Я влюбился в собственного мужа

- Ребо-о-орн. Я уста-а-ал, - тихо протянул я, лежа головой на очередной кипе бумаг. Ну сколько можно? Это же просто мучение. Перебирать и подписывать бесконечное количество документов совсем не входило в мои планы на сегодня. Я собирался идти в клуб, но Реборн, хитро сверкая своими черными глазами, выловил меня и потащил подписывать очередные бумаги. Причем последнюю неделю все они, так или иначе, были связаны с небезызвестным Амелькаром ди Монфорте. Это все были какие-то непонятные контракты с его семьей. Большую часть я не понимал и подписывал все, не глядя. Как же я от всего этого устал… Вот уже неделю я всячески скрывался от разъяренного Хибари-сана и расшатывал свою психику внезапными выходками этого самого таинственного Амелькара ди Монфорте. После того дня, когда я обнаружил в своей комнате цветы и медведя со шкатулкой, ничего особенного сначала не происходило, лишь «небольшие» подарки в почтовом ящике. Сначала. А потом… Эти жуткие мафиози не давали мне проходу. Сперва они прямо посреди улицы подарили мне громадный букет белых роз (помешался этот босс на них, что ли?), а потом заявились в школу и все пытались сунуть мне какое-то жутко дорогое кольцо (а вот этого момента я вообще не понял). Причем последнее событие стоит упомянуть отдельно. Это произошло на биологии. Учитель рассказывал новую тему, а затем вдруг раздался какой-то взрыв, и в наш кабинет через окно (!) буквально влетели, разбив стекло, трое «шкафов» в черных, явно маленьких им, костюмах. Следом за ними в окно запрыгнул Хибари-сан с тонфа на изготовку. И пока двое безуспешно пытались отвлечь его, один, наименее израненный, но все равно истекающий кровью, пытался запихать мне золотое кольцо с каким-то очень большим камнем. Я, разумеется, стал всячески отказаться от этого. Сначала почти вежливо, а затем уже все больше и больше повышая голос, пока, наконец, я не стал на грани того, чтобы войти в Гипер режим и выкидать их всех из кабинета. Спасли меня Ямамото и Гокудера-кун. Первое время они в шоке пытались сообразить, что происходит, а затем вдруг резко оттащили «шкаф» от меня и сдали на расправу разозленному Хибари-сану. Он, конечно, пытался и меня заодно захватить, но этого ему не дали сделать ни избитые «шкафы», ни Ямамото с Гокудерой-куном. Короче, мою шкурку спасли. Причем, еще неоднократно. И все те же мафиози и Ямамото с Гокудерой-куном, уже переставшие что-либо понимать и защищающие меня, скорее, рефлекторно. Но раздражение Хибари-сана было уже на пределе, поэтому в скором времени мне все же перепадет. Во всяком случае, я так чувствую. В клуб я ходил еще два раза. Удивительно, но в это время мафиози больше ничего не предпринимали. Только я иногда не мог сосредоточиться на танце, так как постоянно чувствовал на себе какой-то пожирающий взгляд, пугающий меня. Слишком уж много в нем было обожания вперемешку с какой-то животной похотью и страстью. Это слишком меня нервировало, и вот уже больше недели я никак не мог успокоиться. Чувствую себя жертвой маньяка-преследователя… А, нет, двух маньяков-преследователей. Правда, цели у них слишком уж отличаются. Что нужно от меня тому боссу, я примерно представлял, и эти мысли пугали меня гораздо больше, чем цель второго маньяка – Хибари-сана, пытающегося просто убить меня. Так я хотя бы мучиться буду меньше. Но умирать я еще не хочу, вот и приходится мне бегать от одного к другому, постоянно сбегать и, трусливо поджимая несуществующий хвост, забиваться в норку под охрану Реборна, постоянно издевающегося надо