Орхидея

И вновь я в больнице, вот только моё состояние намного лучше. Я присел на кровать и прикоснулся к своему животу. Аккуратными движения я начал его поглаживать, это успокаивало и меня и малыша. Лишь через несколько секунд я вспомнил о Чонгуке, и тут меня накрыла паника. Руки задрожали. Я встал и неуверенными шагами направился к выходу из палаты. Коридор был пустым, столь светлым и стерильным. Меня потихоньку начинала накрывать паника, от которой было тяжело избавиться. Минут через пять я встретил медсестру, которая сразу же стала возмущаться, почему я покинул палату. Она подхватила меня под локоть и начала вести обратно. Я не могу понять, откуда столько силы в столь хрупкой женщине. — Простите, где Чон Чонгук? Мы были вместе с ним… В одной машине. — Успокойтесь, не переживайте, Вам сейчас нельзя волноваться. — Она посмотрела на меня, как на неразумного ребёнка. — С ним всё хорошо, его состояние стабильно. — Женщина опустила глаза, явно чего-то не договаривая. Я присел на небольшую кушетку, смотря на неё. — Прошу Вас, отведите меня к нему. — Шепотом попросил я. Тёмные, взъерошенные волосы, бледная кожа и алые губы. Мне было больно смотреть на всё это. Аккуратно я присел рядом с ним и прикоснулся к горячему лбу. Сердце ужасно болит и сжимается, его удары отдаются в голове. Он до сих пор не пришёл в себя, хоть состояние и стабильно. Запах Чонгука слабый, едва уловимый. Пододвинувшись ближе, я лёг рядом и положил свою голову на его плечо. От этого всего мне очень больно и хочется спать, из-за чего я закрываю глаза.

***

Несколько дней я провёл чуть ли не в обнимку с Чоном, не отходя от него. Всё то, что произошло — подстроенная авария, женой Чона… Боже, как же это глупо, она хотела навредить мне, а по итогу из-за меня чуть не умер человек, которого я люблю больше своей жизни. Что будет со мной, если Чонгук… Не придёт в себя? Я не смогу жить без него. И вновь я лежу рядом с ним, обнимая. Сегодня за окном идёт дождь и из-за открытого окна в комнате запах сырости. Слегка горьковатый, едва уловимый запах альфы щекочет нос. Сначала я не понял, что происходит, но позже ощутил как пальцы Чонгука едва сжимают моё запястье. Очень нежно и слабо, но всё же ощутимо. Уже через секунду я принял горизонтальное положение, внимательно разглядывая лицо альфы. Ресницы, которые раньше были плотно сомкнуты, сейчас еле подрагивают. Глаза жжет из-за слёз, а руки словно онемели. Кривая усмешка появилась на губах Чона, а после он немного приоткрыл глаза, несмело притягивая меня к себе. — Тише, хватит. Уже всё хорошо. — Горячие пальцы Чонгука аккуратно стирают слёзы с моих щёк. — Уже всё хорошо, Тэхён.

***

На этот раз вину госпожи Чон доказали и она получила по заслугам. Это означало, что теперь ни мне, ни Чонгуку больше нечего бояться. Больше никто и никогда не помешает нашему счастью. Я доверчиво прижимаюсь к Чонгуку, ощущая его горячую кожу. Последнее время мне до безумия нравится утыкаться своим носом в его шею. Конечно же он ворчит, что это щекотно, но сам неосознанно лишь сильнее открывает мне доступ к ней, приобнимая голову. — И чего ты вновь не спишь? Опять берёшь и елозишь в кровати. — Альфа обнимает меня своими большими руками, прижимая к себе, хотя казалось бы, ближе уже некуда. Тёплые, карие глаза смотрят на меня с любовью и нежностью, из-за чего сердце начинает сильнее биться. — Ты полностью изменил мою жизнь, Ким Тэхён. По началу, мне казалось, что ты просто разрушишь её, но теперь я понимаю, что ты — самое лучшее, что у меня есть. Я люблю тебя. — Чонгук нежно поцеловал меня, слегка нависая сверху. — Я тоже тебя люблю, вредный Чонгук. — На что Чон рассмеялся, утыкаясь носом мне в шею. Я чувствовал его нежные, легкие поцелуи, как его язык нежно касался моей кожи. Руки альфы, нежно оглаживали моё тело, принося массу удовольствия, заставляя расслабиться. Одну из своих ладоней, Чон положил на мой живот. На его лице появилась счастливая улыбка, а я почувствовал, как нечто маленькое легонько пнуло меня изнутри.