***
— Мы едем на это озеро, представь себе… — явно не радостно рассказывал Хёнджин, обращаясь к Хану. — То самое, полное загадок и тайн? — поинтересовался младший и посмеялся, узнав недавнее объявление. — Да, я не вижу в этом ничего интересного, — заявил Чанбин, посмотрев в сторону. Они почувствовали себя маленькими школьниками, которым очень нравятся мистические вещи. Именно это друзей немного возмутило, но у каждого есть своё мнение, часто не значащее ничего для окружающих. — А Сынмин едет, ты не в курсе, Хан? — заинтересованно спросил Хван, после чего убедился в этом. Если поедет Сынмин, то скучно точно не будет. — Я не знаю, но, думаю, да, потому что его друг точно едет… — младший задумчиво смотрит в сторону, в то время как Чанбин давится привычным кислородом. — Феликс едет? — вскрикнул тёмноволосый с другой стороны, услышав знакомое «друг Сынмина». — Аааа! Да что такое? Можно я не поеду? Чёртов хён! — Ух, жесть. Понимаю, что тебе будет не очень приятно… Сделаем это друг для друга по-братски? — брюнет обернулся и увидел друга, пребывающего в состоянии шока, по нему было видно, что он всё ещё вспоминает тот случай с Ли в мужском туалете. — Если что я всегда рядом. — Тебе нравится Феликс? — с каплей жалости в глазах Хёнджин смотрит на мучающегося друга. — Нет… Да… Не знаю! Я поцеловал его, я хотел узнать это. Но, кажется, я проебался… — Чанбин устало простонал в подушку, ещё чуть-чуть, и любитель тёмного разрыдается. Потому что он понимал, что Феликс реально ему нравится. — Тебе же не хотелось? А почему это вдруг ты захотел? — Хочу позлить мелкого, — как будто смущаясь чего-то неясного, Хёнджин перевёл взгляд вниз. — Давай ты не будешь просто обращать внимания, хорошо? — Засранец ты блядский, знаешь же, что я никогда не откажу тебе! Попробую, — Со успокоился, и компания друзей отправилась на уроки. У Хвана в голове был творческий беспорядок, он не знал о чём думать. Слишком много мыслей нахлынули на него. С одной стороны, было грустно за друга, что так долго страдает из-за Ли, но это лишь было только видно, сам он этого не знал, нравится ему Феликс до сих пор или нет. Брюнет не осмеливался спрашивать, боялся сделать больно. С другой стороны, он размышлял, как подразнить Сынмина на сей раз, и ещё размышлял про эту поездку, молясь богу, дабы Ким поехал. Сам не понимает, что же заставляет его так ждать шатена. А у Чанбина в голове точно так же, как и в теле было большое напряжение. Парень не знал, что на самом деле думал о том моменте с Ли, но и не стремился узнать, ведь казалось, что ему не понравилось. К тому же, он как слабак спрятался после. Ну прошлое уже не изменить, живи с этим. Со не знал, как будет вести себя при Феликсе на таком маленьком расстоянии. Расстояние будет не такое, как в школе, то есть, гуляй, где вздумается, но и там будет так же, только вероятность встретиться будет гораздо больше. Для Чанбина всегда мнение окружающих было важно, и мнение Феликса как раз-таки не исключение. Далеко не исключение. Не хотелось ещё больше косячить с Ли, он хотел только одного: довести дело до конца. И желательно положительного конца, совсем не важно какого именно варианта. Блондин будет вместе с Чанбином или Со потеряет чувства к нему. Без разницы, ведь эти два варианта хороши для тёмноволосого. И каждый раз, когда парень задумывается об австралийце, его желание почувствовать Феликса рядом становится разы больше.***
— Прости, я сегодня не смогу придти в школу, — в очередной раз Сынмин позвонил Феликсу, дабы пойти вместе, но в ответ лишь слышит разочарованное «не смогу». — Обстоятельства. Удачи! Последнее слово звучало более радостно, но после блондин отключился. Шатен понимал, что он будет совсем один, уже не будет бесстрашной стены, которая защищала его от этих сцеплений с Хваном. В школу, хоть и со страхом и волнением, он пошёл. Теперь придётся прятаться. На большой перемене парень отсчитал время до звонка и реально спрятался. Совсем недавно Феликс показал путь на крышу, так как сам там, бывало, находился. А теперь вопрос… Знаете, кто лучший советчик? Музыка. В ней можно найти хороший ответ на все вопросы жизни, и она может подсказать что делать дальше. У всех авторов разная жизнь, разное мировоззрение и взгляды на жизнь, поэтому даже в ней помощь