Кто ушел и кто придет

     Со дня прилета на Нарат Ник не поддерживал никакой связи с Землей, только отправил короткое сообщение Марте о том, что благополучно прибыл и устроился. Ответ пришел лишь через пару месяцев – Марта сообщила, что ее мать вышла замуж на Фреда Клири – кто бы сомневался! – и что Фред купил тур на Нарат на троих, так что они тоже прилетят туда, а перед ними, Фред говорил, туда полетят какие-то его начальники. Ник легко догадался, что под начальниками подразумеваются братья Губерты.      В первое время, довольный новой жизнью и женой, Ник забыл это письмо, но потом вспомнил и подумал, что Губерты, пожалуй, должны скоро появиться. И Френсис наверняка все знает про Ларри… А может быть, Ларри получил назначение на транспортный корабль и прибудет сюда вместе с ними, вот это было бы здорово! Просто увидеть его, поговорить, убедиться, что с ним все хорошо и извиниться за все, что наговорил ему на Земле. Расстались они ужасно, что уж там. Андроиды не обижаются, а все же хочется сбросить этот камень с души. Больше ничего не нужно, ведь он, Ник, решил отныне быть с людьми. Так хотела мать, и он не разочарует ее.      Губерты прилетели на частном судне спустя три месяца после прибытия транспорта с дедом Конни и волонтерами. Ник узнал об этом от жены, а та - от одной из своих многочисленных подруг, муж которой работал в Наратском институте робототехники. В начале отношений Ник вкратце рассказал Конни о своей жизни на Земле и упомянул Губертов, Конни запомнила и теперь, передавая ему разговор с подругой, сказала:      — Похоже, те самые, твои бывшие начальники.      — Да, кажется, - отозвался Ник, стараясь не выражать особой заинтересованности. Ему не нравился пытливый взгляд жены. Вот взяла моду буравить его глазами! Не столько слушает, сколько старается уловить его мысли – почему? Дед ее так настропалил, что ли? «Я ее пока даже в мелочах не обманывал, - подумал Ник, - не то, что Микаэлу. Недоговаривал, но и то лишь когда она задавала всякие неудобные вопросы о чувствах. Терпеть не могу такие разговоры!»      — Пойдешь встречать? – спросила Конни.      — Схожу, пожалуй. Интересно узнать, как там дела на прежней работе.      — Про Ларри хочешь спросить?      Как она догадалась?! Откуда она вообще знает, что Ларри существует? Он никогда не рассказывал ей про двойника, словом не обмолвился, это уж точно!      — Ты во сне разговариваешь, - пояснила Конни. – Я тебя пару раз будила, а ты, видимо, сразу забывал. Ты с ним разговаривал, с Ларри. Я сперва думала, что это твой брат, а потом Белла сказала, что это твой робот.      — Какая еще Белла? – пробормотал ошарашенный Ник.      — Моя подруга, работает в гостинице «Радужная стена», я же тебе рассказывала. У нее муж в местном Институте робототехники. Они там все знают про Роберта Форти и ваших андроидов, про Ларри в том числе.      — А какого черта вы сплетничаете обо мне! – рявкнул Ник и сам поразился – ведь он еще никогда не кричал на Конни.      Та отшатнулась, испуганная.      — Я… Мы…      Ник уже взял себя в руки.      — Прости! Но я очень не люблю, когда мою жизнь обсуждают за моей спиной.      — Мы не обсуждали, я просто спросила, кто такой Ларри, и она объяснила. Я потом заходила на сайт вашей «Андроидной техники» и видела фотографию, где вы с Ларри рядом. Вы так похожи, он совсем как твой старший брат. Почему ты мне про него ничего не рассказывал? Могли бы как-нибудь взять большой отпуск, слетать на Землю и повидаться с ним. Ты ведь очень по нему скучаешь.      И опять она смотрит, будто хочет в душу заглянуть!      