Записная книжка

Многое было для меня впервые в силу того, что я всю свою недолгую жизнь просидела в научном центре. В том числе, впервые я оказалась в Южной Африке и, по совместительству, это было самое холодное место в моей жизни. Повсюду лежал снег, температура, если верить информационному сайту, держалась на отметке минус пять и к ночи должна была опуститься еще ниже. Мне не было холодно в общем смысле этого слова, но и приятным это ощущение назвать было нельзя. Босс закутался в плотную куртку с подогревом, проверил работу лагеря вокруг периметра, добрался и до ученых. — Штамм не смертельный, — сообщила женщина в белом защитном комбинезоне, не отрывая взгляда от монитора электронного микроскопа, — хорошо взаимодействует с антибиотиками, вакцина будет готова в течение двадцати четырех или тридцати шести часов. Симптоматика очень тяжелая, люди напуганы репутацией дезинфекционного батальона, поэтому уже было несколько попыток прорыва периметра. — Вас понял, — задумчиво пробормотал господин майор, потирая подбородок. Покинув бокс, в котором развернули полевую лабораторию, он оглянулся на меня, явно хотел отдать приказ, и осекся, даже остановился, — тебе не нужна теплая одежда? — Нет такой потребности, босс, температура тела в норме, — отчиталась я, вытянувшись перед ним и сложив руки за спиной, как требует устав. — Ладно, — продолжив путь, он встряхнул головой, — в файле было написано, что тебе нужно спать не больше часа в сутки, так? — Так точно, босс, — мне иррационально хотелось разговаривать с ним на скрипучем русском, но, видимо, такое доверие уже утеряно. Остается только надеяться, что не безвозвратно, — при необходимости время бодрствования может составлять до шестидесяти часов, в зависимости от нагрузки. — Отлично, потому что до изготовления вакцины спать нам не придется, скорее всего, — у входа в дезинфекционную комнату он снял с пояса маску и тщательно закрепил ее на лице, коснулся виска, активируя переговорное устройство, — парни, у нас тут сценарий тринадцать, как поняли меня? На общей частоте все подтвердили прием, и снова стало тихо. Пока босс переговаривался с кем-то из лейтенантов у шкафчиков с формой, я поискала в Интернете и Кибернете эти самые сценарии. На сайте миротворческих войск в разделе дезинфекционного батальона можно было получить файл с пояснениями по личному номеру бойца. Мой мне не сказали, но это информация из базы данных миротворческих войск, куда меня уже должны были внести и где у меня есть доступ к большинству незасекреченных личных дел, в том числе, к личному делу босса. Делая запросы, я не забывала следить за происходящим вокруг и последовала за боссом к гермодвери, ведущей внутрь периметра. Получив необходимую информацию о себе, я скачала файл со сценариями и развернула его, сразу переходя к номеру тринадцать. Сценарии от одиннадцатого до пятнадцатого классифицированы как «действия при несмертельной естественной вспышке инфекционного заболевания респираторного характера», одиннадцатый, самый щадящий, предусматривает только обеспечение порядка в зоне заражения и регистрацию больных, пятнадцатый – немедленную зачистку территории и санитарную обработку. Тринадцатый подразумевает установку периметра и нефатальное подавление очагов беспорядков. Если бы босс назначил четырнадцатый сценарий, начались бы выборочные расстрелы буянов. Не зря люди так боятся, не зря. — Все готово? — поинтересовался господин Долгов у техников, возившихся с ретрансляционным экраном. — Так точно, босс, можно начинать, — ответили ему. Босс встал напротив экрана, сложил руки за спиной. Когда началась трансляция на все принимающие устройства в черте периметра, ее получил даже мой модуль видеосвязи, так что я имела возможность смотреть одновременно спереди и сзади на босса, слышать его собственными ушами и получать звуковую дорожку в слуховой модуль. — Говорит майор миротворческих войск Игорь Долгов, дезинфекционный батальон, — сейчас на всех экранах он, люди поворачивают головы и видят того, кто является всеобщим символом убийств зараженных, — войска развернуты в вашем городе с целью сдержать распространение респираторной инфекции, возникшей в результате мутации вируса гриппа. Подтип был назван А Бенони два две тысячи сорок семь. Несмотря на тяжесть симптомов, риск смертности минимален. Прошу вас сохранять спокойствие, вакцина будет готова в течение двух суток, — немного преувеличил, видимо, уверен, что ученые не уложатся в срок, — расквартированные в районе заражения бойцы вооружены