Внеорбитные

      Антон сидит на полу, на коврике для йоги в спортзале, на втором этаже их с Арсом квартиры и смотрит на подкаченное тело любимого мужчины, который уже минут пятнадцать бегал на беговой дорожке. Это была большая светлая комната, во всю стену которой располагалось окно, а на противоположной — зеркало. Их домашний спортзал не отличался ничем от фитнес-клуба - в нем были все тренажеры: велотренажеры, эллиптические, беговые дорожки, саммит и степперы. Сегодня был выходной, а Шастуна затащили в эту комнату для испытаний, чтобы он хоть немного подвигался. У Арсения наладились все дела на работе, все договоры подписаны и состыкованы все нюансы, из-за которых он больше не задерживался в офисе до глубоких ночей или даже не пропадал на несколько дней, разбираясь с бумагами, из-за чего вновь появилось время на себя любимого. А всего-то стоило поменять секретаря. Шастун уселся в позу лотоса и наблюдал за немного запыхавшимся мужчиной, который то и дело махом головой откидывал взмокшую челку, смотря в окно во всю стену перед собой. Боже, он чертовски сексуальный. Мальчик негодовал от такой несправедливости, ведь ему уже минут двадцать не уделяли внимания. Как же так? Он вытягивается на коврике и перекатывается на живот, театрально-вымученно вздыхая, начиная чуть выгибаться, поднимая руки с ногами вверх. Тяжело… Недолго покатавшись по полу, «выполняя упражнения», Антон решает, что на сегодня хватит. Он встаёт и подходит к мужчине, садясь сзади него, чуть дальше беговой дорожки.       С нового года прошло уже три месяца. Всё потихоньку оттаивало от зимы, как, собственно, и гормоны Антона. У них с Поповым после предложения стало всё куда лучше, чем раньше. Они начали чаще вместе выходить из дома, гуляли, часто готовили вместе, мужчина отвозил младшего в автошколу где тот, наконец-то, сдал на права. Вечером, по решению суда, к ним приедет инспектор, чтобы проверить условия для жизни ребенка. Судьи решили, что девочке будет лучше с отцом, но прав Алёну не лишили, лишь во многом ограничили. Маленькое чудо будет у них уже совсем скоро, и Попов безумно счастлив, как, собственно, и Шастун. Рядом с их комнатой на первом этаже была комната, которая совсем не использовалась с момента их переезда в квартиру. Теперь же там была светлая детская, с множеством мягких игрушек, огромной мягкой кроваткой, в которой совсем скоро будет спать их маленькое чудо, и другая нужная для малышки мебель. У себя же в комнате, как решил Попов, они установили звукоизоляцию, так теперь они не могут себе позволить, чтобы стоны Антона были слышны по всей квартире, как и на первом, так и на втором этаже. Тему со свадьбой они решили отложить, до того времени, пока Шастун не закончит учебу. Парень расстроился не сильно, он был счастлив и от того, что мужчина сделал такой ответственный шаг, а это уже о многом говорит. Они иногда ругаются, но большинство случаев это всё просто в шутку, а если нет, то они мирятся уже через пару минут, стоит Антону только надуть губки и поджать свои прелестные ушки к голове. Таких ссор, что случилась около четырех месяцев назад больше не было и, как надеются оба, не будет. На заднице младшего не осталось ни единого шрама или же отметины. От всех кремов кожа на ягодицах стала еще приятнее, и теперь старший просто не мог оторваться от бархатных половинок, то нежно сжимая их и похлопывая, то целуя и мягко покусывая, то просто лежа на них головой, пока они смотрят что-нибудь, читают или же просто лазают в телефонах. Задница Антона теперь выполняет роль ещё и персональной подушки, такой мягкой, упругой, гладенькой. — Арс, я всё, — говорит он, смотря на мужчину, который не слышал его из-за наушников. — Почему ты молчишь? Арсений, — не унимается он, прекрасно зная, что его не слышат. — Можно я съем те пирожные? — мужчина лишь загнано дышит, прибавляя скорость, — Арсений, молчание — знак согласия, ты же знаешь? — смотрит, а в ответ — тишина. — Ну ладно, я пойду.       