Ник отвел взгляд. Нет, он ничего не скажет ей про Ларри, незачем ей об этом знать. Эти чувства принадлежит только ему. Ему и Ларри. Это Ларри был с ним рядом после истории с Мортоном, а не Конни. Это Ларри сделал для него больше, чем любая женщина, а может, и любой человек, если не считать мать и дядю Роберта.      — Я не скучаю, просто хочу узнать, куда его пристроили. Мне же интересно, он наша с дядей общая работа. Так что завтра смотаюсь в космопорт, поболтаю с Френсисом. Они поздно прилетают, ты меня не жди, ложись спать.      — Хорошо, - Конни отвернулась к окну и принялась опрыскивать розы. Хотя вторая роза, которая наконец-то распустилась, оказалась не синей, а фиолетовой с розовым, Конни не стала меньше любить оба цветка.      Голос у жены какой-то грустный, или так показалось?      — Давай вместе съездим, - неожиданно для себя предложил Ник. Конни, не оборачиваясь, мотнула головой, пышный хвост темных волос качнулся из стороны в сторону.      — Не хочу вам мешать, а мне там встречать некого.      Ник надеялся, что в его голосе не слышно слишком явного облегчения:      — Ладно, дело твое.      В космопорте он задумался, где ждать Губертов. Они прилетают на личном корабле, и все, кто сейчас сидит в зале прибытия, ждут только их. Это в прошлый раз кругом кипела жизнь, а сейчас даже кафе и сувенирная лавочка закрыты. Идти в зал прилета – это гарантировано нарваться на кучу местных сотрудников «Киберспейс», чего Нику не хотелось. Пожалуй, лучше остаться здесь, поближе к выходу, и окликнуть Френсиса, когда тот пойдет мимо. Но ведь он пойдет не один… Черт, вот задачка! Ник топтался на месте и грыз ноготь, жалея, что тут нельзя курить.      И пока он терзался сомнениями, на табло всплыла единственная строчка, а голос диспетчера оповестил о прибытии шаттла с космической яхты «Звездный час». Интересно, кто из братьев придумал такое дурацкое название? Наверное, Френсис, у Френка для такого маловато воображения.      Минут через пятнадцать появились Губерты. Впереди вышагивал Френк в расстегнутом сером плаще поверх темно-серого делового костюма. Вот уж выбрал наряд для местного климата! За ним на некотором расстоянии катился Френсис, окруженный встречающими, как солнце спутниками. Он, в отличие от брата, оделся по погоде – шорты, рубашка с коротким рукавом, сандалии и расшитая какими-то легкомысленными цветочками панама на голове.      Ник, вскочив с места, лихорадочно думал, как бы окликнуть Френсиса, но тот сам заметил его, что-то сказал сопровождающим и приблизился, издали протягивая руку.      — Ник! Рад видеть! Ну как ты здесь?      Ник, хоть и репетировал про себя этот разговор, сейчас смешался.      — Да что же… Нормально, - он пожал мягкую как подушка руку бывшего начальника. – А как дела в «Андроидной технике»?      — Хорошо, прекрасно, лучше и желать нельзя. Как жаль, что ты от нас ушел! Чем сейчас-то занимаешься? – он с доброй улыбкой оглядел Ника. – Выглядишь неплохо, правда, похудел. Жара действует, верно?      — Да, жарковато здесь… Я агротехник. Работаю в местных садах.      — Выращиваешь манго? Чудесный фрукт!      — Нет, персики.      — Это тоже замечательно, - Френсис сделал короткую паузу. – О женитьбе нашего Фреда, наверное, знаешь?      — Марта сообщала, - сказал Ник. Видно, у него не получилось как следует выдержать равнодушный тон, а может, выражение лица подвело, потому что улыбка Губерта сделалась сочувственной. Вот еще, не хватало, чтобы Френсис его жалел! И Ник быстро с вызовом добавил: - Я тут тоже женился, можете передать ему, ну мало ли, вдруг спросит.      — Отличная новость! Красивая девушка?      — Очень. Конни Гордон.      — Гордон? Случайно не внучка Антони Гордона, геолога?      — Да, она.      — Я видел ее лет пять назад, когда она еще училась. Они с Антони приходили на нашу конференцию послушать доклад о горнопроходческих машинах. Да, Конни у него красавица. Значит, в итоге все хорошо устроилось, верно? - и вдруг на секунду его взгляд из добродушного превратился в очень проницательный.      — Да, - твердо ответил Ник. – У меня все нормально. Я только хотел у вас спросить…      — Насчет Ларри, да? Я как раз собирался рассказать. Ведь тебе должно быть интересно, потому что Ларри – ваша общая с Робертом работа, - он опять остро взглянул на Ника. – Ларри прошел все полевые испытания и отправлен работать на транспортный корабль на маршруте «Земля – Нарат». Транспорт, как ты, наверное, знаешь, принадлежит «Киберспейс», так что никакой возни с арендой. Ну вот, недели через две Ларри будет здесь. Надеюсь сходить встретить, если не появится никаких срочных дел. А ты заглядывай в гости, у меня домик на Речной улице. Дом номер четырнадцать. Правда, в ближайшие дни, боюсь, буду приходить поздновато – много дел в Институте, будем решать насчет филиала нашего НТК, да еще мы с Френком собирались слетать на плато Муравейник, давно хотели там побывать. Так что лучше заходи через недельку. Ну, а теперь побегу, не буду заставлять ребят ждать. Передавай привет жене, - он похлопал Ника по плечу и заторопился к выходу из космопорта. Ник проводил начальника взглядом. Зачем Губертам Муравейник? Что интересного может быть для них на этом плато, где работают только геологи и археологи? А, да какая разница! Главное, что он узнал про Ларри. Всего две недели подождать!      Домой Ник пошел пешком – хотелось прогуляться. Ночной Гарди был тихим и безлюдным. Какой контраст с земными мегаполисами! Эти ульи никогда не спали полностью. За воспоминаниями о родном городе пришли непрошенные воспоминания о Мортоне. Черт его возьми, опять лезет в голову эта гадость! Из-за Френсиса, что ли? Мортон тогда сказал: «А потом, думаю, он со своим братцем, нашим директором, начнет ставить эксперименты на Нарате, подальше от Земли». Неужели его предсказание сбывается? Но где и когда Губерты могут вести свои дела? Френсис только что жаловался на нехватку времени. И вообще… Ну, Френк, пожалуй, мог бы. Но Френсис, этот шарик, болтливый и добродушный? Невозможно представить его в роли заговорщика, злодея и подпольного экспериментатора. Разве что выполняет поручения своего брата, но Мортон почему-то был убежден, что именно Френсис главный в их тандеме.      А может, проследить за Губертами? Понаблюдать, чтобы убедиться, что ублюдок Мортон все наврал. Точно! Через несколько дней начинается отпуск, и времени будет хоть отбавляй.      Те дни, что оставались до начала отпуска, Ник потратил на обдумывание плана и не придумал ничего лучше, как устроить классическую слежку. Следить он решил за Френсисом. Неловко, конечно - Френсис всегда так хорошо относился к нему, Нику, и вообще был очень симпатичным и обаятельным человеком – но проследить за Френком было намного сложнее, Ник даже не знал, где тот остановился. И в первый же день отпуска рано утром, еще затемно, он отправился на Речную улицу, сказав Конни, что идет побегать на свежем воздухе. По дороге он с раскаянием подумал, что вот и начал лгать жене. Но что поделать? Не объяснять же все как есть!      Ага, вот четырнадцатый номер. Аккуратный маленький коттеджик, в самый раз для одного человека. Ухоженный садик, идеально подстриженная живая изгородь, перед домом штакетник и калитка, выкрашенная в жизнерадостный оранжевый цвет. Во дворе блестит покрытый росой глайдер. Света в окнах не видно - Френсис еще дрыхнет или его нет дома. Мог заночевать у брата или знакомых – вот это будет облом! «Ладно, посижу немного», - подумал Ник.      