buy him tonight (he's still shining)

Спустя пять лет рабства Дазай привык к грубым подергиваниям за ошейник, как тащат за поводок собак. Он спотыкается, с попытками подняться босые ноги скользят по гладкому полу. Еле как вдыхая воздух из-за тугого ошейника, больно сжимающего уже нежную кожу, Дазай взглянул на своего покупателя. Дазай лишь мельком видит рыжие кудри и черную федору, прежде чем его бросили на ледяной мраморный пол. Боль пронзает его лицо, от света зрение ухудшается. Его руки болят, так как его кандалы мешают суставам правильно выпрямляться. Хотя он пытается сдержать их, слезы боли туманят его глаза. -Где деньги? Не имея возможности посмотреть на нового хозяина, Дазай продолжил смотреть на пол. В ушах звенело, когда хозяин представился Фёдору как представитель портовой мафии. Шанс отомстить попросту недостижим, но так близок. В груди все сжимается. Никогда, даже в самых прихотливых мечтах, Дазай не представлял себе, что у него будет возможность поговорить с агентом портовой мафии. Он может убить его... Он может уничтожить их, как они уничтожили его... Дазай представляет, как протягивают конверт, дальше звук того, как рвут бумаги, бормочущий голос называет определенные суммы. "Выебите его, как течную суку" Шумный вдох. Лежа на полу, Дазай шмыгает, напоминает себе вытерпеть то, что по-любому произойдет дальше. Через долю секунды его мучитель отпускает его; Дазай приподнимает голову с мрамора, но остается на полу, пока не полностью уверен, что его отпустили. Дазай еле как принимает сидячее положение, юбка тянется за ногами. Звон от его кандалов эхом раздается по комнате. Лицо неприятно пульсирует от удара об мраморный пол. Руки в перчатках берут его лицо практически неуверенно, прикосновения по покрасневшей коже подобны перу. Его прикосновения производят впечатление. Испуганный, Дазай озлобленно смотрит в наполненные болью глаза голубой томной лагуны, великолепно контрастирующие с кудрями перламутрового оранжевого цвета. Он удивительно красив, и ему не может быть больше двадцати. -Ты в порядке? - спрашивают сначала на японском, затем на английском. Его взгляд озадачен, почти взволнован. За него? Дазай открыл рот. Но ни одно слово он не смог произнести.