Что ты сказал?!

В доме играла громкая музыка, из-за чего, даже стекла в окнах дрожали, так и пытаясь выпрыгнуть из рам. Стояла обычная летняя ночь. И был совершенно обычный день, который люди прожили с теплой улыбкой на лице и мечтами о будущем, но когда в семь вечера к одному их соседу начали приходить люди с выпивкой, все поняли, что сон им сегодня точно не светит. И они были правы. Эта вечеринка длилась уже хер знает сколько времени, заставляя всех проклинать новенького парня, что отмечал свое новоселье. Крики, возгласы, дикий смех, музыка — все подряд было в этом месте, разве что, здравый смысл и чувство меры покинули его в первый же час посиделок близких друзей и просто едва знакомых людей, которые виделись лишь на улице, и то, не факт. Джерард стоял на кухне и, налив себе в стакан еще виски, разом выпил его, ставя небольшую рюмку с громким звуком на тумбу, морщась от жжения в горле. — Стареешь, м? — засмеявшись, сказал его друг, похлопав парня по плечу, на что тот закатил глаза и, показав ему средний палец, на негнущихся ногах поплелся танцевать. Чего еще может хотеть в слюни пьяный человек? В том-то и дело, что ничего. Но херня была в том, что даже для танцев Уэй был слишком пьян. Ноги едва держали его, отчего он постоянно заваливался на людей, раздражая их своим присутствием и состоянием, но, благо, все были не менее пьяными, чем он, так что все банально закрывали глаза на какое-то расплывчатое пятно, что случайно пихнуло их вбок. Джерард поправил свои черные спутанные волосы и рубашку, что местами была заправлена в черные узкие джинсы, а местами висела и выглядела достаточно помятой, хотя, Уэй точно помнил, что гладил ее несколько часов назад, рассчитывая на обычный дружеский вечер. Ну, кстати, в какой-то степени он правда на него смахивал. Джерард стал неумело двигать бедрами, закрыв глаза и, вслушиваясь, в каждую нотку музыки, довольно улыбаясь, в глубине души надеясь на то, что его не вырвет, хотя, это очень сильно смахивало на сказку, но веру ведь никто не отменял, так? Вот и Джерард верил, продолжая веселиться и прыгать в толпе не особо знакомых ему людей, потому что на этой вечеринке он оказался, можно сказать, по обычной случайности, ведь друг его друга, знает парня, у которого есть друг, который как раз и купил этот дом, решив хорошенько отметить удачную сделку и мечту, что стала явью. Поэтому, никого из тех людей, что были вокруг, Уэй не знал, может, только парочку, да и все это было даже ему на руку, ведь он мог склеить совершенно любую девушку и утащить ее куда-нибудь в туалет или в спальню, на самый крайний случай — к себе домой, но все было не так просто, как он думал. У парня была одна очень странная и, не особо приятная для него, особенность: когда он пьяный, то с трудом отличает парня от девушки, из-за чего, у него было всегда много проблем, но, слава Богу, не было парней. По крайней мере, сам Джерард всегда был этому рад. А уж как он гордился тем, что в свои двадцать три, является не девственником, а еще лучше — заядлым бабником, описать было просто невозможно. Но жизнь такая штука, которая всегда подставит всех нас в самый неподходящий момент… Уэй стер пот со лба рукавом рубашки и, выдохнув, ухмыльнулся какой-то девушке, пристраиваясь поближе к ней и, продолжая танцевать, с каждым движением все уменьшая и уменьшая расстояние между ними, уже руками касаясь ее талии, как вдруг, кто-то увел эту мадам, буквально заставляя Джерарда недовольно съежиться от того, что его «одеяло» только что забрали, оставив его совершенно голым и одиноким на этом танцполе. Уэй злобно фыркнул и, шатаясь, стал осматриваться вокруг в поисках новой жертвы, как в этот момент, из-за его спины кто-то присвистнул и, что-то пьяно бурча сквозь громкую музыку и, внаглую обнимая парня за талию, уткнулся носом между его лопаток, продолжая болтать с самим собой. — Эй… — стал возмущаться