Коттеджи аккуратными рядами тянулись по обе стороны улицы, но прямо напротив участка Губерта, как по заказу, оказался пустой участок, заросший кустарником. В эти кусты и забрался Ник, вздрагивая от сыпавшихся с веток холодных капель. Отыскав место с наилучшим обзором на дом номер четырнадцать, он уселся на корягу, привалился спиной к стволу мощной ивы и приготовился ждать.      Ждать пришлось долго. Ник не заснул только потому, что прихватил из дома термос с кофе и периодически прикладывался к нему. А когда кофе подошел к концу, и Ник начал подумывать о том, чтобы встать и хорошенько размяться, из дома появился Френсис.       Ник моментально забыл про затекшие ноги и спину. Ну и потешный Губерт в этих красных спортивных шортиках и майке, просто умора! Но бежит, надо отдать должное, быстро, и не задыхается, а ведь вес-то у него должен быть немалый. Недаром говорят, что лет двадцать пять назад Френсис здорово играл в футбол. А потом он ушел из спорта и растолстел – по слухам, от расстройства из-за разрыва с какой-то бабой. С этими бабами одна морока… Ага, возвращается, бежит, высоко поднимая колени. Свернет домой? Нет, мимо проскакал, в другой конец улицы. А это кто идет? Френк! Прошел в калитку, поднялся на веранду и принялся там хозяйничать. Наверное, завтрак готовит. «Я бы тоже сейчас что-нибудь съел», - подумал Ник. Вернулся Френсис, наконец-то свернул к себе во двор, походил возле дома, успокаивая дыхание, и тоже поднялся на веранду.      Через некоторое время братья спустились с крыльца во двор и уселись в глайдер, Френсис занял место за пультом. Взлетели! Идут в сторону Муравейника. Ник выскочил из своего укрытия и поднес к глазам мощный бинокль. Глайдер приближается к широкому уступу Первой Ступени. Ну и гонит Френсис, вмиг домчались! Снижаются… Похоже, сели, больше их не видно. Ник выхватил КПК, включил, нашел космоснимок плато. Кажется, вот это место. Рядом ущелье, очертания Ступени вроде бы похожи. Надо завтра полететь туда и проверить. Засесть где-нибудь выше и посмотреть, куда пойдут Губерты. Склон над Первой Ступенью где-то крутой, где-то не очень, можно найти место для засады. Главное, чтобы братья полетели туда завтра, а то будет он сидеть впустую. «Ну, не прилетят, так просто погуляю, - решил Ник. – Я там еще не был. А они в конце концов появятся, если Мортон не врал и у них где-то там действительно подпольная лаборатория. Плато изрыто туннелями, пространства сколько хочешь, строить ничего не надо, заходи да пользуйся. Правда, там всякие ловушки и вообще лабиринт, но Губерты могли достать карты. Тем более, они заходят в верхнюю часть, где никто не работает, значит, и скрываться им особо не надо. А если Мортон врал и они полетели туда просто на экскурсию, тем лучше! Воротит меня от слежки за Френсисом, не верю, что он может быть замешан в чем-то незаконном».      Утром Ник летел на плато. Конни ничего не спросила, но на всякий случай он сказал, что хочет погулять по Муравейнику и даже предложил полететь вместе, точно зная, что жена откажется – у нее-то отпуск начинался только через неделю. Ник помнил, как она сокрушалась по этому поводу – ей не хотелось потерять ни дня того свободного времени, которое они могли провести вместе. И сейчас Конни ответила: «Ты же знаешь, что я не могу», и за досадой в ее голосе Ник расслышал что-то еще – подозрение? Поднимая глайдер в воздух, он подумал, что на обратном пути надо будет придумать какую-нибудь убедительную легенду, потому что Конни наверняка будет спрашивать, как он погулял и все такое. Надо там пофотографировать, чтобы хоть снимки показать.      