Что ты сказал?!

***

В дверь квартиры раздался неприятный и громкий стук. Джерард тяжело вздохнул, но даже не встал, чтобы впустить к себе гостей. Он снова ворчал. Снова хмурил брови и кусал губы, глядя куда-то на свои руки, пока кто-то, по ту сторону его квартиры, продолжал это навязывание своей компании, будто так и хотел остаться тут надолго. И Уэй прекрасно понимал, что это в самом деле так. Он прекрасно понимал, кто там стоит, и также понимал, что их ждет, но не хотел переступать через себя, не хотел пропускать Фрэнка в квартиру и говорить с ним хоть о чем-то, но что еще оставалось парню? После часового промывания мозгов от его матери на тему того, какой он ужасный сын, и криков о том, что он больше денег вообще не получит и может выкручиваться как хочет, Джерард понял, что один банально все не потянет. Особенно съемную квартиру, в которой сейчас жил. А также одежду, продукты, выпивку в конце концов. На что ему все это покупать? Да, его не так сильно волновало то, что его отчислили и то, что его мать была зла на него, как то, что он не сможет жить так, как раньше. Разумеется, вина тоже была, как и у Фрэнка, но Джерард совсем не ощущал в этом всем большой доли вины именно на себе. Он сразу сказал, что учиться не будет. Всем видом это показывал, но его отправили сюда насильно. Его заставили учиться, заставили поступить и жить нормально, но Уэй этого совсем не хотел. Вот и исход. Мать зла на Джерарда и знать его не хочет, Джерард — на весь мир, за то, что все так сложно. «Может, сделать вид, что меня нет дома и самому выживать?» — подумал про себя Уэй, слушая эти надоедливые стуки, что так сильно били по голове, разгоняя по ней какую-то вибрацию. — Черт, ты поржать надо мной решил или что?! — приглушенно сказал Фрэнк из подъезда. — Очень смешно! Охуеть как! Я к тебе перся ради того, чтобы в пустую квартиру стучать?!   И вновь мысли. Все «за» и «против». Джерард тяжело вздохнул, кусая губы и оглядываясь вокруг, а затем психанул и, встав с кровати, подошел к двери, открывая ее и вскоре встречаясь взглядом с ореховыми глазами, в которых явно читалась ярость. — А дольше открывать ты не мог? — Занят был, придурок. И не шипи на меня, а то выгоню в подъезд жить, — решив не давать фору этому малолетке, прошипел на него Джи, на что сам Айеро молчаливо поджал губы, проходя в квартиру и кидая сумку с вещами на пол, начиная раздеваться. — Итак, расскажешь свою душераздирающую историю о том, как ты на улице оказался и кто тебя выгнал, м? Твой парень? — начал Джерард, скрестив руки на груди и направляясь на кухню, чтобы сварить себе кофе. — Тебя волнует? — ответил Айеро, садясь за стол и тоже скрещивая руки, глядя куда-то в пол. — Я поживу у тебя пару дней и свалю, не переживай. — Да ты можешь и больше, я разве сказал что-то против? — Судя по твоему виду ты вообще против того, чтобы я здесь появлялся и видеть меня не хочешь, но, поверь, это ужасно взаимно. Просто идти мне больше некуда. — Хоть бы поблагодарил за помощь, малолетка, — фыркнул Джерард, закатывая глаза и ставя джезву на плиту, вздыхая. — Что за идиот? — Ты мне ее скрипя зубами оказал! И то, когда я уже на улице успел постоять и хорошенько поорать! С чего вдруг передумал?! — С того, что я не такая черствая сука, как ты, и решил помочь человеку? — решив состроить из себя правильного, чтобы тем самым заставить Фрэнка подчиняться, спросил Уэй, рассматривая парня перед собой, что кусал свои губы и хмурил идеальные брови. — Только, кажется, я для тебя не человек. — Тут ты прав, — он натянуто улыбнулся ему, получая в ответ средний палец, на котором был ободран черный лак. — Ты, может, расскажешь уже, что у тебя случилось или