Забыть всё ради того, кого любишь

— Бой окончен, ты проиграла. Девушка прикрыла глаза, обречённо вздыхая. «И вот что я хотела показать этим боем? Только и сделала, что доказала свою слабость и беспомощность.» Но почувствовав свободу на своей шее, Фую резко открыла глаза и крайне удивлённо посмотрела на Учиху, уже мирно сидевшего на краю плиты. Похлопав пару раз ресницами, Харета медленно поднялась на ноги и покачиваясь направилась к Обито. Тот лишь взглянул на неё искоса и исчез в своей пространственно-временной технике. А девушка ещё минуту стояла с глупым выражением лица, смотря на пустое место. — Чего? — куноичи, мягко говоря, недоумевала от такого открытого игнора, после всего того, что было между ними. А ведь было! Целый поцелуй был! Воспоминание, о котором заставило её несчастное кокоро забиться быстрее, а лицо покрыться пунцовой краской. Вздохнув своей участи, фурия уселась на то же место, где до этого сидел Учиха. «По крайней мере, теперь у меня есть время разобраться во всём этом дерьме. Да и место подходящее, никто не мешает, хе хе… Вот только… — девушка взяла в руки свой хвост и принялась сквозь пальцы пропускать шерсть. — Куда, чёрт возьми, подевался этот Учиха?!»

***

Обито «вышвырнуло» из Камуи на какую-то Богом забытую поляну. — Чёрт, что со мной творится? — бубнил себе под нос мужчина. Взгляд упёрся в ночное небо, усыпанное звёздами. — Ками, какого чёрта я творю? — тихо спросил сам у себя, но в глубине души надеялся получить ответ свыше. Если там действительно кто-то есть. «Я расслабился с этой девчонкой. Надо думать о плане, а не о том, как бы коснуться кожи той… чертовки. И вообще, всё это делается ради одной, той самой, которая всегда наблюдала за мной и верила в меня, и в мою глупую мечту. Интересно, если бы мы встретились сейчас, то… чтобы она мне сказала? Как бы она отнеслась к тому, что именно по моей вине учитель мёртв? Что я убил собственными руками многих людей…? И что она сказала бы, когда узнала, что я собираюсь погрузить весь мир в одну вечную иллюзию? И что всё это делается ради неё… — мужчина прикрыл глаза. — Нет, я всё делаю правильно. Этот мир прогнил, и ничего его уже не спасёт, кроме моей иллюзии. Именно ради этого я столько всего сделал, не время отступать.» Обито поднялся на ноги и размял затёкшие плечи. Он помнил, что Фую осталась в его измерении, но это потом. Всё-таки он ещё не решил, что с ней делать. Вдруг перед ним, из-под земли вылез Зецу. — Тоби, Гокаге Кайдан* скоро начнётся. А где твоя маска? Обито кинул последний взгляд в небо и ответил: — Неважно, всегда можно взять новую. А мы… заглянем-ка в гости к девятихвостому. — К северо-востоку отсюда, — проинформировал Куро. — Страна Железа… Ну что ж, отправляемся.

***

Фую прыгала с одной плиты на другую, ища выход, хотя, зная по сюжету из аниме, его здесь не было. Также она не могла понять, какой поворот сюжета должен произойти. Но помня, как Зецу сообщил о смерти Джирайи, можно предположить, что скоро должно состояться нападение на Коноху Пейном, а может оно уже и произошло. Одна эта мысль заставляла кулаки сжиматься, а хвост яростнее метаться из стороны в сторону. Остановившись на одной из плит, девушка приняла решение сидеть здесь и ждать прихода хозяина этого измерения. Её крайне удивило то, что новая одежда и новые части тела остались при ней, хотя она и не использует магию. «Я должна отговорить Обито материализовывать свой план. Надо убедить его, что Мадара использует его и что по его же приказу, Нохара Рин была убита. Но… зачем? — девушка присела на плиту. — Что я к нему чувствую? Насколько я помню, в своём мире, у меня была некая симпатия к Учихе, но как к персонажу. Да, у него тяжёлая судьба и он многое пережил. Но если так подумать, почти у всех героев этого аниме судьба тяжёлая. Всё-таки это мир шиноби. Так почему же именно этот Учиха?» Девушке было тяжело разобраться в своих чувствах. Она не понимала, почему именно после этого боя былые чувства к нему вновь ожили? Потому что она вспомнила о прошлой жизни? А может тут что-то другое? Фую потёрла шею и тут же вспомнила одну важную вещь: «Обито что-то упомянул про секреты в моём теле… И было это после укуса в шею, а насколько я понимаю, этот укус пришёлся на… — и тут куноичи осенила мысль, что с тем рисунком могло что-то произойти. — Да нет… бред какой-то.» Фую не могла предположить, что ждёт её дальше, но она понимала, что должна вмешаться в историю, чтобы избежать лишних смертей и войны, которая должна произойти очень скоро. Но также она понимала, что у неё есть семья в другом мире. И они ждут её возвращения. А значит, ей нужно искать способ вернуться обратно. Вдруг рядом с ней пространство начало искривляться, что заставило Фую встать в оборонительную стойку. Нану, казалось, «впихнуло» сюда. Уж очень неважно она выглядела. Спокойно выдохнув, Фую подошла к подруге и сев рядом с ней, помогла той встать на лапы. — Нана, как ты сюда попала? И что с тобой случилось? — Фую обеспокоенно мотала своим хвостом из стороны в сторону, что не скрылось от глаз Наны. — Ты лучше скажи, откуда у тебя хвост и… — она прошлась взглядом по девушке. — И какого у тебя вертикальные зрачки с ушами? Фую нервно улыбнулась и опустила уши. — Ладно, времени у меня немного, кое-как попала сюда, всю ману исчерпала, — Нана покачнулась, но Фую помогла ей устоять. — Отец… просил рассказать тебе всю правду. Фую, в прямом смысле этого слова, навострила уши и принялась слушать то, что так давно хотела узнать сама…

