Безумная... Да еще и дочь Орочимару

      — Саске-теме, ты устал? — издевательски спрашивает Наруто, довольно скалясь от злой физиономии парня.       Да, черт тебя дери, он устал. Саске, в конце концов, не виноват, что Узумаки такая гиперактивная. Да и, как бы неприятно не было, сейчас она сильнее его.       — Все в порядке, добе. — спокойно отвечает он, проявляя чудеса выдержки.       — Саске-теме, некультурно обзывать девушек.       Где-то в сторонке Кабуто, усмехнувшись данному заявлению, выразительно поправляет очки.       Да Учиха сам не может удержаться от ехидной усмешки. Внешне Наруто не выглядит особо женственной — мешковатые черные штаны, кофта того же цвета с примесью оранжевого, катана закреплена за спиной. Лишь длинные блондинистые космы и выпирающие формы говорят о том, что она все же представительница прекрасного пола. Ну и женские черты лица, конечно.       — Саске-кун, ты прошел эту тренировку. Теперь ты часто будешь оттачивать свои навыки на Наруто-чан. — Орочимару злобно улыбнулся.       — Эх, бедная, бедная я…       Кабуто смотрит на Саске сочувственно, видимо раньше эта бестия отрывалась на нем, а сейчас перебралась на Учиху. Саннин лишь слегка посмеивается.       — Я могу идти? — черт возьми, куда она так торопится?       — Да, Наруто-чан. — спокойно отвечает саннин, покачивая головой.       — Пока, Саске-теме!       Она испарилась. Вот просто, без громкого «Пуф!» или облачка дыма, как обычно исчезает Какаши-сенсей. Надо будет узнать, как она это делает.       — Саске-кун, ты должен отдохнуть.       — Орочимару, откуда она здесь? — н-да, вопрос Саске, конечно, хорошо истолковал, понятно.       — Наруто-чан? Думаю, она сама тебе расскажет, если посчитает нужным. — черт, Кабуто, кажется, так же ответил. "Расскажет сама".       Хмыкнув, Учиха уже вышел из комнаты, как его оглушил громкий крик. Уши, только отвыкшие от ультразвука Харуно, резало будто ножами.       — Карин!       Парень вопросительно посмотрел на Орочимару, однако тот лишь вздохнул, мол, сам увидишь.       — Карин!       — Наруто!       Две девушки, растягивая губы чуть ли не до ушей, обнялись. Саске, рядом с которым стояли подруги, удивленно на них смотрел.       — Совсем обо мне забываешь в своем Южном убежище. — обиженно пробормотала Узумаки, отстранившись и поджав губки.       — Дел много, не то, что у некоторых. — поучительно буркнула та, легонько хлопнув Наруто по голове.       — Ой-ей, я человек занятой.       — Ты-то? — красноволосая насмешливо приподняла бровь.       — Я-то. А вообще…       Учиху они даже не замечали. Он внимательно слушал странный диалог, тихо стоя в сторонке.       — А? Кто это? — девушка, Карин, кажется, посмотрела на парня.       — Это? — переспросила Наруто, кивнув в сторону друга, — Саске-теме, иди, поздоровайся.       Саске чуть не поперхнулся. Ладно, сама так называет, но еще и перед другими людьми позорит.       — Саске Учиха, — парень сказал это, как можно отчужденней.       — Карин Узумаки.       Узумаки? Она родственница Наруто, так получается?       — Ладно, Саске-теме еле на ногах стоит, пошли, Карин!       И две девушки ушли, о чем-то громко разговаривая. Учиха посмотрел им вслед. Тяжелая жизнь ему предстоит…

