Where there is hope, there are trials.

      Юнги стоял около ближайшей к его дому школы. Сегодня пришлось проснуться раньше, чем обычно, потому что до пар нужно было успеть встретиться с тем самым «сыном маминой подруги» по имени Чонгук. Тонсэн опаздывал, и Мин, втянув голову, словно птенчик, спал стоя, ожидая появления младшего. Зачем надо было заставлять его идти сюда, если этот негодник даже не удосужился прийти вовремя?!        — Ты — Юнги? — окликнул мягкий голос. Дремлющий приоткрыл глаза.        Перед ним стоял и глядел любопытным искренним взглядом паренёк, смахивающий на милого кролика.        — Хён.        — А? — с недопониманием воскликнул Чонгук.        — Хён. Юнги-хён.        — А. — секундная пауза. — Так ты — Юнги-хён?        — Да, я.       Снова молчание. *автор бросается к окну, не зная, как наладить коммуникацию этих двоих*        — А… *автор резко оборачивается* Ты, значит, тут живёшь? *знатно фейспалмнув и поняв, что так дальше нельзя, автор возвращается на своё место*        Мин исподлобья взглянул на Чона.        — Нет, я специально ехал сюда в такую рань «с другого конца города», потому что абсолютно не ценю лишние минуты сна и готов потратить их на совершенно бессмысленный разговор с чудаком, которого впервые в жизни вижу. *автор победоносно вскидывает кулачки в воздух, радуясь хоть какому-то развитию разговора и решает больше не встревать в сюжет*       Чонгук обескураженно уставился на него. По рассказам взрослых он представлял себе Юнги как более приветливого человека, а теперь ему даже стало как-то не по себе меняться с ним контактами. Ну, была-не была…        — Извини, что заставил тебя ждать, хён. Вот, тут мой адрес и номер телефона, — протянул ему записку. — возьми, пожалуйста. Это очень нужно, чтобы в случае чего ты мог помочь мне, и я не писал в пустоту, не получая ответа.       Юн взял листок с данными и положил в карман. Ничего не говоря, он пошёл по направлению к автобусной остановке.        — Хён, а как же твой адрес? — обеспокоенно спросил Чонгук у спины удаляющегося Мина.        — Потом пришлю. — не оборачиваясь, ответил Юнги.       Заметив, что старший как-то странно поддерживает предплечье, когда идёт, Чон спрашивает его в догонку:        — А что у тебя с рукой?        — Не твоё дело. — кидает Мин. И вцепляется в плечо ещё сильнее.

***

      «Вот чёрт, прошло же вроде…» — подумал Юн, сев в автобус. После вчерашнего неожиданного визита тётушки он даже ни разу не вспомнил о травме. Может быть, потому что, простившись с гостьей, занялся своей любимой рефлексией. Возможно, у него получилось каким-то образом перевести физическую боль в душевную. Юнги сидел за кухонным столом, разглядывал подвески и гадал, когда ему предстоит использовать их по назначению. Так и не сумев ответить на вопрос, он решил вспомнить, каково импровизировать на синтезаторе, и сдул частички времени с клавиш запылившегося инструмента. Впервые за несколько месяцев квартира наполнилась нежными мелодичными звуками.       Сейчас же в наушниках звучала более ритмичная песня, которая не очень подходила обычному пофигизму Мина, однако в данный момент наилучшим образом отражала его настроение. [Planetarium Records — Blind]       Что-то в том парнишке зацепило Юна, вызвало чувство ответственности, будто теперь он должен был отвечать за младшего.       «Пфф, пацан взрослый уже, с голода не помрёт» — подумал Юнги и отогнал мысли о Чонгуке.       [Остановка «Университет Мёнсей». Конечная.]

