Взросление на нескольких страницах

Солнечные лучи лениво заползали на подоконник и обхватывали скромный горшок с яркой глоксинией. Утренние пташки начинали весело щебетать под окнами, воспевая оду весне, ступившей на землю Японии. Курама поправлял форму сына и приглаживал тому волосы. Наруто кривился от такой заботы и, как только мужчина отвернулся, растрепал свою блондинистую шевелюру. Мальчику хотелось снять непривычную одежду и надеть ярко-оранжевую футболку да потёртые от постоянной носки штаны. Сегодня был важный для Наруто день, но он испытывал не радость, а отвращение ко всей этой суматохе. Курама ожидал подобной реакции ещё со времен «первых шагов и слов», когда сын противился учёбе. И сейчас Наруто будто бы чувствовал, на что обрекает его любимый отец. - Папа, я не хочу туда. Давай пойдём и поедим моложенное? – мальчик, ещё с трудом выговаривая букву «р», с надеждой посмотрел на Кураму, но тот помотал головой: - Вот сходим в школу, а на обратном пути и за мороженным пойдём, - мужчина поцеловал сына в лоб и не смог сдержать улыбки, услышав тихое «а потом и не надо». Взяв с тумбы ключи от машины, Курама вручил Наруто небольшой букет и подтолкнул к открытой двери, но сын бросил цветы на пол и схватился за дверной косяк, не желая двигаться с места и покидать отчий дом. - Это что такое?! – возмутился мужчина и, обняв сына за живот, мягко потянул на улицу, но детские ручки крепко вцепились за тёмное дерево. – Наруто! Быстро прекрати баловаться! – грозно выкрикнул Курама, но сын лишь закричал в ответ: - Не-ет! Не пойду! Не хочу! Столько лет мучений! Лучше убей меня-я-я! - Тебе пон... - с трудом уговаривал сына мужчина, - ...равится. Там кормят, появятся новые друзья, ближе к вечеру домой. Да и сегодня не надо учиться. Только постоять немножко. Курама продолжал аккуратно тянуть сына на себя, надеясь без применения лишней силы отцепить Наруто от дверного косяка. - Не пловедёшь меня, - ладони мальчика вспотели, и пальцы начали соскальзывать, но он не сдавался. - Это Геенна огненная! Католга, котолая оставит тлавму на всю жизнь! - Ты где таких слов нахватался?! – удивился Курама, не отпуская сына. Мужчина бросил взгляд на часы. Тут же поняв, что они опаздывают, одним рывком отодрал Наруто от дверного косяка и, закинув сына через плечо, поднял смятый букет, закрыл дверь и направился к машине. Мальчик бил отца по спине несчастным букетом, в котором уже было сломано несколько цветов, плакал и кричал, но Курама стойко терпел подобное избиение. Проходящие мимо прохожие ещё долго будут вспоминать крики «Помогите! Похищают!» или же «Папа, спаси меня!», а сам «похититель» удивляться тому, что ни один человек не позвонил после таких возгласов в полицию.