мной, и Бьянки, пытающейся меня отравить. Гокудера-кун и Ямамото не понимают, что происходит, а говорить им, что меня преследуют, я не хочу. Слишком уж жалко все это выглядело. Да и тогда придется раскрывать им правду о том, чем я иногда занимаюсь, а этого мне не хочется еще больше. Короче, безвыходная ситуация. - Вот допишешь эту кипу, и, так уж и быть, можешь идти в свой клуб. Только не попадись Хибари. Он точно будет тебя караулить. Ты ведь ровно неделю назад ему попался, верно? Будь осторожен. Он своего явно не упустит. Я радостно кивнул и мгновенно дописал все документы. Ну наконец-то! У меня уже просто сил никаких нет! Мне срочно нужно расслабиться и отдохнуть. А то я так точно с ума сойду. Что бы ни говорили, вся эта нервотрепка никому на пользу не пойдет. А уж мне с моей и без того нервной жизнью тем более. Так что мне срочно нужна разрядка. В ожидании этого я забыл обо всех своих проблемах, предвкушая яркий вечер. Через пятнадцать минут я уже бежал по ночным улицам, поражаясь тому, насколько тяжело стало передвигаться. Кажется, Хибари-сан мобилизовал все силы Дисциплинарного комитета, ибо пройти по улице хотя бы пять минут и не встретить на пути парня со странной прической стало вообще нереально. Я уже три раза запрыгивал в какие-то сады, два раза залезал на деревья, а сколько раз я просто скрывался в тени, вообще не сосчитать. Быстрее бы добраться до того переулка… там меня уж точно в обиду не дадут. Надеюсь. Ну, каким бы страшным ни был Хибари-сан, в том месте он явно не появлялся и уж тем более не мог подчинить себе еще и «темную» часть Намимори. Хотя… Все-таки это Хибари-сан. А один этот фактор сводил на нет всю обычную логику. Кстати, моя интуиция сегодня подозрительно тихо себя ведет. Словно затаилась и чего-то ждет. Странно. Очень странно. Я абсолютно ничего не чувствую, словно кто-то отрезал меня от внешнего мира. Хм… Упс, еще один. Да сколько же их? Ощущение, будто Хибари-сан не только привлек весь комитет, но и простых жителей туда завербовал. Ужас какой-то. Да что происходит с моей жизнью? Где вы, дни битв и бумажной волокиты вперемешку со встречами с Боссами семей? Да, сейчас даже те бои, что я так ненавижу, кажутся раем. Хотя, конечно, лучше бы их не было. Лучше бы не было ни битв, ни этой суматохи. Но это нереально. Молниеносно скрываюсь в тени и бегу дальше. Быстрее, быстрее, быстрее. Слишком уж велик риск попасться Хибари-сану, а тогда мне абсолютно точно не поздоровится. Выбегаю на основную улицу и быстро скрываюсь в толпе, краем глаза отмечая то, что даже тут полно членов Дисциплинарного комитета. Что-то не верится, что только ради поимки меня Хибари-сан мобилизировал так много людей. Или же я его настолько достал? Да ну, быть не может. Интуиция, что же ты молчишь? Я бы чувствовал себя спокойнее, даже если бы интуиция била тревогу и истерила. Но она молчит, и это меня пугает. Ох, вот и знакомый переулок. Ну слава богу, я добрался до нужного места. Теперь мне Хибари-сан не страшен. Относительно. А вот и знакомые. Привычно киваю и, лавируя в толпе, продвигаюсь к клубу. За мной уже постепенно начинают подтягиваться люди, любящие смотреть на мои танцы. Да, были и такие. Находилось даже куча девушек, вешающихся на меня после этого. Один раз мне даже пришлось втихушку перейти в Гипер режим, пока они меня не видели, и улететь оттуда. Надеюсь, сегодня такого не будет. Хибари-сан не упустит своей возможности и точно убьет меня. А я почти уверен, что сейчас он лежит на какой-нибудь крыше и внимательно смотрит по сторонам, чтобы не