BLACKness

Слепые отношения. Акт пятый.

      Патрульная машина мчалась по дорогам Апкучжона, рассекая воздух на своём пути, оставляя за собой эхо световой сигнализации. Чем ближе машина приближалась к месту, тем громче слышался вой банковской сирены.       — Парни, шевелитесь! Копы уже здесь! — выкрикивал один из грабителей, пряча свое лицо под черной лыжной маской.       Четверо мужчин в таких же масках выбежали из здания и спрятались за машинами, которыми преступники оккупировать банк. Не теряя ни секунды, грабители открыли огонь по полицейской машине, отчего Чон тут же дал по тормозам, резко её остановив. Чимин, последовав за напарником, пригнулся и вылез из салона через водительское место. Парни также спрятались за автомобилем, доставая табельное оружие.       — Многовато их, — заключил Пак, аккуратно выглядывая из укрытия.       — А вот и подкрепление, — Чон кивнул в сторону доносящихся неподалеку сирен патрульных машин, облегченно выдохнув.       — Ну что же, понеслась, — взбодрился Чимин и, резко выглянув из укрытия, начал стрельбу.       По всей улице разносились громкие хлопки выстрелов, смешанные с криками испуганных граждан, убегавших как можно дальше от места перестрелки. Полицейские открепили улицу, выставив патрульные машины вдоль дорог, чтобы никто не смог попасть на опасную зону.       — Парни, — окрикнул Чона и Пака один из прибывших подмоги полицейский, перезаряжая ружье, — мы здесь разбираемся. Бегите внутрь, там наверняка есть заложники, помогите им. Мы вас прикроем.       Чонгук и Чимин обменявшись кивками, смело помчались вовнутрь банка, стараясь не попасть под прицел. Стоило им оказаться внутри, как раздалась автоматная очередь.       — Бля! Двое прорвались! — закричал один из преступников.       Разбежавшись по разным сторонам, офицеры спрятались за широкими квадратными колоннами. Грабители, которые находились внутри, не прекращали пулевой дождь. Бетонные осколки колон разлетались по сторонам, как и все, что находилось рядом. Стоявший рядом декоративный высокий цветок был в мгновение уничтожен, пострадали также стеклянные входные двери, разбившись вдребезги.       — Черт, — шипел Чимин, сильнее прижимаясь к холодному бетону, понимая, что выглядывать крайне опасно. «Когда-нибудь патроны в магазине закончатся, и у меня будет буквально несколько секунд», — думал про себя парень.       Чонгук метал глазами, пытаясь найти хоть что-нибудь, что могло бы отражать вид за его спиной. Но ничего подходящего не замечалось. Однако тут молодой офицер потянулся к карману форменных штанов, нащупав телефон. Чон с толикой радости и облегчения, вытащил смартфон и включил фронтальную камеру, незаменимо выставив гаджет из колонны. Левая сторона находилась для грабителя в слепой зоне, поэтому он даже не подумал изредка, но поглядывать в этом направлении. Не теряя и секунды, Чонгук осмотрел обстановку, проанализировав, где находились враги и заложники. Ему хватило пары секунд, чтобы понять расстановку всего, что находилось в помещении. В таких ситуациях нельзя спешить и бездумно геройствовать. Один неверный шаг, и твое тело с пробитой во лбу дырой, замертво упадет на землю. Поэтому Чонгук, старался тщательно обдумать верную стратегию. У информационной стойки, практически возле входа, по левую сторону от укрытия Чимина, двое молодых мужчин в разорванной униформе и с окровавленным в каких-то местах лицом, лежали на полу. И если один судорожно трясся, то второй бездыханно развалился на холодном кафеле, залитым кровью. Судя по всему, тот смельчак уже пытался пробить оборону, но, к большому сожалению, попытка была тщетной.       