***

Нана наблюдала как жизнь покидала отца, но сделать ничего не могла, ибо не обладала магией исцеления. Все волки, обладающие лечебной магией, были пойманы вражескими захватчиками и убиты. Как будто враг заранее решил убить всех медиков, чтобы только её отец с маной исцеления остался. Только вот сам себя он не мог исцелить. — Отец… я… — Нана опустила голову, чтобы никто не мог видеть её слёз. Кэсси стояла в стороне, виновато опустив взгляд. Враги отступили, потерпев поражение от лап Кровавой метели, но для северных волков было поражением то, что их глава пал в сражении. — Нана… — Тобоэ, истекающий кровью, еле шевелил губами, но его дочь слышала всё. — В нашем секретном месте… ты найдёшь все ответы… на свои вопросы… Пожалуйста… позаботься о… Фую… Повисла тишина. Каждый выживший волк понимал, что значит эта тишина. Их глава — мёртв. Теперь клан перейдёт в лапы его дочери. Все направили взор на Нану, ожидая какого-либо действия с её стороны. Она же так и стояла подле отца, пытаясь удержать в себе истерику. Кое-как справившись с чувствами, она подняла голову к небу. Волки услышали одинокий вой. Вой, обращённый к небесам, и столько в нём было скорби, тоски и непередаваемой грусти, что никто не смог остаться в стороне. Множество голосов было обращено в тот день к небу. Каждый скорбел, и душа каждого была едина с другими тогда. Они остались без того, кто поддерживал их в трудную минуту, и не знали, что можно ожидать от завтрашнего дня. Но тяжелее всего пришлось Нане, ведь теперь, кроме Фую, у неё никого не осталось. Прошли сутки с похорон её отца. Нана не решалась выходить из своей норы на свет. Показываться сейчас совету старейшин ей не очень хотелось. Но в голове всё крутились слова отца, не дававшие ей покоя. Она должна узнать, но… боится. Да, вот так просто. Боится узнать правду. «Соберись, тряпка! Это ради Фую!» С высокого склона было видно всё здешнее поселение. Они с Тобоэ часто тут бывали, и никто не знал об этом месте кроме них. Ветер трепал белоснежную шёрстку, а глаза были наполнены печалью. Теперь она будет отсюда наблюдать и править. Но она сильная, она выдержит, справится. Осмотревшись по сторонам, в поисках тех самых ответов, Нана заметила в гнезде, на дереве, какой-то кусок пергамента. В другой бы ситуации — не обратила внимания, но не в этот раз. С помощью магии достав свёрток, волчица медленно развернула его и принялась читать. Прочитав предсмертную записку отца, Нана немного опешила от её содержимого. «Надо срочно связаться с Фую…»

