Between

Чимин не верил во всю эту чепуху про вампиров, пока его самого не обратили. Тот чувак с харнета и впрямь не внушал доверия, но у Пака инстинкт самосохранения отсутствует, как таковой, так что здравствуй, о дивный новый мир. Как ни странно, но с той самой ночи Чимин ни разу не почувствовал каких-либо минусов такой жизни: находишь жертв ночью в переулочках, тихонько выходишь из-за угла, внушаешь им молчать (спасибо подростковым увлечениям и восьми сезонам "Дневников вампира"), пьешь, сколько потребуется, и отпускаешь, снова внушив забыть обо всем. У Чимина с самоконтролем проблем нет, он в человеческом облике словно готовился к вампиризму, испытывая свою выдержку диетами. А еще после обращения занимательным бонусом стали вернувшиеся воспоминания о том дне, когда Пак впервые встретился с таким чудовищем. Вероятно, сам молодой человек никогда бы не забыл этого шикарного вампира с повадками настоящего джентльмена, поэтому тот любезно ему в этом помог. Но в ночь праздника Всех Святых Чимин решил вернуться в то место, где они встретились год назад. Мир сиял новыми красками, яркие неоновые огни, казалось, проникали под саму сетчатку всевидящих глаз, а окружающие запахи чувствовались, как никогда близко, резко, волнующе. Чимин бродил по клубу, пытаясь выловить из всевозможных ароматов хоть отдаленно напоминающий нужный. Водка на барной стойке, пот от конвульсивно двигающихся под музыку тел, кровь где-то возле столиков, сигаретный дым из... Стоп. Кровь? Чимин доверился своему чутью и, плавно обходя всех "зомби, ведьм и Дракул" направился к дальнему углу клуба, где расположились столы с мягкими диванами. За одним из них он и застал его. Такого же чертовски красивого – в том же пестром костюме и с новым ядерным цветом волос. Схватив за руку и выпроводив девушку, к чьей шее только что якобы в поцелуе присосался вампир, Чимин занял ее место. – Ты... – возмущенно начал было незнакомец, но тут же сменил гнев на любопытство. – Кто? – Я вампир, – ухмыляясь, дерзко вздернул подбородок Пак. – Что-то не припомню, чтобы дети ночи выглядели так, – обводя взглядом яркий костюм Чимина, произнес он. – Что-то я не вижу, чтобы ты ходил в мантии и с гробиком за спиной. В глазах вампира сверкнуло что-то опасное, он рассматривал наглого мальчишку еще какое-то время, а потом придвинулся к нему, опаляя кровавым дыханием его ухо. – Интересно, после обращения ты все такой же сладкий? – А ты без одежды такой же галантный? У Чимина все еще нет инстинкта самосохранения.