Записная книжка

Босс казался немного мрачноватым, но при этом очень спокойным человеком. Как и положено адъютанту, я ходила за ним хвостом и все запоминала, распоряжений пока не было. Буду очень благодарна, если мне сначала дадут освоиться с полем деятельности и спецификой работы, а не сразу пошлют на выполнение непонятных заданий. С воздуха было прекрасно видно развернутый в черте города лагерь. Охраняемый периметр возвели прямо по улицам, наверняка захватив еще и незараженные участки. Но очень неприятно, что такое произошло в городе, инфицированные могли ускользнуть, еще сами не зная, что болеют. Сейчас всем усиленно с самого детства впаривают, что ни в коем случае нельзя утаивать симптомы любой болезни, абсолютно любой. Вирусы мутируют с немыслимой скоростью, подстегиваемые остаточной радиацией и очагами биологического заражения, и такие эпидемии могли бы давно добить остатки человечества, если бы не очень жесткие меры Объединенного правительства. Одна из таких мер – дезинфекционный батальон. Да и нельзя надеяться на сознательность граждан, потому что перспективы у зараженных не слишком радужные – либо полное уничтожение и сожжение тела для предотвращения распространения инфекции, либо жизнь в качестве подопытного кролика у вирусологов. В первую очередь босс направился в небольшой бокс, подписанный как «душевая». Там находились санитарные душевые с дезинфекционным раствором вместо воды и пронумерованные шкафчики с одеждой. Разумеется, шкафчик господина майора был под номером один. Я едва не засмеялась в голос, когда он указал мне на шкафчик с номером ½, явно предназначенный для адъютанта. — Твои мучители озадачили нас конкретно, когда сказали, что все возможные варианты моего помощника имеют рост сто семьдесят и размеры семьдесят-шестьдесят-восемьдесят, — хмыкнул босс, стягивая через голову свитер и чуть-чуть наклоняясь вперед. Да чтоб мне в сорок семь такой пресс иметь… А еще у него просто потрясающий кибер-протез левой руки, явно безумно дорогой и ну очень красиво выполненный, такая игрушка даже не нуждается в украшениях. Раньше его было трудно заметить, потому что он отлично подходит к габаритам тела мужчины, а кисти его были скрыты перчатками, — хотя дрыщей у нас полно, самая большая проблема была с ботинками тридцать шестого размера, отдел снабжения аж завис, когда им такое сказали. — Извините за беспокойство, — пробормотала я, встряхивая черные штаны со множеством карманов. Неужели в их батальоне нет женщин? Или они все великанши с сорок пятым размером ноги и обхватом бицепса восемьдесят сантиметров? Такая же черная куртка, гладкая и приталенная, напомнила мне одновременно китайскую традиционную одежду и мундиры Второй мировой войны своим воротником-стойкой до середины шеи. Я уже обулась в ботинки с высоким берцем, разгладила все складки и затянула на поясе странной конструкции патронташ с несколькими карманами и прикрепленной набедренной кобурой, а босс все еще сидел в одних униформенных брюках и держал в руках ботинок, рассеянно теребя шнурки и глядя в одну точку. — Ага, я понял, — вдруг сказал он, все же начиная обуваться, — увеличьте количество снайперов на крышах, мало ли, и готовьтесь к сценариям с двадцатого по двадцать пятый, я сейчас подробнее узнаю у научников о способах. Да, выполнять. Видимо, он подвис, принимая рапорт от подчиненного. Завершив экипировку буквально за минуту, господин майор взял с одной из полочек шкафчика стандартный офицерский пистолет и сунул в кобуру. У меня оружия пока не было, но мои защитные функции состоят не в обезвреживании или ликвидации нападающего, а в том, чтобы закрыть собой начальство от любого типа атаки. Вышли из душевой мы уже внутри периметра. У дверей стояли двое часовых, сразу вытянувшихся в струнку, но не отдавших честь, чтобы