Он встаёт и выбегает из комнаты, сбегая по лестнице, направляясь на кухню за пончиками, которые мужчина запретил ему есть, пока он не позанимается. Ну, он же старался? Вот! Значит уже можно. Антон забегает на кухню и плюхается на стул, открывая коробку и начиная кушать пончики, пачкаясь начинкой и посыпкой, запивает всё апельсиновым соком и довольно улыбается, помахивая хвостом. Ох уж этот спорт. Только и хочется от него, что есть, не переставая.       Арсений шумно выдыхает, останавливая беговую дорожку и осматриваясь в поисках мальчика. Вот гад. Хмурясь, брюнет кидает мокрую майку на ручку дорожки и идёт на поиски ленивой задницы, что и пятнадцати минут не может позаниматься спортом. Он спускается на первый этаж и обнаруживает парня на диване, смотрящим мультики и поедающим пончики за обе щеки. Арс вынимает наушники из ушей и скрещивает руки на груди, наиграно кашляя, привлекая к себе внимание. — Ой, Арс, а я это… Ну, уже всё, — парень выключает звук на телевизоре и переводит взгляд на хмурого мужчину, кладя полупустую коробку с пончиками на стол. — Я у тебя спрашивал, можно мне идти, а ты не ответил, вот я и подумал, что можно. — Да ты что? — приподнимает брови Арсений, идя к парню, который отползает к краю дивана, путаясь в своих бесконечно длинных ногах. — Да. — Ну, я не разрешал, значит пойдем обратно заниматься, — спокойно говорит мужчина, подойдя к парню, и с лёгкостью закидывает его себе на плечо, не чувствуя никакого сопротивления. — Арс, ну я же покушал, мне нельзя заниматься, — ноет тот ему в ответ, упираясь руками в подкаченные ягодицы мужчины, чуть жамкая упругие половинки. — Тебе можно всё, — усмехается старший и поднимается с мальчиком по лестнице, гладя того по бедрам. — Можно я не буду тогда заниматься? — надувает он губы, подтягивая штаны мужчины, и взвизгивает, получив шлепок по заднице. — Ясно, понял.       Зайдя в спортзал, Арсений ставит мальчика на пол и отходит к стенке, вставляя наушники в уши и начиная подтягиваться. Антон восхищенно вздыхает, смотря на напряженную спину и бицепсы мужчины, садясь на коврик для йоги. Они вернулись всё к тому же. Шаст продолжает пялиться на голую спину старшего, а тот заниматься, думая, что Тошка делает тоже самое. На всякий случай повернувшись, чтобы проверить, не сидит ли он без дела, Арс замечает, что тот развалился на полу, подпирая голову руками и пялясь. Брюнет спрыгивает на пол и вынимает один наушник, хмурясь и поворачиваясь к мальчику корпусом. — Антон, я серьезно, поделай хоть что-нибудь, ленивая ты задница. — Арс, а я читал, что секс помогает сжигать калории, — переводя взгляд в глаза мужчины, улыбается Тошка. — Антон, а я читал, что если надавать непослушному мальчику по заднице, то она станет красной.       Шастун закатывает глаза и встает, отходя к стереосистеме, взяв пультик, включает музыку. Он вновь подходит к коврику и начинает лениво приседать, смотря на мужчину и фыркая. — Активнее, — засовывая наушник в ухо, усмехается Арсений и вновь запрыгивает на турник, начиная подтягиваться.       