вишнёвый вызов

грязь. она была повсюду. во всех её действиях, во всех людях вокруг неё, в ней самой. Амалия пытается прорваться сквозь толщу грязи, ногтями царапая крышку собственного гроба, задыхаясь от собственной жизни. она всё делала слишком вызывающе: красилась, одевалась, разговаривала, дружила, жила, дышала. Амалия просто надломанная. бракованная девочка, что пытается казаться целой, отвлекая внимание от трещин внутри, ярким фасадом снаружи. она улыбается так ослепительно и ядовито, слизывая вишнёвый блеск с губ. смеется так громко и заразительно, жуя вишнёвую жвачку. не девчонка, а сплошной вишневый вызов. такая яркая для всех, но такая серая для себя. Амалия смотрится в зеркало, вслушиваясь в строчки песни, которую она включила на телефоне, стараясь хоть как-то заглушить звенящую тишину в пустом доме.

If I love you was a promise Если бы признание в любви было обещанием, Would you break it if you're honest Скажи честно, ты бы его нарушил? Tell the mirror what you know she's heard before Проговори зеркалу слова, которые она уже точно слышала: I don't wanna be you Я не хочу быть тобой.

Амалия больше не хочет быть собой. она хочет избавиться от своей репутации, привычек, образа жизни. хочет изменить не просто что-то одно. она хочет изменить всё. убить саму себя, вырвать свой мерзкий характер под корень, но измениться. и здесь нихуя не к месту слова: "принимай себя таким, какой ты есть", потому что Эрикссон рушит себя. нормальный человек видит грань между весельем и безумием, риском и опасностью, друзьями и лицемерами, сексуальностью и пошлостью. Амалия не видит границ и знаков "стоп". вот только, когда доходишь до грани, ты уже просто физически не можешь переступить границу, потому что это больше не грань, а бетонная стена. ты либо убьешься об неё, вовремя не прекратив попытки преодолеть её, либо остановишься. Амалии страшно. она останавливается. она понимает. осознает, спустя столько времени, на какое дно она упала. и будто в замедленной съемке вспоминает всё то, что потеряла. «Амалии 15. она вместе с командой выигрывают соревнования по черлидингу. они становятся лучшими в штате. она кричит от радости вместе с подругами, обнимает всех и их, чувствуя радость. бежит к родителям, что радостно хлопают с требун. видит в их глазах гордость и нежность. она так счастлива. Амалии 16. она думает о колледже, парнях и сериалах. делает проект по искусству, когда родители говорят, что разводятся. Амалия плачет, глотая слезы, и собирает чемоданы. она с отцом улетает из Америки обратно в Норвегию, откуда их семья переехала, когда она была еще малышкой. она разочарована. Амалии 17. она почти не говорит с матерью, лишь иногда созваниваясь с ней. она пытается цепляться за отца, но ему всё больше и больше плевать на дочь. он погружается в работу, стараясь не думать о бывшей жене, которая изменила ему, совсем забывая, что у него есть Амалия, которая тоже нуждается в любви, которой тоже больно. стараясь убежать от собственных страданий, она находит Якудз. они показывают ей как жить ни о чем не думая. Амалия пробует сигареты, легкие наркотики, заливает всё алкоголем. отдается парням, которых едва знает. со времен становится похуй на всё и даже на себя. она безразлична» Амалии 18. и она больше не может бежать от боли. настало время убегать от последствий своих решений. и эта мысль слишком прочно поселяется в голове Амалии. ~ первый шаг самый трудный и самый важный. Амалия неуверенно стучит по деревянной двери в кабинете отца. – можешь зайти, Амалия. к черту. к черту сомнения и страхи. к черту прошлое. – папа, мы можем поговорить? она видит кивок отца, подмечая его уставший вид и кучу бумаг на столе. Амалия вдруг понимает, что за всё то время, что они снова в Норвегии они невероятно отдалились друг от друга. да, отец почти что забыл про нее, но черт возьми. ему изменила жена, после чего они развелись и разъехались. и теперь, всё что у него есть – это дочь, с которой он не знает о чем говорить и работа. Амалия видит его мешки под глазами и по сердцу будто полоснули ножом. отец столько работает, чтобы у его дочери было всё. для того, чтобы она могла покупать себе модные вещи, ходить в хорошие салоны, ездить в школу на такси, не идя в