Baseball

***

— Эй, держишь? — спрашивает Чонгук, ставя ногу на автосцепку и хватаясь руками за небольшие выступы вагонов около дверок. — Да, — отвечает брюнет, отдавая второму парню камеру. Третий же просто наблюдает, стоя в стороне. Сильный ветер спутывает тёмные волосы Чонгука, пробирается под майку, и парень ёжится. Куртку он снял ещё перед поездом, чтобы было легче залезать, да и делать снимки Чонгук собирался без верхней одежды, парень потягивается, отрывая ноги. Их компашка просто гуляла недалеко, а Чонгук предложил сделать классные фотографии, потому что давно не обновлял свою аватарку. Редкие деревья окружали железную дорогу, между ними в разрывах видно поле, где красивыми бликами переливалась трава, качаемая ветром. Серые облака почти добрались до яркого солнышка, уже начиная его прикрывать, от того тучи окрашивались в красновато-рыжий цвет с точным контуром. Одинокий поезд стоял на рельсах, по каким-то непонятным причинам он не ехал, хотя машинист был на месте, возможно, какая-то поломка. Чонгук выдохнул, забравшись на крышу тяжеловоза, и взглянул на друзей, они о чём-то переговаривались и мельком наблюдали за ним. Парень перевёл взгляд, подняв голову вверх, и тихо охнул. Невероятно красиво. Небо раскрасилось почти во все цвета радуги из-за того, что тучи чуть прикрыли солнце, они были, как стёклышки, разноцветные стёклышки. Между ними были большие и не очень просветы, через которые падали аккуратные полосы — лучи солнца. Парни окликнули Чонгука, включая камеру, брюнет развернулся и, закинув одну ногу на другую, улыбнулся. Поправил волосы и взглянул в объектив. Его друг восторженно крикнул, что фотография восхитительная, сделал ещё несколько и кивнул замершему Гуку. Чонгук свесил ноги, чтобы спрыгнуть, как вдруг, поезд двинулся, и парень, не удержав равновесие, полетел вниз, сильно ударившись спиной. Деревья, камни, небо — всё смешалось. Он громко простонал, но за звуками колёс поезда этого было почти не слышно. Повернув голову направо, парень никого не увидел, друзья куда-то исчезли. Чонгук, превозмогая боль, потянулся к карману джинс и, вынув телефон, еле сдержал очередной стон боли. Спина вся саднила и болела, пока он летел вниз, успел задеть рельсы. Набрал номер мамы, потому что, как он смог понять, друзьям смысла звонить нет. Еле как объяснил, что случилось, и где он, на что получил громкое: «Сам виноват, твои проблемы, разбирайся без моей помощи». Громко всхлипнул, корчась, даже это вызывало сильный импульс в спине. Отбросил телефон и уставился в небо, которое потемнело, тучи полностью скрыли солнце. Чонгук не знает сколько пролежал, но когда рассудок начал его покидать, услышал вой сирен.