мне гадать какого черта ты ко мне приперся? Наверняка, чтобы поприставать, да? — Да к чертям ты мне не сдался, заебал! — нервно прокричал Фрэнк, откинувшись на спинку стула. Джерард даже в страхе дрогнул, впервые видя Фрэнка таким. Обычно он рядом с ним улыбался, флиртовал в шутку или же просто стонал от удовольствия, а тут такой злой, орет… — Я поругался с мамой, понял?! Ее взбесило то, что я пьяный вернулся домой вчера! Что я, видите ли, ее позорю своим поведением! Заебал тем, что сижу на ее шее и вообще я нихуя не исполняю из того, что обещаю! Надо работать и блаблабла! Не хочу я этого дерьма, блять, — покрываться плесенью в сраном офисе. Но ей похуй! «Фрэнк, спустись на землю! Фрэнк, тебе надо семью создавать!» В пизду вашу семью… Бесит это дерьмо. Наверняка, она просто решила так меня проучить, чтобы я пить перестал и пропадать на ночь, а то и больше. Через пару дней позвонит и я вернусь домой, так что можешь расслабиться. И, да, — Айеро закатил глаза, пожимая плечами и глядя на Джи. — Я живу с мамой. Шути. — Я тоже с мамой поругался… — нервно кашлянув, решил начать издалека Уэй, заправив волосы за ухо и осторожно сев напротив Фрэнка, чтобы случайно не разозлить его еще больше и не получить по лицу, ведь сейчас он видел отличный шанс найти себе кого-то, кто будет вместе с ним оплачивать все то дерьмо, о котором парень думал несколько минут назад. И, возможно, даже какая-то сумма будет оставаться… — Я полгода как исключен из университета за частые прогулы, а она мне деньги кидала на оплату учебы, на жизнь и прочее. Ну и как-то узнала, что меня исключили. А там были большие суммы. Я все пропил. Вот и ссора. — Пиздец, — вздохнув, прошептал Фрэнк, доставая сигареты из кармана джинсов и, подставив одну к губам, кинул красно-белую пачку «Marlboro» на стол, попутно затягиваясь и выдыхая дым в комнату, облегченно прикрыв глаза. — Я обещаю, что через два дня меня тут не будет. — А если она не позвонит? Все равно свалишь? — Позвонит, — уверенно сказал он, затягиваясь снова. — Куда ей деваться? Я ее сын. Да, она говорила, что ей все равно на то, что я делать буду, но я же знаю, что это не совсем так. — Ну… моя меня слышать не хочет, так что я даже помириться вряд ли с ней смогу в ближайшее время… А у меня съемная квартира, принадлежности для рисования нужны, одежда, еда… — он заламывал пальцы, кусая губы и как бы намекая Фрэнку на совместную жизнь, чего тот явно не понимал, все затягиваясь своей сигаретой, сидя в своей голове. — Ну, может, не надо там к матери возвращаться? Выгнала и пусть. Не вечно же ругаться с ней из-за того, что ты любишь выпить и нормально отдохнуть, да? — Что тебе надо? — прямо спросил Айеро, вздыхая, на что Джерард закатил глаза, также откинувшись на спинку своего стула, положив ногу на ногу. — Деньги. Я не выживу один, доволен? Мне нужно, чтобы ты жил со мной и помогал мне платить, взамен на крышу над головой, пищу и чистые вещи. — А не дохуя ли хочешь? Терпеть же меня не можешь, как и я тебя. Вдруг изнасилую ночью, м? — Член оторву, — усмехнулся Джерард, придвигаясь ближе и положив руки на стол, наклонив голову вбок. — Ты прав. Я тебя терпеть не могу, как и ты меня, за все то дерьмо, что было на вечеринке. Свадьбе. В магазине. Но у нас обоих в жизни настал какой-то пиздец… Тебя выгнали и лишили денег, я уверен, что и друзья послали нахуй. Идти некуда, кроме как к своему врагу. Меня нахуй послали родители. Друзей нет, я даже не знаю, плюс это или минус, но… слушай, мы оба друг друга не перевариваем, но нам обоим нужны деньги. Я просто предлагаю перемирие на то время, что мы пытаемся выжить или помириться с родителями, потому что я один все это не