Сказки, рассказанные у камина (сборник)

      Ципора бежит по темному лесу, сбивая в кровь босые ступни. Распущенные волосы хлещут по лицу, а ветки деревьев, точно цепкие пальцы, хватают за подол юбки. Они разрывают в клочья грубую ткань, но Ципора не останавливается, чтобы выпутаться: она знает, что за ней гонятся люди, ставшие зверями.       Она бежит все дальше и дальше, надеясь выбраться из глухой чащи, но, кажется, только забирается глубже. Сердце заполошной птичкой стучит в груди, и хочется не кричать — выть от отчаяния. Ципора не может позволить себе издать ни звука иначе не_люди ее найдут.       Ципора оступается. Падает на землю, сдирая нежную кожу, пытается подняться, чтобы бежать дальше, но не может: после падения она не чувствует всю левую половину тела. Ципора пытается ползти, оказаться подальше от этих чудовищ… но они настигают. Выныривают из темноты, радостно скалятся, заметив ее беспомощность, и наступают. Ципора кричит — все что остается ей это только кричать — в панике отползая назад. Проклятые солдаты радостно смеются, обстопают ее тесным кольцом, и когда Ципора уже готова драться, чтобы подороже продать свою жизнь, один из них вгоняет ей в плечо шприц.       …Ципора просыпается в светлой комнате, привязанная к жесткой койке. Во рту совсем сухо и она просит воды, но на ее просьбу не откликаются. Только спустя несколько минут, а может часов, к ней входят несколько незнакомых человек в белых халатах. Они что-то говорят, и Ципора с удивлением обнаруживает, что не понимает толком. Язык чем-то смахивает на идиш, но слишком грубый, лающий. Она разбирает только отдельные слова: «эксперимент», «укол», «еврейка». И понимает, что попала в непрекращающийся ночной кошмар.

***

       — Простите, доктор, вы не знаете что с моей бабушкой? Фрау Хайскель. Ципора Хайскель. Она упала сегодня с кровати, и я беспокоюсь.       — Мне очень жаль вам это сообщать, молодой человек, но у нее инсульт. Кровоизлияние в правое полушарие мозга. Мы начали экспериментальное лечение, но боюсь, что в таком возрасте больные почти никогда восстанавливаются.