***

      Наруто и Карин шли в лабораторию. Карин была из тех немногих, кого туда пропускали. В сей комнатке были мощнейшие охранные печати клана Узумаки, пройти через которые можно лишь по пропуску того, кто их установил. То есть, Наруто. С их изучением ей приходилось долго мучиться, фуиндзюцу — дело не легкое. Зато теперь, даже Орочимару не может пройти без ее пропуска!       Карин достойно оценила труды девушки, временами что-то уточняя, либо советуя. Все же, Карин тоже прекрасно разбирается в ядах, анатомии человека и других немаловажных вещах.       За исследованиями время летело незаметно. Карин ощутимо вздрогнула, чувствуя приближение мощной чакры. А так как она великолепный сенсор, то давление на нее было раза в два-три больше.       — Наруто, а это кто? — она указала на скалящегося, свободно разгуливающего по комнате Лиса.       Узумаки проследила за взглядом подруги. Ей захотелось ударить саму себя, она ведь даже не подумала, что Карин не поймет присутствие Курамы здесь. Да любому человеку покажется странным разгуливание биджу по комнате, при том, что джинчурики абсолютно здоров и сидит рядом.       — Это Курама. — со вздохом ответила Наруто, понимая, как Карин удивится, — Ну, для тебя Кьюби, но Йоко.       Карин ошарашенно глядела на подругу. От ее объяснения понятнее не стало, девушка лишь больше запуталась и явно ничего не понимала.       — Девятихвостый?! — осторожно уточнила она, а голос стал тих и почти бесцветен.       Наруто коротко хмыкнула. Она-то привыкла к Кураме лет с пяти, воспринимала его как своего друга, только немного необычного. Даже не задумывалась, как это принять другим людям.       Курама недовольно посмотрел на девушек, внимательно оглядел свою джинчурики и, поняв, что ему здесь не рады, двинулся прочь, едва слышно бормоча что-то про чертову Узумаки и про то, зачем он связался с таким бесенком… Карин сидела в культурном шоке, упорно стараясь слиться с интерьером. Нет, она не трусиха, однако давление, невольно производимое биджу, оставит глубокое впечатление на любом неготовом человеке, а особенно на сенсоре.       — Наруто, я знала, что ты джинчурики, но почему Кьюби свободно гуляет? — собравшись с духом, спросила она.       Карин отвела взгляд. Она слышала, что Наруто дружит с биджу, но не могла это принять. Она боялась. Девятихвостый невообразимо силен и могуществен, для него Карин — букашка.       Безусловно, она беспокоилась за подругу, ведь та постоянно контактирует с Кьюби, а это само по себе опасно. А Наруто его еще и выпускает.       — Он мой друг! — Наруто насупилась, не любит, когда судят, ничего не зная.       — Друг? — тонкий голос слегка дрогнул, что-то определенно не понимая.       — Мы с ним давно знакомы. Он стал первым, кто меня принял.

***

      — Ты, глупая девчонка! — Лис взревел, злорадно скалясь, — Снова тебя, ничтожную, избили? И чего ты ко мне приперлась, жалкая?       Оскал биджу растянулся еще шире, а белые клыки ужасающе заблестели. Темнота вокруг делала красные глаза поистине кровавыми, а Ки, что висела в воздухе, выбивала воздух из груди.       — Достался же мне такой сосуд… — его голос стал тише, но издевка стала еще ощутимее, больнее откликалась в душе ничего не понимающей девочки.       — Ну, — Наруто замолчала, внимательно разглядывая своего собеседника, — я тут случайно.       Узумаки надеялась, что ее грустного и уставшего лица и блестящих от слез глаз Лис не заметит. Потому что перед столь сильным существом нельзя показывать свою слабость.       Ки биджу, от которой нормальный человек уже наложил бы в штаны, все сильнее распространялась по воздуху. Но маленькая Узумаки просто молча стояла, ничего не говоря.       Конечно, ей было страшно. Настолько, что вспотевшие ладони мелко дрожали, а сама Наруто вся съежилась, стараясь себя перебороть. Наверное, она слишком наивна, что прекрасно понимала, но дать шанс нужно.       — Я — Узумаки Наруто! — выкрикнула она, сжимая кулаки, — Будем знакомы.       Наруто стоило огромных усилий проговорить эти слова с улыбкой, пытаясь завести такое знакомство. Она не понимала, почему так старается подружиться, но что-то упрямо подсказывало ей сделать это.       — А я… Где? — растерянно проговорила она, наконец начиная рассматривать что-то, кроме Девятихвостого.       — Это твоё подсознание, девчонка. — злобно рыкнул биджу, не понимая мотивы этой странной девчонки.       — Да? А ты тут откуда?       — И это спрашивает мой тюремщик!       — Тюремщик? Я? — удивлению девочки не было предела, блондинистые брови поползли вверх. Какой… Какой еще тюремщик?       Узумаки не понимала. Она догадывалась, что с ней что-то не так, раз ее ненавидят все жители Листа, но не понимала одного. Почему биджу, уничтоживший Коноху пять лет назад, это она осознала, вспомнив прочитанные ранее книги, находится у нее в подсознании?       — Глупая человечишка, не смей придуриваться! Будь я на свободе, разорвал бы тебя на части!       — Да мы же только познакомились! — глаза Узумаки заслезились, она сгорбилась, но не смела нарушить зрительный контакт с Девятихвостым, — И вообще, детей обижать нельзя!       Малышка, под грозный взгляд Кьюби, прошла через клетку и уселась на громадную лапу лиса. Ей было страшно, но уверенность в себе и в том, что Лис не такой уж плохой, не давали отступить.       Конечно, она могла умереть. Но Наруто нечего было терять, так что…       — Да ты совсем страх потеряла, человечишка! — биджу просто опешил от такой наглости, — Я сейчас разорву тебя!       — Во-первых, ты сейчас во мне, поэтому не можешь убить меня. — Наруто, собравшись с духом, попыталась сделать несколько логических выводов, — Во-вторых, что я тебе сделала?       — Вы, люди, веками запирали нас, биджу, в себе. Использовали нас, как оружие. Вы ужасны, людишки. — голос Кьюби был полон обиды. Он не сам стал таким, его таким сделали.       — Тебе ведь одиноко, да?       Но Йоко выпал из реальности. Его поразили даже не слова девочки, а то, каким пониманием и сочувствием они наполнены. Ему, в принципе, после старика Хагоромо, никто не сочувствовал и не относился лучше, чем к безвольному комку чакры.       — Мне лишь четыре года, моя жизнь несо… Несоиз…       — Несоизмерима, глупая девчонка. — подсказал лис, невольно прислушиваясь к детским словам.       Потому что тон был совсем не детский.       — Ага. Несоизмерима с твоей. Но мне тоже одиноко. В деревне меня… Не любят, поэтому у меня нет друзей. — девочка заметно погрустнела, — И мамы с папой у меня тоже нет. Может, ты будешь моим другом?       Её глаза намокли от подступивших слез. Эти голубые очи были наполнены такой искренностью и невинностью, что Кьюби не решился что-либо сказать. Все же девчонка не виновата в том, что его запечатали в ней.       — Кстати, как тебя зовут? — Наруто вытерла слезы рукавом оранжевой кофты, и, видно, старалась взять себя в руки, — А то я представилась, а ты нет.       — Курама.       Лис и сам не знал, почему сказал этой глупой девчонке своё имя. Имя, что никому не называл веками. Просто вырвалось, и всё. Хотя, раньше об этом вообще никто не спрашивал, и разглашать имя не было необходимости.       А Узумаки засветилась радостью. Такой чистой и детской радостью.       — Курама… — она протянула это имя, запоминая его звучание. Это имя такое красивое, и она покажет, какой у него великолепный носитель, — Будем знакомы!