нелетальным оружием — шокерами и карабинами с резиновыми пулями, это необходимо для поддержания порядка. Убедительная просьба, оставайтесь в своих домах, минимально контактируйте с соседями. Подача электропитания будет ограничена в связи с энергоемкостью научной работы, подключайте к сети только самые необходимые приборы. Если вам требуется пища, вода или медикаменты, обращайтесь к бойцам. Закончив передачу, он тяжело вздохнул и потер лоб затянутой в перчатку рукой. Меня поманили через плечо, я сделала шаг вперед. — Босс. — Оставайся здесь, сейчас местные набегут задавать вопросы, а я пойду улажу вопросы с поставками всего, что я тут им наобещал, и к научникам, — коротко взглянув на коммуникатор, он создал выделенный канал связи, — если что, свяжись со мной. Скорее всего, скоро будут распоряжения от командования. И надень фильтры, а то как белая ворона. — Есть, босс, — вытянувшись, я проводила его взглядом и мысленно вздохнула. Зря я надеялась, что мне дадут освоиться, сразу оставили в незнакомом месте с размытыми задачами. Ладно, мне приказано оставаться здесь, так что я могу просто ошиваться в этом районе и не проявлять инициативу, отлично. Караульные у секций периметра были сосредоточены и неподвижны, патрули на улицах вели себя гораздо более раскованно. Я надела фильтрующую полумаску и активировала слуховой модуль на максимум, чтобы слышать все происходящее вокруг. В отличие от сестер, мне досталось только хорошее обоняние от ликана, зато я могу спать без берушей и не слышу сердцебиение всех вокруг в радиусе сорока метров. — Эй, кукла, в тебя встроили вагину? — развязно поинтересовался тот, кого я без проблем идентифицировала как старшего лейтенанта Жоржа Батиста де Марье, главу второго отделения зачистки дезинфекционного батальона. Странно, что он тут делает, если сценарий не предполагает смерти гражданских? И как его еще не вышибли из миротворческих войск со столькими выговорами в личном деле? Но, что самое главное, на него не срабатывает модуль покорности. Значит, во всех миротворческих войсках я подчиняюсь офицерам от майора и выше. Потрясающе. — Никак нет, репродуктивная функция отсутствует, — механически ответила я. — Репродуктивная, может, и отсутствует, но рот-то есть, — не очень приятно засмеялся его спутник, старший лейтенант Николас Спанидис, глава четвертого отделения зачистки дезинфекционного батальона, — хотя рот — инструмент капризный. — Что, та девчонка тебе с утра не угодила? — словно меня тут и нет, ну конечно, я же просто кибер. — Кусаться пыталась, чуть зубы не выбил, — пожал плечами старший лейтенант Спанидис. Так-так, попахивает изнасилованием. Но это не мое дело, не мое, не мое, совершенно не… — надо было постарше выбирать, а то она только ревела и просила отпустить, как будто мне нужна ее шестнадцатилетняя киска, господи. — Старший лейтенант Николас Спанидис, вы обвиняетесь в изнасиловании несовершеннолетней, уголовное дело будет сформировано в течение суток, — сообщила я, отправляя информацию сначала боссу. — Чего? — на меня посмотрели, как на заговоривший камень. — Отвали, микросхема на ножках. —Какой бы хуйней ты там ни занималась, немедленно прекрати! — прошипел в слуховом модуле босс. Да, возраст согласия был достигнут. Да, будет непросто доказать. Но, учитывая количество камер наблюдения, есть смысл попытаться. Даже если мне лично придется обрабатывать хоть три тысячи часов видео. Офицер не имеет права так поступать, ни один человек не имеет права, а офицер – тем более. И он точно должен быть наказан, чтобы впредь не случались такие позорящие миротворческие войска инциденты со злоупотреблением физической силой и служебным положением. — Оставайтесь на месте до специального приказа командования, — стараясь не допускать эмоции в голос, я положила ладонь на кобуру. Меня слишком часто насиловали, чтобы я могла позволить ему избежать наказания. — Отойди, — твердо приказал за спиной босс, — и займись тем, чем должна заниматься согласно моему приказу. Модуль покорности немедленно отправил по телу соответствующие электрические импульсы, заменяющие нервные, ноги шагнули вправо, и я впервые в жизни взбунтовалась, пытаясь остаться на месте. Еще и эти двое стоят, улыбаются. Они думают, что им ничего не будет. Они думают, что я послушный воле хозяина кибер. — Изнасилование несовершеннолетней! — процедила я сквозь зубы, с трудом, как на большой глубине, вынимая пистолет из кобуры. — Отставить! — рявкнул господин майор, осторожно, как вокруг фугаса, обходя меня