Внеорбитные

      Вернемся на полтора года назад. В то время, когда Арсений и Антон только начинали друг друга узнавать как пара, были больше, чем просто друзья, когда парень еще жил с родителями и заканчивал десятый класс…       По квартире Арсения разносится заразительный смех, а после негромкий стон. На улице уже стемнело, было совсем тихо, лишь иногда слышался лай собак. Голубоглазый мужчина прижимает своего парня к стене рядом с ванной и целует его шею и ключицы, не желая отходить от него ни на минуту. Как бы он и был против, чтобы отпутить Антона, ему все же придётся это сделать, и где-то глубоко в подсознании Попов это понимал. — Арс, мне нужно принять душ и поехать домой, — тихо говорит Шастун, поглаживая мужчину по волосам. — Ты же знаешь, у меня завтра пробник, я не могу остаться. — Я тебя утром сам могу отвезти, — шепчет он, опаляя шею горячим дыханием. — Ну, нет, — тянет Тоша, смеясь. — Меня родители убьют. — Эх, ладно, — с трудом соглашается Попов, прекрасно понимая, что парня придется отпустить домой. — Только в душ я с тобой пойду.       Антон хихикает и, не забыв мило покраснеть, всё же соглашается на такое условие, если его наконец отпустят домой. Он, конечно, не хотел уезжать, но из-за предстоящего пробника по математике родители настояли, чтобы их сын ночевал дома, а не у своего «друга». Нормально принять душ Антон так и не сможет — это он понял через пять минут, проведённых в душевой кабине с Поповым, так как мыть голову и отбиваться от приставаний возбуждённого мужчины трудно. Арсений разглядывал худое тело парня, иногда смеясь над тем, как тот смешно тряс головой и морщил носик, когда вода попадала ему в уши. Но все же мужчина успокаивается, получив больной тычок в бок. Когда они уже заканчивали с водными процедурами, в дверь позвонили, и Арсений, обмотав полотенцем бедра, вышел из ванной первым, толком не вытеревшись, в коридор. Открыв дверь, он смотрит на девушку, которая гаденько улыбалась. Попов смотрит в карие глаза напротив и молится всем богам, чтобы эта мадам ушла до выхода Антона из ванной. — Быстрее говори, что тебе надо, и вали, — бестактно произносит Арсений, с безразличием глядя на девушку. — Как грубо, Арсений. Может, предложишь войти, всё-таки через порог разговаривать как-то неправильно, да и ты, как я погляжу, весь мокрый… Только из душа? — Что тебе надо? — перебивает девушку, поняв, что та такими темпами не скоро закончит. — Арсений, тебя совсем манерам не учили? — небрежно фыркает брюнетка, отталкивая мужчину и заходя в квартиру. — Ладно, ближе к делу. Я беременна. — Я поздравляю… — От тебя, — перебивает Алёна, скрещивая руки на груди. — Что ты сказала? — переспрашивает Попов, не веря своим ушам. — Да, Арсений, я беременна. Уже месяц, — спокойно повторяет гостья, осматривая прихожую и мужчину, усмехаясь. — Думаю, ты считать умеешь.       Арсений бросил Алёну месяц назад, за несколько дней до того, как в первый раз переспал с Антоном. К девушке он не испытывал никаких пылких чувств, лишь пытался отвлечься от тяги к невероятному мальчишке. С Князевой они были вместе не больше двух месяцев. И отношениями назвать то, что было между ними нельзя. Арсений просто пару раз в неделю встречался с девушкой, проводил ночь, а после сразу уходил, ничего не говоря и даже не думая остаться до утра. Девушка же была от Попова без ума, звонила десятки раз на дню, всячески пыталась найти повод для встречи, хоть таковых практически не было, как и общих интересов, кроме как секс. Девушкой она была не самой скромной, что явно не было плюсом. А может, дело даже не в этом, может, Арсений просто не увидел всей красоты, так как в его мыслях все время был милый мальчик, который одной своей улыбкой мог поднять настроение на весь оставшийся день. Он не видел в Алёне того, что видел в Антоне. Глаза у неё обычные, карие, они не светятся, от них не ёкает сердце, губы такие же, ни чем не привлекающие, не вызывают желания раз за разом впиваться в них жаркими или же нежными поцелуями, ему не хочется доводить её до стонов, дарить ласки или же видеть рядом с собой по утрам,а уж тем более в дальнейшем будущем. Она обычная. Такая как все. — Ты уверена, что это мой ребенок? — с какой-то надеждой