Антон показывает ему средний палец и начинает активнее приседать, чувствуя, что устал уже после десяти приседаний. Он устало вздыхает, но продолжает заниматься, смотря на подкаченные мышцы на спине любимого и восторженно вздыхая. Как же такой мужчина влюбился в него? Он же такой красивый, сексуальный, богатый, нежный, добрый и вообще все хорошие качества — это про него. А Антон, он… простой. Из не очень богатой семьи, не шибко умный, с глупым чувством юмора, неуклюжий и до жути вредный. Но каким-то чудом он смог привлечь внимание, можно сказать, идеального во всём мужчину. Сделав приседаний пятьдесят, Шаст отходит к беговой дорожке и лениво встает на неё, включая почти минимальную скорость и начиная бегать. Он краем глаза замечает, что Арс спрыгивает с турника и направляется к нему. — Халтуришь? — усмехается мужчина и прибавляет скорость на панели беговой дорожке, не обращая внимания на возмущенные возгласы. — Давай-давай. Жир к лету сам никуда не уйдет. — У меня нет жира! — А это что?       Антон взвизгивает, когда его щипают за ягодицу, и обиженно фыркает, продолжая бежать. Он провожает взглядом мужчину, который ушел к хаммеру, садясь на лавку и начиная отжимать гантели. Видя, как напрягаются мышцы бицепсы мужчины, Шаст почувствовал, как у него в шортиках дернулся член. Ох уж эта весна. Он бежит минут пять, наблюдая за мужчиной, а в трусиках всё влажнее. — Арс, блин, ну хватит. Иди сюда, — срывается парень, слезая с беговой дорожки, и бежит к мужчине, который убирает гантель на место, видя, как к нему приближается Антон.       Он садится в тот момент, как на него сверху забирается возбужденный парень, тут же жарко целуя. Они опускаются на пол, начиная стягивать друг с друга одежду, покрывая поцелуями всё до чего дотягиваются. Когда они остаются полностью голыми, Арсений опускает руку к ягодице, шлепая по ней не сильно, но довольно ощутимо. Он находит пальцами расслабленную дырочку и хрипло выдыхает, чувствуя, как нижний шире раздвигает свои стройные ножки. Попов наскоро смачивает пальцы слюной и максимально осторожно вводит два, чувствуя, как горячо внутри. Он вводит в нижнего по одному пальцу, аккуратно двигая ими внутри, разводя в стороны и чуть надавливая на шелковые стенки ануса. Мужчина подготавливает стонущего парня тремя пальцами, стараясь не сорваться и не трахнуть его не подготовленным. Когда парень сам начинает нетерпеливо насаживаться на пальцы, Попов вынимает их из разработанного отверстия и, смочив вставший член слюной, резковато входит в ахнувшего парня. Он упирается руками в пол по обе стороны от его головы и начинает двигаться, понемногу набирая темп, совсем скоро срываясь на быстрые и глубокие толчки, выбивая из парня громкие и до жути пошлые стоны, заставляя извиваться. Он выпрямляется, закидывая стройные ноги нижнего на свои плечи, и начинает двигать быстрее, придерживая его за бедра. Шастун извивается на полу, чувствуя, как все внутри горит от быстрого движения, а головка члена старшего с силой врезается в простату почти при каждом толчке, заставляя вскрикивать. Парень царапает грудь и торс мужчины, практически срываясь на крик, чувствуя, как толчки становятся все резче и резче, а член будто достает до самых легких, выбивая весь воздух, заставляя задыхаться в своих же стонах. Вот так, на кафельном полу, при окнах во всю стену, он отдается просто шикарному мужчине, срывая голос, прося еще грубее, глубже, жестче. Ох уж эта весна. Когда Антон в очередной раз протягивает руки к груди мужчины, желая вновь оставить десяток царапин, тот перехватывает их и прижимает одной рукой к полу, второй вылепливая ему ощутимую пощечину, срываясь на бешеный темп. Нижнего