Белоснежка и 13 гномов.

Гладкие чёрные кудри разметались по шёлковой подушке, тонкие пальцы крепко сцеплены между собой - восковая бледность кожи подчёркивает яркость губ и лёгкий румянец на щеках... - Гномы толпятся у хрустального ящика, разглядывая девушку через резную крышку. - Она... спит ? - спрашивает Кили, настороженно оглядываясь. Этот пустой дом , затерянный среди леса, немного пугает его. Тем более после того как в дальней комнате они нашли этот хрустальный гроб, и лежащую в нём девушку. - Она не дышит. - отмечает Глоин, обходя кругом гроб. - Может снимем крышку и проверим ? - Фили берётся за резной бордюрчик и пытается приподнять громоздкую крышку гроба. - Ну...может она не зря там лежит ? - останавливает его Балин. - В каком смысле? Думаешь эта девушка какое-то чудовище? - Всё может быть. Мы ведь не знаем... Она конечно красивая, и не выглядит опасной... Но ведь просто так никого не запирают в хрустальный ящик. На этих словах гномы разом отступили от гроба и вопросительно посмотрели на Торина, стоящего в стороне. - Уже темнеет, думаю мы останемся здесь: ночи сейчас холодные, а дом пустует.. - Оин и Глоин, проверьте дом: нет ли чего съестного? Наши запасы на исходе. Фили, Кили, сходите в лес, принесите дров. Будьте осторожны, и смотрите по сторонам... место всё же незнакомое. Баллин и Дваллин, разожгите камин в большой комнате, проверьте наши припасы. То, что портится быстро нужно съесть сейчас. Остальные осмотрите местность вокруг дома... Когда все Гномы разошлись, Торин подошёл к гробу и постучал по крышке перстнем. Ему показалось, что у девушки дрогнули ресницы, и он постучал ещё раз, уже сильнее. Дребезжащий звук разнесся по всему дому и эхом отразился от стен. Девушка осталась неподвижна. Поздним вечером, когда все собрались у горящего очага, разговор снова зашёл о таинственном хрустальном ящике и девушке внутри него. - Ну мы же не можем её там оставить, - настаивал Ори. - Я уверен, она жива, просто крепко спит... у неё на щеках румянец, и губы красные... мёртвые не выглядят так! - Возможно магия сохранила её такой... в этом гробу. И открыв его, мы всё разрушим... - заметил Дори. - Я не знаю заклятий, способных усыпить человека на долгое время, но чтобы при этом он не дышал... Да и кому это могло понадобиться? - Мы не узнаем ничего, пока ,по крайней мере, не попытаемся её разбудить! - настаивал Ори. - Эта девушка вовсе не выглядит опасной, а нас 13 , и мы вооружены... Если мы просто попробуем разбудить её, ничего не случится решил Торин, и, поставив на пол пустую миску, встал. Все гномы прошли в комнату , где стоял таинственный гроб, и сгрудились у входа: не смотря на решительный настрой, они всё же опасались. Торин подошёл первым, и попытался приподнять крышку; пальцы скользили по хрусталю, и остальные гномы пришли ему на помощь. Вместе им удалось приподнять верхнюю часть хрустального гроба на высоту ладони, и они уже собирались плавно отойти вместе с ней, как вдруг кто-то поскользнулся, или же оступился, толкнул соседа, тот упал, и резная громадина опрокинулась, упала , чуть не задев вовремя отскочившего Кили. Она звонко, шумно, разметалась по полу волной сверкающих в полутьме осколков - все разом задержали дыхание, словно на шум сейчас должны были прибежать строгие хозяева дома, но никого не было, и гномы облегчённо выдохнули. - Красивая была резьба, искусная, - с сожалением проронил Дваллин, рассматривая на свет крупный осколок. Все, кроме Торина, похоже забыли о мнимом колдовстве, и принялись собирать осколки, и через распахнутое окно выкидывать их в сад. Предводитель гномов же подошёл к хрустальному ложу, и посмотрел на девушку; теперь, без преломления и искажения она и вправду казалась спящей. Тёмные ресницы даже, кажется, подрагивали от дыхания... или от сквозняка. Торин протянул руку, и коснулся её руки, чтобы проверить, бьётся ли на запястье жилка пульса. Её рука была холодной и совершенно безжизненной. Он отпрянул, как будто обжёгся, и бросив через плечо: "Она не проснётся" - вышел из комнаты. Устроившись у тлеющего камина, подложив под голову свёрнутый плащ, Торин ещё долго не мог уснуть, слыша, как гномы пытаются разбудить таинственную незнакомку: они и кричали, и тормошили её, и щипали. Советовались, снова пробовали. Но к полуночи они прекратили свои попытки и расположились на ночлег в прогретой гостиной. *** Торин проснулся от странного звука: как будто на пол с небольшой высоты упало что то мягкое, вроде мешка с мукой или