В утреннем тумане затерялись домики спальных районов, офисные здания в центре и высокие белые блоки городской больницы. Ник не очень любил управлять глайдером, поэтому сразу включил автопилот и откинулся на спинку сиденья, поглядывая то вниз, то вперед. Солнце пригревало, разгоняло туман, внизу показались разбегающиеся из города ленточки дороги. Река, моста почему-то нет – вброд все переходят, что ли? Хотя кто тут ходит пешком, все либо ездят, либо летают! Видно лес, справа какая-то болотистая пустошь – похоже, та самая топь перед Радужными песками, про которые он слышал, но сам до сих пор не ходил. Ага, точно, вон и сами пески показались. И никакие они не радужные, пустыня как пустыня. Даже и пустыней не назовешь – так, дюны, а с краю какое-то серо-синее пятно, окруженное густой растительностью – озеро? А название, видно, дали пескам из-за того, что по ним можно выйти к Стене Тысячи Радуг, то есть северной стене Муравейника. Конни пару раз заводила речь о таком походе, но Ник отговаривался. Была охота шагать два дня, да еще через пустыню! Может, там и красиво, но он не любит ни песок, ни длинные пешие походы. В горы еще сходил бы, а здесь – увольте.      Впереди стремительно вырастала гора, внизу показались развалины Старого Города и яркие палатки археологов. На ветру трепетал большой синий тент – должно быть, под ним устроили кухню, рядом суетятся дежурные. Глайдер поднялся на уровень Первой Ступени и завис. Автопилот запрашивал точное место посадки.      — А я знаю? – пробурчал Ник и включил ручное управление. Черт поймет, где тут приземлялись Губерты. Глайдер – не вертолет, посадочная площадка ему не требуется. Может, чуть повыше, возле зарослей рододендрона? Будет где спрятаться...      Замаскировав машину ветками, Ник притаился в кустах под нависающей скалой. И вовремя – не успел он открыть термос и развернуть сверток с бутербродами, как со стороны Гарди появилась сияющая в утренних лучах быстро растущая точка. Летят! Ник забился поглубже, радуясь, что рододендрон не колючий. Возле лица качались крупные голубые цветы, Ник осторожно отвел их. Глайдер Губертов опустился на полянку метрах в ста ниже его укрытия. Братья вышли из машины и, судя по жестам, о чем-то посовещались, голосов Ник не слышал. Потом Френсис прихватил с заднего сиденья небольшой рюкзак и быстро зашагал вверх по склону. Френк шел за ним, надменно озираясь. Он по-прежнему был в сером костюме и плаще. Ну и пижон! На гору можно было одеться попроще… Но куда же они направляются? Этак они скоро наткнутся прямо на него, Ника!      Губерты не дошли до его убежища. Они вдруг резко свернули к россыпи больших каменных глыб и… Исчезли! Ник не верил своим глазам. Что за чертовщина, ведь были как на ладони… Он поспешно прижал к лицу окуляры бинокля, но Губерты в поле зрения не появились. Вот здесь они шли, вот эти камни, облепленные светло-зеленым лишайником… И ничего. Ну, дела! Сбегать посмотреть? А если они так же неожиданно появятся? Может, они тут какую-то маскировочную технологию испытывают для полиции? Но почему они и почему здесь? «Пойду проверю, - решил Ник. От потрясения ему не сиделось на месте. – Если эти двое появятся и спросят, скажу, что гуляю». Он помчался к россыпи.      Вот за эту глыбу они завернули, но глыба невысокая, два мужика не спрячутся. Но за ней яма! А в стенке ямы широкая щель. Тогда все ясно: через эту трещину они заходят в пещеры Муравейника. Значит, и впрямь им есть что прятать. Что дальше - идти за ними? Раз начал, надо продолжать, но лезть под землю так неохота! После заточения у Мортона Ник стал замечать за собой если не страх, то очень сильную нелюбовь к темноте и замкнутым пространствам. Он с трудом заставлял себя гасить по ночам лампу в комнате; если бы не опасался расспросов Конни, то спал бы при свете. Стривера бы сюда, этот подземелья любит, но где его сейчас возьмешь, да и любопытный он, начнет выспрашивать, что да зачем…      Ник беспомощно топтался на краю воронки, пока его не допекло уже высоко поднявшееся солнце. На плато было намного свежее, чем внизу, но все равно в ясный день на открытом месте, да еще без кепки – просто невыносимо. Ник отошел от пещеры и сел в тенек под кусты. Надо подождать, может быть, получится подслушать их разговор, когда вылезут. Хоть бы примерно узнать, что они там делают!      