Две девушки работницы, протирая хрупкие коленки об пол, держа трясущиеся руки за головой, сидели в центре банковского холла. Мраморная кожа обеих обрела слегка красноватый оттенок в области скул, а на черных капроновых колготках появились несколько стрелок и дыр, из которых виднелись участки гладкой кожи. Макияж молодых девушек из-за частых слёз весь размазался под глазами. Сотрудницам банка было, без сомнения, очень страшно. Над их хрупкими фигурами возвышались два здоровых парня в хоккейных масках, точно таких же, какая была у вымышленного персонажа Джейсона Вурхиза — главный злодей серии фильмов «Пятница, 13-е». Неудивительно, если этот персонаж был кумиром грабителей. Они продолжали держать под прицелом колонны, за которыми прятались полицейские, уверенно выкрикивая различные оскорбления.       — Эй! Трусливые цыплята, обрадуйте нас своими милыми мордашками!       — Выходите, черт вас дери!       Чонгук продолжал осматривать помещение через камеру телефона, замечая, что железная массивная дверь в хранилище была каким-то образом сорвана с петель, а внутри явно кто-то в спешке начинял сумки деньгами. Но тут пуля прилетела прямо в телефон, отчего Чонгук испуганно откинул гаджет в сторону.       — Черт, — шикнул парень, смотря, как из пробитой в экране дыры струился еле заметный дым. — Перед нами только двое вооруженных. Один или несколько могут быть в хранилище. Избавиться в первую очередь нужно от первых двух, — вполголоса рассуждал Чон.       Парень бросил быстрый взгляд на пол, подобрав небольшой осколок. Он взглянул на Чимина, который как раз, кстати, смотрел на напарника в ответ. Слабое место Пака всегда был язык жестов, и когда Чонгук начал что-то ему объяснять, он морщился, пытаясь разобрать придуманный план товарища. Но когда Чон показал ему осколок, Чимин подумал об отвлекающем манёвре, и, на свой страх и риск, качнул напарнику головой, якобы все понял. Теперь действовать нужно было крайне быстро, и каждая секунда была дорога. Чонгук замахнулся и бросил из слепой зоны грабителя осколок, который гулко ударился об пол, привлекая внимание преступников. Они тут же испуганно развернулись к источнику звука, не замечая за своими спинами Чонгука и Чимина, резко высунувшихся из укрытия, вовсю нацеливая на них оружия. Одновременный спуск курка последовал за собой выстрел, и две пули мгновенно влетели в два крепких тела. Преступники, издав свой последний болезненный стон, замертво рухнули на пол. Не теряя время, офицеры кинулись к хранилищу, поскольку выстрелы, без сомнения, всколыхнули людей внутри. Пробегая мимо заложниц, Чимин наклонился к девушкам, помогая подняться.       — Быстрее, спрячьтесь в безопасное место. О вас позаботятся спасатели. — Быстро проговорил парень, а после помчался вслед за напарником.       Один из преступников в хранилище кинулся к пистолету, небрежно брошенному на полу, и когда тот взял его в руки, Чонгук выстрелил по оружию, отчего грабитель испуганно выронил единственное свое спасение.       — Быстро! Руки за голову, лицом к стене! — Крикнул Чон, держа под прицелом обоих напуганных парней, скрывавших свои лица за хоккейными масками.       Скрутив руки за спинами задержанных, Чимин ловко надел на мужские запястья наручники.       — Прием, Ка-17, — проговорил Пак в рацию, которая тут же зашипела в ответ.       — «Докладывайте, Ка-17».       — Преступники задержаны, трое убитых, один из них гражданский. Нужна срочная медицинская и психологическая помощь.       — «Принято».       