это заводит лишь сильнее. Он выгибается и откидывает голову назад, ойкая, когда ударяется о пол затылком. Арсений замедляется, по-доброму смеясь, и наклоняется к парню, целуя его в макушку, прося быть аккуратнее. Чмокнув мальчишку в нос, он вовсе отстраняется, переворачивая на живот и раздвигая его ноги пошире. Мужчина хрипло выдыхает от открывшегося вида, легонько шлепая парня по ягодицам, и оглаживает пушистый хвост, прижимая его к тяжело вздымающейся груди, из-за чего мех приятно щекочет кожу, и та покрывается мурашками. Антон поворачивает голову, переводя взгляд на мужчину, устав ждать, пока мужчина рассмотрит все между его ног, и машет бедрами, выпячивая зад сильнее. Вновь вставив, Арсений начинает быстро вколачиваться в идеальное тело парня под собой, придерживая того за бедра, иногда шлепая по ягодицам, разводя их в разные стороны. Он ускоряется, чувствуя приближение разрядки, и сильнее сжимает пальцы на бедрах нижнего, притягивая того ближе. Парни изливаются практически одновременно, Арсений в последний момент наклоняется к парню, целую нежную кожу на его плечах и шее, кончая глубоко в него, войдя на всю длину. Он опускает руку к члену Антона и, проведя по нему пару раз, улыбается, чувствуя, что тот изливается в его руку, выгнувшись и громко простонав.       Медленно выйдя из расслабленного тела, Арсений ложится рядом, и к нему тут же прижимается младший, укладывая голову на тяжело вздымающуюся грудь. Они какое-то время валяются на полу, наслаждаясь прикосновениями друг к другу, время от времени упоённо целуясь. Антон ближе жмётся к подкачанному телу мужчины, чувствуя исходящий от него жар, вновь начиная возбуждаться. Он вновь целует Арсения в шею, прижимаясь ближе и хитро улыбаясь в шею того. — Ну нет, хватит, — качает головой старший, чувствуя, как рука младшего ползет от его груди вниз. Он встаёт и натягивает валяющиеся рядом боксеры, ухмыляясь, видя, как Антон разочарованно вздыхает. — Иди делай уроки, за тебя учиться никто не будет.       Шастун обреченно стонет, но все же встает, подбирая вещи с пола. Получив шлепок по ягодице, он кидает злобный взгляд на довольного мужчину и гордой походкой выходит из комнаты, грациозно помахивая хвостом. Парень спускается на первый этаж и, сходив в душ и одевшись, всё же убегает в комнату, начиная заниматься, ведь до весенней сессии времени не много, а знаний, собственно, также. Как только парень садится заниматься, в квартире наступает приятная тишина. Арсений, приняв душ и одевшись, пару раз проходит по квартире, проверяя её на чистоту и готовность к приезду дочки, несколько раз заходя в её будущую комнатку. Чем ближе подходит время к визиту женщины, которая будет решать, оставить здесь девочку, или всё же вернуть матери или ещё что похуже, его даже начинает потряхивать от волнения, ведь раньше он с ней один на один не оставался дольше, чем на несколько дней. А сейчас же ему придётся растить эту маленькую принцессу самому. И это в один момент радовало и пугало, ведь... А вдруг он не справится? В который раз вечер, кинув взгляд на время, Арсений радостно улыбается и выходит в коридор, когда слышится звонок.       