От тепла и недосыпа клонило в сон. Ник потряс тяжелой головой и поднялся. Пойти побродить вокруг, только далеко не отходить, чтобы не прозевать Губертов…      Он поднялся на гребень холма. Вход в пещеру отсюда было уже не разглядеть, зато хорошо просматривалась лежащая внизу широченная терраса Первой Ступени. Всплыло непрошенное воспоминание о Мадлон. Она ведь ехала работать на Муравейник – интересно, куда именно? «Надеюсь, не в эти места, - подумал Ник. – Не хватало еще тут на нее нарваться!» Но в душе у него опять что-то шевельнулось. А вот если они встретятся, что бы он ей сказал? Она-то, конечно, просто поздоровается и пойдет дальше. Это она умеет – быть холодно-вежливой, как какая-нибудь аристократка из девятнадцатого века…      Впереди показалось какое-то сооружение. Памятник, надо же… Ник остановился перед каменным обелиском. Трое погибших, Елена Кеннел и еще какие-то… Кеннел! Однофамилица Мадлон, забавно. А может, мать? Вообще-то Мадлон упоминала, что ее мать зовут Елена… Ник неторопливо пошел вокруг памятника, но остановился. Вроде бы голоса слышно. Может, Губерты вылезли и идут сюда? Он отбежал и залег среди камней – благо, на гребне хватало больших глыб.      Показался Френсис Губерт. Зачем он сюда поднялся? Идет к памятнику, останавливается, долго стоит. На что там можно столько смотреть? Зачем-то опустился на одно колено и что-то положил к подножью – вроде бы пару веточек с цветами и какой-то белый вытянутый камень. А, так у него, значит, кто-то знакомый здесь погиб! Все, уходит. Как бы теперь за ним потихоньку спуститься…      Это было похоже на игру в спецназовцев, как Ник часто играл в детстве с приятелями в заброшенных туннелях. Он даже ненадолго забыл о своей главной цели – настолько увлекательно было бесшумно мчаться по склону параллельно бывшему начальнику, прячась за кустами и перепрыгивая с камня на камень.      Вот впереди за листвой кустарника блеснули стекла глайдера Губертов. Потянуло сигаретным дымом – рядом с машиной курит Френк. Увидел брата, полез на сиденье. Что же, они даже не поговорят? Нет, Френсис все-таки подал голос. Ветер дул в сторону Ника, и тот хорошо слышал весь разговор.      — Давай послезавтра вечером отвезем весь груз?      — Мы все за один раз не унесем.      — А нам и не надо, - Френсис ввалился на переднее сиденье и, тяжело дыша, начал вытирать лицо белым платочком. – Ну и жара на солнце, надо было машину в тень поставить… У меня дома есть киберуборщик, пусть разок поработает носильщиком.      — Ты уверен, что он тут пройдет?      — Как-нибудь пролезет, а дальше туннели широкие.      — Ладно, - Френк выбросил окурок. - Хватит отдуваться, поехали! Нас после обеда в институте ждут.      Глайдер взлетел. Ник раскидал маскировку своей машины, сел за пульт и задумался. Послезавтра они повезут какой-то груз. Может, все-таки пробраться за ними в пещеру?      Через день Ник снова был на плато. Он принес с собой фонарь и сунулся в подземелье, но далеко не ушел. Узкий ход скоро разделился на два, Ник не знал, по которому идти и вернулся. Как следить за Губертами, он тоже не придумал – без фонаря сюда не пойдешь – пол усыпан камнями, а потолок местами понижается так, что можно голову разбить - а свет за спиной они сразу заметят.      