***

Курама сидел в кабинете директора и с гордостью смотрел на своего сына, хотя должен был вести себя совершенно противоположно. Школьная форма мальчика была порвана и испачкана. На щеке Наруто красовался небольшой, но яркий синяк в ореоле грязи, а на колене обработанная доброй медсестрой рана. Рядом с блондином стоял ещё один мальчик, чей вид был не лучше. Чёрные волосы стояли петухом, когда-то белая рубашка теперь имела только один путь – в мусорную корзину, штаны были порваны похлеще, чем у Наруто. Тёмные глаза злобно смотрели в голубые, и было видно, что мальчик еле сдерживается, чтобы не продолжить драку и не отыграться за поставленный под левым глазом фингал, который, собственно, и был причиной гордости Курамы. - Так кто начал драку? – мягко спросил мужчина, глядя на потрёпанных мальчиков. - Неважно кто, главное, что у Саске теперь синяк под глазом, - вытирая пот со лба, произнёс толстый директор. - А у моего сына на щеке, и что? Вы делаете разницу между детьми, господин директор? – угрожающе спросил Курама, переводя взгляд на обильно потевшего мужчину. - Обычно нет, но… - директор встал из-за стола, подошёл к отцу Наруто и начал шептать тому на ухо, чтобы дети не услышали. - Он из семьи Учиха, а те долгие годы спонсируют нашу школу. Принесите мальчику извинения и мы мирно разойдёмся. А то я боюсь, что его родители… - Мальчик мой, - Курама посмотрел на сына. - Саске из более богатой и влиятельной семьи, чем мы, и одна его жалоба может принести проблемы, как школе, так и нам. В драке участвовал не я, поэтому ответственность лежит всецело на тебе. Так что тебе и решать - просить прощение или нет. Саске и директор выжидательно посмотрели на Наруто. Блондин повернулся к маленькому Учихе и, немного подумав, слегка поклонился и произнёс: - Прошу простить моё недостойное поведение. Я сожалею, что посмел ударить тебя и причинить неудобства, - на слегка странное извинение для ученика младших классов Саске гордо задрал нос и посмотрел на Наруто уже с нескрываемым презрением. Блондин быстро выпрямился и, ухмыльнувшись, громко заявил: - Ты это хотел услышать, козёл? А вот хрен тебе! Плевать мне, кто ты, и кто твои родители. Это не помешает мне надрать твою наглую задни…мпф, - договорить мальчику не дали, ибо Курама мягко закрыл рукой рот сыну и, улыбнувшись директору, произнёс: - Раз Наруто не считает Саске достойным своих извинений, то мы, пожалуй, пойдем. А если господа Учихи захотят переговорить со мной, то дайте им мой номер телефона. До свидания, - попрощался мужчина и закрыл за собой и Наруто дверь. Мальчик с опаской посмотрел на отца. - Ты не сердишься? - За то, что ты подрался со своим одноклассником и отказался просить прощение? – Наруто кивнул. - Нет, нисколько. Наоборот, я горжусь, что ты не придал значение социальному статусу. Блондин радостно улыбнулся, но улыбка спала под строгим взглядом Курамы. - А вот за грубые слова, что я услышал сейчас, кто-то получит по пятой точке.

***

Забавного вида брюнет в пёстром костюме и с огромной розовой бабочкой на шее быстро тараторил, и, судя по бурному смеху, это была какая-то весёлая история. Даже если бы у телевизора не было звука, то Наруто бы всё равно улыбался, ибо только один вид ведущих и участников любой развлекательной японской передачи веселил лучше любого анекдота. - Сын, - Курама сел за стол напротив мальчика. - Нам надо серьёзно поговорить. До прихода отца, Наруто готовился к своему стандартному ужину – лапше быстрого приготовления. Ещё в младших классах Курама заметил эту невероятную страсть сына к столь вредной еде. Вначале мужчина отчитывал его за неправильное питание, потом совершал рейд на комнату блондина и выбрасывал все его запасы, после забирал почти готовую вкусность из-под носа и заменял её рисом, салатом или ещё чем-нибудь более полезным. Но всё оказалось бесполезным, и Кураме пришлось смириться с сыновьими предпочтениями в еде. «Заработает аппендицит – поймёт» - говорил себе мужчина, да только у Наруто был удивительно крепкий организм. Лапша, которую паренёк собирался спокойно съесть, сползла с палочек и упала в тарелку, разбрызгав по краям бульон. Наруто проследил, как его отец с волнением потирает одну руку о другую, и вопросительно поднял бровь. - Я понимаю, что ты ещё мал, но думаю, что лучше рассказать сейчас, чем когда уже в этом не будет никакой необходимости. - Пап, если ты хочешь мне рассказать, что нельзя уходить с незнакомыми дяденьками и тётеньками, то можешь не тратить на это время. Нам этим учителя все уши прожужжали. - Нет-нет, - отмахнулся мужчина. – Я тебе про другое хочу рассказать. Наруто положил палочки на тарелку и отодвинул оную в сторону, показывая, что готов внимать речи отца. - Кхм, так вот, - Курама поднял со стола горшок с оранжевым цветком и поставил на стол. - У цветочков есть пестики и тычинки…