потяну. У меня нет высшего образования для нормальной работы. Более менее нормальной. — У меня среднего нет, — Фрэнк пожал плечами, глядя на чуть шокированного Джерарда и затягиваясь снова, тут же выдыхая дым. — Так что, знаешь, я бы с радостью остался жить здесь и пытаться что-то заработать. Даже несмотря на то, что ты ебаная истеричка, потому что слушать речь матери о том, какой я хуевый сын, живущий в мечтах и просто раздолбай, уже не хочу. Не то что бы я домой не хотел, просто это невыносимо! — Да. Я понимаю, — Уэй засмеялся, проводя рукой по волосам. — Но спать ты будешь на диване. И работать и платить мы будем поровну. Никаких поблажек, даже несмотря на то, что ты тупой и не получил среднее образование. — Я не тупой. Я просто не готовился к экзаменам, потому что не видел в них никакого смысла. Они мне были не нужны. И я до сих пор считаю, что не нужны. Пустая трата времени и нервов на то, что тебе нахер не нужно… — Зато ты работу сейчас как искать будешь, панк хуев? — изогнув бровь, спросил Уэй. — Тебя хер куда возьмут с полным отсутствием образования. — Я найду куда. — Уж я надеюсь, иначе такого невыгодного соседа, как ты, я выгоню сразу же и нянчиться с ним не буду. Твоя рожа и так меня беситься заставляет. А мне еще жить с тобой… Жизнь — сука, — Джерард закатил глаза, фыркая. — Тебя никто не заставляет это предлагать мне, знаешь. — Мне нужны деньги. А в долги я лезть не хочу, друзей здесь нет. Думаешь, будь у меня выход, я бы тебя позвал, нет? Точно так же, как и ты не позвонил бы мне, будь выход у тебя. Мы оба в тупике сейчас. И на что-то надеемся. Только надо хоть немного в реальности помыслить. Денег нам больше никто не даст, и звонить, чтобы помириться никто не будет. Не знаю, как сильно ты там накосячил. Но я сделал это очень сильно и, о, поверь, мне еще отец не звонил, чтобы хорошенько обматерить. Видимо, мама еще не успела ему все рассказать. Так что там все. Тупик. Меня слушать не будут. Со мной и так проблем много. — Со мной тоже, — пожав плечами, сказал Фрэнк, кидая сигарету в грязную пепельницу, что стояла на столе. И выдохнув остатки дыма, вздохнул. — Что-то мне подсказывает, что моя ссора на этот раз тоже не на отъебись была… Она сильно кричала и плакала даже. Ладно, — махнув рукой, начал парень. — Я буду жить с тобой. Но, ради бога, давай мы будем жить так, чтобы друг друга вообще не видеть и не знать. — Я с радостью, да вот только я в студии живу. Могу на балкон тебя выгнать. — В туалет себя выгони, — фыркнул Фрэнк. — Я про то, что мы друг друга бесим и желательно нам жить так, чтобы мы не дрались и не выкидывали друг друга периодически из квартиры. И, да, это будет невозможно, потому нам лучше закупиться успокоительными или алкоголем. — Я за второе. — Взаимно, — пожав плечами, сказал Айеро, играясь с колечком в губе и вздыхая. — У тебя много денег осталось? — Я не знаю. А у тебя? — Фрэнк пожал плечами. — Тогда неси кошелек, будем считать, на что нам жить, пока работы нет. Парень кивнул головой и, встав со своего места, пошел в небольшую прихожую, где валялась грязная обувь Джерарда, какие-то куртки, толстовки, пакеты, и стал искать свой кошелек, доставая мелочь из своих карманов, после чего к нему присоединился и сам Уэй, обыскивая уже свои вещи. В итоге, через пять минут они оба сидели за кухонным столом, слушали радио и, при приглушенном свете, считали свои деньги, что-то бубня под нос. — Двадцать баксов, блять, — прорычал Фрэнк и ударил кулаком по столу, откидываясь на спинку стула, отчего бедный Джерард дрогнул, сдерживая в себе желание наорать на Айеро за его вспыльчивость. Он быстро досчитал свои сбережения и, кинув их обратно на стол, скрестил