Вечером на гору прилетели братья. Ник залег за камнями и слушал обрывки их разговора, пока киберуборщик, похожий на огромного стального паука, переносил в воронку четыре больших ящика. Френсис говорил:      — …Отлично, но завтра нам придется день пропустить. Послезавтра я тоже не полечу, сам видишь, столько хлопот…      — Один поработаю. А этот твой носильщик, похоже, уже застрял.      — Что ты, он просто команды ждет!      Паук унес в пещеру два больших ящика в сопровождении Френсиса, потом вернулся и унес два оставшихся, за ним ушел Френк. Ник с карманным компьютером наготове ждал, что робот вот-вот вернется и ляжет возле машины, тогда можно будет подключиться и покопаться в его памяти, но тот не появлялся.      Шел час за часом, начало темнеть, накрапывал дождь. Эти двое, видно, решили заночевать в пещере, а ему что делать - торчать тут без еды? А утром жена замучает вопросами! Никуда не денешься, надо возвращаться. Значит, завтра их тут не будет, а потом полетит один Френк. Послезавтра появится Ларри, и если удастся взять его себе на несколько дней, то с ним-то можно будет сходить до самого логова Губертов. Черт, неужели и впрямь у них там что-то незаконное? И Френсис, похоже, действительно главный в этой игре. «Видно, зря я ему верил, - неприязненно подумал Ник. - Надо прямо сегодня оформить аренду на Ларри, если это возможно».      Передав управление автопилоту, он включил КПК и зашел на сайт «Киберспейс». Вот нужный раздел. Заполнить заявку, перевести предоплату… Ну и расценки на андроидов новой серии! Мелькнула невольная мысль: «А если бы я не уволился, мог бы заплатить меньше, а может, и бесплатно удалось бы взять». И арендовать можно только на сутки – почему? Наверное, какие-то местные организации тоже на Ларри глаз положили. Ладно, что делать, пусть будут сутки…      Когда он выскочил из глайдера во дворе дома, хлынул дождь. Пригибаясь под холодными струями, Ник добежал до крыльца, взлетел по ступенькам и заскочил в прихожую. Ну и льет! Интересно, как там на плато, Губертов в пещере не подтопило?      Конни не ложилась спать, ждала. Поставив на стол разогретый ужин, она присела на подоконник рядом со своими цветущими розами и поинтересовалась:      — Куда ты летал?      Заталкивая в рот куски жареной рыбы, Ник неразборчиво отозвался:      — На Муравейник, я вроде тебе говорил.      — В то же место, что и позавчера?      — Ага.      — Ну и как там? Красиво? Я на плато никогда не была, а ты ничего не рассказываешь.      Ах черт, фотографии-то он забыл сделать! И чего Конни прицепилась со своими расспросами, шла бы лучше спать. Да еще этот взгляд, такой въедливый, словно она все время подозревает его во вранье. Тоже мне, Микаэла номер два…      Ник отодвинул тарелку и рявкнул:      — Что ты ко мне пристала?! Гора как гора, ее отсюда видно, можешь сама взять машину и смотаться! – он ткнул вилкой в сторону окна, сейчас закрытого занавеской в желтый и синий цветочек. – И вообще я туда по делу летал, но если спросишь по какому, я скажу, что…      — …Что меня это не касается, - закончила жена и соскочила с подоконника. – Не знаю, что тебя так рассердило, но по-моему, я не заслужила такого тона. Я просто хотела знать, как ты провел день. Спокойной ночи, - она вышла, не дожидаясь ответа.      Ник подошел к окну и зажег сигарету. Дождь поливал по-прежнему, стекло снаружи было мокрым, фонарь, горящий возле калитки, казался расплывчатым пятном света. По водосточному желобу звонко били капли. Ника начала мучить совесть. Действительно, чего он вспылил? Из-за этого ее настырного интереса к его жизни? Но у нее просто привычка такая, ну хочется ей побольше про него знать. Пойти извиниться, что ли? Но он никогда не любил выяснения отношений, лучше пусть Конни уснет. До утра все забудется, а он может и здесь переночевать, чтобы ее не будить.      Ник убрал посуду, умылся и лег на диван.