не убирать руки от оружия и не подвергать операцию срыву. Потрясающая выучка. По часовому стояло у каждого стыка секций периметра, от которых силовое поле поднималось вверх метров на пятьдесят – выше любого из зданий внутри. При такой плотной застройке можно не сомневаться, что кто-нибудь попытается свалить по воздуху из оцепления. — Ну наконец-то, босс! — бросив сигарету под ноги, мужчина в белом комбинезоне заторопился к нам навстречу, размахивая планшетом. — Почему вы так долго? — Забирал обузу от твоих соплеменников, — нетерпеливо дернув головой, господин майор отобрал у ученого планшет и погрузился в изучение данных, — вот вы дико меня заебали уже со своими формулировками! Просто скажи мне симптомы, статистику смертности и как с этим воевать. — Серия LeN? — не обращая внимания на начальство, мужчина в белом внимательно разглядывал меня. Даже потыкал пальцем в плечо, явно чтобы убедиться в наличии подкожной брони. — Я думал, еще не пройдены испытания, надо же, — босс раздраженно пощелкал пальцами у него перед носом, и излишнее внимание, наконец, исчезло, — симптомы вполне стандартные для наших штаммов, смерть наступает в течение недели, передается исключительно воздушно-капельным путем, но не далее, чем на метр, и только в комнатной температуре. Рекомендуем уничтожить путем перегрева. — Опять спалить целый квартал? — прищурился босс. — И опять вы сами это говно выпустили? Уже третий раз за месяц, вы там совсем осатанели? — Эксперимент санкционирован Объединенным правительством, как и все предыдущие, — спокойно ответил ученый. — Вот выйду на пенсию и всем все расскажу, — процедил господин майор, отворачиваясь, — сделали из меня палача. Мы можем просто закрыть периметр на две недели и потом спалить трупы? А то и вакцину найдете. — Нет, не можем, — улыбнулся весьма неприятный, как и все увлеченные работники науки, человек. — Ненавижу вас всех, — вздохнул босс, закатив глаза, — столько лишней работы из-за вас, — коснувшись виска, он скомандовал: — сценарий двадцать пять, парни. Повторяю, сценарий двадцать пять. Все часовые в поле зрения подобрались. Из небольших боксов, видимо, передвижных казарм для отделений, высыпались несколько групп военных в такой же черной униформе и с глухими шлемами на головах. Организованно рассредоточившись, они по пять человек нырнули в подъезды ближайших домов, сразу же стали раздаваться треск выбиваемых дверей и выстрелы. Видимо, сценарий двадцать пять подразумевает зачистку периметра и, да, санитарную обработку огнем, вон из бокса неторопливо выползло целое отделение парней в экзоскелетах с огнеметами. В каждый дом заходил только один, с ним сопровождающий автоматчик. Как-то… Стремно. Особенно если учитывать, что эта массовая казнь была спланирована и санкционирована Объединенным правительством. Прямо в одном из новых городов. Отвратно. Сняв с крепления на поясе полумаску с дыхательными фильтрами, босс спрятал за ней нос и рот, чтобы не подхватить заразу, и пошел куда-то между домами. К нему подскочила невысокого роста девушка в униформе, так что я даже удивилась, почему такие трудности вызвали мои параметры. — Босс, новый вызов на естественную вспышку в Южной Африке, — она протянула планшет, но я, повинуясь твердому взгляду, мягко перехватила его и вчиталась в сводку. Мутировавший вирус гриппа с несмертельными, но тяжелыми симптомами, которые приводят к смертельным осложнениям. — Пошлите туда запасную группу и создайте периметр, — распорядился господин майор, — сейчас тут зачистим и выдвигаемся, передай транспорту. И да, мне прислали нового адъютанта, так что освобождаю тебя от временных обязанностей, можешь возвращаться на рабочее место. — Спасибо, босс, — сквозь зубы поблагодарила она, бросив на меня уничтожающий взгляд. Кажется, я помешала чьей-то