Покидая хранилище, проходя мимо двух тел, Чимин бросил быстрый взгляд на одно из убитых. Зрачок резко расширился, а по всему телу пронеслась дрожь, когда Пак увидел, как раненный преступник схватился за пистолет и направил его в сторону ничего не подозревающего Чонгука. Пуля вылетела ежесекундно.       — Нам нужно бы…       — В СТОРОНУ! — Закричал Чимин, заслонив Чона от пули собой, толкая его со всей силы и выстреливая не глядя в грабителя. Дальше была лишь обжигающая боль в правом плече.       Обескураженный Чонгук упал на пол, ощущая резкую боль в спине от соприкосновения с твердой поверхностью. Чимин, нависая над напарником, болезненно зашипел, выронив из руки пистолет и схватившись ею за плечо, из которого вовсю струилась густая кровь. В тот момент Пак совершенно не отдавал себе отчет в том, что он делал. Да и не было у него времени, чтобы подумать. Все происходило совершенно бездумно, словно на автомате.       — Эй, ты как? В порядке? — тяжело дыша, спросил Пак, облегченно улыбаясь.       Впавший в оцепенение Чонгук буравил широко распахнутыми глазами своего спасителя, который улыбался сквозь невыносимую и жгучую боль. Чимин явно не хотел, чтобы напарник переживал на этот счет. Но Чонгука не обманешь. В тот момент он не понимал чувств, которые цепко его охватили. Между пролетами ребер сердце застучало настолько сильно, что казалось, будто оно пыталось пробить грудную клетку, чтобы выбраться на свободу. Объятый страхом и переживанием за ненавистного напарника, который без капли сомнения рискуя собой, спас его никчемную и прОклятую жизнь. Перед глазами всплыла та душераздирающая картина прошлого, заставляющая Чонгука тонуть в омуте неистовой боли. Картина, которую он так отчаянно пытался забыть. А чертова Судьба, горделиво возвышающаяся над своим подданным, самодовольно улыбалась ему в лицо, смотря на этот охваченный страхом взгляд карих глаз. Чонгук снова чувствовал, будто треклятая судьба следовала за ним по пятам, словно напоминая всякий раз: «Ты обречен быть вечно моим персональным дегустатором боли».       Капля крови, слетевшая с плеча раненого, бесцеремонно коснулась бледного лица офицера Чона, отчего он наконец-таки дернулся, вернувшись в реальность.       — Эй, хорош, валяться, пошли, — все так же умело скрывая боль под маской бесстрашия, Чимин попытался подняться, но ослабевшее тело перестало его слушаться. Секунда и он тут же оказался в крепких объятиях напарника. Чонгук, прижимая Чимина к себе, помог тому подняться. На пару мгновений они застыли на месте, и казалось, что время замерло вместе с ними, давая возможность побыть впервые так близко друг к другу. Тело Чимина неосознанно поддалось жару, отчего щеки приобрели пунцовый оттенок, что был достаточно заметен на светлой коже парня. Но Чонгук этого совершенно не заметил. Он, словно покинув свое сознание, прожигал дыру в этих выразительных, искрящих необычно естественным блеском глазах, которые сейчас неотрывно смотрели на него.       — Чертов эгоист, — разорвав столь неожиданную и неловкую зрительную связь, издал смешок Чимин, привлекая внимание напарника, который все ещё удерживал ослабевшее тело на себе, — даже спасибо не скажешь?       Чонгук напыщенно хмыкнул.       — Идиот! — крикнул тот. — Никогда больше так не делай!       Почему-то эти слова нисколько не огорчили Чимина, а наоборот вызвали смех. Чон что-то буркнул себе под нос и направился к выходу, продолжая быть опорой для товарища.       — Пойдем, я отвезу тебя в больницу.       — Не нужно. Дождусь скорую, она уже на пути.       — Нет. — Заявил Чон, заставляя напарника замолкнуть. — У меня есть знакомый врач. Я ему доверяю больше, чем кому-либо.       — Ээх, будь по-твоему.