Открыв дверь, Попов видит маленькую дочурку на руках у тети из опеки попечительства. Кьяра счастливо вскрикивает невнятное «папа», протягивая крохотные ручки к мужчине, сама того не понимая, заставляя его сердце екнуть как никогда сильно. Попов осторожно забирает ребенка, прижимая к себе маленькую девочку, что обхватывает ручками его шею, обнимая. Он, поставив малышку на пуф, начинает снимать совсем кукольную курточку с ботиночками, пока женщина, ничего не смущаясь, проходит прямо в обуви, начиная разглядывать квартиру, вскоре вовсе пропадая из поля зрения. Но мужчине всё равно, он смотрит в голубые глазки своей дочки, что была просто его копией, и томно вздыхает, поднимая её на ручки и тепло улыбаясь, видя радостную улыбку малышки. — Всё, Арс. Домашка сделана… — Антон выходит в коридор, откуда доносились шорохи, и тут же ярко улыбается, видя Кьяру на руках у мужчины. — Принцесска! Привет. — Киса, — девочка улыбается шире и тянется к парню, а в глазах появляется веселый огонёк, при виде кошачьих ушек.       Шастун подходит к девочке с мужчиной и обнимает их, чуть наклоняя голову, чтобы девочка могла потрогать ушки, и весело хихикает, когда та чуть дергает за него, а Арсений тут же вступается, говоря, что так делать нельзя. Мужчина отдает кроху парню, слыша, что женщина-инспектор зовет его где-то в гостиной, и, поцеловав любимых людей в щеки, проходит в гостиную, выслушивая от женщины некоторые замечания. Он при ней же убирает со столика дорогущую статуэтку, с полки шкафа горшок с цветком, унося все в свой кабинет, после чего он показывает комнату Кьяры, где ей предстоит провести десяток лет, пока та не решит, что пора бы съезжать от отца. Попов с замиранием сердца наблюдает за дамой, которая проверяла, хорошо ли висят на стенах полки, чистоту в комнате, качество мебели и лазала по шкафам с игрушками, вещами, книгами, просто везде. Он старается скрыть счастливую улыбку, когда женщина хвалит его, улыбаясь сдержанно. Выйдя в коридор, чтобы её проводить, мужчина выслушивает наставления, кивая на каждое слово. Когда дверь за ней закрывается, он выдыхает с облегчением, переводя взгляд на маленький чемоданчик своей дочки, и укатывает его в комнату, где уже на кровати Антон пытался переодеть активную девочку, что дергала его за ушки и хвост, в пижамку, которую они с Поповым выбирали вместе. — Папа! А киса мне… вот, — пыхтит девочка, слезая с кроватки, ловко выворачиваясь из рук парня, и, подбежав к отцу, протягивает браслет, который стянула с руки Шастуна, что не сильно-то сопротивлялся, пытаясь справиться с пижамой. — Меня и не спрашивали, — по-детски надувает губы Антон, смотря на мужчину. — Я куплю тебе новый, котёнок. — Да ладно, у меня их много.       Девочка весело смеётся, когда её подхватывают на руки, начиная сюсюкаться. Парни с трудом укладывают в кровать Кьяру, которая не хотела отстраняться от отца и кисы. Она засыпает, обняв пушистый хвост Антона, который тоже засопел в объятьях любимого мужчины, что рассказывал сказку. Осторожно подсунув вместо хвоста игрушку, Арсений поднимается вместе со спящим парнем, взяв его на руки. Он кое-как выключает свет в комнате и закрывает за ними дверь, впервые за долгое время радуясь, что тот крепко спит.       Зайдя в спальню, он аккуратно укладывает парня на кровать и накрывает его большим одеялом, забираясь на кровать. Попов ложится под одеяло рядом с мило сопящим парнем, прижимая его к себе и целуя в макушку, когда тот начинает ерзать, бурча во сне о плюшевых динозаврах, которые захватывают мир водными пистолетиками. Он сдерживает смех, широко улыбаясь, и какое-то время лежит с закрытыми глазами, перебирая пшеничные волосы, и засыпает, чувствуя себя самым счастливым человеком на земле. Всю ночь он не выпускает мальчишку рядом из объятий, то и дело прижимая ближе к себе, зарываясь носом в мягкие волосы на макушке того. Чуть улыбается, чувствуя, как парень, причмокивая губами во сне, задевал кожу на шее и ключицах.