***

Курама стоял у ворот школы и ждал Наруто. Сегодня начинаются каникулы, и они с сыном решили съездить к бабушке с дедушкой паренька и родителями Курамы по совместительству. Все вещи были упакованы ещё с утра и покоились в багажнике, поэтому мужчине осталось только дождаться своего сына. Светловолосое чудо появилось достаточно быстро. Оно буквально выбежало из школы и примчалось к отцу с невообразимой скоростью. - Папа! А у меня есть брат? – растрёпанный парнишка безумным взглядом смотрел на Кураму, который опешил от такого вопроса. - С-с чего ты взял? Ничего не говоря, Наруто скрылся за стенами школы, оставляя отца шокировано стоять на одном месте, но появился так же быстро, как и первый раз, только уже не один. - Смотри! У новенького тоже огонь на голове. Курама с сочувствием посмотрел на рыжего паренька, в бирюзовых глазах которого читалась боль и страдание из-за натиска шумного блондина. Волосы приведённого мальчика были намного короче волос Курамы, но были такими же ярко-рыжими, как у него самого. Мужчина положил руку на плечо школьника и серьёзно произнёс: - Крепись, брат, он теперь от тебя не отстанет.

***

Родители Курамы уже десятый раз пожалели о своём предложении провести сыну и внуку недельку у них. Относительно большой дом стал полем для игрищ озорного мальчишки, которого интересовал весь мир в целом и каждая пылинка в отдельности. Мальчик поначалу восхищенно рассматривал выдержанный в традиционном стиле дом, а потом решил, что хватит строить из себя паиньку и ударился во все тяжкие. Наруто выбегал из самых неожиданных мест, чем доводил хозяев дома до преждевременного инфаркта. Ближе к вечеру первого дня уже были сломаны двери, разбиты вазы, выкопаны ямки, испуганы собаки и старый кот, построено укрепление из найденных досок, потерян топор, испачкано кимоно. Когда родители требовали от сына строгости по отношению к шумному мальчику, Курама только посмеивался и, поправив пояс домашнего кимоно, делал очередной глоток сакэ. Кто-кто, а рыжеволосый мужчина собирался как следует отдохнуть.

***

Выпив холодную воду одним мощным глотком и с громким стуком поставив стакан на стол, Курама прижал телефон к уху: - Всё, мама, я снова с тобой. - Милый, что-то случилось? – взволнованно спросила женщина, обеспокоенная беспокойством сына. Курама позвонил ей несколько минут назад, его речь была сбивчивой, а сам он тяжело дышал, будто после долгого бега. Пока сын делал глоток живительной влаги, чтобы немного успокоиться, она, положив руку на сердце, терпеливо ждала, надеясь, что от страха и волнения её сердце не выпрыгнет из груди. - Наруто, он… - Боже, что такое? – от интонации Курамы у женщины закружилась голова, а во рту пересохло. Самые страшные варианты промелькнули перед её карими глазами, и от каждой картинки ей становилось всё хуже и хуже, пока сын не закончил фразу: - Девушку сегодня приводит. - Тьфу ты! Я уже думала, что что-то страшное случилось, - хоть голос женщины был ворчливым, но всё же она не могла не вздохнуть с облегчением.

***

Наруто мирно доедал свой рамен и почувствовал чувство дежавю, когда отец с серьёзным выражением лица сел напротив. - Пестики и тычинки? – быстро съев лапшу, спрашивает блондин. Курама мотает головой. Мужчина делает глубокий вздох и внимательно смотрит на сына, который чувствовал, что всё внутри съёжилось от страха. «Неужели он нашёл тот журнал? Или посмотрел историю в браузере? Чёрт-чёрт, как неосмотрительно!» - корил себя Наруто, пока Курама не начал: - Сын мой. - Да, отец. - Не перебивай меня. - Хорошо. - Так вот. Сын мой, - повторил мужчина. - Я должен тебе признаться – я тебе врал. - О чём ты? – в голове парня пронеслось множество мыслей, начиная от «я не твой настоящий отец, на самом деле я твоя мать» и заканчивая «ты супергерой, который должен спасти человечество». - Кхм, я подумал и решил, что сейчас самое время сказать правду, - Курама облизал пересохшие губы и продолжил. - Аист не приносит детей.

