Под именем "Якудза"

А в ту длинную ночь Тигра так и не уснул. Изучал потолок, морщил лоб от головной боли и придумывал планы по захвату Якудзы, один грандиознее другого, пока его номер не затопило бело-розовым светом. И это было фигово, потому что бессонная ночь перед концертом, - это гарантированная блевотина от переутомления и веселые галюны. Но что такое одна ночь без сна для всесильного Тигры? Не хлебом единым, как говорится, и не сном…как добавлял Чонгук. Он всегда проверял себя на выносливость и природная сила вывозила его победителем. Но не в этот раз. Стресс и сильная усталость сделали свое дело: Чонгуку стало плохо после второй песни, уже на самом выступлении. У бантан была пара минут на переодевания и никто сначала даже не понял, что с макнэ что-то не так. Ну, сидит себе запыхавшийся парень на диване, мокрый от пота, ну и что? Они все после «Dope», или «Not Today» такие. Да только время идет, а парню все гаже - у него пульс за сто двадцать, в глазах двоится, и холодный пот пропитал майку. А впереди еще весь концерт. И через пять минут -"Fire», с его убойной хорягой и у Намджуна волосы под его блондом клоками седеют, а нервы внутри обрываются - Тигру заменить некем! И остальные мемберы похожи на стайку испуганных, беспомощных детей- что делать?! Кто угодно, только не макнэ! Топчутся рядом, отпихивая друг друга и не знают, чем помочь. Медики мечутся над Чонгуком, но привести его в чувство может только отдых, а его в таблетках не продают - чтобы по десять часов сна в каждой. А на кислород и глюкозу тоже нужно время. И тут появляется Джи Ин, почуявшая переполох в гримерке. С невозмутимым лицом она распихивает народ и наклоняется над бледным лицом парня, давит внутри себя панику и тут же начинает действовать: - Гукки…потерпи, я помогу…- шепчет она почти неслышно и....ласково? - Что это вы собираетесь сделать? — высокомерно спрашивает врач. - Выйдите все отсюда! Быстро! — в голосе Якудзы металл и нет следов нежности, а в руках- иглы? Да, футляр с акупунктурой. Всегда его с собой, что ли носит? В охране говорили, что да, она уже несколько раз помогала кому-то из них прийти в себя и избавиться от боли. - Имейте в виду, что вы понесете ответственность, если… - начал было говорить бантаний доктор. - Да-да! Расстреляете меня после концерта! Вы - то что можете сейчас сделать? — невозмутимо ответила Якудза и захлопнула двери перед лицом врача. - Гукки, мальчик, ну что же ты… - и снова едва слышно шепчет, на грани слышимости, укладывает парня на спину, прямо на прохладный пол, несмотря на протесты, срывает носки: От таких действий парень на секунду выныривает из обморока: - Нееенааадо носки, и я не…не мальчик! - и даже улыбаться пытается сквозь дурноту. - Тигра, я никому не скажу, что видела тебя без носков, - щебечет и почти улыбается она, кружа над ним коршуном. Находит на ступнях и ладонях точки, загоняет в них иголки отточенными, быстрыми движениями. Свои неизменные шпильки она скинула и запнула в угол, чтоб не цокать ими над парнем. - Ну как же ты так, глупенький…потерпи, сейчас станет легче, я обещаю, - и смотрит в лицо, а потом осторожно убирает со лба его мокрые волосы. - Бедный Тигра…довел себя, измучил, ремня на тебя нет! - бесстрашно загоняет иглы прямо куда-то возле бровей. Тигра мычит, пытается пошевелиться, но она везде - держит, успокаивает и вонзает в нужные точки все новые иглы, и не перестает говорить, то ли от страха, то ли чтоб Тигра слышал голос, и не вырубился окончательно. - Я была не права, Гукки, в той кофейне чудесный кофе…просто лучший...В следующий раз я сама за ним схожу...И пирожных принесу, самых вкусных…Сколько захочешь…Только не пугай меня так больше…Всех нас. И еще несколько игл в ушные раковины, а теперь минута покоя в ожидании чуда. И оно происходит. Чонгук несколько раз вздыхает и приходит в себя. И на расстоянии выдоха видит лицо Джи Ин, ее глаза, в которых теплоты без края и голос мягкий и тихий, и обрывки фраз: «Мальчик», «Гукки», «Все будет хорошо, я помогу», ему хочется лежать так всю жизнь и слушать этот голос. Не формальные фразы, от которых можно замерзнуть, а эти добрые слова безусловной поддержки. И греться, оттаивать душой от этого ласкового голоса. Но сознание возвращается резко, как скоростной поезд, а с ним понимание, что он тут, на полу, а в пятидесяти метрах - десять тысяч фанатов ревут в ожидании концерта. Неизвестно, будут ли они еще раз в Чили. АРМИ нельзя разочаровывать ни в коем случае. - Шшш, тихо, герой, дай мне еще двадцать секунд, и я тебя выпущу. Ты был без сознания всего три минуты. Ты успеешь, все хорошо, - а ловкие руки уже вынимают иглы и дезинфицируют места уколов. Тигра осторожно садится, а потом и вовсе легко поднимается с пола. - Как ты? Голова кружится, Гукки? — и снова тихо и мягко, так, что Гукки хоть опять на пол ложись, только теперь от того, что коленки кружатся. -Нн...