руки на груди. — Тридцать пять баксов, двадцать три цента. И как мы на это будем жить? — У тебя в холодильнике есть еда? Ну, нам надо закупаться продуктами там и прочим? Уэй хмыкнул и, встав со своего места и поправив домашнюю футболку на себе, послушно подошел к холодильнику, открывая его и начиная изучать все то, что там было, пока Фрэнк оценивающе разглядывал его задницу, что хорошенько облегали его короткие шорты, вскинув брови вверх. Да и встал Джерард так, будто чтобы специально подразнить Айеро, опираясь на одну ногу, выпячивая все свои формы только сильнее, но на деле это была его обычная и любимая поза. О, да, парень уже отметил в своей голове, что если Уэй будет продолжать ходить по дому в такой одежде, то как минимум, это отразится утренним стояком. Какого черта его так возбуждает эта истеричка, которая думает только о своей выгоде? Он даже во время секса орет так, будто они женаты и кровать до дома тащут, а не занимаются какими-то плотскими утехами. — Ну… — протянул Джерард, заставляя Фрэнка перевести взгляд с его бедер на его лицо. — Тут есть… ну. Хлеб. С плесенью, правда. Вот горошек. — он достал консервную банку и показал Айеро, после ставя на место. — Яйца! И… майонез. — Прямо-таки кладезь здорового питания. — Извините, Ваше Величество, я просто редко дома нахожусь, вот продуктами и не закупаюсь. Мне должны были через два дня деньги перевести, но кто-то им просто взял и сказал, что меня исключили.  Джерард закрыл дверцу, вздыхая и подходя к плите, где варился его кофе, начиная добавлять специи, а спустя минуту, комнату наполнили сладкие ароматы корицы и ванили. — Вот, узнаю, кто это сделал, порву в клочья. Мы на эти деньги долго не проживем. — Значит, надо срочно искать работу. Любую. И просить аванс. Ты много платишь за квартиру? Твой хозяин не будет против, если я тут поселюсь? — Будет, — закатив глаза, сказал Уэй и мельком глянул на Фрэнка, помешивая напиток ложечкой. — Поэтому ты будешь уходить из квартиры каждый раз, когда он будет приходить на проверку. Мало того, плачу я достаточно много, потому что живу в хорошем доме и в хорошем районе. И за одного человека там хорошая сумма. Если он узнает, что здесь живешь и ты, то можно кредит брать. — А съехать не хочешь? — А ты нахуй пойти? — выключив печь и переливая кофе в кружку, спросил парень. — Мне нравится здесь жить. И если мы сделаем вид, что я живу здесь один, то тогда нам хватит и за квартиру заплатить, и поесть купить и, возможно, еще останется. — Не забывай, что я, по сути, школу не окончил. Вряд ли мне дадут хорошую работу. — Ты приперся ко мне с гитарой, мистер рок-звезда, — отпив из чашки и развернувшись к Фрэнку лицом, начал Джи, — Если ты будешь брынькать на ней дома и мешать моему покою, то будь любезен и денег ей заработать, иначе продавай эту хуйню к чертям собачьим, чтобы я ее не разбил. — Только тронь ее своими пидорскими пальцами, и я выебу тебя грифом. — Порнушки меньше смотри. И, да, давай-ка еще обсудим момент с девушками и сексом. Я редко кого домой вожу. Ненавижу, когда чужие люди тусуются там, где живу. Ты исключение, потому что платишь, но обычно тут никого, кроме меня, нет. Шлюх сюда не водить. Захочешь кого-то трахнуть или кому-то отсосать, будь любезен, сделай это в переулке. — Сосать скорее ты любишь, — натянуто улыбнувшись, сказал Фрэнк, на что Джерард недовольно нахмурился. — Мальчик, ты теперь живешь у меня дома. У меня нет проблем с геями, но я натурал. И чем чаще будут такие подколы, тем хуже тебе будет житься, учти. Я с тобой быть милым не собираюсь вообще, как и быть твоей чертовой служанкой. Посуду моет каждый сам за себя. Еду готовит каждый себе. Убираемся