пропустить меня. Хах, моя жизнь все больше и больше походит на дурдом. Или вечные догонялки. И водящих два, а я один. И кто быстрее меня поймает? Но, в любом случае, для меня это ни в том, ни в другом случае ничем хорошим не закончится. В этом уж я точно уверен. Захожу в клуб и по ушам вновь ударяет музыка. Все так же скольжу в толпе пьяных, счастливых, взмыленных людей. Прямо как неделю назад. Даже музыка та же играет. Словно я вновь вернулся туда. В то время, пока я беззаботно жил, не волнуясь о том, что меня в любой момент могут поймать. Тогда для меня ничего не было хуже становления Вонголой Дечимо, даже если это было уже решено. Но сейчас я боюсь, что меня поймают, как редкого, необычного зверька и посадят в клетку или убьют. Причем второе для меня явно предпочтительнее. Сидеть в клетке слишком невыносимо. Встаю на середину зала, и музыка на миг замирает. Я молча, спокойно, уверенно готовлюсь окунуться в музыку, как внезапно вместо привычного клубняка начинает играть марш Мендельсона. Шок. Что, простите? У меня мгновенно возникает непреодолимое желание быстро смотаться куда-нибудь подальше. И я бы поддался ему, если бы меня не окружили мафиози в черных костюмах. О боже, они меня и здесь достали! Бежать, бежать, бежать!!! Интуиция словно проснулась ото сна и теперь истерит на всю округу, буквально затапливая меня страхом и очень плохим предчувствием. Ааа, ну зачем я сюда пошел? Реборн предупреждал же меня! Не об этом, конечно, но все-таки. Я еще хочу жить! И не в качестве «мужа-жены» какого-то мафиозного босса. А в том, что именно это от меня и нужно, я убедился уже давно. А эта музыка только подтверждала мои опасения. Люди вокруг находятся в состоянии шока еще побольше моего. Быстро кидаю взгляд на место ди-джея и обреченно вздыхаю. Так и знал… Там стоит тот самый мужик, что где-то неделю назад злобно выглядывал из кустов позади школы и шипел на Хибари из-за того, что тот перековеркал имя его босса. Ну все, поведут тебя, Бесполезный Тсуна, под венец, и ничего ты сделать с этим не сможешь. Никуда тебе не спрятаться, не скры-ы-ыться… в голове только пессимистические мысли. Вплоть до того, что хочется забраться на крышу и полететь с нее, как ласточка. А, нет, когда это я стал суицидником?! Успокоиться, успокоиться, все хорошо… Ни черта хорошего здесь нет! - Савада Тсунаеши? – чей-то мягкий голос раздается за моей спиной. Я оборачиваюсь и вижу красивого молодого мужчину лет двадцати. Темно-зеленые глаза, каштановые волосы, легкая улыбка на губах и довольно стройное накачанное тело. Вроде бы все ничего… Если бы только не два «но»: он курил дорогую сигару, что выглядело нелепо в сочетании с его образом молодого красавца, и его пальцы были унизаны множеством дорогих перстней, что портило его ничуть не меньше. Причем одно из колец подозрительно напоминало то, что мне так пытались всучить бедные мафиози, теперь сиявшие, как Рехей и Луссурия вместе взятые, при виде своего босса. Стоп, откуда я знаю, что он босс? А, интуиция проснулась. Ну хоть что-то хорошее. Правда, она уже не сможет помочь мне избежать всего этого. Прощайте, мои танцы. Прощайте, ребята. Прощай, Реборн. Твоего непутевого ученика сейчас утащат куда-нибудь, и никогда ты его больше не увидишь. - Д-да, это я, - ох, я и забыл, что мое имя так известно. Конечно, его знали не все, но я не мог не заметить, что некоторые люди напряглись и посмотрели на меня с изумлением и шоком. Ага, не ожидали, что Вонгола Дечимо коротает свои вечера в клубе? Ну все, теперь все точно узнают, кто я такой. Хуже быть не