***

Блондин смотрел на большой пёстрый плакат и понимал, что у него нервно дёргается бровь. «Ты сдашь экзамены, сын! Или я разбросаю по всему городу копии фотографии, где ты на горшке и испачкан в шоколаде». Плакат от любимого папочки был тем самым толчком к упорной подготовке к экзаменам, чтобы перевестись в старшую школу. Наруто сел за стол, окружил себя учебниками и… завис. Нет, конечно, ему не хотелось, чтобы такое позорное фото увидел весь город, но он понимал, что есть вещи, которые можно совершить благодаря упорному труду, и есть такое понятие, как «идиот, который не шарит ни в точных, ни в гуманитарных науках, но от этого не менее очарователен и крут». И с каждым днём в школе Наруто понимал, что эта фраза хорошо его описывает. Парень грустно вздохнул и решил начать повторять самый простой предмет, да только прочитав заголовки всех учебников, он понял, что нет такого предмета. Тяжело вздохнув, Наруто достал из кармана телефон и печально начал искать в контактах знакомый номер. Пошли гудки, и сейчас они казались блондину похоронным маршем. Послышался щелчок, а после грубый голос: - Да? - Привет, Саске! У меня к тебе предложение, от которого ты не сможешь отказаться. - Да ну? – Наруто буквально услышал, как брюнет ухмыльнулся. - Хочешь получать целую бурю разнообразных эмоций, от ненависти до торжества, всю неделю с шести до девяти? - В смысле? - Помоги мне подготовиться к экзамену, - с мольбой попросил Наруто. Раздалось тревожное молчание, после чего голубоглазый услышал: - Хм, дай-ка подумать. Ты прилип ко мне, как банный лист, мы постоянно ссоримся, и я получаю массу оскорблений и побоев, которые никогда от родного отца не получал, и при этом просишь помочь тебе с экзаменами? Ну, конечно же… нет. Буду рад позлорадствовать над второгодником-Наруто. - Саске-е-е, мы же друзья! - Да ну?! – искренне удивился Учиха. - Саске, а я знаю, что ты делал прошлым летом, - вспомнив один из просмотренных фильмов, брякнул Наруто, не зная, как ещё уговорить Саске ему помочь. - Я люблю зеленый чай, - быстро проговорил Учиха и повесил трубку. Наруто с удивлением посмотрел на загоревшийся экран телефона, из которого раздавались гудки, пока парень не отключил его. «Что же ты делал прошлым летом?»

***

После долгого рабочего дня Курама практически без сил ввалился домой и, бросив ключи и папку с документами на тумбу, прошёл на кухню, из которой раздавался приятный запах заваренного чая. Когда весь день состоял из одних нервов, суматохи и непрерывной умственной работы, подобный аромат не мог не радовать. Сразу появлялось ощущение уюта и спокойствия, который были так необходимы мужчине в этот час. На кухне Наруто сидел на стуле и печально смотрел в раскрытую тетрадь. Мужчина не сразу заметил ещё одного парня, сидящего напротив его сына. Аккуратно одетый брюнет нервно отхлёбывал свой чай и чего-то ждал. Тонкие пальцы сжимали улыбающуюся кружку, которая никак не сочеталась с хмурым парнем. - Здравствуйте, мальчики, - ослабляя галстук, поздоровался Курама, проходя к холодильнику. Приятный запах чая напомнил мужчине, что перерыва на работе он не видал так же, как его мать заграницу, поэтому желудок требовал положенной ему пищи. - Привет, пап, - тихо произнёс Наруто, не мигающим взором глядя на символы в тетради. - Добрый вечер, - сдержанно поприветствовал его брюнет, отпивая ещё немного чая. - А что вы делаете? – выглянув из холодильника, кивает в сторону тетрадей и учебников. - Демонов вызываем на эльфийском языке, - монотонно ответил Наруто и грустно посмотрел на отца. - Это так весело-о-о. Весь внешний вид блондина вызывал нескончаемый прилив жалости. Казалось, что внутреннее солнце парня померкло, и теперь он представлял комок серости и печали. Голубые глаза были чуть прикрыты, будто Наруто не спал всю ночь и клевал носом, а улыбка больше не украшала лицо парня. - Я помогаю ему с алгеброй, - расшифровал лепет блондина Учиха. - М-м-м, - глубокомысленно протянул Курама и, уставившись на Саске, произнёс. - А ты кто? Фраза своей не своевременностью заставила ненадолго зависнуть самого Учиху и оживиться Наруто, ибо блондин нашёл повод отвлечься от учёбы. - Пап, вы же знакомы. Это Саске. Курама скрестил руки на груди и честно пытался вспомнить брюнета, но перед глазами появлялся только размытый образ, который ничего толкового не давал. - Мы ещё в детстве первый раз подрались. Он мне на щеке синяк поставил, а я ему под глазом, - дал подсказку сын. - А! – сразу же вспомнил Курама. - Прости, Учиха, без фингала не признал, - вернувшись к поиску чего-нибудь вкусненького, пробормотал мужчина. - Учитесь, учитесь, мальчики. Экзамены не за горами. В этот вечер уровень любви к отцу повысился ещё на один градус.

