feel that pain

"Я не ищу кого-то Со сверхчеловеческими способностями Какого-то супергероя Какого-то сказочного счастья А просто того, кому я смогу довериться Того, кого я смогу поцеловать" Coldplay ft. Chainsmokers 'Something Just Like This'

***

- Ребята, вы что тут пропали? – на балкон заходит Феликс и застает парней, наблюдающих за городом в тишине, видимо поэтому он несколько странно покосился на них.   - Сейчас уже идём, - улыбается Минхо, держа несколько смущенного Джисона за руку.   - Там Чанбин предложил купить алкоголь и все одобрили эту мысль, - младший Ли беспардонно врывается в их личное пространство, заходя в небольшое помещение.   - Хорошо, только Чонина уложить спать нужно, - смеётся парень. – Вы решили, что выбирать?   - Хён, ты нас будто первый день знаешь, конечно же нет.   - Не надо меня укладывать спать! – слышится голос младшего, зашедшего в комнату, а после и на балкон.   - Надо, Чонин-а, мелковат ещё для алкоголя, - говорит Ли, растрепав волосы брюнета, на что Ян закатывает глаза, а Джисон улыбается ситуации.   - Я не против? – скорее спрашивает Хан, когда ребята на него вопросительно посмотрели, ожидая ответа.   - Отлично, - хлопает в ладоши Феликс. – Они согласны! – следом уведомляет друзей, которые сразу же радостно закричали.   И в общем все сошлись на мнении, что в магазин пойдут самые старшие – Чан и Уджин. Среди выбора оставили лишь вино, ибо совсем напиваться в планах у них не было [не к этому стремился Чанбин, не к этому]. Пока парни шли в магазин, оставшаяся сброда малолетних алкоголиков [как их назвал Уджин] осталась убирать коробки из-под миллиарда пицц, банки, бутылки, следы ловкости Феликса, и, в результате, мусора оказалось больше, чем они предполагали. Ли старший собрался его вынести и Джисон вызвался помочь.   - Чего не остался? – спрашивает Минхо, облокачиваясь на зеркало в лифте. Джисон замечает в отражении, что у него уже нет таких синяков под глазами.   - Мне с тобой комфортнее, - не врёт Джисон, глядя куда-то в пустоту. Минхо приятно, что он так влияет на парня и он хотел бы его ещё больше приобщить к их маленькой семейке.   Когда огромные пакеты с трудом дотащены до альфатеров, что находились в нескольких десятках метров от дома, парни отряхивают руки и собираются идти обратно. У Минхо руки в карманах и игривое выражение лица и это настораживает. Он слегка подталкивает Джисона своим плечом, от чего тот смотрит вопросительно.   - Что? – не понимает Хан.   - Ничего, - с такой же улыбкой отвечает Ли и толкает снова, несильно. Джисон ловит настрой и толкает старшего в ответ, с чего тот смеется и продолжает свою игру, сразу же проворно уворачиваясь от замаха Джи, а после на бег срываются оба. Громкий смех Ли заполняет двор и уши Джисона, так что он начинает смеяться тоже, отдаваясь порывам вечернего ветра, который их ни капли не смущал с расстегнутыми куртками. Парни забегают в парадную, точнее, забегает Минхо. Джисон же ползёт за ним, пытаясь отдышаться.   - Из нас двоих на хореографическом учишься ты, я не привык бегать! – отдышавшись говорит Джи, следуя в лифт за Ли.   - Значит будем и твою физическую подготовку тренировать, - улыбается старший.   - Хён, - атмосфера несколько меняется, Минхо вопросительно смотрит на шатена. – Спасибо...что вытащил меня…   - Это всё ты, Джисони, - парень кладет руку на щеку Хана, нежно её поглаживая, от чего тот закрывает глаза, чуть ли не замурлыкав. С каждым днём, каждой минутой, каждым моментом в душе Джисона расцветает все больше каких-то цветов, все глубже поражая каждый орган до приятного чувства в области живота и щекоча его стенки, будто там развелось много бабочек. Так оно называется? Бабочки в животе – это оно? – неожиданно спрашивает себя Хан, не замечая, как лифт уже приехал. Минхо излучает множество положительного, словно много-много маленьких лучиков добра, заботы, нежности, под которые попал Джисон, и из-под которых ему так не хочется уходить. Он был бесконечно благодарен и параллельно чувствовал мелкие уколы вины за то, что он, возможно, и даже точно, по его мнению, доставляет неудобства хёну.   - Ни-ка-кой бутылочки, Хенджин! Я помню, чем всё обернулось в прошлый раз, я больше на это не поведусь, имей в виду! – как только ребята зашли в дом, то их уши уловили очередные споры и они вопросительно взглянули друг на друга.   - Что тут уже происходит? – возмущенно спрашивает Минхо, проходя в комнату. – Что вы уже удумали?   - Хенджин снова хочет играть в бутылочку!   - Сынмин, а ты чего жалуешься? В прошлый раз ты не особо сопротивлялся, когда вы целовались больше положенных 10-ти секунд, - Чанбину как пальцами щёлкнуть – смутить Кима. И вот тот уже не противится от игры, а сидит с красными ушами и смотрит куда-то в другую сторону.   - Господи, вы ещё ничего не выпили, а уже знаете, о чём будете жалеть с утра, - устало потирает переносицу Уджин только войдя в помещение с кульком, привлекающим мгновенно внимание каждого.   - Эти дети, - наигранно недовольно машет головой Чан, заходя следом со вторым пакетом и ставя его на столешницу, отделяющую кухню от гостиной. – Мелкому не наливать. – Чан увидел довольное лицо младшего, когда тот узрел количество купленного, а после того, как его лицо помрачнело, снова подмигнул. Ян показал язык [молодец, малыш, очень взрослый поступок].   Компания села во всеми любимый круг со стаканами, Чан мастерски открыл вино и за раз разлил целую бутылку, каждому одинаковое количество, практически не глядя. Как позже выясняется – он ранее работал барменом в ночном клубе, но что-то пошло не так и пришлось пойти на что-то более простенькое, вроде бариста в кафе. Хныча, Чонину всё же удалось вымолить у Чана несколько капель крепкого напитка. Пока ребята ещё не были достаточно пьяны, бутылочку решили отложить на попозже.   - Страшные истории? – игриво заявляет Феликс, и Хёнджин с Чанбином, сидящие рядом, закатывают глаза. - Тебе 5 лет? – спрашивает Чанбин. - Давно напитки на светлый ковер не разливал? – спрашивает Хёнджин. - А то твоя бутылочка лучше! – возмущается Ликс. – Ну вас вообще. – Встает и переходит к Хану. – Джисони, они меня обижают, ты один тут хороший. – Джи, мягко говоря, в лёгком шоке от неожиданно приползшего Феликса, но упираться не стал, легко улыбаясь и поддаваясь неуклюжим объятиям блондина. - Ты бы поаккуратнее был, душка, - С опаской смотрит на булькающее вино в стакане Ли.   - А зачем вам страшные истории, если есть Чанбин? – Минхо который раз удачно шутит и в него летит пробка, четко попадающая в лоб. – Справедливо, - потирая ушибленное место произносит Ли.   Не смотря на то, что всем им, и даже Чонину, не по 5 лет, кружок никуда не расходился, свет был выключен, посреди стояло несколько свечей, а фонарик в руках рассказывающего Хенджина освещал его лицо. Хван всегда был мастером попугать младшеньких, хоть и сам был одним из них. Первая история, как и ожидалось, не зацепила никого. Ну а вот штучке так к шестой, воображение губастого дошло до такой мистики-фантастики, что Джисон забрал стакан из трясущихся рук Феликса и поставил за своей спиной от греха подальше.   Вечер, а если быть точнее, то уже ночь, закончилась до того, как ребята начали играть в бутылочку, потому что Минхо ругался на Хенджина, опрокинувшего свой стакан; Чонин с красными щеками икал и нёс неведомую хрень; Уджин уснул, как самый старший и самый приличный и адекватный человек; Сынмин помогал Хвану отстирывать вино, Феликс обижался на Чанбина, потому что возомнил, что тот ему изменяет, а Со, в свою очередь, доказывал, что это не так. - Пора завязывать, - проговаривает Чан, со стороны глядя на сложившуюся картину. - Определенно, - рядом становится Джисон и озадаченно чешет затылок, с желанием улыбнуться или даже просто посмеяться, глядя на Минхо, который Хвана будто котенка тыкал носом в еще не до конца отстиранный ковёр. – Их нужно нормально уложить. - Чан, отнеси в дальнюю комнату Чонина, а мы разведём остальных, - Крис послушно кивнул, а Хан удивлённо подумал, чего же ещё он не замечал в квартире