парень, пытаясь развернуться в руках незнакомца и посмотреть на него, но, когда все его попытки потерпели крах, он плюнул и банально продолжил веселиться, все виляя своими бедрами и подпевая песням, которые играли на всю катушку и которые, он хотя бы немного знал, даже как-то не обращая внимания на юношу позади себя. И такие танцы могли продолжаться долго, ровно до того момента, пока Джерарда не укачало бы и он не заблевал бы весь танцпол, или же не решил выпить еще, чтобы потом банально уснуть в ванной, но столь близкие контакты и сама обстановка не оставляла никого равнодушным. Незнакомец начал внаглую ласкать шею Уэя, отчего тот сначала хмурился, пытаясь пьяно сказать что-то типа: «Я натурал», но получался лишь набор гласных букв и звуков, которые никто понять не мог. Да и мозги у него уже совсем не варили. Снова начало происходить то, чего он так всегда боялся: Джерарду банально стало плевать, кто там его ласкает, кто лапает его за бедра, уже через пару минут он получал от этого удовольствие, тихо хихикая и прижимаясь к незнакомцу ближе, тяжело дыша, что явно устраивало самого незнакомца. Развернув Уэя в своих руках, он страстно поцеловал его, запуская пальцы в его волосы и ухмыляясь тому, что на его поцелуй кто-то отвечает. Свет в доме был выключен, из-за чего разглядеть лица тех, кто стоит даже рядом с тобой было невозможно, а светомузыка убивала вестибулярный аппарат окончательно, потому, Джерард предпочел закрыть глаза и целоваться с, хер пойми кем, так, постепенно набирая обороты и уже касаясь холодными пальцами его талии, под какой-то футболкой с принтом пиццы, пока этот самый незнакомец лапал его задницу, мыча в поцелуй. — Пошли в спальню, — прошептал он ему на ушко, улыбаясь и покусывая его, на что Джерард без каких-либо своих обычных речей на тему чистоты своей натуральной крови, согласился, и уже через пару секунд выбегал из толпы со своим новым знакомым, имени которого до сих пор не знал. Они поднялись на второй этаж и, открыв первую попавшуюся комнату, тут же захлопнули дверь, увидев, что там уже занято. — Там еще есть… — снова пробубнил парень с, вроде бы, ореховыми глазами и, прижав Уэя к стене и жадно поцеловав его, видимо, чтобы поддержать в нем огонь желания, ухмыльнулся, уходя на поиски свободной комнаты дальше. В конечном итоге, они остановились на спальне хозяина этого дома и, закрыв дверь за собой, тут же слились в страстном поцелуе, начиная чуть ли не рвать одежду друг на друге. Джерард быстро стянул с парня футболку, кидая ее на пол, а его самого же прижимая к твердой вертикальной поверхности, начиная жадно ласкать татуированные плечи, шею, спускаясь к груди и посасывая соски на ней, пока его руки разбирались с ремнем на его джинсах. Незнакомец довольно стонал, сжимая волосы Уэя и притягивая его ближе к себе, шепча что-то о том, чтобы он продолжал, иначе он его ебнет, и, толкнув Джерарда на кровать через пару минут, брюнет сел на его бедра, вновь возобновляя до боли (в буквальном смысле) жадный поцелуй. Они кусали губы друг друга до крови, устраивая чуть ли не ебаный батл своими языками, иногда прерываясь на легкие ласки, до которых, если будем честны, дела не было никому, ведь все хотели побыстрее перейти к самому главному. Незнакомец быстро расстегнул на Джерарде его мятую и чуть мокрую от пота рубашку, тут же жадно целуя оголяющиеся участки кожи и оставляя на них багровые засосы, а после принялся уже за его брюки и, в итоге, вскоре они уже оба, совершенно обнаженные катались по кровати, будто таким образом пытаясь решить, кто будет сверху, а кто снизу, но даже на это им было похуй. Джерард довольно замычал, кусая кожу парня на его ребрах и, отстранившись, провел рукой по своим влажным волосам, отползая от него чуть назад и падая на подушки, тяжело дыша. — Ты снизу, — тут же сказал незнакомец, вставая с кровати и начиная копаться в своих джинсах, что-то