***

Курама с гордостью повесил фотографию со школьного выпуска Наруто рядом со снимком своей жены. Парень стоял в компании своих друзей и широко улыбался, обнимая двоих за плечи. Саске смотрел чуть в сторону, а растрёпанный шатен с двумя татуировками тянул лыбу не хуже Наруто. Позади парней стоял их несчастный рыжий одноклассник, боль и страдания которого Курама понимал как никто другой, а возле него розоволосая девушка, которая, вместе с длинноволосой подругой, держала пальцы в жесте «победа». На их лицах читалась радость, которую испытывает каждый школьник, прощаясь с годами «детского» обучения. Да, в этот день было много слёз, а сентиментальность упала тяжким грузом, но это не было причиной, чтобы не радоваться успешному завершению школьного обучения. Если бы Курама не был серьёзным мужчиной, то пустил бы слезу счастья за своё окончившее школу чадо. Прошло столько лет с тех пор, как Наруто вцепился в дверной косяк и отказывался идти в первый класс, а для Курамы всё промелькнуло, будто за один год. Пройдя через множество драк, слёз, выговоров от учителей и директора, Наруто вырос шумным, искренним и светлым человеком, и мужчина не мог им не гордиться. Курама поправил немного скосившуюся фотографию и направился в спальню. Сегодня его сын вернётся поздно и, как догадывался мужчина, «слегка» подшофе, ибо Наруто изъявил желание отпраздновать окончание школы в кругу друзей. А Курама тоже был школьником, тоже поступал в университет, поэтому знает, как всё происходит на самом деле. Мужчина был готов ко всему и только молился, чтобы Наруто, хоть и поздно, но всё же вернулся домой, а не встретил ясное солнышко где-то у чёрта на куличиках, полуголый и в компании неизвестных ему людей. Хотя, зная характер сына, он очень сильно сомневался, что Бог услышит его молитвы. С буйным блондином, казалось, даже сам Всевышний не способен справиться. Подойдя к своему ложе, Курама остановился и, немного подумав, открыл шкаф и начал рыться в нижних полках. После непродолжительных поисков, он выудил небольшую коробку, из которой достал видеокамеру. Возвращение Наруто он был просто обязан запечатлеть. Поставив будильник часов на двенадцать ночи, чтобы и выспаться, и не пропустить возвращение сына, на которое Курама надеялся, он положил камеру на пол подле тумбы. Сняв стягивающую волосы резинку и растрепав их, мужчина откинул в сторону тонкое одеяло и быстро лёг в постель, с предвкушением ожидая начала ночи. Сегодня он получит видео, которое будет забавлять его долгие годы.