***

      «Айщ, опять дофига людей» — подумал Мин, оглядев университетскую столовую, где в буквальном смысле яблоку негде было упасть. Решив, что не так уж и голоден, и что личное пространство — слишком дорогая для него собственность, он отправился на верхний этаж здания. Там почти не было учебных кабинетов, в основном подсобные здания, архивы и склады. Парень выбрал слабоосвещённое место и присел на пол. Сунув руку в карман, он обнаружил бумажку с адресом и номером телефона Чонгука. Некоторое время он сидел и пристально разглядывал буквы, потом ещё немного повертел листок в руках и достал телефон. _______________________________       [Юнги-хён]        — *отправлена геолокация*        — Вот мой адрес. Только не вздумай приходить без спроса. _______________________________       Послав сообщение, Юнги откинулся на стену и надел наушники. Ему захотелось поднять себе настроение, и на такой случай у него была одна песня, заслушанная до дыр, но до сих пор обладавшая необъяснимой магией улучшать жизнь. [T-ara — Sugar free]       ~Neon Sugar Free ije neon       Sugar Free       Naegeman Sugar Free modeunge       Sugar Free…~        — Эй, парень.       ~Neoneun han sungane       nareul ansseureopge mandeureobeorin…~        — Парень!       ~Nal mandeureobeoryeosseo       mwonga ppajyeobeorin Sugar Free~        — Вот же ж… Шуга, твою мать!        Юнги вздрогнул от такого неожиданного вмешательства в припев трека. Выдернув наушники из ушей, он поднял глаза на нарушителя своего спокойствия и завис.        — О-хе-реть…       Мин Юнги крашнулся.

***

       — Эм… — Пак Чимин будто бы не заметил фразу, только что слетевшую с уст Юнги. — У тебя, кажется, наушники сломаны, музыка на весь этаж орёт.       Мин перевёл взгляд с Пака на комок проводов, выдернул их из гнезда для наушников и принялся аккуратно сматывать.        — Музыка не орёт. Она звучит. — произнёс он учительским тоном.       Брови Чима взметнулись вверх.        — Так ты из учеников Чунгли кёсунима?        — Нет, просто я сам так считаю. Кёсуним начал употреблять эту фразу намного позже, чем я.        — Ладно, я понял… К сожалению, мне пора. Смени наушники. Увидимся ещё как-нибудь. — парень зашагал по направлению к лестнице.        — Подожди! — окликнул его Юнги. Пак обернулся. — Шуга, серьёзно?!        Чимин улыбнулся:        — Классная песня.

***

      [8.40 pm]       Юнги сидит на кухне и пьёт кофе, печатая доклад на ноутбуке. Ко второму курсу письменной работы стало больше, но Мин привык к бессонным ночам ещё со школы. Он не обесценивал учёбу, считая, что в любом случае получает «бесценный жизненный опыт». Впереди несколько часов работы. В квартире тишина. Стук по клавиатуре. Звук автомобильного сигнала за окном. Глубокий вдох…        — Айщ! — внезапно зашипел Мин, хватаясь за плечо в очередной раз. Так больше нельзя, завтра он пойдёт к врачу.       Звонок в дверь. Кому понадобилось приходить на ночь глядя? Юнги вперевалку идёт ко входу и открывает.        — Чонгук, мать твою, какого хрена ты тут забыл?!        — Там… У меня… Люди… — задыхался Гук. Способность членораздельно доносить мысли он, видимо, просрал ещё в прошлой жизни.        — Так, стоп, держи себя нахуй в руках! — встряхнул Чона Юнги — Что случилось?        Темноволосый прикрыл глаза, собираясь с силами.        — Всех моих соседей перерезали.

***

      Два парня сидели в гостиной на разных концах дивана и пялились в пустоту. Каждый думал о своём. Юн поднялся, пошёл на кухню и вернулся со стаканом воды, который предложил Чонгуку.        — Сегодня ночуешь у меня. — тихо произнёс он. Тонсен, пивший в тот момент воду, чуть не захлебнулся, и вытаращенными глазами посмотрел на старшего.        — Серьёзно?! Сегодня утром ты меня на порог своей квартиры не хотел пускать…        Шоколадная макушка резко дёрнулась вверх, взор хозяина встретился со взглядом собеседника. Лицо пересекло выражение злости, потому что ну какого хрена Чонгук такой дурачочек? В последний момент Мин подавил в себе приступ агрессии, сминившийся неким состраданием.        — У тебя… Ситуация. Сейчас тебе точно нельзя домой. Полицию кто-нибудь вызвал?        — Да уж наверняка. Крик был такой, что кровь в жилах стынет…        Решив больше не ворошить эту тему и надеясь переключить внимание на что-то отвлечённое, Юнги потянулся за пультом от телевизора и включил его. Блять, серьёзно, именно в этот момент должны были идти вечерние новости?!       Чонгук перевёл глаза на экран. В эфире был срочный репортаж о массовом убийстве. Кадры с места происшествия. Его дом. «Полиция осматривает место преступления, но на данный момент уже можно с уверенностью заявить, что, к сожалению, никто из жителей дома, где произошло нападение, не выжил…» — Гук с горечью усмехнулся.        — Погоди… — начал Юнги. — А как ты… — и запнулся.        — Хён, я ничего не помню. Помню только, что возвращался домой после школы, и услышал леденящий душу крик… Потом всё в тумане. Я очнулся на заднем дворе, подошёл к окнам дома и посмотрел, что творилось внутри. Там стоял мужик с секирой… Весь в крови… А на полу — тела. Я сразу убежал оттуда, но… Хён, мне кажется, он видел моё лицо.       Чонгук плакал. Беспомощно, словно маленький ребёнок. Его глаза выражали страх, боль, отчаяние… Всё одновременно.        — Понимаешь, там ведь были мои знакомые… Старики, дети… Один я выжил. Я уверен, оттуда больше никто не выбрался, мне просто повезло.        Юнги вдруг проникся необычайным пониманием к младшему. Что-то внутри съёжилось, и он поддерживающе сжал плечо Гука. /gesture of moral support/