ища. — Эй, я даже согласия своего не давал! — нахмурив брови, пьяно сказал Уэй, приподнимаясь на локтях, на что парень закатил глаза и, устроившись между его ног и чмокнув его в губы, с ухмылкой ответил: — Ты ушел со мной сюда. Значит, уже дал. — Эй! — Заткнись и раздвигай ноги, — закатив глаза, сказал парень, на что Джерард недовольно фыркнул, скрестив руки на груди, но послушно раздвинул ноги, глядя куда-то в окно. — Можно лицо попроще, а то кирпич ебать не очень хочется, — со смешком сказал незнакомец, выдавливая немного смазки на палец, пока Уэй с возмущением оглядывал его, думая, что ответить, но, так и не придумав шутку, просто закрыл глаза, позволяя тому делать, что он хочет. И он начал. Начал растягивать парня, целуя его грудь, чтобы тот не шипел слишком громко и не орал на него матом, пытаясь всеми способами успокоить истеричку, которая лежала под ним. И парень на все сто был уверен, что Джерард — истеричка. Фыркал много и возмущался, но его же это только возбуждало… И, чего и следовало ожидать, как только с растяжкой было покончено, все нежности тут же улетучились, как и все стеснение и недовольство на лицах обоих. Джерард довольно постанывал, двигаясь на органе парня под собой и поглаживая его плечи, что-то невнятно прося или же проклиная кого-то, незнакомец сам не понимал, толкаясь навстречу упругой заднице своего партнера и сжимая ее, постанывая вместе с ним, проваливаясь в какой-то приятный экстаз всего происходящего, хоть и был это обычный секс на обычной вечеринке, который случался что у первого, что у второго чуть ли не каждый раз. Только, кажется, на этот раз, на утро они оба будут в огромном шоке. — Твою мать, ты можешь не быть таким грубым? — прошипел Джерард, после тут же заливаясь довольным стоном и делая круговые движения бедрами, вновь начиная двигаться в быстром темпе. — Пошел к черту, тебя никто не просил класть мои руки на свою задницу, — ответил парень, глядя в болотные глаза и, чуть шире раздвинув ноги под одеялом, пытаясь войти глубже, отчего Уэй стонал лишь громче. Джерард недовольно фыркнул и, страстно поцеловав незнакомца, стал грубо кусать его губы, от чего тот хмурился и что-то шипел, уронив партнера на спину и начиная быстро вбиваться в него. С губ обоих тут же посыпались маты и громкие стоны, которые растворялись уже где-то в коридоре, в громкой музыке и криках пьяных людей. Они жадно целовались и ласкали тела друг друга, не забывая оставлять яркие метки в виде засосов, пятен или же царапин, после хорошенько матеря друг друга и начиная трахаться еще быстрее. — Какого хуя ты творишь?! Я тебе не кусок мяса! — только и слышали те, кто проходил мимо комнаты, но уже через секунду слышался довольный стон. И так было в течение достаточно долгого времени. Джерард постоянно хватал парня за волосы, двигаясь на его органе и кусая его шею, тот же оставлял на его заднице отпечатки собственных пальцев, пытаясь поджать местную истеричку под себя, иногда прося ее банально перестать ворчать. В комнате было ужасно жарко для обоих. Все буквально пропахло сексом, и даже открытые окна или милые фотографии с семьей хозяина дома никак не спасали ситуацию. Громкие стоны, шлепки кожи об кожу, скрип бедной кровати, которая не успела привыкнуть к таким «играм» и, наконец-то, долгожданные стоны оргазма, вырывающиеся из груди обоих и переплетающиеся между собой. Джерард поцарапал спину незнакомца над собой, тяжело дыша ему в губы и поглаживая его по волосам, тут же вновь лихорадочно припадая к его губам. Уэй разорвал поцелуй сам, через пару секунд, просто внаглую скидывая с себя парня и, без сил, падая на кровать, закрыв глаза. Сердце бешено стучало в груди, в ушах звенело, а все тело сводило от мощного оргазма, пока сам Джерард спокойно себе провалился в сон, даже не чувствуя пинков парня и просьб дать ему «хоть немного ебаного одеяла». Страшно подумать, что будет утром…