слева и доставая свое оружие. Внутри головы раздался оглушительный щелчок, громко зазвенело, вспыхнуло в глазах, но я получила контроль над собственным телом и, наконец, вскинула оружие. Мне казалось, что я не нажимала на спусковой крючок, но выстрел прозвучал, хлестко ударил по ушам. А потом я ощутила, как медленно и противно вдавливаются пластины подкожной брони в грудь, как скрипят и с треском ломаются ребра. Импульсом меня опрокинуло на спину, и я не нашла в себе силы даже закрыть глаза. — Еб вашу мать, какого, блять, хуя она тут несла про изнасилование?! — босс и лейтенанты стали похожи на небоскребы, вытянулись вверх на целые мили, если не сотни миль. — Отвечать! — они что-то мямлили, но большая часть энергии уходила на самовосстановление брони, слуховой модуль отказал, я не могла расслышать. — Мне плевать, сколько ей лет, это было внутри периметра? — Да, босс, — практически прошептал Спанидис. — Ох ты ж какой молодец! — прорычал босс, срывая погоны с плеч уже бывшего старшего лейтенанта. — Такими темпами ты бы вытащил заразу за периметр и передал остальным бойцам, ты это осознаешь? Когда будет готова вакцина, ты пойдешь под трибунал за изнасилование и преступную халатность, и радуйся, что не за умышленное распространение инфекции, долбоеб, — босс повернулся ко мне, — долго ты собираешься валяться? Мне на лоб упала снежинка. Я так остро почувствовала ее прикосновение, ощутила, как она тает и скатывается крошечной капелькой к виску, путается в волосах и исчезает. Как не похоже на душ в боксе научного центра и дезинфицирование в предыдущем лагере. Так потрясающе живо и по-настоящему. Впервые в жизни вижу снег, но пришлось испачкать его кровью. Невнятно что-то выстонав, босс левой, кибернетической рукой ухватил меня за воротник форменной куртки и куда-то потащил. Да, он бы вряд ли смог долго меня нести, подкожная броня и модули с блоком питания прибавляют мне почти пятьдесят килограммов. Голова бессильно свесилась на грудь, и я увидела, как медленно, но верно нанороботы выпрямляют пластины, где-то под ними скрежетали срастающиеся ребра, правда, тряска несколько замедляла процесс. Если бы я была человеком, я бы, наверное, уже умерла. Если не от повреждений сердца и легких, то от кровопотери. Если не от кровопотери, то от болевого шока точно. Как хорошо, что я не чувствую боль. Хотя из-за этого я едва не умерла год назад от гангренозного острого аппендицита с перфорацией. Может быть, мне какой-нибудь фильм посмотреть, пока все будет заживать? Или изучить остальные сценарии. Интересно, как босс живет без глазного модуля, позволяющего просматривать сайты и файлы на фоне стандартного зрения? Меня втащили в пустое маленькое помещение. Судя по пазам для коек на стенах и их малому количеству, это еще не до конца развернутая офицерская казарма. — Я забыл нахуй, что ты не кибер, — устроив меня в сидячем положении у стены, босс присел напротив на корточки, — это было второе предупреждение, еще раз ослушаешься, я прострелю тебе башку, поняла? — я не то чтобы кивнула, просто уронила голову на грудь, — ты ж не помрешь, нет? — с трудом качнув головой, я жестом попросила положить меня горизонтально, чтобы бесценная кровь не выливалась через разорванную грудную клетку. Пусть внутри булькает; когда восстановятся сосуды, организм ее переработает и вернет на место. — Тебя, может, к доктору, а? — в таком положении оказалось гораздо легче качать головой. Ни к чему тратить медикаменты на то, что само заживет. — Могу крови дать, только если чуть-чуть. Это, как оказалось, был не вопрос. Сбросив на пол куртку, босс закатал рукав на живой руке и притерся запястьем к моим губам. Худшее место для укуса, потом долго будет его беспокоить, но что поделать, не наклоняться же ему ко мне и не подставлять шею. Тем более, так действительно получится выпить немного. Это радует, потому что кровь я не люблю – в бутылках она всегда холодная, полусвернувшаяся и противная. Сил еле хватило, чтобы пробить клыками кожу. Горячая и очень вкусная кровь потекла в рот сама, плотная, жидкая, насыщенная запахами и жизненной силой. Чем больше я выпью, тем быстрее восстановлюсь, но стоит быть аккуратной, иначе тело восстановится быстрее, чем выправится броня, а это грозит врастанием и очень неприятными ощущениями. Оставив меня регенерировать, господин майор вышел. Да, у него много дел. А я смогу подумать о неожиданной свободе действий. Модуль покорности не отвечал на запросы. Если он перегорел, то я самый счастливый гибрид на планете.