можно найти. Сынмин любит слушать музыку, ему всегда нравилась красивая спокойная музыка, но если смотреть на настроение, то и весёлая пойдёт. С наушниками в ушах, он иногда проваливался в пропасть, где нет никаких проблем и его это очень вдохновляло. Паренёк достал свой телефон и, подключив наушники, начал задумчиво слушать любимые песни. При этом он смотрит на красивый вид, что открывается с крыши. Столько мыслей нахлынуло на него, на разные темы. И конечно же, тут не обойтись без Хёнджина. Как бы сильно шатен не пытался выбросить его из головы, хотя бы на время, ничего не выходило. Хван как липучка, трудно отцепить его. В это время, по ступенькам поднимался Хёнджин на ту самую крышу. — «Мы проебали Чанбина! Кто найдёт, тому денежный приз… Не дай бог, опять бухает на крыше, смотря на птичек.» — Хёнджин недовольно хмурился этим мыслям. После урока, Чанбин, не ожидая друга, направился куда-то, а теперь Хвану приходится искать его. Открылась дверь, и ветер взъерошил причёску брюнета. Прохладный свежий ветер. Парень понадеялся увидеть там Чанбина, но его не было. Зато увидел знакомый силуэт, в котором вскоре узнал Сынмина. Довольно ухмыльнувшись, парень подошёл к нему со спины. Это, конечно же, не его лучший друг, но тоже интересно. Было слышно какую песню он слушает, ведь было так тихо и наушники позволяли. Сидящий свободно вздыхает и смотрит на природу, что находилась за пределами школы. Пару минут поглазев на шатена, Хёнджин подал знак о своём присутствии, дотронувшись до его плеча. От чего Ким резко вздрогнул, чуть не уронив свой телефон. А наушники вылетели из ушей. Парень словил мобильник и обернулся. — Ты что тут делаешь? — спросил Хван, склонившись вниз. — Ты чего так пугаешь? Я?... От тебя прячусь, — вздохнув с облегчением, он обернулся обратно. — Ну тогда я тебя нашёл, — усмехнулся старший и сел рядышком. — Оно и видно… Что тебе надо здесь? — поинтересовался Сынмин, поймав на себе прожигающий взгляд. — Я искал Чанбина, а оказался тут ты. — Ну как видишь, Чанбина тут нет. Ты пойдёшь или мне уйти? — шатен холодно взглянул на старшего, но на вопрос он так и не ответил, задумчиво смотря вперёд. — Тогда я пойду. Сынмин тяжело вздохнул и поднялся с места. Он уже собирался уходить, как вдруг его остановили чужие тёплые ладони на плечах, которые заставили его остановить и дыхание. — Сядь! Мне нужно кое-что сказать, — шатен почувствовал как старший горячо дышит ему прям в шею, что пробуждает табун мурашек по телу. — Пожалуйста. Рука Хвана медленно спустилась до запястья младшего. Аккуратно, кончиками пальцев схватил его и потянул за собой, в то время усевшись обратно. А тело Сынмина будто слабым током ударило дыхание Хёнджина. Придя в себя, Ким выдохнул и послушно присел рядом, сложив тонкие ноги у груди. — Мне, конечно, не очень привычно такое говорить, я просто раньше этого не делал… Прости, что делаю тебе неприятно, мне правда не хочется… Но приходится, — в этот момент Сынмину реально показалось, что тот говорит искренне. Он был в шоке, ведь такого Хёнджина он ещё не видел. — Хорошо, допустим, я понял, хотя ничего не понятно. И что тебе надо от меня? — Ким немного растерянно и уже не впервые задает этот вопрос, смотря вниз. — Там есть причины… Но ты не поймёшь, — старший перевёл взгляд на Сынмина. И его сердце начало биться чаще, когда тот тоже посмотрел на него. Такие глазки, такие тёмные и щенячьи. Хвану хочется смотреть в них ещё очень долго, а может и вообще вечно. Шатену пришло в голову, что Хёнджин не может перестать домогаться его из-за репутации, он это прекрасно понял. Конечно, кому было бы по себе говорить, что сдаёшься. Только самые сильные, но Хван, скорее всего, не из таких, но, на самом деле, причина стала немного другой. И сейчас младший изменил своё отношение к брюнету чуть-чуть в другую сторону, когда он извинился. — Ладно. Это, пожалуй, последнее, что сказал ему Ким, потому что прозвенел звонок, на который шатен отреагировал и исчез из вида. А Хёнджин продолжает сидеть, провожая взглядом убегающего парнишу, после он переводит грустный что ли взгляд и смотрит на небо. Наконец-то он высказал это ему, аж хорошо на душе. Он немного представил перед собой это милое личико, обращая внимание на глазки, поулыбался, а потом ушёл на урок.