***

      В кабинете стояла тишина. Орочимару усмехнулся, чувствуя, как приближаются две знакомые чакры. Подруги наконец-то пришли доложить ему о прибытии Карин. Честно говоря, саннин уже все знал, а потому торопить девушек смысла не было.       — Орочимару-сама, извините за опоздание.       — Карин? — привычный, шипящий голос саннина заставил Карин едва заметно вздрогнуть. Наруто уже привыкла, за многолетнюю жизнь вместе с ним.       — Да, Орочимару-сама. Зачем вы вызывали меня сюда? — тон девушки кроток и покорен. Она слишком уважала Змея, чтобы говорить с ним иначе.       — Теперь у меня появился новый ученик, в случае чего, твои способности помогут. Да и с моими опытами… — Орочимару не закончил, но и без этого все было ясно.       Мужчина выглядел довольным, а его улыбка, которая появлялась нечасто, показывала, в каком предвкушении хозяин.       — Ясно, Орочимару-сама. Какое мне даётся задание?       — Пока никакое. — мужчина хитро посмотрел на нее, — Можешь пообщаться с Наруто-чан.       На несколько секунд воцарилось молчание. Узумаки, усмехаясь, выдала причину молчания:       — Орочимару-сенсей, вы же заметили Саске за дверью?       — Да. Саске, заходи.       — «Он надеялся быть незамеченным? Идиот». — Курама вообще не любил Учих, поэтому не мог удержаться от ехидного комментария.       Саске, стоявший за дверью, зашел в комнату, стараясь держать лицо безэмоциональным, но щеки слегка покраснели.       — Орочимару, когда следующая тренировка? — дерзко спросил он, проявляя верх некультурности. А Наруто-то думала, что все Учихи культурны до мозга костей. Хотя с такими особями общаться было бы неинтересно.       — Завтра, Саске-кун, завтра… — парень поморщился от суффикса, применяемого к своему имени, — Пока можешь повторять то, чему научился. Но не переусердствуй.       — Это всё? — ну надо же и Узумаки вмешаться, а то скучно будет.       — Да.       — Тогда иди, проверю твои успехи. — джинчурики хихикнула, украдкой показав парню язык.       Она была как обычно язвительна, но ядом не плевалась. Наруто говорила с доброй улыбкой, а полоски на щеках изгибались волной.       — Я обучаюсь у Орочимару, а не у тебя. — Саске упрямо старался сохранить хладнокровие.       — Ну-ну, Орочимару-сенсей человек занятой. А я помогу, чем смогу.       Сказать, что Учиха Наруто раздражала — ничего не сказать. Хоть внешне он и пытался быть хладнокровным, но в душе так бесился… И Узумаки это прекрасно знала. Это видно по его сжатым кулакам, напущенному хладнокровию, учащенному дыханию и дополнительной грубости. А еще это было просто весело.       — Можешь идти, Саске-кун…       — Саске-теме-е… — издевательски протянула Наруто.       Карин огорченно заметила, что Наруто слишком похожа на своего учителя. А ведь раньше, когда та только пришла, была другой, более открытой и мягкой. Но, тряхнув головой, красноволосая отогнала такие мысли прочь. Это все та же Наруто, её подруга, просто она стала сильнее и немного изменилась. Карин ведь тоже изменилась за то долгое время, что они не виделись, но Наруто не ноет по этому поводу. В этом можно взять с неё пример.       Учиха вышел из комнаты, намереваясь потренироваться ещё. Он ещё не знал, какой разгром его ждет вечером.