в квартире по очереди и мне плевать, что твоя панковская душа не позволяет тебе взять в руки половую тряпку и протереть пол. Хочешь тут жить — будь любезен выполнять все, что я прошу. Платим вместе. Продукты и прочую херню покупаем вместе. Дальше все делаем отдельно. — Понял, — промычал Айеро, кашлянув и встав со своего места, оказываясь напротив Джерарда и протягивая ему руку. — Перемирие, м? Пока в жизни черная полоса. — Перемирие, — кивнув головой, сказал Уэй и пожал руку Фрэнка в ответ. Из-за такого, казалось бы, простого касания, оба даже мурашками покрылись, тут же отстраняясь друг от друга так, будто что-то противное в руки взяли. Парень отпил кофе из своей кружки и, вздохнув, обошел белоснежную стенку со встроенным кухонным гарнитуром, выходя в небольшую, но уютную гостиную. Окинув взглядом интерьер, Фрэнк начинал понимать, почему Джерард, даже оказавшись практически без цента в кармане, так держался за эту квартиру. Все, что здесь находилось, включая мебель, было несомненно дорогим, но без изыска: простым и удобным, с мягкими оттенками бежевого и белого. В комнате ощущался едва заметный запах красок, который исходил от разных по размеру и цвету тюбиков, что валялись черт знает как, рядом с потертым от времени мольбертом. Айеро фыркнул, увидев все это, но все же, где-то в своей голове, вынужден был признать, что истеричный сосед открывался для него совершенно с другой стороны. Здесь явно царил творческий хаос. И несмотря на то, что Фрэнк не считал себя творческой личностью, он понимал и чувствовал такую родную для себя атмосферу сердцем. Заметив справа от себя нишу с просторной двуспальной кроватью, застеленной черным атласным покрывалом, Фрэнк не сдержавшись, ухмыльнулся, узнавая в этом единственном во всей комнате темном пятне стервозного хозяина. Слева же парень приметил достаточно просторный раздвижной диван, все того же белого цвета, рядом с которым находился небольшой журнальный столик. Почему он не помнил этих деталей, когда был здесь совсем недавно? Хотя, совсем недавно он и жил по-другому, и вряд ли когда мог представить, что окажется в таком унизительном положении, один на один со своим врагом. Хорошо, пусть не врагом, но все же, той еще сволочью, во всем ищущей выгоду. — Вот тут ты будешь спать, — указав пальцем на тот самый диван, сказал Джи, вырывая его из обреченных мыслей. — Я телевизор редко смотрю, но если захочешь, то делай это тихо. Меня бесит все то, что там показывают, — он кивнул в сторону плазмы, что висела прямо перед ним. — Там ванная. Только душевая кабина. Не рассчитывай на джакузи. Свои шмотки храни в сумке, потому что шкаф, — и вновь Джерард кивнул в сторону того самого предмета, о котором говорил. Тот самый шкаф, о котором шла речь, был встроен в стену и выделяли его лишь два зеркала, которые судя по всему, были дверьми. — Полностью забит моими вещами. Мольберт и краски руками, блять, не трогать, если не хочешь, чтобы твой член стал цвета хаки. Все понятно? — Ага, мистер Зло, — фыркнул Фрэнк и, взяв сумку с вещами из прихожей, послушно упал на диван, кидая ее рядом. — Что будем делать с работой? — Искать, что еще? — Спасибо за очевидность, но… когда мы будем это делать, сейчас? Типа, на часах пять вечера, я не знаю, есть ли толк ходить по магазинам и… — Ты еще мелочь на улице попроси, идиот. У тебя в телефоне интернет есть. Открывай, да давай искать, пока мне отец не позвонил и я не начал истерить. — Есть виски? — со вздохом, спросил Фрэнк и посмотрел на Джи. — Ну, чтобы работа быстрей и веселей пошла. Да и просто выпить хочется, чтобы забыть этот чертов день. — Полбутылки осталось. Сейчас налью… Ты когда-нибудь работал? — спросил