холодную погоду пешком. какая же ты, Амалия, чертова эгоистка. она сдалась и вот последствия. она как маленькая девочка требовала внимания отца, в то время как ему самому нужна была поддержка. и когда она не получила нужное, она просто сдалась, забив на всё. браво, Амалия. – Амалия? ты чего? она сама не замечает, что в глазах уже навернулись слезы от собственных мыслей. – что с нами стало, папа? почему всё так ужасно поменялось? она видит непонимающий взгляд отца и слова одним потоком льются из неё. – почему всё именно так? мы не говорим с тобой, всё чем ты интересуешься, не пополнить ли мне карточку. да и я не лучше. почему я даже не знаю над чем ты сейчас работаешь, как у тебя дела и как самочувствие? а я знаю, папа, почему. Амалия делает паузу, вытирая слезы и делая вдох. – потому что я отвратительная дочь. потому что я невероятная эгоистка. я не понимаю, что со мной и как я до этого дошла, но мне так нужна твоя помощь, пап. Амалия больше не сдерживаться, заходясь в настоящих рыданиях. чувствует, как отец прижимает её к своей груди, успокаивающе гладя по спине. она обнимает его в ответ, хватаясь, будто это ей сейчас жизненно необходимо. – всё хорошо, Амалия, всё будет хорошо. она чувствует то, что не испытывала уже долгое время. поддержку. первых шаг сделан. ~ она приезжает вместе с отцом в школу в выходной день и это второй шаг. они вместе идут в кабинет директора и Амалия больше всего на свете рада, что сейчас выходной и в школе только некоторые учителя и администрация. она просто больше не может видеть учеников чертового Ниссена. разговор с директор слишком затягивается из-за его слов о том, какими последствиями может обернуться такая частая смена школ в выпускном классе. вот только Эрикссон уже плевать. отец улаживает все проблемы с документами, ставя подписи на нужных бумагах, что после проделывает и сама Амалия. она все время нервно смотрит на часы и считает минуты, когда же сможет уйти из этого места. поэтому, когда они оказываются во дворе школы, идя к парковке, Амалия наконец дышит. она сможет изменить свою жизнь. верит в это и приходит все свои усилия и возможности. Амалия горы свернет, но выберется из этой грязи, в которую сама же себя и загнала, ведь так больше не может продолжаться. она сделает ещё третий, четвертый, пятый шаг, их будет бесконечно много. но она справится. ~ Крис всё разрушает. мальчик-проблема, который пропах пеплом, что он после себя оставляет. стирает в порошок чужие надежды со слабостями, улыбается чертовски маняще и никогда-никогда не говорит слова о любви. Крис боялся любви. убегал от нее, менял темы, менял девушек, но не говорил о любви, потому что за всем ярким фасадом мальчика-проблемы, с блядский улыбкой и чужими сердцами в руках, скрывался тот, кто все понимал. понимал, что он никому нахуй не нужен. его максимум – секс на вечеринке или поцелуи в коридорах школы. не серьезные отношения, трепетные чувства и любящая девушка. Крис дефектный. такие правда бывают. он не строит из себя плохого, не скрывает свою романтичную натуру. он правда мудак, без масок и стереотипов. он не Вильям, мальчик-клише, который лишь хочется таковым казаться. у него нет проблемной семьи и тяжелого детства. и ему не приходят на помощь язвительные, но чуткие блондинки. только брюнетка, что вырезала его сердце, посмотрела на кровоточащий орган и сжала презрительно губы, как бы говоря: "сломанное, Крис, оно сломанное. не подходит, такое мне не интересно" Крис поломанный и поэтому не может нормально выразить свое подобие чувств. поэтому он как конченный трус говорит Амалии выметаться, когда хочет, чтобы она осталась навсегда. просто рядом с ней всё как-то странно. он вроде должен чувствовать неприязнь, но от одного её вида у Криса мурашки. в самом хорошем смысле. но Крис дурак, такой дурак. поэтому он никогда не будет счастлив. а Амалия будет. Крис видит людей насквозь, замечает их слабости и пороки. вот только почему-то смотря на неё, он видит лишь притворство. и он готов поставить всё, что угодно, что долго она притворяться не будет. ~

год спустя

