buy him tonight (he's still shining)

Дверь захлопывается с холодящей безысходностью. Бежать некуда. Дазай дрожит, паника настолько его охватывает, что он может фокусироваться только на кислороде, входящем и покидающим его легкие. Ничего не существует; он идет сквозь сон. Фёдор уже здесь, уже ждет, и Осаму грубо притягивают, кандалы вокруг его запястий и лодыжек звенят из-за малейших движений. Теперь Достоевский целует его, углубляет поцелуй, только Дазай начал тщетно пытаться отстраниться. Когда он вырвался с приглушенным вздохом, шатен почувствовал на своих губах кровь. Холодный металл неприятно морозит кожу, которая и без этого стерта чуть ли не в мясо. Рука в перчатке мучительно медленно скользит по его бедру, пока не достигает того, что искала, расстегивает брюки бинтованного и стягивает их; сбрасывает его на кровать и Фёдор нависает сверху. Дазай зажмурился - голос демона шепчет ему на ухо слова, что навсегда осквернят Осаму. Теперь ты мой. После мафиози чувствует невыносимую боль, брюнет входит в него, это заставило младшего вскрикнуть. Достоевский не обращает внимание на крики боли и попытки сбежать; он привык ежедневно все это слышать. Он привык к вырывающимся телам и мольбам остановиться. Суицидник обещал себе, что не будет плакать, но только Фёдор опять тянет на себя Дазая, громкие всхлипы разрывают его горло.