Под именем "Якудза"

Мониторы в кабинете Якудзы светились мягким серо-синим светом, транслируя изображения пустых коридоров. В этом серо-синем полумраке белело влажными мышцами голое Чонгучье тело на офисном диване, подмявшее под себя Джи Ин. Свет выхватывал их жадные руки, колени и край дивана, бешено и бесстыдно бьющийся о стену. В такт его рыкам, вперемешку с исступленным шепотом каких-то глупостей Якудзе. Она была его породы - таким же хищным зверем, дразнила и распаляла и без того уже безумного Чона - на самой высокой ноте, на грани слышимости, медленно выстанывая его имя, впиваясь ногтями в шелковую кожу, обвиваясь стройными ногами вокруг его узкой талии, отдаваясь целиком и забирая его самого без остатка. То плавилась под ним горячим воском, то сама превращалась в пламя, а тело Тигры - в податливый воск. ЕЕ зверь. Дикий и ручной, с непослушной густой гривой и стальными бедрами - Бог заплакал, когда их создал! Они оставляли следы на шеях друг друга, царапая и раня кожу, не чувствуя боли, не переставая смотреть в глаза даже когда оба взорвались одновременным, дикой силы оргазмом. И мгновенно завелись снова… Шалея друг от друга все больше, все сильнее. Долго лежали после, оглушенные, обессилевшие, с трудом приходя в себя. У Тигры так вообще было состояние, близкое к обмороку от дикого перенапряжения до, и после такой прекрасной и внезапной разрядки. Весь его прошлый сексуальный опыт сейчас казался ему жалким. А это… С Якудзой они совпали идеально, как Инь и Янь… Без малейшей неловкости, как будто он занимался с ней любовью веками до этого. И как же он раньше жил без этого? Без нее? Тигра попробовал перекатиться на край дивана, чтобы дать Джи Ин немного места и только цепкие руки девушки не дали ему с него улететь - он совсем не чувствовал свое тело, таким легким оно ему сейчас казалось. Как и голова - пустая и счастливая. Они сплелись на неудобном «ложе любви» и зависли в своих ощущениях. - Ты же понимаешь, что теперь я не отпущу тебя? - Гук нарушил молчание, одной рукой аккуратно убирая волосы с ее лица, а другой крепко прижимая ее к себе. - Не отпускай. Я… У меня плохо получается жить без тебя… Я пыталась... Но не могу, - она спрятала лицо на его гладкой, еще влажной от пота груди. Дыша им. Исцеляясь от чудовищной раны в душе, которая зарастала сейчас с каждым ее вдохом. Чувствуя под пальцами тепло его кожи. - Зачем было так мучить меня? И себя? - он не упрекал, просто высказал то, что так наболело. Обнимая еще нежнее, еще крепче. Словно прося без слов не делать так больше. - Тогда я думала, что так будет лучше… прости за боль… - Так… - он наконец, собрался с мыслями и силами. - Общага пустая и я останусь здесь на ночь и завтрашний день. И ты тоже! Пойдем сейчас ко мне, я хочу в нормальную кровать! И коротко поцеловав ее губы, парень слез с дивана и начал разыскивать одежду. Джи Ин любовалась им, не двигаясь и не пытаясь прикрыть наготу. Тем временем Тигра нашел ее вещи и присвистнул: - Эээ... Джи Ин, я кажется, должен тебе блузку… и юбку. - Выброси. У меня здесь есть еще одежда. - Правда? И даже белье? - Тигра все равно собрал все вещи, натянул на себя скинни и теперь высматривал пуговицы на полу. Ему страшно хотелось поскорее убрать здесь все и увести Джи Ин к себе. А лучше унести. Чтобы его комната и его постель пропахла ее запахом, как он сам сейчас. Этим ее запахом лаванды и свежести, от которого его ведет уже столько месяцев. И чтобы она пропахла им, его телом. Тогда бы окончательно поверил, что это все на самом деле, не сон и не глюк. - У меня здесь есть все, даже зубная щетка. Я же иногда остаюсь тут на ночь! - она с усмешкой показала на встроенный шкаф. - И спишь на этой жуткой фигне? Тебе хоть есть чем укрыться? - парень вдруг подумал, сколько ночей они провели под одной крышей, а он даже не догадывался об этом. - Нет, когда я остаюсь здесь, мне некогда спать, - она села, пытаясь разобрать руками спутанные волосы и тут парень неуклюже, но осторожно попытался напялить на нее свою толстовку, тихо пробурчав: - Одень хоть это, пожалуйста, иначе