парень, поставив кружку с кофе на стол и, взяв две рюмки, достал из холодильника алкогольный напиток, разливая его по посуде. Фрэнк копался в телефоне, ища сайты по предложению работы и, промычав, ответил: — Да. Пытался пару раз, но сразу же выгоняли. Грубил много. — Постарайся, чтобы на этот раз не выгнали, ладно? — закатив глаза и протянув Айеро рюмку, сказал Джерард, ставя бутылку на тот самый маленький столик и садясь рядом с Фрэнком, закинув ногу на ногу. — Сделаю все, что в моих силах, мамочка. Домой меня вряд ли впустят, так что… — он вздохнул, разом выпивая все и чуть морщась от горечи алкоголя. — Нам же нужно резюме еще составить, да? — Да. Только мне писать туда совсем нечего, — пожав плечами, прошептал Уэй, также осушив свою рюмку и ставя ее на столик. — Типа, я никогда не работал, знаешь. До двадцати одного в Джерси тусовался, потом меня мать сюда выгнала учиться. — В Джерси? — в недоумении спросил Фрэнк, глянув на парня и протягивая ему свою рюмку, чтобы тот налил еще. — Ты из ебаного Джерси? — Ага. Его самого. Терпеть не могу этот штат. Он такой серый и дождливый, будто черт пойми что. — Черт, иди нахуй, это охуенный штат! — Так, тогда какого хуя ты не в нем? — со смешком спросил уже Джерард, разливая виски по рюмкам. — Мать решила, что новый город и новые люди пойдут мне на пользу. Решила она так, когда мне было лет пятнадцать. Вот мы и переехали в это ебаное место. — Моя так же решила. Я только рад был сбежать от ее контроля и наконец-то начать спать и пить столько, сколько я этого хочу, чтобы ее бедному Майки нервы не портить. Он сильнее всех остальных их портит нам… Фрэнк усмехнулся, мельком глянув на парня, листая объявления о работе и послушно принимая из его рук виски. — Сука, почти везде нужно высшее образование, это нечестно, — пробубнил он себе под нос. — А ты чего хотел? Счастливой жизни с одним лишь средним? Блять, ты идиот, Фрэнк. Это нигде невозможно. — Пошел к чертям. Я просто рассчитываю на то, что хотя бы для меня работа найдется. При том, что среднего у меня нет. — Учиться надо было, а не думать о том, что ты мир своими песенками покоришь. Разницу, блять, в следующий раз замечай между собой и своими кумирами, — фыркнул он, вставая с дивана и, допив из рюмки все содержимое, подошел к шкафу, начиная что-то в нем искать. — Не твое дело, о чем я мечтал и чего хотел, понял? Будь любезен не лезть в мою личную жизнь, даже несмотря на то, что мы теперь будем жить вместе. Мы не друзья. Ты сам сказал, что мы даже не хорошие знакомые. Так что, давай просто будем вести себя так, будто нас нет. — Да я с радостью сделаю вид, что такого придурка, как ты, нет в моей квартире. Держи.  Джерард кинул на диван постельное белье, подушку и одеяло, разминая шею, пока Фрэнк выпивал алкоголь, хмурясь, попутно листая ленту дальше. — Не страшно пить со мной? Вдруг опять трахну, м? — Только попробуй и мигом вылетишь отсюда, — закатив глаза, прорычал Уэй. Ведь он правда был готов выгнать Фрэнка в любую минуту, хоть и вряд ли бы это сделал, из-за того, что ему самому был нужен и полезен Айеро, как рабочая сила, что могла давать деньги. — Я не в том настроении, чтобы заниматься чем-то вроде секса, так что расслабь свои ягодицы, мистер истеричка, — фыркнул ему Айеро, вздыхая. — Лучше садись и давай выбирать хоть что-то более менее нормальное из того короткого списка, а может и не короткого, что у нас есть. — Это надолго? — явно не желая заниматься поиском хоть какой-либо работы, спросил парень, снова падая на диван, нервно кусая губы. Мысли внутри его головы, как и внутри головы Айеро были далеко не о деньгах и о том, что им придется жить друг с другом, а о том, что им