Сказки, рассказанные у камина (сборник)

      Ночь выдалась на удивление погожей, так что вожатые выбрали ее для того, чтобы устроить посиделки у костра. Бен с большим удовольствием остался бы спать в деревянном домике или почитал бы книжку, но его никто не спрашивал. И вместе с десятком галдящих подростков вытащили на прогулку по темному лесу. Пока они шли до места стоянки, Бен успел сотню раз обрадоваться своим навыкам выживания: и сам ноги не переломал, и других довел.       Бен не вполне понимал зачем ему эта канитель с лагерем на две с половиной недели, но отец настаивал: говорил, что нужно находить друзей, социализироваться и жить, как совершенно обычный ребенок. С отцом Бен предпочитал не спорить, но был почти уверен, что обычные дети не носят в голенище ботинка нож из хладного железа, не рисуют на стенах защитные знаки и не могут поделится десятками способами изгнания духов и упокоения упырей. Наверное, что-то сломалось еще в тот вечер, когда к ним в гости пришла маленькая рыжеволосая женщина. Отец потом признался, что специально ее пригласил для поимки засевшего под кроватью демона, но Бен и так сообразил, что к чему: монстры из сказок действительно существуют.       После ужина полуобуглившимися на костре сосисками и недопеченной картошкой настало время страшных историй. Бен с легкой усмешкой слушал детские страшилки про Черную Леди, Человека с крюком и Мертвую Невесту. Девчонки и некоторые парни визжали на особо жутких моментах, а потом смеялись над собственной глупостью. Бен не смеялся.       Черная Леди вырезала целую семью из-за баловства трех школьных подружек, прежде, чем они с отцом сумели запихнуть эту дрянь обратно в зеркало; Человек-крюк развлекался подвешиванием выпотрошенных тел перед городским советом, и отец едва не лишился руки во время упокоения этой дряни; а Мертвая Невеста… вот ее Бен предпочитал не вспоминать — прикосновения ее холодных рук до сих пор пугают его в кошмарных снах.       — Эй, ты чего? — Джесси, всю смену набивавшийся в приятели, пихнул его локтем так, что Бен едва не уронил нанизанный на палочку зефир.       — Ничего. — Разговаривать не хотелось. Не объяснять же, что намного страшнее не слушать выдуманные истории, а видеть содранную до мяса кожу на спине отца или бежать, задыхаясь, когда за тобой гонится разъяренный упырь. Что ночь полна призраков, а за эту смену Бен трижды не дал остальным вызвать какую-то инфернальную дрянь детскими считалками…       Определенно, Бен не походил на обычного ребенка.