***

Фую ошарашенно слушала рассказ Наны. Не, ну она знала, что не отсюда, а из обычного мира без чакры и магии, но, чтобы выяснилось, что её родной мир — мир волков… Такого она даже представить не могла. И кроме этого, она узнаёт, что Нана — её родная сестра, а Тобоэ — отец. И это они ещё не добрались до предсмертной записки их отца. — После суматохи с кражей свитка, старейшины хотели отправить тебя в путешествие по мирам, в поиске священных свитков, — Нана сделала небольшую паузу, наблюдая за выражением лица сестры. — Я изначально отпадала на эту роль, ведь мне, как старшей из волчат, предстояло в будущем сменить отца и поэтому меня оставили в покое. — «Если так можно сказать…» — про себя усмехнулась волчица, а затем добавила: — Всё-таки путешествия по мирам могут занять очень долгое время. А в нашем клане положено так, что глав сменяют только старшие волчата в семье. С каждым ответом на её вопросы Фую чувствовала необъятный груз ответственности, что лёг на её плечи. И… Нана. Кто бы мог подумать, что самые близкие лю…волки совсем рядом. — Так вот, когда отец узнал об этом, то отказывался, но старейшины давили на то, что ты была очень болезненным волчонком и только переход в другой мир, если не Вселенную способен тебя излечить. Отец только ради этого согласился, но поставил условие, что сам отправит тебя в тот мир, в котором, по его предположению эти свитки находятся. А мне поставил задачу наблюдать за тобой из-под твоего сознания. Всё-таки мы сёстры и я могу с тобой связываться. И вот, когда пришёл срок, я показала себя и отец. Думаю, ты помнишь, как он переместил тебя в этот мир. Девушка напротив неё сидела и не проявляла никаких эмоций. Нана понимала, что всё это было неожиданностью для Фую. Большая ответственность легла на плечи её маленькой сестрёнки. — Так вот почему отец переместил меня в тот промежуточный мир… Он знал, что в том мире я узнаю о шиноби и буду уже готова ко всем превратностям жизни здесь, но… Зачем он тогда стёр мне память? Это же не логич… — и тут в голову сразу пришёл ответ. Шаринган. Если бы она помнила всё, то ей было бы тяжело притворяться, что она ничего не знает. — Да, верно мыслишь, только вот… Я, конечно, сама об этом узнала только тогда, когда нашла эту записку. Но это ещё не всё… — Нана отвела взгляд. — На тебе лежит проклятье. Древняя магия. Видимо старейшины наняли волка-мага с.… криминальным прошлым. Им нужно было, чтобы отец явно согласился. Проклятье называется «Соулмейт». Оно накладывается на двух людей и те становятся зависимыми друг от друга. Волчица посмотрела на сестру. Фую пребывала в необычайном шоке. Ей уже было страшно думать о том, кто второй соулмейт. — Нана, продолжай… — тихо попросила она. Волчица грустно взглянула в глаза, смотревшие в никуда. Ей и самой было тяжело это всё рассказывать. — Отец выдал догадку, что старейшины не знали, кто тот второй, на кого легло проклятье. Они сказали, что избавят тебя от этого, когда вернёшься со свитком. — И… отец согласился? Я надеюсь, он понимал, что они лгут, ведь так? — Нана удивилась, что её сестра таким спокойным голосом отреагировала на шокирующую правду. Но спокойной Фую казалась только снаружи. Внутри же у неё была буря эмоций. Все от неё чего-то требуют. То спасение людей, то возвращение каких-то свитков, а теперь ещё и проклятье. И кто, чёрт возьми, этот несчастный, которого ей, по-видимому, придётся разыскать? Ведь придётся же. Ничего так просто ей не окупится. Не пребывание в этом мире, не в родном. Как говорится, хочешь что-то получить — отдай взамен. — Он согласился, а что ему ещё оставалось делать? Конечно же он не верил им. Да и вообще я думаю, что старпёры только и ждали его смерти, — Нана зло оскалилась и глухо прорычала. Фую тут же загрустила. Она видела последний раз его тогда там, у озера. И он сказал, что прошедший через озеро раз, не пройдёт через него дважды. «Значит, он уже умирал. А Нана… ей сейчас тяжелее всего. Теперь на её голову свалился пост главы нашего клана.» Куноичи вздохнула. — Фую, отец мне много чего из этого не рассказывал, так что я, как и ты узнала об этом недавно, но