***

Чонгук приоткрыл глаза, чувствуя ужасную сухость во рту и громко поймал ртом спасительный кислород, запах медикаментов резко врезался в нос. Парень проморгался, привыкая к слепящему свету. Белые стены, такого же цвета кровать и полупрозрачные шторки. Небольшая тумбочка из светлого дерева, капельница, игла, которая аккуратно была прикреплена к руке Чонгука. Голова у того гудела ужасно, а глаза слезились. Кто-то над головой парня крикнул: «Он очнулся»; так громко, что Чонгук зажмурился. В палату зашёл мужчина средних лет и подошёл к кровати, начиная осматривать Чонгука, посветил фонариком в глаза и довольно цокнул. — Как себя чувствуешь? — спросил он, внимательно глядя на парня. — Не знаю, — хрипло ответил брюнет, пытаясь прислушаться к своим ощущениям. — Что-нибудь болит? — Да нет, — пытаясь сесть, говорит Чонгук. Чон долго молчит, что-то странное, что-то не так, но парень никак не может понять. Он шевелить руками, больно, но терпимо, разминает шею, а затем двигает ногами. Секунда, и Чонгук широко распахивает глаза. Он не чувствует ног, вроде двигает, но ничего не происходит. — Мои ноги, — шепчет в шоке парень, отбрасывая покрывало. Вроде всё, как обычно, но они не слушаются. Чонгук тянет к ним руку и щипает себя за бедро. Ничего. Ничего не чувствует. Доктор понимающе качает головой, и на удивленный взгляд парня отвечает: — Когда ты падал повредил позвоночник и его осколки задели спинной мозг, — ощупывая ноги, говорит мужчина. — Вследствие — паралич ног. Чонгук расширяет глаза и отказывается в это верить, вот он совсем недавно ходил, а сейчас что? Почему они не хотят двигаться? — Не может быть, — он рвано выдыхает. — Это еще не самое страшное, что может случиться при травме спинного мозга, — вставляет врач, но Чонгука это совсем не успокаивает. Он прилагает все усилия, чтобы хотя бы пальцами подвинуть, даже краснеет от напряжения, но ничего не выходит.

***

— Познакомьтесь, это ваш новый одноклассник, — показывая на брюнета, произнесла учитель. — Его зовут Чонгук. Попрошу отнестись к его проблеме с пониманием. После этих слов Чонгук ещё сильнее опускает голову, пряча глаза за тёмной чёлкой. Весь класс внимательно и выжидающе смотрит на новенького. Парень молчит, а учитель, наконец поняв, что Чонгук ничего говорить не будет, сказала, что брюнет может садиться за любое место. Парень в очередной раз сморщился, слишком громко. Он осмотрелся, мест было не очень то и много, а если точнее, всего одно. Рядом с каким-то хмурым, выкрашенным в блонд парнем. Чонгук надавил на колёса, медленно двигаясь сквозь парты. Незнакомый блондин холодно его оглядел, остановившись на инвалидной коляске, и развернулся обратно к доске. «Ничего не спросил, не сказал, это хорошо», — подумал Гук. Чонгуку несказанно везёт, второй урок проходит в том же кабинете, парень сидит в наушниках, листая свою огромную медиатеку. Ему начинает надоедать молчание, он вытаскивает одну капельку из уха и поворачивается к соседу. Тот тоже что-то ищет в телефоне, не замечая взгляда Чонгука. — Эй, как тебя зовут? — интересуется Чонгук, рассматривая профиль блондина. — Юнги, — просто отвечает тот, не отрывая взгляда от телефона. Повисает напряжённая тишина, и Чонгук думает, что слишком замкнулся в последнее время, а ведь был одним из самых общительных и популярных. Брюнет мельком пробегается взглядом по почти белым, как снег, рукам, с еле видимыми венками, длинным пальцам, быстро что-то печатающим, и возвращает взгляд обратно на лицо, встречаясь взглядом с Юнги. Он уже оторвался от телефона и вопросительно смотрит на Чонгука, подняв одну бровь. Прядки светлых волос спадают на лоб и прикрывают брови, а чёрные глаза внимательно разглядывают брюнета, в них у Юнги темнота, такая тягучая, сколько не вглядывайся, кажется, что она бесконечная, как крепкий эспрессо без сахара. — В какой клуб будешь записываться? — внезапно говорит Юнги, не столько для того, чтобы спросить, сколько для того, чтобы отвлечь Чонгука от наблюдения за собой. Ему не нравится такое внимание со стороны этого парня. — В клуб? — Чонгук задумывается, выбор-то не очень большой. — В художественный. А ты в каком? — Бейсбольный, — Юнги отворачивается и продолжает листать что-то в телефоне. Он не замечает, как вдруг у Чонгука загораются глаза, пальцы сильнее сжимают телефон, но вскоре взгляд тухнет, становясь наоборот пустым и грустным, будто в раз из него забрали все силы и эмоции, оставив только тело с красивыми кукольными глазами. Урок проходит спокойно, Чонгук даже умудряется ответить на несколько вопросов, но проблемы начинаются тогда, когда он открывает на телефоне расписание, занятие ещё не закончилось, поэтому у Чонгука есть время подумать над этим. Второй этаж. Чонгук спрашивает у учителя, как ему добраться на второй этаж, тот ему отвечает, чтобы попросил кого-нибудь из одноклассников. Парень кивает и быстро доезжает до лестницы, туда сюда снуют ученики, но на Чонгука они не обращают внимания. Парень вздрагивает, когда кто-то кладёт руку на его плечо. Чонгук разворачивается, за ним стоит Юнги и смотрит. — Скажи спасибо учителям, — бурчит он, прикидывая сможет ли поднять Чонгука. Чон молчит и продолжает смотреть на Юнги, думая о том, что блондину не по силам его поднять, Чонгук выше, тяжелее и шире в плечах. Юнги вздыхает, обвивает одной рукой брюнета за спину, другой подхватывает под коленями и поднимает. Чонгук отмечает, что блондин сильнее чем кажется, а Юнги отмечает, что Чонгук легче чем кажется. Он несмело обвивает руками шею Юнги и чувствует еле ощутимый запах лимона и мяты. Некоторые ученики оборачиваются, но быстро теряют интерес, спеша по своим делам. Юнги сажает Чонгука на скамейку около лестницы и идёт за коляской. — Спасибо, — говорит Гук, когда Юнги перетаскивает его обратно. — И прости, у тебя наверное планы какие-то были, а тут я. — Не за что, — отвечает Юнги и уходит куда-то.

