Ублюдок!

Люцик: /Сидит побитый за компом/ Люцик: /Злобно зыркает на Багиню/ Багиня: /Ударила тапком/ — Пиши давай! Юкио: — Такими темпами мы останемся без хорошего автора! /Забрал тапки/ Багиня: /Надулась/ Люцик: /Тихо хихикает/ Юкио: /указывает на тапки/ — Они еще здесь. Люцик: -…

***

      Ханамия проснулся раньше синеглазого, он открыл глаза и взглянул на спящего. Тот мило морщил нос и обнимал черноволосго. Не желая будить своего парня, Макото старался не двигаться. Он осторожно вытащил руку из-под Дайки и начал гладить того по волосам, радуясь, что сейчас этот кретин, любимый кретин, не вздумает бесить его. Как же все это было странным.       Они оба друг друга бесят до дрожи в костях, но в тоже время безумно любят. Готовы убить друг друга, но и боятся причинить боль.       Отвлекшись от раздумий, юноша сделал выводы что все же нужно вставать. Не весь же день валяться! Он осторожно выбрался из объятий спящего и слез с кровати попутно ища свою одежду. Аомине что-то пробурчал сквозь сон, но тут же смолк и продолжил пребывать в царстве морфея. Макото улыбнулся. Он тихонько оделся и пошел на кухню готовить завтрак при этом напевая веселую песенку.

Как грустно и очень обычно все вышло Ушла от меня и в ночь теперь слезно кричу Мне просто обидно — шаги одиночества слышу И страшно подумать и вряд ли я жизнь доживу Варвара Варвара Варвара Варвара С тобой я готов был бежать на край света Но ты изменила, сама ты туда удрала Порвалась струна и теперь моя песенка спета И жизни мне нет — вот такие дела Варвара Варвара Варвара Варвара

 — Странная они парочка. — сказала девушка, которая висела и наблюдала за Люциком. — Лучше бы помогала. — огрызнулся Люцик, на благо, Багиня не попала в того большим диваном, а лишь перебросила. — Вам обоим надо работать. — тяжело вздохнув сказал Юкио и достал хлыст. Оба автора тут же сели по своим местам и начали писать дальше, боясь получить. А Юкио, с довольной улыбкой допил чай и сев на место, продолжил работать.

      Ближе к обеду, проснулся и Аомине. Осмотревшись, тот не увидел рядом с собой свое любимое чудовище, но почувствовал шикарный запах с кухни, а потому, натянув боксеры и штаны он направился к источнику запаха. Там он и обнаружил Ханамию, который ещё и язык ему показал. «Вот наглая жопа» — подумал синеволосый, но все равно сел за стол.       Брюнет поцеловал своего парня в щеку и тут же поставил на стол завтрак, хотя, если судить по времени, то уже обед. Дайки даже удивился, что его не послали, а молча дали поесть. Удивительно. Видимо прошлой ночью, те хорошо позабавились. И он не ошибся. Ханамия пребывал в прекрасном настроении и поедая свою порцию с любовью и нежностью смотрел на парня напротив. — Дайки-Макото не отрывая взгляда от парня, хитро улыбнулся       Юноша поднял голову вопросительно уставился на Ханамию, тот в свою очередь протянул ему два билета и продолжил есть.       Синевласка взял билеты и пробежался по названию и теме. Две минуты молчания, а затем гневный крик и отборные маты. — Опера?! Ханамия, долбоящер ты без чувства совести и самосохранения!       Подобные крики несчастным соседям пришлось слушать около получаса, позже, успокоившийся Аомине гневно сверлил взглядом довольного Ханамию. Тот подбирал костюмы себе и ему. — А в конце тебя ждет сюрприз.       Мурлыкнул брюнет и протянул любимому строгий, классический костюм.