орехами. Он оглядел комнату: все гномы крепко спали, утомлённые долгим переходом, и усыплённые теплом и горячей едой. Не было только Бифура и Бофура, которые, видимо, стояли в карауле. Предводитель гномов было подумал, что ему показалось, но тут из глубины дома послышалась какая-то возня... Выхватив из сапога длинный охотничий нож, Торин медленно начал двигаться к источнику шума; пройдя через две небольшие комнатки и коридор, он остановился перед дверью в "самую таинственную комнату". Выдохнув, он резко распахнул её и застыл: на полу, с сверкающей хрустальной пыли, среди крупных, похожих на колотый лёд осколков, полулежала девушка, опираясь рукой стену. Она попыталась встать, и снова упала - ноги её не слушались. Торин не сразу понял, что девушка , сейчас лежащая на полу, и есть та, которую он несколько часов назад назвал мертвой: её лицо, руки, сорочка - всё было залито кровью. Кровь была на полу, отражалась и преломлялась через осколки хрусталя, бросая на стены и потолок багровые отсветы. Увидев его, стоящего в дверях, девушка взвизгнула, и попыталась отползти назад . - Я не причиню тебе вреда, мы всего лишь остановились в твоём доме переночевать... думали он пустует... мы пытались разбудить тебя, но ты была как неживая...не дышала, не реагировала на шум... - Торин медленно убрал нож обратно в сапог, и показал свои пустые ладони. Кажется девушка немного успокоилась, так как перестала пятиться назад, и теперь с каким-то первобытным ужасом оглядывала комнату вокруг - глаза её блестели в скудном лунном свете, по голым рукам и лицу бегали отсветы преломлённого света. - Ты..вся..поранилась... мы пытались разбудить тебя и опрокинули крышку этого... ящика, - Торин подошёл к ней - осколки хрустели под его сапогами. Девушка уже не так дичилась его, и не стала сопротивляться, когда он взял её за скользкую от крови руку, и потянул на себя, помогая подняться. Но ничего не вышло: ноги её подгибались, словно ватные, и Торин ухватил её за вторую руку, что бы она снова не рухнула на пол. На руках он отнёс её в гостиную, где спали все гномы, и остановился в дверях. - Фили, Кили, вставайте, помогите мне. Он сказал это достаточно громко, чтобы услышали и остальные гномы. Гномы отрывали головы от импровизированных подушек, потягивались... но, как только они увидели Торина и его необычную ношу, сознание прояснилось окончательно. На лицах одних была радость и удивление, на других озадаченность, и даже опаска. Фили и Кили без лишних слов подхватили девушку под руки, и усадили на большой сундук, стоящий недалеко от камина, ранее служивший им столом. - Я услышал ночью шум, пошёл проверить, и... вот. Она лежала там, на полу, вся в крови... - Но мы же будили её, кричали, даже толкали..и тогда она не проснулась. Почему сейчас? - удивился Ори. - Может реакция запоздала... или её разбудило что-то другое... может вода попала на кожу?.. в любом случае, сейчас это не важно; она вся изранена этим хрусталём, напугана и замёрзла, - разумно заметил Балин. Тут же девушке на плечи набросили плащ, Кили принялся ворошить угли кочергой, собираясь снова разжечь очаг, Ори извлёк из сумки эльфийский хлеб, и налил в миску остатки ещё тёплой похлёбки. Девушка удивлённо оглядывала комнату, в которой очутилась, гномов, снующих вокруг, потом себя... увидев свои ноги, все в порезах и кровоподтёках она вскрикнула и поднесла руку ко рту... - Я...я...я ничего не почувствовала, когда упала. Откуда? Откуда у меня... - были её первые слова, произнесённые за всё это время. - Нужно остановить кровотечение и обработать раны, - распорядился Балин, глядя, как мерно капает на пол кровь, стекающая с её ноги. Порезы на ногах девушки промыли и перевязали,а на лице и руках были только небольшие царапины, их аккуратно обработали травяной настойкой. Настойка щипала, поэтому девушка кусала губы и сжимала в пальцах край плаща. Гномы суетились вокруг: они были смущены присутствием человека среди них. Бледная, с тонкими, хрупкими руками, до болезненности изящная, она была совсем не похожа на гномьих женщин. Только их предводитель, казалось, был безучастен ко всему: он сидел на пустом бочонке возле очага в другом конце комнаты, и подперев рукой подбородок, о чём-то размышлял. К утру суета и волнения улеглись, таинственную особу укутали в два плаща и уложили спать; гномы тоже прикорнули, даже забыв выставить караул - только Торин не спал. Он всё так же сидел у камина, подперев голову рукой и задумчиво рассматривал угли, тлеющие в очаге.