Нормально...Спасибо...А это иголки? - и стоит близко-близко, на правах больного. А она и не убегает. - Экстремальная акупунктура - я вытряхнула из твоего организма все резервы, и после концерта ты должен проспать не меньше десяти часов, иначе тебя вырубит от истощения. Но в ближайшие часы ты выдержишь все! - и поправляет аккуратно волосы и рубашку. - Спасибо Джи Ин! Ты спасла всех нас, и…Меня, - Тигра уже совсем прежний, улыбается смело и радостно, находит ее руку и благодарно сжимает. - Так иди, и докажи нам это! — улыбается Джи Ин и открывает двери, не отнимая руки. Он делает шаг назад и оборачивается: - Джи Ин-нуна, а почему Тигра?  - А ты догадайся! - улыбается она и все поправляет то его волосы, то одежду, обжигая его кожу своими тонкими пальцами. И Тигре страстно не хочется не то что идти, а и просто шевелиться, чтобы не спугнуть этот волшебный момент, где Джи Ин-сама нежность и забота. Совсем не такая, как всегда -холодная и неприступная. И эти ее слова звоном в ушах «Гукки, ты самый сильный, все будет хорошо, я рядом, я помогу, ты справишься….», «Тигра, Тигра, Тигра...» И, оказывается, ему просто невыносимо было нужно, чтобы кто-то ему это сказал. И позволил побыть слабым целых три с половиной минуты. Иногда это-целая вечность. Концерт проходит на «ура», как и всегда. И не смотря на весь пережитый ужас среди бантан и менеджеров, фанаты ни о чем не узнали и все так же орали из зала как в последний раз в жизни. А бантаны так же выступали. И поначалу оглядывались на Чонгука, но потом успокоились, и отпахали шоу, как обычно. С разрывными хитами, сольными номерами, хорео на грани выживания, и трогательными речами фанатам со сцены в конце шоу. Кровь, пот и слезы. А Джи Ин, сразу после выхода Тигры на сцену запирается в туалете и рыдает без остановки минут десять. У нее руки дрожат, а в голове только сейчас, откатом: « А что, если бы не…Помогла? Навредила? А если бы с ним и правда что-то случилось?! Гооосподиии! » И хоть головой от отчаянья бейся...Нет, так долго сидеть нельзя, а вдруг ему снова понадобится помощь… В голове Джи Ин вдруг всплывает ответ одного мудрого друга, о том, что когда его спросили: "Как понять свои чувства к человеку?" И он ответил: «Представь, что этого человека через час собьет машина. Насмерть. И снова на него посмотри». Чонгука, Слава Богам, никто не сбивал, но Джи Ин поняла, как к нему относится в тот момент, когда ему было плохо и в голове билась только одна мысль: "Спасти любой ценой! Держать его душу на Земле, рядом с собой…вечно…вечно???" - Джи Ин вздрагивает и опять заливается слезами. В чувство приводит звонок от менеджера. Якудза никогда не думала, что он умеет так орать: -Ты что, бессмертная, блять? Мать твою, а если бы ему стало хуже? В какой строке твоего контракта прописана экстренная помощь? — визжал в трубку Пак Чон Иль. - Второй параграф, четвертая страница. Личная охрана обязана уметь оказать экстренную медицинскую помощь, как-то: непрямой массах сердца, искусственное дыхание, – оглушенно забубнила в ответ Джи Ин. - Да ты меня слушаешь вообще? Ты! Закрыла! Двери! Перед! Врачом! Блять!!! И втыкала в него иголки! Сумасшедшая дура! А если бы он там помер, кто бы за это отвечал?! Все билеты распроданы, народу набилось-давка почти, а тут ты со своими зверскими методами! Ты в курсе, что к ним вообще запрещено прикасаться другим медикам, без согласия их врача??? Безбашенная сучка! - менеждер на другом конце связи был уже близок к припадку. - Так, слушай ты!!! - Джи Ин наконец, вышла из оцепенения, благодаря визгу из телефона, и подобралась, как пантера перед прыжком, ногой открыла дверь кабинки и пошла в направлении менеджера. - Я окончила курсы акупунктуры при мединституте в Осаке. У меня полтора года успешной практики. И я приложила диплом в свои, мать их, документы! И если ты на секунду перестанешь орать как недорезанный хряк, включишь свои ржавые мозги и посмотришь в мое личное дело, то ты увидишь диплом, уважаемый Пак Чон Иль, блять!!! - последнюю фразу Джи Ин проорала менеджеру в лицо, потому, что за время своей страстной речи успела добежать до его временного кабинета. - Э....Эээ…Сссс тобой хочет поговорить Бан Пи Ди… - по глазам менеджера было видно, что он уже сожалеет о многом, что наговорил и что в истерике позвонил самому Великому и Ужасному, но тот уже висел на проводе, скреб когтями и жаждал крови. И Пак Чон Иль сделал все возможное, чтобы это была не его собственная кровь. - Я слушаю, Сонбенним , - сверля менеджера убийственным взглядом, тихо сказала Якудза.