***

Холодный ветер поднимал в воздух яркие листья и кружил их в своём осеннем танце. Небо было затянуто серыми тучами и казалось, что вот-вот хлынет дождь. Курама поёжился и поправил светло-коричневый вязаный шарф. Любящий лето, яркое солнце и сопутствующую им духоту, мужчина всегда одевался тепло, как только начинали желтеть листья. Большинство японцев надели лёгкие куртки, но многие носили их, не застёгивая, ведь днём солнышко ещё пригревало, пусть и не так хорошо, как месяц назад. Затянув потуже рыжий хвост, Курама включил сигнализацию и направился в дом, в тепло. На пороге, вместо привычных пар тапок, стояли коробки, что не могло не удивить мужчину. Сняв верхнюю одежду и аккуратно повесив её на крючок, он быстро переобулся и прошёлся на кухню. Там никого не было, зато раздался непонятный шум со второго этажа, куда Курама незамедлительно направился. Быстро преодолев скрипящие под весом мужчины ступени, он чуть ли не вбежал в комнату сына. Наруто стоял в полупустой комнате в окружении нескольких коробок. Некоторые из них были уже перемотаны скотчем, и нельзя было узнать, что внутри. Но штуки две были ещё открытыми. Из одной коробки торчал лисий хвост – подарок на восьмилетие от Курамы, а из другой виднелась небольшая стопочка книг. Заметив отца, Наруто чуть виновато улыбнулся. - Привет, пап. Уже вернулся? - Как видишь, - медленно произнёс Курама, продолжая шокировано осматривать комнату сына. – Мы переезжаем, а я не знаю об этом? - Эм… - парень замялся ненадолго, но после уже более спокойно продолжил. - Не мы, а только я. Лежал я как-то вечером, и пришло тогда осознание, что я взрослый мужик, а всё ещё живу с папой. - И что в этом плохого? – не понимая, к чему клонит Наруто, спросил Курама. - Ну, я решил, что мне стоит жить отдельно, ведь нужно учиться самостоятельности. Да и потом, вот начнётся у меня разнообразная личная жизнь, и что мне делать? Не говорить же девушке: «Т-ш-ш, тихо идём в мою комнату и не шумим, а то у папы сон чуткий». Со словами сына Курама поспорить не мог, но и вот так легко принять переезд Наруто, который даже не посвятил его в свои планы, он тоже не мог. А если бы он задержался, то что тогда? Пришёл домой, а тут на тебе! Комната сына пуста, а на холодильнике записка «Хочу самостоятельности. Люблю. Целую. Не скучай»? Такое отношение не нравилось Кураме. - Почему ты мне ничего не сказал? - проходя в комнату и садясь на кровать, спрашивает мужчина. - Ну, - Наруто почесал затылок. - На квартиру, которая мне нравится, претендовал ещё кто-то. Сразу заплатить у меня не было возможности, и я уже думал, что её выкупят, поэтому решил, что нет смысла тебе говорить о том, что, возможно, не сбудется. Но вышло так, что второй претендент отказался. То ли что-то не понравилось, то ли нашёл другой вариант, но суть одна – мне сразу позвонили и сказали, что соперников у меня нет. И вот, в общем, я начал потихоньку собираться. Ты не волнуйся! Никакой записки я оставлять не собирался. Хотел всё лично, как сейчас, сказать. - Ну, спасибо и на этом, - грустно улыбнулся Курама. - Как хоть за квартиру платить будешь? - А я на работу устроился, - радостно сообщил блондин. - Сестра Кибы – владелица ветеринарной клиники, и ей нужны были лишние руки, чтобы выполнять не врачебную работу. Принести там что-нибудь, с документами разобраться, зверюшек покормить. - И когда ты всё успел? - О работе мы ещё на последнем году в школе говорили. Хана, так сестру Кибы зовут, сказала, что как только поступлю, могу сразу обращаться. А с квартирой месяц, может больше, возился. Ты не рад, пап? – обеспокоенно взглянул на отца Наруто, видя, как Курама сгорбился и понуро глядел на пол. - Нет, что ты, - голос мужчины был тихим, но всё равно хорошо слышимым в полупустой комнате. - Я рад, что мой сын становится самостоятельным и старается сделать всё сам. Просто это действительно как-то внезапно. Если бы ты сказал хотя бы