интересуется мужчина, смотря на девушку. — Ты думаешь, я шалава последняя и даю каждому направо и налево? — с неподдельным возмущением произносит брюнетка. — Да, Арсений, это твой ребенок. — Блять, да как так? Ты даже ещё институт не закончила! Зачем вообще приперлась? Денег на аборт дать? — шипит на девушку Попов, сжимая кулаки. — Никакого аборта я делать не буду! — на повышенных тонах восклицает Алёна, в упор смотря на мужчину. — Арс, всё нормально? — Антон выходит в коридор, услышав голоса. Выглядит он, конечно, комично: потрёпанные мокрые волосы, футболка, которую он взял у Арсения, висит на его тощем тельце, а мокрый хвост и ушки испуганно поджаты. — Арс, а это кто? — Да, Тош, всё нормально. Иди в спальню, я сейчас приду. А это… — мужчина осматривает парня немного нервным взглядом и продолжает прожигать дыру в девушке, поджимая губы и думая, что ему ответить. — Я мать будущего ребенка Арсения, — с нахальной улыбкой говорит девушка, смотря на мальчишку. — А ты, как я понимаю, тот самый Тоша, на которого Арсений решил меня променять. — Это сейчас шутка такая несмешная была? — парень хмурится, очень надеясь, что это все лишь глупая шутка.       Арсений смотрит куда-то в стену, напрягаясь всем телом, а Алёна с легкой ухмылкой смотрит на них двоих. Её вся эта ситуация смешит, она чувствует напряжение, повисшее в воздухе, но от этого ей только лучше. Она осматривается и улыбается, так ядовито, что тошно становится. Так и не дождавшись ответа, Антон быстро уходит в спальню, где находились его вещи, и начинает собираться. — Пошла вон… — шипит на девушку Попов и сжимает кулаки, пытаясь сдерживать свой гнев. — Арсений, ты же понимаешь… — Пошла вон отсюда! — он не даёт девушке договорить, вскрикивая, и указывает на дверь, хмурясь сильнее. Девушка вздрагивает и все же покидает квартиру, громко захлопывая за собой дверь, оставляя после себя лишь неприятные эмоции.       Арсений глубоко вздыхает и направляется в спальню, предвкушая надвигающуюся ссору или же вовсе расставание. Когда он заходит в комнату, Антон уже спешно натягивает штаны. Его взгляд будто потух, в нем не было радости и вечного оптимизма, парень выглядел потерянным и даже испуганным. Всё так хорошо начиналось, они только стали узнавать друг друга, а тут такое. Арсению надо готовиться к семейной жизни, решать проблемы с той девушкой, думает Антон, стараясь собраться как можно быстрее. Его сердце трещит по швам, а в глазах застывают слезы, но он незаметно смахивает их рукой, стараясь не смотреть на мужчину, в которого отчаянно влюбился. — Тош, послушай… — начинает свою тираду Попов, но его прерывают. — Нет, нет, нет, давай без этого. Боже, какой ты придурок, — парень выпрямляется и смотрит на мужчину, хмурясь. — Ты мне вообще собирался сказать, что у тебя ребенок появится? Ты мне вообще собирался сказать, что я у тебя не единственный? — Антон, ты единственный. Я тебе ни разу не изменил, с момента, когда мы решили быть вместе, точнее с нашего первого раза, — Попов подходит ближе к парню, пытаясь ему объяснить, что он узнал только сегодня, за пару минут до самого Антона…

Наше время

      Это была их первая и единственная серьезная ссора. В тот день они с Арсением чуть не расстались. Шастун упрямо не хотел слушать мужчину, кричал на него, даже пытался ударить, но к счастью всё закончилось хорошо, в какой-то степени. Попов ещё несколько месяцев после визита Алёны пытался вернуть доверие своего любимого мальчишки, который стал таким родным. — Как я понимаю, тебе пришла повестка, — Арсений был спокоен, когда проходит на кухню и когда начинает делать чай. — Тогда ты прекрасно должна понимать, что тебе нельзя тут находиться. — Да мне вообще срать, что можно, а что нет! С какого хрена ты решил лишить меня родительских прав? — верещит его бывшая пассия, ударяя наманикюренной ладошкой по столу, а после переводит хмурый взгляд на парня, что заходит на кухню. — Арс, чего такое случилось?