я так долго не выдержу! Она, хихикая, послушно юркнула в огромную черную шмотку, которая доходила ей почти до колен. - Ну как? - спросила она его. Чонгук глянул на ее красивое лицо, искусанные губы, шею, всю в его отметинах, на нежные ключицы, выглядывающие из просторного ворота… сглотнул и ответил: - Так еще ху... Лучше. Да, теперь лучше. И взяв ее за руку, оглядел комнату. Вроде порядок. Погодите-ка, что это на диване? - Джи Ин, что это??? - парень смотрел на бурые разводы на поверхности мебели. Девушка смутилась, нашла салфетки и вытерла следы. - Так! Только не говори мне, что ты... - Тигра распахнул глаза в диком удивлении. - Да! Да, я чертова бывшая невинность! И не будем больше об этом! - она вдруг нахмурилась и ткнула его пальцем в обнаженную грудь. - Как это не будем? Так же нельзя было… - Тигриные глаза метались по ее лицу, он, хмурясь, вспоминал все случившееся и никак не мог в это поверить. - Ты должна была мне сказать! - Зачем? Чтобы ты назначил время и место, посыпал кровать пошлючими лепестками роз? Тогда бы я точно сбежала в ужасе! - А так, за этом жутком диване, значит не пошло?! - Да неважно на чем, главное, что это было с тобой! - Джи Ин была дико смущена и злилась уже всерьез. - И мне было прекрасно! И я в порядке, правда! - она взяла его пылающее лицо в свои ладони, успокаивая. - Ты меня не обманываешь? - парень все еще не знал, как на это реагировать. - Клянусь! И клянусь, еще слово об этом, и я тебя выгоню отсюда и буду ночевать на этом жутком, неудобном, скрипучем… Аайй, Тигра!!! - крикнула она от неожиданности, потому что Чонгук ловко и осторожно перекинул ее через плечо и, поддерживая за попу, молча понес к себе, жмурясь от счастья. - И советую предупредить сестру… ты останешься со мной на выходные! Тебе не будет скучно, я классный и хорошо завариваю Рамен! Джи Ин, несмотря на неудобное положение, куснула его за голую поясницу и расхохоталась. Улыбкой Чона в этот момент можно было бы заменить фонари во всем чертовом Сеуле. * * * Мон тоже не поехал домой. В этих снежных сумерках он долго стоял под офисом БН, отпустив такси, но потом все же поднялся к Шихеку. И выдал тому речь. Такую, на которую еще год назад не решился бы. А сейчас он понимал, что Шихек его как минимум выслушает. И оказался прав. Великий и ужасный все же повыделывался для приличия, пытаясь давить, но понял, что перед ним не мальчик, а давно уже взрослый, сильный лидер - опытный, умный и состоявшийся, готовый хоть сейчас вылететь на собственных крыльях из-под опеки его лейбла и не оглянуться. Он понял это сегодня окончательно и уступил, едва ли не впервые. - Хорошо, Намджуни, если ты считаешь, что для макнэ так будет лучше… - он откинулся в своем высоком, почти королевском кресле, буравя Мона взглядом. За его спиной, в огромном окне переливался новогодними огнями город. - Да, Сонбенним. Я уверен в этом, - Джун склонил голову, отступая. - И да, я несу за это ответственность! - и Господи Боже, да как будто Мону к этому привыкать! Выйдя из офиса он набирает номер, цифры которого знает наизусть. - Привееет! - и в темноте усталое лицо Джуна расцветает чеширской улыбкой, невозможно хорошея. - Ты все еще там? Я буду через десять минут… Дождешься? Он вызывает такси и мчится в один из городских парков. При входе он берет велик в прокате и разгоняется по извилистому маршруту велосипедных тропинок, высматривая кого-то впереди. Наконец, он замечает фигуру на велосипеде далеко впереди и прибавляет скорости. Летит вперед и поравнявшись, улыбается совершенно счастливо, поглядывая на лицо красивой, мчащейся на предельной скорости, девушки. На ней велосипедный шлем, а из-под него - черным пламенем длинные, густые локоны, присыпанные снегом, велосипедный костюм, подогнанный под ладное длинноногое тело и похожая на Джуновскую - чеширская улыбка. Они останавливаются. Мон неожиданно ловко соскакивает с велика, делает пару шагов и обнимает девушку. - Скучал? - мягко спрашивает она, прислушиваясь к стуку его сердца. - Ужжаааасно! - стонет он ей в макушку и закутывает ее полами своего пальто.