может. - Я Амелькар ди Монфорте. Ну, полагаю, ты уже об этом догадался, - парень чуть заметно покраснел и смущенно потер нос. Я еще больше впал в ступор. Что? Мафиозный босс, заваливавший меня подарками, смущается? Что случилось с этим миром? Но лучше бы он был настойчивым и самовлюбленным, чем таким. Я просто не могу разбить ему сердце, глядя на его смущение и влюбленные глаза. Меня точно за что-то бог карает… Это просто пытка какая-то. Стоп. Забираю свои слова обратно. Может быть гораздо хуже. Точнее, уже стало. Прямо за спиной какого-то бугая стоит Хибари-сан! Причем не в своей обычной школьной форме, а в узких черных джинсах и какой-то темной футболке с накинутой сверху серой кофтой. Видеть его таким очень непривычно, но… Он выглядит невероятно классно. Ему это так идет… Ааа, о чем это я думаю?! У меня сейчас есть проблемы поважнее внешнего вида Хибари-сана! И все-таки, что он тут делает? Мир сошел с ума… или я… а может, мы все вместе дружно свихнулись, и теперь у меня шизофрения первой степени тяжести. Правда, не знаю, есть ли степени тяжести у шизофрении. Ну вот, меня опять понесло не туда! - Савада Тсунаеши, я, Амелькар ди Монфорте, хочу, чтобы ты стал моим мужем. Парень краснеет и, встав на одно колено, вытаскивает из кармана коробочку и открывает ее. Там лежит то самое злополучное кольцо! И у него на пальце такое же… Я же сейчас в обморок упаду… А я так надеялся, что до этого не дойдет. Но что же мне делать? Я не хочу выходить за него замуж! Он мне совсем не нравится. И я чувствую, что я и не смогу полюбить его никогда. И он парень! Ну ладно, это, в принципе, не так уж и важно. Я никогда не был ярым противником однополых отношений. Какая разница, какого пола человек, если ты его действительно любишь? Но я не хочу выходить за него! Он странный. Но он смотрит на меня так преданно… и я не смогу отплатить ему тем же! Я уверен в этом. Я не хочу давать ему ложную надежду, так ведь будет хуже всем. Но как мне ему отказать?! - Эм, прости, я не… могу… - мой голос слабеет, хрипит и постепенно затухает. Мне показалось, что он сейчас расплачется. Он точно мафиозный босс? Как можно быть настолько мягкосердечным? Стоп, я ведь не лучше. Но он переходит все границы безрассудства и наивности! И что мне делать?.. - Ни-ничего страшного, если ты меня пока не любишь. Ты же меня не знаешь. Знаешь, я готов к тому, что ты не будешь меня любить. Но, может, ты просто будешь рядом? Я не отступлюсь. Я обязательно добьюсь тебя. Я уже давно наблюдаю за тобой. Ты прекрасно танцуешь. А уж то, что ты Вонгола Дечимо вообще повергло меня в шок. Но мне кажется, что ты невероятен! Быть в столь юном возрасте таким известным и сильным дорогого стоит. Я хочу, чтобы ты был моим. Ты обязательно станешь моим мужем. Парень изменился на глазах. Из краснеющего наивного парнишки он превратился в уверенного в себе и настойчивого мужчину, всегда добивающегося своего. Вот черт, хуже и быть не могло. Я влип по полной программе. Ааа, это ужасно!!! Он теперь точно от меня не отстанет. Я чувствую это. Он не остановится, пока не получит меня. Что мне делать??? - У… у меня уже есть тот, кого я люблю! – на последнем дыхании выкрикиваю это. У меня нет выхода. Если все продолжится в том же духе, мне придется просить Реборна и ребят о помощи. Но я должен справиться своими силами. И если я скажу, что у меня есть возлюбленный, то он, возможно, отстанет. - Я тебе не верю. За все те дни, пока я наблюдал за тобой, ты ничем и ни разу не выразил того, что любишь кого-то. Ты ни с кем очень уж близко не общаешься. За