Колорист

Прошла значительная часть дня довольно незаметно. Саша успел сбегать на свой второй рейд и передать все сведения в отдел, в то время как его друг раздобыл несколько черт характера — двое из них он выкупил у Демона, ещё двое у Ангела. Для начала хватит. Отелло который час пытался понять, как работать с этой разноцветной пылью. Жнец её пытался наносить на пустую, очищенную пленку будущей души, пытался делать раствор из этого порошка, да чего он только не делал! Пока что ни один его эксперимент не увенчался успехом. Перед Отелло стояли 4 баночки, будто с блестками. Криминалист даже не обратил внимания на вошедшего в лабораторию Сашу. Саша на всех порах «вломился» в кабинет, ожидая каких-либо результатов и сведений от Отелло, но по одному только слишком уж озадаченному виду жнеца он понял, что не все идёт так гладко, как хотелось бы. Саша спокойно подошёл ко столу Отелло, окинув заинтересованным взглядом блестящие баночки. Он бесцеремонно взял одну из них в руку и принялся рассматривать. — Ничего не выходит? — задал очевидный вопрос жнец, подняв склянку с порошком ближе к свету. — Как видишь. — озадаченно ответил Отелло. — Понятия не имею, каким образом можно наделить с помощью этого душу каким-либо характером. Кстати, ты взял в руки похоть. — криминалист хихикнул. — Ууу, так это мы какие такие заказы Демонам делаем? — рассмеялся Саша. — Неужто ты решил создать какого-нибудь извращенца или ещё чего подобного? — То что сунули, то и взял, ничего не знаю! — сквозь усмешку так же весело ответил Отелло шутнику. — Лучше вместе со мной поразмысли, как можно эти штуки в душу внедрить. Саша ещё немного покрутил баночку в руке и спросил с задумчивым видом у Отелло: — А ты не пробовал воспользоваться косой? Может всё же не стоит пытаться воздействовать на плёнку физически… Шинигами неловко замолчал, увидев переменившееся лицо приятеля. Отелло с полными глазами энтузиазма вновь схватил плёнку и посмотрел на неё, размышляя над сказанным ранее Сашей. Жнец сорвал со своего пояса небольшую косу смерти, а вместо пленки в руке Отелло теперь оказалась ёмкость с порошком. Отелло насыпал чуть пыли на лезвие косы, но та, лишь коснувшись металла, исчезала, будто утонув в нём. Лицо криминалиста расплылось в торжествующей ухмылке. Следующим делом он снова взял в руки плёнку и, чуть поразмыслив, сделал на ней небольшую царапину остриём косы. Пленка внезапно стала излучать желтоватый свет и приобрела соответствующий оттенок. Оба находившихся в лаборатории жнеца в этот момент ликовали. — Первая проблема решена! — радостно выкрикнул Отелло, даже подпрыгнув на своем стуле от восторга. — Ну ничего ж себе! — Саша в сию же секунду схватил фотоаппарат и сделал несколько снимков окрашенной плёнки. Пока он это делал, его друг начал говорить: — И Ангелы и Демоны, у которых я брал эти черты характера говорили, что обычно они не добавляют больше двух качеств в одну душу. Но мы же - не они, — Отелло расплылся в улыбке до ушей, играя бровями в сторону Саши. — Ну конечно, к чему же такие банальности! — усмехнулся шинигами в ответ. — Кстати, а что это за порошок был? — Это зависть. А белая она будет или черная решит следующая, входящая в состав характера души черта. — с этими словами Отелло снова взял первую попавшуюся маленькую ёмкость и проделал ту же процедуру, что и с прошлым компонентом. В области царапины пленка окрасилась в синий, а затем эта краска, словно акварель растеклась по всей душе и, смешалась с жёлтым. Пленка приобрела зелёный цвет. — Я добавил хладнокровие. Получается, этот человек будет расположен к тайной зависти. Банально, не так ли? — и снова Отелло, уже почти на автомате повторил все свои действия. — Ну, а теперь мы можем увидеть душу с огромными перепадами настроения! Хладнокровие вперемешку с нежностью даёт милую смесь, хоть и бредовую. Зависть остаётся скрытой за этими чертами. Саша закрыл ладонью рот, пытаясь сдержать смех, который был готов разразиться на всю лабораторию и даже взбудоражить трупы, находящиеся в соседнем помещении. — Мне почему-то вспомнился мистер Ти Спирс из Лондонского отделения, — давясь хохотом с трудом проговорил жнец. От этой фразы Отелло и самому пришлось заткнуть свой рот, откинувшись на спинку стула. — Интересно, а в отношениях у него проявляется эта нежность? Или его хладнокровие уже его убило? — всё ещё запинаясь о нотки смеха задал вопрос криминалист. — А тебе интересно что-ли, какой он в отношениях?!!! — Саша сорвался на дикий хохот, от которого даже, наверное, задрожали стеклянные сосуды во всей лаборатории. Вскоре подхватил смех и Отелло, дав волю голосовым связкам и рвущемуся наружу воздуху из лёгких, сопровождаемому воплями