***

      [4.16 am]        — Не спишь? — тихонько спрашивает старший, проходя в гостиную.        — Нет. — отвечает тонсен, приподнимаясь с кровати.        — Помнишь, ты спрашивал, что у меня с рукой? — Чон кивнул. — Она иногда внезапно начинает болеть, и сегодня, видимо, у неё плохое настроение… — он усмехнулся. — Так что я завтра с утра иду к врачу, и, скорее всего, когда ты проснёшься, дома меня не будет…        — Можно я пойду с тобой? — спросил Чонгук.       Мин медлил с ответом. Младший умоляюще дополнил:        — Не хочу оставаться один после того, что случилось…        — Ащщ, умеешь же на жалость надавить! — с раздражением воскликнул Юнги. — Ладно, но до подъёма осталось 3 часа, так что пиздуй спать! — сказал старший шутливо и накинул на Гука простыню, от чего тонсен забарахтал руками, словно котёнок.

***

       Чимин лежал и пытался уснуть.        — Уже третий час ночи… — прошептал он будто бы самому себе, приподнимаясь и смотря на часы. — Ну твою ж маааать… — протянул он, откидываясь на спинку кровати. Пак взял телефон и начал кому-то строчить. _______________________________       [рисовый пирожок]        — Не спишь?       [вишня]        — Для тебя во всём цвету, Пак Чимин.        — Что тебе понадобилось в 4 утра?       [рисовый пирожок]        — Мне нужна помощь, Тэ.       [вишня]        — Кто бы сомневался        — Дз снова делать не буду        — Заебал :)       [рисовый пирожок]        — Нет, не оно        — Ты же знаешь многих со второго?       [вишня]        — Ну?       [рисовый пирожок]        — Можешь узнать имя одного..?       [вишня]        — Ты мне за этим написал?       [рисовый пирожок]        — Ну..        — Да?       [вишня]        — Звезда.        — Я тебя блять всей душой обожаю Пак Чимин        — И да        — Я спалㅜㅜ _______________________________

***

       — Итак, имя пациента?        — Мин Юнги.        — Год рождения?        — 1993.        — Хорошо. Вы жалуетесь на периодические боли в плечевом суставе.        — Да.        — Так. Судя по первичному осмотру, отклонений не выявлено. Возможно, имеет место трещина в головке кости или просто-напросто то, чего невооружённым глазом не увидеть, поэтому вам нужно сделать рентген.

***

       Молодая медсестра сидела за письменным столом и заполняла отчёты по пациентам. В кабинет заглянула её коллега, и, судя по всему, ровесница:        — Мин-хо, ты скоро?        — Да, я почти. Сейчас, вот осталось эту бумагу подписать, да рентген к ней прикрепить.        — Хорошо, я подожду тут, окей?        — Ладно.        Девушка расписалась на бланке и подъехала на кресле к компьютеру, чтобы распечатать снимок.        — Много пациентов сегодня приняла?        — Достаточно, чтобы напрочь вымотаться.. — хихикнула медсестра.        Тем временем из устройства для печати вылез снимок предплечья. Девушка взяла его и полезла в ящик стола за степлером.        Раздался жуткий девичий визг.        — Мин-хо!!! Мин-хо!!! — кричала подруга, с ужасом указывая на фото.        Мин-хо резко повернула голову, и, взвизгнув, бросила плёнку на пол.       Снимок горел синим пламенем.