещё напугать. Что такое могло приснится этому стойкому мужчине, если он сейчас себя сдерживает изо всех сил. У него была паника, которую он пытался подавить, Володя это знал - сам через такое проходил. И судя по тому, что бормотал Глеб, Шарапов понял, чтО такое мог увидеть во сне Жеглов.        - Тише, мой хороший, все в порядке, - нежно и мягко, словно ребёнку, начал говорить Володя. - Дыши, просто дыши и смотри на меня. Все хорошо, я живой, я тут. Можешь рассказать, что тебе такое приснилось. Станет легче, хорошо?       - Я... Нет, я... - и тут, кажется, что-то внутри Глеба надорвалось. Он неожиданно прильнул к груди парня, обнимая его за талию, и глухо, почти без звуков, заплакал. Володе ничего не осталось, как опустить одну руку в волосы мужчине, нежно перебирая волосы. Вторую он положил на спину и гладил, даря спокойствие, не обращая внимания на свою промокшую почти тут же пижаму. А сам постоянно повторял: "Все в порядке, мы оба живы, я здесь, все хорошо..."        В какой-то момент Глеб потихоньку успокоился. Он выбрался из объятий партнёра и опустил свои ладони ему на щёки. Внимательно смотрел в глаза, словно удостоверяясь, что он и правда тут и жив. Они оба дома, в своей кровати. То был дурной сон. Да, им пришлось через многое пройти после похищения, но они выжили и выкарабкались. Бывало и хуже. Да, пришлось подождать, когда срастутся переломы Володи и ожоги Глеба подживут. Но они оба в порядке.       - Ты представить себе не можешь, что со мной было бы, если бы ты погиб. - тихо прошептал Жеглов, глядя прямо в глаза парня. - Я бы жить без тебя не смог!       - Тшшшш, Глеб, не говори так. Мы оба живы, успокойся.       - Да, я... Прости. Просто подумал, что ты должен знать, что я люблю тебя.       - Я знаю, - спокойно ответил Володя и наклонился, чтобы поцеловать мужчину.        Оба и не заметили, как в какой-то момент снова оказались на подушках, только Володя лежал сверху, на мужчине, и продолжал нежно целовать, иногда переходя на шею. Осторожная дорожка поцелуев от подбородка к кадыку. Нежно укусить. Услышать тихое шипение сверху и улыбнуться этому. Снова вернуться к губам, но руки запустить под пижамную рубашку.       Когда руки Володи дошли до сосков мужчины, осторожно их поглаживая и слегка пощипывая сначала один, потом другой, Шарапов чуть сам не застонал от довольно громкого гортанного стона Глеба. Рубашки обоих довольно быстро оказались за пределами кровати. А губы Володи так и не знали покоя, опять продолжая выцеловывать дорожки на теле партнёра. И когда он дошел до груди, аккуратно лаская рукой один сосок, а языком - другой, затем их меняя, то Глеб не смог сдержать еще одного стона. Они так долго сдерживались, чтобы дать друг другу зажить, что сейчас, как подростки, могли кончить только от одних ласк.       Когда даже в домашних штанах стало слишком тесно, Володя переместился чуть ниже, практически вылизывая всего Жеглова. Сам он потихоньку тёрся напряжённым пахом о бедро мужчины и держался, чтобы не стонать. Когда последний поцелуй достиг линии штанов, Володе пришлось отстраниться и торопливо стянуть мешающие штаны. Под ними уже ничего не было. Поэтому он спрашивающе глянул на Глеба и дождался разрешающего кивка. И опустился ниже, проводя языком по уже каменному члену. Еще один сильный стон наконец заставил застонать и его самого. Он зажмурился, пытаясь унять свое дикое сердце, и продолжил жадно вылизывать пах мужчины. Тот уже не сдерживался и вовсю стонал, опуская руки на голову Володе. И это уже заставило Шарапова наконец взять в рот, аккуратно, пока слишком нежно, чтобы помучить.       - Господи, ты шикарен... - шипение сверху сподвигло Володю поднять глаза и увидеть, что взгляд Глеба настолько затуманен удовольствием, что он уже перестал что-то соображать.       Жеглов пытался задать руками свой ритм, более быстрый, резкий, но Володя не дал, продолжая быть нежным. Нет, нет, в его планы не входил такой быстрый оргазм. Не сегодня и не сейчас.       - Шарапов, твою ж... Если ты сейчас же не сделаешь что-то, то я убью тебя!       Выпустив член изо рта, Володя засмеялся и, лукаво глядя на мужчину, поднялся немного на руках, снова возвращаясь к соскам. Глеб уже вовсю стонал в голос от непрекращающихся ласк и метался по подушке, потому что он уже умирал от желания. А этот чертов мальчишка решил его извести!       Где-то на полке валялся вазелин и Володя взялся за дело. Он быстро стянул свои штаны, откидывая подальше. Зачерпнув немного вазелина и размазав его по пальцам, принялся растягивать себя, попутно лаская раскинувшегося перед ним мужчину. У того уже глаза от удовольствия и желания закрывались.       Шарапов наскоро себя растянул, понимая, что этого недостаточно и будет больно после такого перерыва, но он уже сам не мог терпеть. Он начал потихоньку насаживаться на член мужчины и Глеб в изумлении открыл глаза.       - Ты же... Подожди! Тебе нельзя, еще не до конца срослись рёбра! Да ты ещё и не достаточно... Ох, о боже! - Володя проигнорировал его слова и почти наполовину насладился сразу, болезненно выдохнув сквозь зубы. Нормально, и не такое терпели. А ради Глеба он на все готов. - И все же ты невероятен.       Но потом стало не до слов. Когда Глеб полностью оказался в Володе, он осторожно поддерживал того под локти. Всё-таки Шарапов еще был слаб для подобного. Подождав, когда Володя привыкнет немного и начнет сам шевелиться, Глеб аккуратно, не делая резких движений, перевернул партнёра на спину и сам оказался сверху.       - Хочу тебя слышать. - прошептал в губы парню Жеглов. - Давай, мой мальчик, стони для меня!       И Володя, не сдерживаясь, застонал, не особо беспокоясь о соседях, когда Глеб задвигался. Сначала осторожно, боясь потревожить, а потом немного нарастив темп. Всё-таки еще рано так сильно двигаться. Но и этого было достаточно обоим. Глеб наклонился к губам партнёра и застонал тому прямо в рот.       Оба были настолько на пределе, что много времени им не понадобилось. Особо глубоко толкнувшись, Глеб снова застонал и излился внутрь парня. Володе этого и требовалось, пока он сам судорожно сжимался вокруг пульсирующего члена Жеглова, он просунул руку между их телами, и двух быстрых и резких движений рукой хватило, чтобы тоже кончить с именем Глеба на губах.       - Я тоже люблю тебя.