у меня есть подозрение, что он уже знал, кто твой второй соулмейт. Способность передвигаться по разным мирам — особенность нашей семьи. Я даже не удивлюсь, если отец изначально всё спланировал и продумал до конца. Но кто этот человек или существо? — старшая из сестёр задумалась. А вот младшую пробил озноб, когда догадка из всех самых страшных, всплыла наружу. Только как это проверить? — Нана, а ты мне точно всё рассказала? — Фую сузила глаза и теперь выглядела угрожающе, да ещё с ушами и хвостом. Нана поняла, что утаивать самую важную часть этой тайны не стоило. С тяжким сердцем и скребущими на нём кошками, Нана вздохнула и виновато опустив взгляд, продолжила: — На самом деле нет… Я читала, что когда накладывается проклятье, то оно запечатывается в специальной печати. Эту печать можно увидеть только у одного из соулмейтов и то, когда процент встречи со вторым будет выше хотя бы двадцати процентов. Но когда это произойдёт один сломает эту печать второму, — Фую напряглась. Дело принимало крутой поворот. — Я не знаю, как и какими способами можно сломать эту печать, но она обязана исчезнуть после этого. И чем ближе этот момент, тем сильнее будут накаляться между ними отношения. А когда этот момент произойдёт… — тут она замолчала. Фую была вся на пределе. В голове вертелась догадка, в которую девушка не очень хотела верить. — Что-то не так, сестра? — беспокоилась Нана. Её сестра резко изменилась в лице, будто только что сделала открытие или раскрыла тайну вселенского масштаба. Обескураженное в общем. — Нет, продолжай, — решив не беспокоить зря Нану, Фую решила до конца выслушать её. Волчица отвела сосредоточенный взгляд и продолжила: — Насколько я знаю, это проклятье нельзя снять, если только оба соулмейта не признают своих чувств друг к другу. Но… если умрёт один, то значит умрёт и второй… А раскол печати будет своеобразно влиять на них, — Нана закончила свой рассказ, ожидая реакции девушки. Хотя чего можно было ожидать, если на лице всё написано? Харета словно превратилась в безмолвную статую. Но её лицо выражало шок, от тех мыслей и догадок, которые приходили в голову. Хвост медленно метался из стороны в сторону, пока девушка переваривала всю информацию, свалившуюся на её голову. — Фую? — Нана взволновано осмотрела сестру. Возможно, не стоило всё так резко обрушивать на неё. У Наны возникло некое подозрение. Скорее всего, отец узнал, что соулмейт Фую в этом мире. И Нана уже догадывается, кто это. Старшая сестра тяжело вздохнула, подошла к младшей и положила лапу на руку. — Фую… ты всегда можешь поговорить со мной об этом, мы же сёстры. Только пожалуйста, не закрывайся от меня. Я не хочу потерять ещё и тебя… — из глаз брызнули мелкие крупицы той скорби и печали, что ещё долгое время будут преследовать её. — Нет, Нана, я в порядке… Похороны отца… они уже прошли? — Да… — Нана горько вздохнула. — Извини, что я не смогла на них присутствовать… Мне очень жаль… — теперь Фую чувствовала себя крайне сконфуженно. — Нет, ты не должна об этом беспокоиться… Я бы всё равно не смогла телепортировать тебя в наш мир… Слишком большая затрата маны на двух… Да и если старейшины узнали бы, то… Было бы не очень хорошо, — Нана кисло скривилась об упоминании этих старикашек. Это был сущий бред — запрещать появляться её сестре без свитков дома. Особенно когда речь шла об отце… Фую была подавлена. Все эти события полностью истощили её. Ей хотелось обдумать это всё наедине. — Нана… я хочу побыть одна, — длинная чёлка упала на левый глаз, скрывая его от волчицы. — Но, ты же не хочешь остаться в этом измерении, ведь так? — старшая сестра с надеждой в глазах и голосе, пыталась отговорить Фую. — Нана, ты же понимаешь, что я и…он теперь связаны. Ведь он и есть мой соулмейт. И я не могу допустить, чтобы он умер. Для этого, мне придётся остаться здесь и поговорить с ним. Я обещаю, что всё будет хорошо. Он обязательно вернётся сюда за мной, — девушка ответила на все незаданные Наной вопросы. Та, в свою очередь, поняла, что сестру не отговорить и с неприятным чувством тревоги покинула это измерение и мир, который ей не особо нравится.

