Безумная... Да еще и дочь Орочимару

      Наруто сидела на кровати, сонно рассматривая окружение. Спать хотелось неимоверно. Ночь была проведена за фотографированием, а выспаться не дал один мохнатый коврик, что сейчас преспокойно дрыхнет, храпя на все подсознание. Между прочим, ее.       Узумаки даже не смотрелась в зеркало, и так знала, что выглядит, как зомби. Или как с похмелья. Короче, как зомби с похмелья.       Первым делом, прежде чем идти пугать прохожих мешками под глазами, нужно расчесать волосы. Милые и шелковистые золотые волосы на деле были очень крепкими, и можно было не волноваться при их расчесывании. Почему девичья рука орудовала так, будто в ней не расческа, а кунай.       Наруто напялила привычный темный костюмчик, увы, других Орочимару-сенсей не покупает, и вышла. К удивлению, за дверью девушка нашла такую интересную вещь, как… Цветы. Уж неизвестно, как они называются, какие-то полевые. И кому же приспичило подкладывать ей цветы?       И тут Узумаки вспомнила о вчерашнем споре с Саске. Отчаянно захотелось ударить себя чем-нибудь по голове. Да хоть теми же цветами, только они слишком мягкие. Как можно быть такой дурой? А ты, Курама, чего смеешься? Остановить-то не мог?       Щеки девушки предательски пылали, и из комнаты выходить перехотелось, хоть весь день так сиди.       Но муки голода никто не отменял, и посему она, все еще с красными щеками, зевая на каждом углу и, к счастью, не навернувшись с лестницы, что стояла непозволительно близко к двери комнаты, не зря всю жизнь тренировалась, таки дошла до столовой. Помещение, конечно, унылое, но выбирать не приходится. И почему Орочимару-сенсей не хочет поклеить оранжевые обои? Да Наруто готова поклеить, лишь бы дали согласие.       — «А когда тебе нужно было согласие?» — Не то, чтобы Лису идея нравилась, но лицо Орочимару после этого увидеть хотелось.       И то верно. Мысленно поставив эту важную задачу в списке своих дел, между «Покрасить волосы Кабуто в желтый», и «Найти те радиоактивные гены, от которых Суйгецу так похож на рыбину», девушка уселась рядом с Карин.       — Как спалось? — насмешливо протянула Наруто, прекрасно зная, что ночью подруга не сомкнула глаз. Даже следить не надо, по Карин видно.       — Отлично. — Узумаки натянуто улыбнулась, отчаянно краснея и с потрохами выдавая себя.       — Да ну? — джинчурики хитро прищурилась, взмахнув вилкой. В такой ситуации только рамена не хватает, с ним разбираться в чужих любовных делах куда интереснее, чем тыкая столовым прибором в холодную и совсем не сладкую овсянку. — Скрывать от лучшей подруги свой роман — не хорошо.       По лицу Карин на данный момент можно вести познавательную лекцию про эмоции для несчастных Конохских Анбу.       — Наруто!       Названная честно пыталась бороться со смехом, однако это выглядело столь умилительно, что она не сдержалась и засмеялась в голос.       — Ой, да ладно тебе! — хмыкнула Наруто, все ещё хихикая.       К столику внезапно подошел Кабуто с фразой, примерно означающей то, как он задолбался от всего и вся, вручил растерявшейся блондинке букет, который, как та поняла, кто-то попросил передать и ушел. Теперь уже Карин, таки поборов смущение, улыбалась хитро-хитро, теребя локон своих красных волос.       — И от кого?       — Мы с Саске вчера поспорили. — хмыкнула Наруто, отодвигая от себя пустую тарелку. Даже если невкусно, организм джинчурики требует энергии для поддержания печати.       — И что же это за спор такой? — лицо Узумаки старшей вытянулось в предвкушении красивой и интересной истории. Вот, получите и распишитесь.       — Я сказала, что Саске ничего не смыслит в романтике, а он сказал, что побольше меня… Ну и вот… — девушка смущенно почесала затылок.       — А я-то надеялась, что появилась новая любовная история… — вздохнула Карин, поправив очки. Прямо бывалый романтик.       — Нее. Мне и в твоей разбираться достаточно. — улыбнулась Наруто, краем глаза наблюдая за подругой.       — А из вас бы получилась такая красивая пара… — мечтательно, устремив взор куда-то в небо, а конкретнее в потолок, ведь это, как бы, убежище, пропела Карин.       Узумаки и Учиха? Ей такого счастья не надо. Будет ночами ходить и блестеть своим Шаринганом. А Наруто спать не будет, ей Девятихвостый не даст, изворчится про клан злобных красноглазиков, которые берут под контроль беззащитных биджу.       — Ты думаешь, Саске вынесет мой характер? — она вздохнула, припоминая, как две недели назад в собственном подсознании громко ворчала на Кураму. За что? Сама уже не помнит, но факт остается фактом, как его не верти.       — Как там говорят? Любовь зла, полюбишь и козла…       — Вывод: Саске козел. — Наруто методично опустошала вторую кружку кофе, как вдруг осознала… — Это ты меня имела в виду?!       Карин засмеялась, шуточно щелкая надувшуюся девушку по носу. Она ответила тем же, а в итоге получилось так, что стол оказался перевернут. Совсем-совсем нечаянно. И подруги, уловив тонкий намек уйти в тренировочный зал, выраженный чередой нецензурных слов, покинули помещение.       Шуточная перебранка протекала весьма спокойно, до того момента, как Узумаки-старшая остановилась. Наруто даже сначала не заметила, настолько внезапно это произошло. А, собственно, в чем же дело?       — «Помнишь, ты вчера ляпнула про романтичность кунаев?» — Курама давился смешками.       — «Ну?»       — «Так вот, поверни свою тупую голову вправо»       Кунаи, вбитые в дерево в форме сердечка с ее инициалами в центре. Нет, ну это, конечно, оригинально, но чтобы так буквально принять те слова… Теме, ты превзошел все ожидания.       А Карин, подавляя истеричные смешки, стала озираться в поисках виновника. Наруто и сама хотела похлопать его по плечу за бравые заслуги в бою. Тьфу ты, в любви.       Но на этом сюрпризы не закончились. Как только девушки дошли до полигона, их взору предстала весьма интересная картина. Манекены, милые манекены, которые Наруто так старательно создавала и пичкала печатями, которые активировались от знакомой чакры, могли двигаться, кувыркаться, да все могли, но сейчас они… Стояли с букетами цветов. Где он вообще столько букетов нашел? Магазин Яманака обокрал?       Голубой глаз истерично задергался.       — Что с моим любимым полигоном?       — Между прочим, — Карин предалась созерцанию картины, — очень даже романтично.       Но и это было еще не все. Когда Наруто, будто бы успокоилась и начала таки тренироваться в тайдзюцу, то… Активировался фейерверк. Она, как и Карин, сразу заметила скрытую чакру в разных углах помещения, но чтобы запускать фейерверк на чакре, Учиха, мать твою, ты гений. А самое главное — в подземном убежище.       — Наруто, дура ты — а подруга, видно, решила добить, — Это красиво и романтично. А вот ты действительно ничего в этом не смыслишь. Так что принимай дары от Саске и учись. — она говорила таким голосом, каким родители в энный по счету раз поясняют своим глупым и неразумным, еще не разбирающимися ни в жизни, ни в апельсинах, детям то, что вот это — голубой, а не зеленый, а это — красный. И нет, друг на друга они ни капельки не похожи.       Джинчурики отшатнулась от Карин, подумывая, как бы снять гендзюцу. Курама, Курамочка, ты поможешь?       — «Ты сама вчера этого учиханутого на слабо взяла…» — Кьюби не удержался от шанса подколоть девушку.       — «И ты мне не поможешь?»       — «Нет. Я сплю, так что вали из подсознания, мелочь»       — «Это мое подсознание, а ты меня выгоняешь!» — Наруто обиженно засопела, выходя из подсознания.       Карин же ушла, прошептав что-то про глупую блондинку и про какого-то барана, к кому она должна срочно прийти. Это не Орочимару, в голосе не было уважения. Кабуто? С чего бы ей идти к Кабуто? Джуго? Нет, о Джуго она бы отзывалась немного не так… А значит… Суй-кун!       — «Кто!?»       — «Ты же, вроде, спал?» — ехидно бросила Узумаки, довольно улыбаясь.       — «Ты очень громко и много думаешь. Так кто?»       — «Его так Карин во сне назвала!»       А Наруто осталась отбывать свои три часа утренней тренировки. Она, как обычно, тренировалась с клонами, это заметно улучшает эффект. Единственный минус этого способа — очень большая нагрузка. Поэтому это не всем подходит, лишь людям с громадным запасом чакры и выносливостью. Девушка для этого оригинального способа тренировок идеально подходит.       А дальше, отработав привычные три часа утреннего ада, Узумаки пошла на горячие источники. Они, конечно, ужасно маленькие, но она три часа уговаривала их поместить в убежище.       Все равно, в базе куча моих чакроподавляющих, звукоизолирующих и барьерных печатей. Кстати, нукенины постоянно меняют место обитания, а всего у Орочимару-сенсея с полсотни таких убежищ. Правда, горячие источники только в трех, самых часто используемых. Но и это мини-успех!       Наруто вдруг пробил холодный пот. Что там девушки считают романтичным? Цветы? Розы? Ну вот, их и нашла. Лепестки роз, выложенные кривым сердечком прямо на входе. Ее чуть приступ не хватил. И не из-за лепестков. Учиха, твой Шаринган за колено, ты, что делал в женской купальне? Извращенец чертов!       — «Мелочь…» — Девятихвостый, кажется, поперхнулся.       — «Чего тебе?»       Узумаки чертыхнулась. Привыкла к тому, что Курама называет «Мелочью» и уже даже не обижается. Она не мелкая! И вообще, ещё растет!       — «Ты же не собираешься влюбиться в Учиху? — в голосе Лиса откровенная мольба, — Только попробуй! У меня аллергия на этих красноглазых уродов! Я чихаю, у меня шерсть выпадает! И пятка чешется!»       — «Влюбляться не собираюсь. — усмехнулась девушка, — Мне нервы ещё пригодятся, так что не волнуйся»       Особенно нервишки понадобились тогда, когда Узумаки нашла на собственном оранжевом полотенце, черт возьми, полотенце, надпись «Моя единственная».       От смущения точно не умирают? Или Наруто будет первой?       — «Не боись, я тебе копыта откинуть не дам. Взамен требую полную свободу действий по отношению к последнему Учихе…»       Наруто проигнорировала слова биджу и, в энный по счету раз, с красным от смущения лицом, прокляла сегодняшний день, в общем и заносчивого теме в частности, за все хорошее и плохое. А заодно осыпала лестными словами все, что движется и нет.       А ведь это только начало дня. Ками-сама, что ее ждёт?       А где-то вдалеке, загадочно усмехаясь неизвестно чему, Саске стоял и готовил следующий номер. Он докажет этой добе, что лучше ее, как бы щеки не краснели и какие бы странные мысли, явно ненормального содержания, не лезли в голову.