неделю назад, я бы хоть морально подготовился. А сейчас? Только что узнал и уже провожать надо. - Ну, пап, - Наруто сел рядом с Курамой. - Прости меня за это. Всё как-то быстро произошло, что не нашёл времени. Я буду навещать тебя, и ключи дам запасные, и на праздники приходить буду… - Не утешай меня, как какую-нибудь курочку-наседку или полумёртвого старика, которого в дом престарелых отдать хочешь, - немного грубо произнёс мужчина, но тут же смягчился. - Помочь с коробками? - Угу, - Наруто кивнул и встал с кровати. За ним и Курама. Мужчина посмотрел по сторонам и подошёл к полке, с которой взял ярко-зелёную книжку со сказками для детей. - А её брать не будешь? – видя, как скривился его «совсем уже взрослый» сын, Курама улыбнулся и положил книжку на место. – Так что надо сложить? Достаточно быстро они собрали все нужные Наруто вещи и замотали скотчем все коробки. Мужчина старался не думать, что этот вечер он уже будет проводить один, а не в компании шумного сына, который мало изменился за столько лет. Да, возмужал, отчасти поумнел, стал чуточку серьёзнее, но он до сих пор предпочитает хаос аккуратности, ест одну лапшу, если вовремя не предложить что-то более полезное, бывает забывчивым, так и не подружился со стиральной машинкой, готов держать двери всегда открытыми и приютить десять незнакомых людей. Да из-за одного такого пункта Курама с радостью бы запер сына в его же комнате, не посмотрев на возраст оного. Но вряд ли бы это остановило Наруто. Факт есть факт. Поэтому мужчина как можно медленнее нёс коробки в машину, оправдывая себя тем, что из-за лишней спешки может навернуться с лестницы или уронить тяжкий груз на ногу. Об истинных причинах медлительности отца Наруто догадывался, но молчал. Ему было одновременно и грустно и радостно. Отец в очередной раз показывал свою любовь, не желая расставаться с сыном (пусть они и будут жить в одном городе), и от этого теплело на сердце. Но мысль, что сегодня он проведёт первую ночь в одиночестве, в своей необжитой квартире, заставляла блеск в голубых глазах немного потухнуть, уступив место печали и сентиментальности. Когда последняя коробка заняла почётное место в просторной машине, Курама почувствовал, как его сердце пропустило несколько ударов. Он положил руку на плечо Наруто и спросил: - Ты точно уверен, что хочешь переехать? Сын кивнул, и, не желая терять время на очередной поток мыслей грустной мамаши, которые вот-вот собирались вновь нахлынуть, Курама сел в машину и стал ждать, когда Наруто займет место рядом с ним. Но, в отличие от него, блондин медлил. Он стоял рядом с машиной и смотрел на родные сердцу окна с яркими шторами в его бывшей комнате. Взгляд скользнул по стенам и зацепился за тонкую трещинку потрескавшейся краски, и Наруто слегка улыбнулся. Его родной дом тоже растёт, у него тоже есть своя история, неразрывно связанная с жизнью их маленькой семьи. - Ты решил пустить корни и остаться? – опустив стекло, выглядывает из машины Курама. Наруто вздрогнул и повернулся к отцу. Ничего не говоря, он медленно обогнул их верную четырёхколёсную подругу и сел рядом с мужчиной, на автомате пристёгиваясь. Громко захлопнул дверь. - Трогай, шеф, - скомандовал парень, чем вызвал лёгкую улыбку у отца. - Куда ехать-то? – взъерошив волосы сына, спрашивает Курама и заводит машину. Урчание мотора ласкало слух. Почувствовалась лёгкая вибрация. Рыжий, озорной лисёнок – ароматизатор для машины слегка раскачивался из стороны в сторону и хитро смотрел на отца с сыном, прищурившись. Наруто прикрыл глаза и откинулся на спинку сиденья. Курама терпеливо ждал, не решаясь прервать молчание сына. Возможно, надеясь услышать радостное и победное: «Ха-ха, поверил! Вылезай, будем распаковываться». Но никакого повода для розыгрыша, тем более такого, не было. Наруто повернул голову к отцу и, лениво открыв глаза, произнёс: - Во взрослую жизнь, папа. Вези меня во взрослую жизнь.