теперь делать с родителями и как просить прощения. Да и стоит ли это делать ради того, чтобы потом снова услышать, какое они разочарование для своих семей? Много вопросов в голове. Чувство вины в груди. И все надо было глушить алкоголем. Снова. Никому из них не хотелось покидать ту сказку, в которой они жили все это время, потому каждый пытался придумать, как подлизаться к родителям так, чтобы их простили, да вот только Фрэнк врал и самому себе, и Джерарду, когда говорил о том, что мать попросит его вернуться, потому что она точно этого делать не собиралась, и он это чувствовал. Она была ужасно зла на него. И явно не хочет даже слышать, видя в таком сыне, как Фрэнк, чертову обузу, на которую она потратила уйму лет. Стоило Айеро лишь начать вспоминать все то, что происходило между ними, все их ссоры, разговоры, как он тут же хмурился, понимая, что никогда не пойдет на примирение первым, потому что это было выше его воли, да и вины в том, что Фрэнк просто хотел отдохнуть, не было. Кто этого не хочет? Также было и с Джерардом. Вроде бы и надо просить прощения, чтобы не работать на кого-то и не выть после тяжелого рабочего дня, да вот только слишком много Уэй врал матери и отцу, чтобы в его исправление поверил хоть кто-то. Ему сразу сказали, что это его последний шанс, который он благополучно проебал. И строить из себя милого, делая вид, что Джерард в самом деле исправился, уже не было смысла. Его игру все выучили… Как и его попытки выпросить денег. В итоге, мы имеем двух парней, которые ужасно не хотят работать и живут где-то в своем мире. Они сидят сейчас на диване, обсуждают вакансии, что есть на сайтах, попивая виски, но при этом всем думая о своем, даже как-то не сильно вникая во всю эту работу, хоть и стоило бы, они оба это понимали. Но сегодняшний день, сегодняшние крики и ссоры, да и тот факт, что еще вчера они были готовы убить друг друга в магазине, угнетал обоих. Их неприязнь была явно взаимной. Но жизнь сложилась так, что им придется жить вместе. Придется видеться каждый день, кто бы и на что бы не рассчитывал. Поиски работы заняли очень много времени. У Фрэнка нет среднего, у Джерарда высшего. Никто и никогда нигде не работал. Опыта нет. Мало кто согласится взять таких людей на работу, так что все было еще сложнее, чем казалось с первого взгляда. Они сидели до трех ночи. Их глаза уже слипались, бутылка из-под виски была пустой, а сами же они слегка пьяными. Но ничего. Все без толку. Разумеется, они составили резюме, отправили их на несколько мест предполагаемой работы с ноутбука Джерарда, но что-то верилось с трудом, что их примет хоть кто-то. Еще немного фырканья в сторону друг друга. Пару оскорблений. Рыков. Попытки выместить боль и обиду друг на друге и вот они уже крепко спят, каждый на своем месте, посапывая в подушку. Им казалось, что они проснутся завтра одни. Фрэнк у себя дома. Джерард у себя. Что эти ссоры будут просто сном, как и все остальное. Они старательно избегали взрослой жизни, желая проснуться и продолжить бегать по вечеринкам, слать друг друга матом, играть во взрослых, но не являться ими. Жаль только, что все не всегда бывает так, как мы хотим. И это далеко еще не сложные испытания на их пути… Работа — только начало. Что уж будет дальше, они и представить себе не могут. Да и вряд ли бы хотели. Сейчас бы им просто смириться с мыслью о том, что родители их не простят и видеть их не хотят. Им бы свыкнуться с тем, что они будут жить вместе. Научиться перестать ругаться, что банально кажется невозможным. Им бы просто понять, что как раньше, уже никогда не будет. И прощать им их косяки уже тоже никто не собирается. Интересно, насколько их хватит?