… — взгляд Антона натыкается на знакомое лицо, и ушки тут же недружелюбно прижимаются к волосам. — Здрасте. — Ого, вы еще вместе. Я удивлена, — небрежно фыркает Князева и садится за стол, смотря на мужчину. — Арс, а что она тут делает? — Тоша переводит взгляд на своего мужчину и подходит к нему ближе, не обращая внимания на слова гостьи. — Вот и я не знаю, что она тут делает, — Попов поправляет парню ворот свитера, чтобы засосов не было видно, и переводит взгляд на гостью. — Так какого хрена ты припёрлась в город? И с кем Кьяра? — Кьяра? Не делай вид, что не знаешь! Она с твоей матерью! Потому что до окончания суда она не будет видеться ни с кем из нас! — кричит Князева, не сводя взгляда с мужчины. — Какого черта ты вообще в суд подал? Я же не запрещала тебе видеться с ребенком! — Ещё бы ты мне что-то запрещала, — хмыкает Арсений и продолжает заваривать чай, отворачиваясь к столешнице. — Стоп… Какой суд? Арс, почему ты мне не говорил? — Антон хмурится и смотрит на мужчину, чувствуя обиду в глубине души. — Антон, давай потом с тобой поговорим? Иди делай уроки, — раздражительно говорит Попов, кидая тяжёлый взгляд на Тошу, и тот тут же покидает кухню, обиженно надув губы. — Так ты мне объяснишь, кого черта ты решил забрать у меня дочь? — вновь раздается крик девушки. — Во-первых, прекрати орать, а во-вторых, ребёнку будет лучше со мной, чем с женщиной, которая спускает деньги, которые я даю для своей дочери, хер знает на что, — Попов слишком громко ставит стаканы на стол, смотря в карие глаза напротив. — Когда я в последний раз приехал, чтобы навестить Кьяру, тебя вообще дома не было! Зато был какой-то мужик, который без всякого стеснения разгуливал перед ребенком в одном полотенце! Так еще и бухим! — Да ты знаешь, как я испугалась, когда приехала домой, а её там не было?! — вскакивает на ноги та, вновь ударяя ладонью по столу. — Знаешь как я испугался, когда увидел, как она живёт?! — повышает голос Попов, сжимая кулаки. — По твоему, я должен был оставить её там? Когда ты вообще припёрлась обратно, что заметила, что её нет? Через день, два? Или в тот же день, когда я ее увез? Тебе вообще плевать было, куда делась моя дочь? — Это и моя дочь тоже. Я… Просто… — она пытается придумать оправдание, но ничего не приходит в голову. — Ты должен был хотя бы позвонить! — Знаешь, я рад, что приехал без предупреждения. Иначе я бы не увидел этого пиздеца, что моя дочь живёт с такой ужасной матерью, как ты, — шипит на девушку Попов, раздражённо выдыхая.       В следующее мгновение ему прилетает пощечина. Хлопок, и кухня погружается в звенящую тишину. Попов стискивает губы, хмуро глядя на девушку и сжимая кулаки. Девушек он не бьет, но сейчас было неописуемое желание хорошенько вмазать по этой наглой физиономии, но он сдерживается, очень старается сдержаться и не ударить её. Сейчас он ничего так сильно не хотел, как взять стакан с горячим чаем и вылить жидкость ей на голову. — Уходи. Увидимся в суде, — максимально спокойно говорит Арсений, пытаясь успокоиться. Девушка молча встаёт, слишком громко отодвигая стул, и уходит. Через несколько минут слышится хлопок двери. А Арсений продолжает стоять, сверля взглядом чашку с чаем. — Арс, я уроки сделал, сейчас спать пойду… Ты скоро ляжешь? — мягко интересуется Антон, заходя на кухню и подходя к мужчине со спины. Он опускает руку на напряжённое плечо старшего, чувствуя, как тот немного расслабляется. — Ложись спать, не жди меня. Мне надо поработать немного, — Арсений разворачивается к парню и обнимает его за талию, сцепляя руки в замок у него за спиной. — Поговорим завтра обо всём, ладно? — Не сиди долго, — кивает Тоша и, поцеловав мужчину в щеку, отстраняется от него и идёт в свою спальню. — Спокойной ночи. — Спокойной ночи, котёнок, — кивает мужчина, провожая парня взглядом, и какое-то время смотрит в одну точку, перед тем, как уйти на второй этаж к себе в кабинет.       Арсений работал почти всю ночь, лег спать только под утро. Его не покидали мысли, что он не справится с воспитанием ребёнка, или же не выиграет суд, и Кьяра останется с матерью. Но он точно знал, что девочке будет лучше с ним, возможно, он и не сможет стать самым лучшим отцом, но точно будет не худшим. Причём у него есть Антон, который сможет помочь и поддержать. «Главное, его не потерять», — думал Попов, когда ложился в кровать рядом со спящим, чудным мальчиком. Арсений ещё какое-то время рассматривает парня, поправляя и перебирая его волосы, пока не проваливается в сон.