исключением, конечно, твоих хранителей и членов семьи, - голос становился все жестче и настойчивее. Дело приняло плохой оборот. Но, раз уж идти, то идти до конца. - Просто мы скрываем свои отношения, и мы знали, что ты следишь, а встречаться очень неприятно, когда кто-то за тобой наблюдает. - И ты выдержал все эти дни без возлюбленного? Значит, у вас не такие уж и прочные отношения. - Это неправда! Мы встречались. - Значит, это кто-то из твоей семьи? - Ну… - и как все до этого дошло? Причем, сам того не понимая, я сам почти сказал, что это парень. И это на глазах у стольких людей! Ужас какой! Да что происходит??? - Если ты действительно с кем-то встречаешься, то приведи мне своего «возлюбленного», - когда Амелькар говорил это, в его голосе сквозило столько отвращения, иронии, зависти и сарказма, что мне чуть плохо не стало. Хотя, мне и так не очень-то хорошо. – в течение пяти дней. Если нет, то ты станешь моим. А чтобы уж наверняка, я скажу тебе, что заминировал этот район. И если ты сбежишь или сделаешь что-нибудь не то, то все эти люди погибнут. Многие ведь из них здесь и живут? Да и центр тоже заденет неслабо… в общем, выбор за тобой. Теперь я видел перед собой нагло ухмыляющегося, уверенного в себе мужчину. Черт, черт, черт! Как же я влип! Ну и почему все это происходит со мной? Что я такого сделал, раз вся моя жизнь вечно идет наперекосяк? Я быстро проскользнул мимо чуть отошедших охранников и вылетел из клуба. Сколько можно? Я же всего лишь хотел не вмешивать ребят и Реборна, так почему все дошло до этого? Теперь, если я не попрошу кого-нибудь из ребят подыграть мне, то он взорвет весь центр города, а это очень много людей! Блин, блин, блин! Почему все так вышло? Почему? Почему??? Ныряю в какой-то пустой переулок и буквально падаю на асфальт. Ууу… как же мне хочется просто сесть и заплакать. Как я устал… устал от этой вечной бумажной волокиты, устал от постоянных битв, от вечного страха, от этих погонь и всей этой странной истории. Я же просто обычный парень, так почему все это происходит со мной? Прислоняюсь к стене и, обхватив руками колени, начинаю рыдать. Надрывно, почти истерично, глуша рыдания в коленках. Ну за что мне все это, за что? Почему все так обернулось? Я же лишь хотел спокойно жить… Неужели я так много прошу? - Это было отличное представление, травоядное. Медленно поднимаю глаза и сквозь слезы вижу Хибари-сана. Стоит спокойно, словно ничего только что не было. Ах ну да, о чем же это я? Это же наш великолепный Хибари-сан, куда ему опускаться до проблем жалких травоядных! В груди нарастает щемящее, противное чувство обиды. Надоело, надоело, надоело! Почему я один должен все это проходить? Почему я должен мучиться в одиночку? Почему это вообще свалилось на меня? Я еще и должен изображать, что люблю кого-то из ребят. Это же абсурд! Этот Амелькар сразу заметит, если я приведу друга, и тогда, я уверен, он точно взорвет город и утащит меня за собой. Это несправедливо! Мне нужен кто-то, с кем у меня необычные отношения, кто не будет краснеть и смущаться, так как тогда этот черт итальянский поймет, что этот человек ко мне не привык. Кто-то из близких, относительно вменяемый, по крайней мере, до такой степени, чтобы не выдать то, что мы на самом деле не встречаемся. Но кто это может быть?.. Внимательно смотрю на Хибари-сана, стоящего прямо передо мной в абсолютно спокойной и расслабленной позе. Быстро смаргиваю вновь накатившие слезы и, чуть прищурившись, выдаю то, о чем впоследствии не раз пожалею: - Хибари-сан, встречайтесь со мной.