умирающего тюленя. Лишь через несколько минут хохота жнецы, наконец, смогли уняться. — Ну, а теперь вполне можно отправлять душу в мир! — с нескрываемым восторгом заявил Саша. — Ага! Можно обменять эту окрашенную душу на новые краски у Ангела. Эта плёнка получилась более светлой, поэтому Ангел не должен отказаться. А дальше он сам пустит в мир людей эту душу. — Отлично! Тогда идём! <…> Охваченные идеей и энтузиазмом, жнецы и не заметили, как просидели за подобного рода занятием до глубокой ночи. Саша подметил, что вокруг подозрительно тихо. Только раз в 2 часа раздавались уставшие шаги шинигами из ночных рейдов. Низкорослый жнец немного задумался, взглянув на Отелло, который, судя по всему, достраивал свою логическую цепочку мыслей. Саша умело различал значения взглядов друга и поэтому не стал ему ничего говорить, по крайней мере сейчас, его нельзя сбивать с мысли. Отелло уставился в одну точку, иногда постукивая по столу пальцем, видимо, когда натыкался на новую мысль. Саша поднялся со стула и стал бесшумно и медленно расшагивать по темному помещению, в который раз разглядывая полки, шкафы в лаборатории, ожидая какой-нибудь новоиспечённой идеи от Отелло. Нет, Саша не был тем самым приятелем, который в общем проекте ничего никогда не делает — все прошедшее время он вместе с похожим на него характером криминалистом придумывал ядрёные смеси красок, создавал до безумия сложные комбинации в характере подопытных душ, которые уже вышли в свет. Однако, именно в эти минуты Отелло лучше не тревожить и не пытаться помочь, не предлагать свои идеи, в противном случае его путанные мозги свяжутся в узел, который они распутают только через недели две. Вдруг, темноволосому и уже даже уставшему жнецу пришлось встрепенуться от выкрика друга: — Саша, Эврика!!! — с этим воскликом Отелло запрокинулся на спинку стула, с силой оттолкнувшись ногой от рабочего стола, такие странные вещи он мог делать, когда находился в состоянии непередаваемого восторга, который вот-вот захлестнет хрупкого жнеца массивной волной и унесёт куда-то по течению. Вследствие этого незадачливый шинигами, не противясь законам физики, упал на спину вместе со стулом, по лаборатории раздался ощутимый, даже на уровне осязания, грохот. Саша, подскакивая от нетерпения, подбежал к Отелло, он уже сверкал своими до невозможности заинтересованными глазами, да и сам будто светился от невообразимой интриги со стороны приятеля: — Ну же, что ты там придумал?! — Я придумал, что с душами можно ещё делать! — Отелло удобно уселся на пол, а Саша пристроился рядом с ним, приготовившись вникать в каждое его слово. — Мы сейчас наделяли души характерами. А ведь можно ещё сделать оболочку для них! Знаешь, есть ведь такие люди, которые не открывают другим свой истинный характер и прячутся за своего рода масками и одеждами! — Это, без сомнения, тоже до безумия интересно, но как ты вообще пришел к этой мысли и каким образом ты предлагаешь создавать эту оболочку? — Ооо, Саша, да просто я случайно создал подобную душу сейчас! — Отелло встал и схватил со стола цветную душу. — Видишь, на ней есть пленка? Так вот! Я её сделал случайно, когда поцарапал душу с обратной стороны! Получились две стороны одной души! — Ого, Отелло, с тобой мы таким образом далеко пойдём! — Слушай, вот, что я предлагаю, — Отелло придвинулся ближе к Саше. — Мы тебе достанем маленькую стажерскую косу, как у меня и разделим обязанности по душам. К примеру — я задаю истинный цвет, а ты обратную сторону. — Идёт! — Саша вскочил со своего места и потянулся. — Только вот устал я за сегодня, ты разве не хочешь немного отдохнуть, поспать? Отелло будто опешил, услышав от напарника что-то про отдых. — А разве ещё не рабочая смена? — с истинным недоумением спросил криминалист. — Уже скоро другая рабочая смена начнется, Отелло! — шинигами рассмеялся. — Неудивительно, что ты из лаборатории домой не уходишь. Ведь ты даже времени не чувствуешь, про все на свете забываешь! — В этом ты, естественно, прав, — весело усмехнулся Отелло в ответ. — И, да, думаю нам стоит по твоему совету пойти и отдохнуть, а то на работе днём вырубимся без задних ног. — Тогда до завтра, — Саша улыбнулся приятелю по пути к выходу из кабинета. — Я завтра приду после рейда. — Работу не проспи! — напутствовал Отелло напарника и сразу же устало завалился на небольшую койку, что была предусмотрена для случаев, когда жнецу жутко лень идти спать к себе домой. Хотя, эта лаборатория уже давно успела стать ему полноценным домом. Впервые за эти сутки в кабинете воцарилась гробовая тишина, но уже через несколько часов её снова прервет гул департамента и наполнит голос Отелло вместе с его гулкими весёлыми шагами.