***

Обито шёл вдоль тёмных коридоров нового убежища Акацуки. Четвёртая Мировая Война шиноби объявлена и теперь нужно к ней готовится. — Тоби, армия Широ Зецу на готове, — прошипел Куро Зецу. — Отлично, Каге сейчас в довольно щекотливом положении, особенно после того, как Саске убил Данзо. — Кстати, не хочешь навестить нашего мстителя? По-моему, у него к тебе есть дело, — Зецу исчез в стене. Обито ещё немного постоял на месте и отправился к Саске.

***

Пусто… Девушка прижалась спиной к бетонной плите, утыкаясь лицом в колени, притянутые к груди. Холодно… Хвост обвил ступни, словно тёплый плед, которым можно кутаться в холодные дни осени. Одиноко… Ей было недостаточно того, чтобы просто сжаться в комочек в этом безжизненном измерении. Ей хотелось исчезнуть от проблем и всего того, что свалилось на неё. Что… мне делать? Она опустилась на бетонную плиту, так же свернувшись в клубок, как кошка, ищущая тепла. Из глаз предательски потекли слёзы. «Отец… Почему ты оставил меня…? Мама… Как же так… В каком бы мире я не оказалась, меня преследуют неудачи и… боль…» Тихий всхлип и слёзы с новой волной покатились по щекам. Почему-то именно сейчас, осознание всей своей беспомощности и гнетущее чувство заставляли сердце разрываться на кусочки. Только она узнала, что самые близкие люди совсем рядом, как все они покинули её… Осталась только Нана и… Учиха. Слишком много он пережил и прошёл. Судьба и жизнь потрепали его. Сколько девушка себя помнит в мире людей без чакры и магии, она прониклась к этому персонажу. Нечто родное и тёплое чувство, что и сейчас, она уже тогда чувствовала к нему. «Возможно… Проклятье уже тогда проявляло свою активность… Но… я не понимаю, мои чувства к Обито… Они настоящие или всё дело в проклятье?» Ей нужно убедить его отказаться от идеи с погружением мир в Вечное Цукуёми. Ничего хорошего из этого не выйдет. Но послушает ли он её? Тут она услышала тихий свист искажающего пространство позади неё. Поднявшись на ноги, девушка увидела перед собой Учиху. Снова оранжевая маска и плащ Акацуки. Фую опустила взгляд в пол, сложив руки на груди. Она должна ему рассказать. От волнения хвост метался из стороны в сторону. — Обито, мне нужно тебе кое-что рассказать… — «Это очень важно, » — хотела бы сказать она, да вот перебили её. — Никогда не называй меня так, — Фую испугалась, когда мужчина оказался от неё на расстоянии вытянутой руки и с расстановкой проговорил ей холодным тоном. Девушка подняла на него слегка растерянный взгляд и продолжила: — Хорошо… Тоби, у меня есть для тебя очень важная информация, — девушка отвела взгляд. Повисло молчание. Девушка было прижала уши к голове, как вдруг мужчина заговорил: — У тебя есть пять минут, чтобы рассказать эту информацию. Фую в мыслях обрадовалась, что ей дали шанс и начала свой рассказ про лёгшее на них проклятье. Пока девушка рассказывала, чувствовала на себя пристальный взгляд шарингана. Она пыталась рассказать, упоминая все детали, чтобы убедить Учиху в своей правоте. Хвост метался из стороны в сторону, что немного нервировало и саму девушку. Она с облегчением вздохнула, когда закончила рассказ, всё-таки пыталась уложиться в пять минут. Мужчина молчал. Фую начала нервничать, вдруг, в спешке успеть за время, она упустила что-то. Обито всё молчал, и девушка решила сказать: — Я знаю, что шаринган не обманешь, поэтому мне нет смысла что-либо утаивать или врать. Мужчина всё также молчал. Фую сверлила взглядом оранжевую маску, но Учиха, казалось, выпал из реальности. Девушка ждала любой реакции, но не молчания. Вдруг, Обито разворачивается к Фую спиной и начинает растворяться в своей пространственно-временной технике. Девушка не понимает, что она сказала не так. — Постой, я правда… — но мужчина уже пропал, — …не вру. Горько усмехнувшись своей участи, она снова села на плиту и закрыла глаза. — Кого я обманываю…? Он не поверил мне.

***

Когда Обито снова вернулся в Камуи, девушка спала, свернувшись клубочком на плите. Слишком глупо было с её стороны спать в тылу врага, но… Неужели всё то, что она ему рассказала — сущая правда? Учиха оставил рядом с ней свёрток с едой. «Та метка… Неужели действительно проклятие? Да ещё и из другого мира. Это мне сейчас вообще не к месту. Значит, связаны, говоришь…» Мужчина снял перчатку с левой руки и достал кунай. Осторожным движением, провёл остриём по тыльной стороне своей ладони. Бросив взгляд на руку девушки, шаринган уловил порез, из которого начала течь кровь, маленькими капельками. У Обито же, порез уже затянулся благодаря быстрой регенерации. Девушка лишь слегка нахмурилась во сне. Хмыкнув, Учиха снял с себя фирменный плащ Акацуки и накинул на Фую, а затем исчез в своей технике. __________________ Гокаге Кайдан* — Собрание Пяти Каге