Крис едет вместе со своей командой баскетбола в другой университет на соревнования. они вышли в четверть финала и если сегодня победят, пойдут дальше, а там и до городской победы недалеко. и он предпочитает говорить не "если" победят, а "когда" победят, ведь, черт возьми, это же Кристофер Шистад. тот же Крис, что остался невероятным красавчиком и таким же мудаком. он поступил в Юридический Университет, конечно же, не без помощи отца, но всё тот же Крис Пенетратор из старшей школы Ниссена. кто по щелчку пальцев получает все, не ищет серьезных отношений и шлет обязательства нахер. теперь он состоит в команде Университета, чем приковывает еще больше внимания девушек, ездиет на более дорогой машине и высветляяет пару прядей на челке в волосах. но в целом, такой же обаятельный мудак, для которого вечеринки естественная среда обитания. – Шистад, чего завис? Лукас, его хороший приятель, который тоже состоял в команде, пихает парня в плечо, слегка улыбаясь. – задумался, отвали. ну и где эта дамочка, что должна была нас встретить? Крис раздраженно ведет плечом. это утро не нравится ему все, больше и больше. у него болит голова, он проспал, ехал сюда по пробкам и теперь еще они с парнями вынуждены ждать какую-то девушку, одну из тех студентов, кто помогает организовывать соревнования, которая должна была провести их к раздевалкам и сопроводить к залу для тренировок. – это дамочка вас ищет, потому что вы пришли не к тому крылу, где должны были стоять. парни слышат звонкий голос справа от себя и, повернув голову, Крис видит его обладательницу. спустя мгновение ему будто стреляют в горло, потому что дышать становится невыносимо. Амалия. чертова Амалия уверенно движется по коридору, слегка покачивая бедрами и выглядит так... не похоже на ту Эрикссон, что он помнит. на ней светло-голубые джинсы, мягкая, даже на вид, розовая кофточка, что открывает вид на ключицы и плечи, и белые кроссовки, которые в последние недели постоянно мелькали в инстаграмме. волосы остались почти что неизменными, разве что, стали еще длиннее. они были убраны в аккуратный высокий хвост, хотя раньше, она постоянно мелькала с распущенными волосами. не было такого броского макияжа, как раньше, Амалия выглядела нежно и свежо. все это Крис успевает подменить за пару секунд, пока она идет к ним, и с каждым мгновением удивляться всё больше. когда она подходит к их команде, поочередно остматривая каждого, ее взгляд выцепляет Криса. и он готов поклясться, что видит в её глазах самое искреннее удивление. он уже приготовился, что она протянет свое "Шиста-а-а-д" и он снова поймает взгляд, полный злости и неприязни, из под зеленой радужки глаз. но этого не происходит. она лишь ненадолго задерживает свой удивленный взор на парне и отворачивается. – меня зовут Амалия. я покажу вам раздевалку, зал, где вы сможете потренироваться перед игрой, и всё остальное, что вам сегодня понадобится. если есть вопросы, то задавайте, пока мы будем идти. она слегка кивает головой, приглашая следовать за собой, и идет вперед. постепенно удивление от встречи покидает Криса и появляется старое доброе раздражение и, конечно же, азарт от того, что перед ним сейчас чертова Амалия Эрикссон, которая, к сожалению, все такая же привлекательная. но его товарищи по команде тоже не пай мальчики, которые упустят шанс пофлиртовать с красивой девушкой. – один вопрос, а ты с нами в раздевалке будешь? было бы неплохо, вдруг мы заблудимся без такой очаровательной спутницы. Эллиот, кому и принадлежала эта реплика, улыбается, от чего у парня появляются потрясающие ямочки, и Амалия уверена, что перед этими парнями девушки штабелями ложатся. ей почти отвратительно. – сам подумай насколько мне это интересно и дай себе ответ. подсказка, он начинает на "н" и заканчивается на "ет". парни пускают смешки и расслабленно ухмыляются на слова Амалии, а я не могу сдержать настоящую улыбку. даже не верится, что стерва Эрикссон сейчас рядом со мной. – да брось, может хоть оставишь номер? соревнования не слишком романтичное мероприятие, но мы можем позже встретиться. видимо, Эллиот всё никак не успокоится. он классный парень, мы с ним часто тусим вместе, вот только сейчас почему-то ужасно хочется счесать об него кулаки. – еще одна подсказка, парень, на этот вопрос ответ тот же, что и на предыдущий. а Амалия всё такая же язвительная девчонка, что не дает расслабится в споре. сам по себе