романтике, — табельное сдать? Господин Долгов молча протянул руку, и она положила ему на ладонь небольшой пистолет и снаряженный магазин. У меня немного похолодело в груди, когда я увидела на почти стандартных для армии девятимиллиметровых патронах характерные пустоты в пулевой части. Экспансивные, запрещенные и уголовно наказуемые, но при этом действенно снижающие разброс брызг при попаданиях. Потрясающе, неужели это мне? Надеюсь, долгие часы в тире и вживленная в мозг система наведения позволят мне хорошо выполнять свою работу. Не обращая внимания на удаляющуюся подчиненную, босс повернулся ко мне. Но, когда я протянула руку за оружием, отдернул его и покачал головой. — Сомневаюсь, что из него вообще стреляли, — тихо сказал он, с щелчком вставляя магазин и досылая патрон, — и я бы хотел убедиться, что могу доверить тебе эту пукалку, — последнее слово я не поняла, но все равно послушно кивнула, — сколько у тебя опыта? — Два года в тире, босс, — ответила я, — четыре тысячи часов стрельб, сто тысяч выстрелов, средняя статистика попаданий девяносто процентов, — он скептически приподнял бровь, и я, стараясь побороть смущение, добавила: — Восемьдесят процентов в первый год и сто процентов во второй год, босс. — Два года? — хмыкнул он. — Чтобы хорошо стрелять, надо стрелять полжизни. — Два года почти половина моей жизни, босс. Я не хочу, чтобы он сомневался во мне. Я хороший стрелок и боец, я идеально выполняю приказы, даже когда не хочу этого, я просто хочу выполнять свой полный функционал! — Это как? — поинтересовался он. Вокруг выстрелы, крики, шипят огнеметы и потрескивает пламя, выедая всю отделку и оставляя голый пластик стен, где-то бьется стекло, а мы просто стоим и болтаем! — Мне на данный момент четыре года и три месяца, — терпеливо ответила я, — поскольку я наполовину ликан, повзрослела я так же быстро, как они. — Прикольно, — только и ответил босс, отдавая мне пистолет. Легкий, из приятного на ощупь прочного пластика, удобно ложится в ладонь. Бережно щелкнув предохранителем, я опустила оружие в созданную для него глубокую кобуру и с наслаждением прикрыла глаза от ощущения следующего шага. Благодаря ремешку в нижней части кобуры, плотно охватывающему бедро, ничего нигде не болтается, не лязгает и не поскрипывает. Немыслимо круто. Планшет коротко завибрировал, я быстро прочитала новую сводку. — Босс, местная полиция оцепила зараженное поселение, африканская дежурная группа уже в пути, расчетное время прибытия — сорок минут, — доложила я, складывая планшет и убирая в один из карманов. — Отлично, — откликнулся господин майор, останавливаясь у тела какого-то бездомного, — поучаствуй в зачистке. От тела шел запах разложения, еще слабый, значит, с момента смерти прошло часа два, сердце совершенно точно не билось и больше биться никогда не будет. — Он мертв уже довольно давно, — глянув на босса и увидев, как потемнели от раздражения его глаза и чуть сошлись брови, я без дальнейших препирательств достала пистолет, привычным движением, наводясь на цель, отщелкнула предохранитель и выстрелила. Этот человек явно не потерпит обсуждения приказов, не говоря уже об их невыполнении, проще потратить патрон зря. С такого близкого расстояния антиразбрызгивающие свойства экспансивной пули сработали в обратном направлении — голова трупа лопнула, ошметки разлетелись на полметра, не меньше. — Выводы сделаны? — он заговорил на английском, будто обиделся за мое неповиновение. — Так точно, босс, — я сглотнула, не решаясь отвести взгляд. Ну вот, кажется, установленные отношения, очень даже неплохие, подпорчены. А все потому, что моим куриным мозгам не было сразу понятно, что босс и без меня знает о жизненном статусе этого бездомного, просто проверял меня. Теперь уж точно нельзя допускать ни одной оплошности.