***

Чонгук покидает художественный клуб, когда солнце начинает садиться. В школе, наверное, никого не осталось, только брюнет с большой тягой к рисованию и… Чонгук внезапно останавливается и тоскливо смотрит на бейсбольное поле, только потом он обращает внимание, что там кто-то есть. Он слышит звуки работающей пушки для бейсбольных мячей и видит чей-то силуэт. «Клубы уже закрылись, что этот парень тут делает?» — думает Чонгук, приближаясь. Внезапно, парень отбивает мяч в сторону Чонгука и поворачивается, он летит прямо на него. Они сразу же узнают друг друга. Юнги широко распахивает глаза, бросает биту и срывается в сторону Чонгука. «Не успевает», — думает Гук. Вот уже, буквально, метр до Чонгука, ещё чуть-чуть и мяч попадёт прямо в парня. Гук улыбается, вытягивает руку и спокойно ловит, притягивая мяч к себе. Воздух разрезает глухой звук и быстрые шаги. Юнги подбегает и с удивлением рассматривает мяч в руке Чонгука. — Ты его поймал? — удивлённо спрашивает Мин. — Да, а ты его и не так сильно отбил, — отвечает Чонгук, передавая мяч в руки блондина. Чонгук долго смотрит на Юнги, потом на свои руку, которая немного жжёт. — Как? — Я был лучшим питчером* в лиге, — пожимает плечами Чонгук, а Юнги ещё сильнее раскрывает глаза. — Как? — снова задаёт вопрос Юнги. — Как? — смеётся Чонгук. — Взял и начал ходить на бейсбол ещё в детстве. — А ноги? — Ноги у меня не всегда были… такими. Повисает тишина, слышно лишь хриплое дыхание Юнги, скрип качелей с детской площадки и свист ветра. Блондин снимает кепку и поправляет волосы, выбившиеся из-под козырька. Чонгук же вовсю рассматривает его форму. Белая с вертикальными чёрными полосками, а посередине чёрными буквами «Tiger». Чонгук пытается припомнить такую команду. Юнги замечает задумчивый взгляд и поясняет: — Недавно сформировали команду. — А ты давно играешь? — интересуется парень. — Ну, года четыре где-то, — отвечает Юнги. — Помочь? — кивает Чонгук на пушку. — С человеком интереснее играть, хоть ноги и не двигаются, у меня всё ещё есть руки. — Помоги…