***

      В залитом полуденным солнцем медицинском кабинете совсем не по уставу вкусно пахло ягодным чаем и шоколадом. Напиток был обжигающе горяч, а горькое лакомство потихоньку размягчалось от близкого соседства с кружкой. Тэхён любил перекатывать на языке кусочки темного шоколада, а не ломать об его твердость зубы. Чимин был крайне удивлен не только отсутствием запахов хлорного раствора и антибактериальных средств, которые неприятно щекотали нос, но и царившему в кабинете порядку. Парень взглядом скользнул по стопке медицинских карт с яркими наклейками, аккуратно лежавших на краю большого белоснежного стола, сливавшегося с белыми стенами, полом и мебелью такого же оттенка просторного кабинета. В шкафчике были аккуратно расставлены по алфавиту пузырьки с лекарствами и различные медпрепараты. Ощущение будто ты уже на полпути в Рай. От этой мысли Пак мельком улыбнулся уголками губ.       — Чонгук, — окликнул друга Тэхён, вытаскивая из шкафчика нужные препараты, — помоги своему напарнику раздерется.       Чон раздраженно цыкнул и нехотя направился к кушетке, на которой сидел Чимин, придерживая рукой окровавленное плечо.       — Только без шалостей, пожалуйста, — издевательски проговорил Пак, с явной усмешкой смотря на шатена снизу вверх.       — В такой ситуации ты еще находишь силы шутить? — Недовольно фыркнул Чонгук.       — Пользуюсь случаем тебя позлить, только и всего.       Чон сжал зубы, отчего на выразительных скулах забегали желваки. Он резко сдернул с напарника форменную куртку*, намеренно причинив тому боль. Чимин невольно взвыл.       — Ты что творишь! Больно же… — обиженно буркнул он.       — Меньше всякий бред будешь нести.       — Итак, — прервав двух упрямцев, отозвался доктор Ким. Он подошел к кушетке и встал напротив Пака, положив рядом медицинский поднос, на котором лежали все необходимые приспособления для проведения данной операции. Мужчина натянул на свои невероятной красоты руки медицинские перчатки, а после наклонился к ранению. — Ну-ка, посмотрим, что там у тебя.       Тэхён осмотрел рану Чимина, когда тот опустил измазанную в крови руку. Да, в общем-то, все тело молодого офицера было чуть ли не залито кровью. Вид был весьма жуткий, но вот судя по выражению лица, Пак не особо переживал по этому поводу.       — Ты удивительный, Пак Чимин, — внезапно проговорил Тэхён, взглянув на своего пациента из-под уложенной челки. — С таким то ранением и потерей крови ты умудрился прийти сюда, да и ещё хохмить. Я поражён. — С некой усмешкой проговорил Ким.       — Я ведь коп, грешно мне помирать от какой-то пуль… АЙ! — неожиданно вскрикнул Пак, когда Тэхён слегка прикоснулся к ране. — Что ты там мне ковырять собрался! Больно же!       — Прости-прости, но тебе в любом случае придется потерпеть. Пуля не прошла на вылет, а осталась в плече. Если не вытащить её, рана загноится и начнется заражение крови. В противном случае, руку придется ампутировать. Так что, выбирать тебе, немного помучиться или остаться без руки?       — Эй, док, хорош, — ощущая, как мелкая дрожь прошлась по телу, Чимин натянуто усмехнулся, намереваясь заткнуть Тэхёна. Подробности ему явно были не нужны.       — Чонгук, будь добр, подай мокрое полотенце.       — Я тебе прислуга, что ли?       — Это нужно твоему напарнику. А ты теперь многим ему обязан, — улыбнулся Ким.       — Тц, — цыкнул офицер, подав влажную ткань другу.       Кровь большим количеством растеклась по крепкой груди парня, отчего Тэхёну было затруднительно обнаружить рану. Аккуратными движениями, он вытер багровую жидкость в области груди и плеча, краем глаза замечая, как Чимин жмурился от неприятных болевых ощущений. Закончив, Ким отложил запачканное полотенце в сторону и принялся распаковывать пинцет и шприц.       — Эй, погодь! А как же операционная, общий наркоз и несколько людей в синих халатах, которые тебе помогать должны, а?! — забеспокоился офицер Пак.       — В этом нет необходимости, — все та же мягкая лубка блистала на привлекательном лице не менее привлекательного мужчины напротив.       — Ну, прям как на боле боя…       — Не переживай, я вколю тебе анальгетик.       — Чего, кого?       — Обезболивающее, дурень, — не упуская возможности поглумиться, высокомерно прыснул Чонгук, деловито сложив руки на груди. Шатен устало оперся спиной о белоснежную стену, он напряженно закрыл глаза, нежеланная смотреть, как происходила операция. Но стоило Тэхёну задать свой вопрос, как Чон рефлекторно обернулся в сторону парней.       — Что это? — врач недоуменно вскинул бровями, указывая на потрепанный пластырь, наклеенный на груди.       — Оу-оу, погодь-те, это нужно. Ничего страшного, просто не хочу, чтобы видели…       — Прости, но мне придется его снять, — перебил Ким. — Это помешает операции.       Чимин напрягся и замолк на мгновение. Капелька образовавшейся испарины на лбу, стекла по виску. Парню совершенно не хотелось, чтобы кто-либо видел этот его изъян, кроме него самого.       — Ты позволишь? — Вопрос Тэхёна больше прозвучал, как утверждение, однако Пак нехотя кивнул и отвел взгляд в сторону.       Доктор Ким зацепил длинными пальцами краешек пластыря и аккуратно потянул вниз. Мужчина слегка удивился, увидев уродливый шрам на таком, казалось бы, красивом теле. Но профессионально не подал и виду своему удивлению. Маска равнодушия так и осталась нетронута. Но вот внимание Чонгука так и было приковано к груди напарника. Он нахмурил брови, разглядывая то, что Пак так упорно пытался от него скрыть. Без сомнения, это шрам был идентичным тому, что был у него самого. Чон раздраженно хмыкнул и резко отпрянул от стены.       — Я буду снаружи.       Чонгук произнес это с таким неожиданным недовольством, отчего заставил обратить на себя внимание. Если Тэхён просто окинул его провожающим взглядом, то Чимин задержал взор на широкой спине напарника, а после понуро опустил глаза вниз. Мысли, словно окрасившись в черную краску, начали тушить яркий свет в его большой душе. Впервые он так забеспокоился о своем изъяне, думая, что он был отвратителен Чонгуку, отчего тому стало даже не по себе. Неожиданно для себя Пак ощутил холод, прошедший по телу, а сразу после неприятный жар стыда. Он стал ненавидеть этот шрам еще больше.       — Спасибо тебе. — Внезапный голос со стороны резко выдернул парня из омута темных мыслей. Чимин несколько рассеянно взглянул на Тэхёна.       — За что?       — Ну как же, — понуро усмехнулся Ким. — За Чонгука. Ты поступил очень храбро, защитив его от пули. Ведь попав она в жизненно важные органы ты бы умер, в худшем случае — остался инвалидом на всю жизнь. — Тэхён взял паузу. В глазах его читалась нескрываемая тоска, от которой Чимину стало не по себе. — Я спасал таких людей от смерти, предрекая их на вечные муки — всю оставшуюся жизнь быть прикованным к постели. Такие люди мечтают о смерти. Но ведь это мой долг спасать их жизни, разве я могу думать о подобном.       — В тот момент я и не думал о последствиях. Куда важнее было не дать Чонгуку умереть. Прости…       Тэхён угрюмо усмехнулся, подняв пустой взгляд на парня.       — Это без сомнения героический поступок. Не каждый бы смог отважиться и встать под пулю вместо друга.       — Друга? — усмехнулся Пак. — Скорее наоборот… какая ирония. Хотя враг моего врага мой друг, не так ли?       — Именно. — Согласился Тэхён, присев рядом на кушетку. — Но для Чонгука это не просто поступок достойный уважения. Для него подобного рода вещи является его собственной огромной ошибкой. Ты должен знать, Чонгук против таких вещей. Он не играет в игры с судьбой. Если ему суждено умереть от пули, он не станет противиться. Он считает, что лучше это будет он, чем товарищ, жертвующий собой по его глупости.       — Это из-за его погибшего товарища?       — Значит, ты уже знаешь.       — Вообще-то нет. Просто наслышан. — Чимин понуро усмехнулся, — чтобы он доверил мне такую важную часть своей жизни. Никогда.       — Послушай… я, конечно, не вправе вмешиваться в жизнь Чонгука, но думаю, ты, как его нынешний напарник, должен знать. Мне не были известны подробности, но знаю лишь то, что его напарница, Чан Хейз, поступила так же храбро, как и ты. Но вот только последствия были весьма трагичны. Это оставило на его душе очень большой и значимый отпечаток. Наверно, он и по сей день винит себя в её смерти. Поэтому Чонгук терпеть не может командную работу. Есть риск такой же истории, и ты — отличное тому подтверждение, несмотря на то, как велик и бесценен твой поступок.       — Понятно, — несколько опечалено произнес Пак, устремив взгляд в пол.       — Я лишь хочу сказать, будь осторожнее. Вы оба… будьте как можно осторожнее. — Ким поднялся с кушетки и произнес: — Так, ладно, теперь займемся твоей раной.

***

      Спустя час ожидания дверь в кабинет доктора Кима открылась. Две мужские фигуры вышли в просторный коридор, направляясь к скамейке, на которой сидел лишь один Чонгук, опершись локтями на колени. Удивив друга и напарника, чье плечо было перевязано бинтом, а сверху накинут медицинский халат, Чон лениво поднялся на ноги, услышав легкий хруст в коленях из-за затекших суставов. В руках Чимина он увидел пакет, в котором явно лежала испачканная кровью форма. Офицер скептически хмыкнул, поняв, что добродушный Тэхён одолжил свой халат этому глупцу.       — Удивлен, что ты ждешь меня. Волнуешься? — издевательски подтрунивал Пак. Он нисколько не удивился привычной реакции своего напарника, лицо которого застыло в безразличие, с легким оттенком раздражения.       — Закатай губу, — фыркнул Чон. — Я уже связался с отделом. Капитан Ким дал тебе неделю отдыха. И на сегодня мы свободны.       — Вот как.       — Тебя подбросить до дома? — поинтересовался Чон, несколько смущенно отведя взгляд в сторону.       — Какой добренький, — саркастично произнес Пак. Тэхён, стоя рядом, сдержанно усмехнулся в кулак, поймав на себе мгновенный озлобленный взгляд друга. — Не утруждайся, сейчас я в силах добраться сам. Я попросил сестру заехать за мной на такси. Так что езжай домой и… — Чимина прервал телефонный звонок, — а вот и она кстати. Ладно, Чон, увидимся через неделю. И спасибо тебе, док.       Парень махнул рукой и быстро скрылся за поворотом, оставив друзей наедине.       — Ты закончил работать? — нарушив тишину, поинтересовался Чонгук, косо взглянув на Тэхёна.       — Мой рабочий день был закончен еще до вашего прихода.       — Ну, извини, — буркнул офицер.       — Чего вдруг спрашиваешь?       — Мы ведь утром договорились сходить куда-нибудь вместе.       — Ах, точно-точно. Приятно, что ты помнишь, — улыбнулся Ким.       — В отличие от тебя.       — Ну… заработался малёк.       Очередная улыбка заискрилась на мужском лице. Чонгук, в своей привычной манере, безразлично окинул парня взглядом и направился к выходу, сунув руки в карманы форменных штанов.       — Пошли уже.