хёна. - Чани-хё-ён~, - тянет младший и с удовольствием обвивает крепкую шею Бана. - Ну что, файтин? – спрашивает Минхо. - Файтин, - отвечает Джисон, и они отправляются делать хоть что-то с остатком юных алкоголиков. Хан с трудом оторвал Чанбина и Феликса друг от друга как раз к тому моменту, как Ли расстелил им на полу у дивана. На пару ребята их переместили на готовое место и не успели даже отвернуться, как те двое заснули, сразу же прильнув друг к другу с объятиями. - Они когда-то отлипают друг от друга? - искренне пораженный Джисон тычет на парочку пальцем и спрашивает шепотом. - Дай подумать, - наигранно задумался Ли, почесывая подбородок. – Нет. Уджина трогать не пришлось: он как король уснул на диване и смысла двигать его не было, оставалось лишь накрыть только что принесённым одеялом. Ли дал задание Хану, чтобы тот помог Сынмину дойти до туалета, как он просил, пока сам будет расстилать ещё одной парочке в комнате, где застрял Чан с Чонином. И, в принципе, ничего удивительного – они уже тихо сопели в обнимочку на небольшом диванчике. - Слишком ожидаемо, - качает головой парень, доставая стопку белья и толстое одеяло. В квартире Ли было очень тепло, поэтому разница – спать на полу или кровати – заключалась только в мягкости. Когда он вернулся в гостиную, то, обнаружив полное отсутствие Хвана, отчаянно застонал: «Опяяять», зашел в свою комнату и увидел его дрыхнущим лицом в подушку. - Ляжешь с Хёнджином, - поставил перед фактом вошедшего в помещение Джисона. – Он уже улёгся у меня. Я буду с Сынмином на полу. - Хён, - спустя минуту неуверенно произнёс Хан, теребя подол своей футболки, обращая на себя заинтересованный взгляд старшего. – Можно я с тобой лягу? - Сонни, - Минхо откладывает остатки недомытой посуды и подходит к Джисону, аккуратно взяв его лицо в свои руки. – Хенджин ничего не сделает, он… - Нет, хён, я просто хочу лечь рядом с тобой, - шатен не даёт договорить и смотрит в глаза. - Хорошо, бельчонок, как скажешь, - тут же их взгляд приковывает Сынмин, который шатаясь, еле-еле на своих двух умудряется дойти до спальни Минхо, гласно заявив напоследок "Аривидерчи".  Тепло. Уютно. Не одиноко. Весело и просто хорошо сейчас у Хана на душе. Будто всё, что было, вырвали с корнем, а вместо посадили какую-то приторную сакуру. Ведь он даже не предполагал, что когда-то будет вот так лежать с человеком, который так нежно и заботливо с ним обращается, не бояться его и не бояться никого другого. Просто так засыпать и не думать ни о чём, кроме того, что слышит равномерное сердцебиение хёна, обнимающего его, которое для него как колыбельная, всё ещё чувствовать приятный вкус на своих губах и невольно прижиматься к нему ближе, зарываясь носом в шею. Джисон немного трясется, хоть в квартире тепло, и Минхо будто чувствует это через сон, переворачиваясь на бок, обнимая Хана теперь обеими руками. Теперь и дышать нечем, чувства спирают грудную клетку до повторного назойливого желания плакать. Джи чувствует себя тряпкой, что хочет плакать так часто, а Ли считает его милым, желая оберегать круглосуточно, ежедневно, круглогодично. Просто быть рядом, держать за руку, смущать и заставлять улыбаться - это и есть счастье для него, счастье, о котором он и думать не мог. И думать не мог, что сейчас так будет кого-то крепко-крепко прижимать к себе, согревая и зарываясь в пахнущую его шампунем шевелюру, равномерно дыша [пытаясь равномерно дышать], убеждая себя в том, что он спит. А на самом деле-то нет. Ему просто как гребаному фетишисту нравится слушать тихое сопение Джисона на его ключице и поглаживать до боли приятную кожу. Минхо не открывает глаза, он просто тихонечко целует Хана в висок, немного задерживаясь, но так, чтобы не разбудить. И ему так сильно это нравится - делать подобные вещи независимо ни от кого, когда захочется и где захочется, и он искренне благодарен и этому человеку и судьбе за предоставленную возможность. Да, это определённо не входило в планы Джисона. Но он так чертовски рад, что вошло, ворвалось в его жизнь.