знаю, насколько сильно она может грубить и язвить, но я уже слышу по её голосу, что Эрикссон начинает терять терпение. – и чего ты такая злая, солнышко? Эрикссон резко тормозит, поворачиваясь к Эллиоту, и подходит слишком близко, намеренно нарушая его личное пространство. она смотрит четко в глаза и даже не думает отводить взгляд, в котором так и читается неприязнь. – послушай, парень, дважды я повторять не буду. если ты правда думаешь, что меня интересует какой-то там парень из баскетбольной команды, которого природа наградила смазливым лицом, а тренировки неплохим телом, то ты сильно ошибаешься. будь ты хоть трижды ахуенный, меня такое не привлекает. и даже не думай счесть всё, что я сейчас сказала, как комплимент себе. Амалия поднимает бровь и выглядит при этом настолько горячей стервой, что воспоминания о нашей ночи, годичной давности, мгновенно проносятся у меня в голове. чертова Амалия Эрикссон. дальше мы идем в тишине ~ когда Крис выходит из зала, где они с парнями разогревались перед игрой, он натыкается на Амалию, которая, видимо, хотела зайти в тот самый зал, и парень понимает, что другого шанса поговорить наедине может и не быть. – поговорить не хочешь, Эрикссон? может звучит грубо, но ему же плевать. она сделала вид, что даже не вспомнила его, так что раздражение Криса вполне обосновано. – о чём, Шистад? по-моему, нам давно уже не о чем говорить. она устало вздыхает, опираясь спиной на стенку, и безразлично смотрит сквозь парня. – правда? даже о том, почему ты сбежала из школы и будто растворилась в чертовом Осло? даже твои друзья среди ублюдков Якудз были без понятия, куда делась их малышка Амалия, представляешь? слова действуют сразу же и её безразличный взгляд мгновенно темнеет. – закрой рот, Крис, ты нихрена не знаешь. меня уже давно ничего не связывает с ними, точно также как и с тобой, чертовым Ниссеном, твоей ничтожной бандой и вашими разборками. я больше не участвую в этом, мы уже не в школе, Шистад. правда, Эрикссон? хочешь пойти таким путем? руки парня за пару секунд оказываются на её талии, вжимая её в каменную стену коридора. – уверена, милая? решила измениться, да, стать такой белой и пушистой оборвала все контакты со своей бандой, школой и нами, вот только с чего такие резкие изменения? специально делает паузу, наклоняясь ближе к ней и смотрит четко в глаза. – неужели это из-за меня, а, малыш? может такая холодная и грубая Амалия Эрикссон просто влюбилась в меня, а мои слова разбили тебе сердце? решила сбежать, потому что плохой парень выкинул тебя из кровати? ну же, скажи, что я прав. тишину коридора разрезает её ехидный смех. Крис смотрит на нее, думая, что она лишь играет. – ты сейчас серьезно? правда, Крис, всё настолько плохо у тебя, что это твоя точка зрения? а теперь послушай меня. тон голоса и взгляд Амалии превращается из ироничного в раздраженный почти сразу же. – если ты правда думаешь, что это была причина моего ухода, то мне тебя жаль. за своей выдуманной ослепительностью даже не замечаешь ничего вокруг? я ушла, потому что больше не могла, Крис. не могла быть таким человеком, не могла находится среди людей из своего прошлого, не могла больше жить так. она отталкивает его, смахивая руки парня, будто грязь, со своего тела. он почти удивленно смотрит на неё, но в глазах все еще непонимание. Амалия тяжело вздыхает. – ты не понимаешь, да? черт, ну конечно, что я тут распинаюсь. она нервно посмеивается и смотрит на него так, что Крис понимает, что он не хочет слышать её последующие слова. – я игралась в плохую девчонку, Крис, а ты же гнилой внутри на самом деле. мне правда жаль, тебя, Шистад. прошел год, но я вижу тебя прежнего. дай угадаю, ты всё также король вечеринок, да? пользуешься вниманием девушек, затаскиваешь их в постель, ну думаешь о серьезных отношениях? тебе также плевать на свое будущее? ну же, дорогой, скажи, что я права. она делает шаг вперед и он, не контролируя себя, делает два назад. – попробуй изменить хоть что-то в себе, Кристофер. хватит рушить свою жизнь. она смотрит на него, не мигая, и он совсем не знает, что сказать. Амалия уходит, обходя его, и глухо хлопает дверью спортзала. если бы Криса попросили сравнить с чем-то опустошенность, он бы сравнил её с запахом вишни.