Неделю спустя

      Антон сидит с Кьярой в гостиной, чуть нахмурившись, собирает с ней пазл, забив на свои задания из института. Уже пятнадцать минут он не мог подобрать нужный пазл, забрав игрушку у ребенка. Попова сидит на диване и наблюдает за задумчивым парнем, уже поняв, что нужного элемента нет. Пазл полностью собрать не получиться, ведь фигурки не хватает. Так было и с жизнью Арсения. У него было всё: деньги, машины, дорогие шмотки, которые для него ничего не стоили, только вот не хватало одной вещи… Любви. После появился Антон - забавный парнишка, который смешно фыркает, стоит сделать что-то не так. Казалось, что с его появлением появилось всё, что нужно для счастья. И мужчина был счастлив, не обращая внимания на деньги, дорогие машины, дома. Он старался делать все, чтобы осчастливить одного человека, что за короткие сроки стал для него отдельным миром, делая счастливым одной только улыбкой. А после на свет появилось еще одно чудо. Даже не верилось, что такой ужасный человек, как Алёна, может родить такую чудесную девочку, как Кьяра. Она была последним пазлом, чтобы собрать идеальную жизнь для Арсения, а также и для Антона, возможно, также будет и для малышки. Оба за эту неделю старались сделать жизнь девочки во многом лучше, чем раньше. И девочка за всё это время ни разу не вспоминала и упоминала маму, ведь о плохом думать совершенно не хотелось, у неё есть замечательный отец, а также человек-кот, которого она полюбила почти точно также, как и Арсения, ведь его просто невозможно не полюбить. Попов каждое утро отвозит Антона в институт, а малышку Кьяру в детский сад. И он каждый раз счастливо улыбается, когда те оставляют быстрые поцелуи, прощаясь. — Шастун, бл…ин, следи за ребенком.       Слышится крик мужчины со второго этажа, после громкого звука разбившегося стекла. Девочка начинает заливисто смеяться, смотря на несуразного парня, который, слишком сильно стукнув стакан о поверхность стеклянного стола, разбил его. Антон шипит, резко отскакивая от места катастрофы, чтобы не пораниться, и шикает на девочку, прикладывая палец к губам. — Вот тебе смешно, а меня накажут, — фырчит он, вставая с пола и идя в коридор.       Вернувшись в комнату с мусорным ведром, веником и совком, Шастун начинает убирать стекло, чуть хмурясь и не переставая бурчать. Он, когда уже на полу практически не остается осколков, слышит, что Арсений спускается со второго этажа. Тихо матернувшись, парень быстрее начинает собирать осколки, сметая все и выкидывая в ведро, в последний момент успевая спрятать его за занавеску. Девочка всё также невинно улыбается, когда парень запрыгивает на диван, умоляюще смотря на неё. Она качает головой, когда тот пытается уговорить взять вину на себя, и спрыгивает с дивана, стоит отцу появиться в поле зрения. — Папа! А мы с Тосей столик сломали! — с улыбкой говорит она, когда её поднимают на ручки. Кьяра переводит взгляд на шипящего на неё парня и пожимает плечами, обнимая отца за шею. — Пополам. Нас обоих он точно не накажет! — Никого ругать не буду. Я вообще удивляюсь, как этот стол и полгода у нас продержался.       Антон закатывает глаза, а Арсений смеётся, осматривая стол без крышки и качая головой. Мужчина проходит к дивану, сажая на него дочку и садясь рядом, ероша и без того лохматые волосы Шастуна, насмешливо улыбаясь. Он притягивает фырчащего мальчишку к себе и целует в макушку, прикрывая глаза. На колени к нему забирается маленькая девочка, обхватывая ручками за торс, обнимая, а на плечо опускается голова Антона, который вновь начинает играться с девочкой хвостом. Попов счастливо улыбается и крепко обнимает обоих, прижимая к себе и переводя на них взгляд.  — Я люблю вас… — Я тебя тоже, папочка.       Шастун с Поповой произносят это практически одновременно, и все втроем, включая самого мужчину, начинают смеяться. На щеках Антона появляется милый румянец, из-за чего тот пытается скрыть лицо, уткнувшись носом в шею. А маленькая принцесса, увидев реакцию парня, непонимающе приподнимает бровки и утыкается лицом куда-то в грудь отца, вновь вызывая смех отца. Арсений широко улыбается и прижимает обоих к себе, прикрыв глаза. Он самый счастливый человек. И таким его делает его семья, которая за последние три года пополнилась на два чудесных человечка, что приносят радость и счастье в его жизнь, и он сделает всё возможное, чтобы осчастливить их, ведь ничего важнее для Арсения теперь нет.

Конец