Silheom

Луч солнца едва выглядывает из-за тёмных туч, которые заполнили небо полностью, отчего на улице поднялся холодный ветер и стало темно раньше обычного. Дети быстро собирали свои игрушки в охапку, чтобы успеть до первого дождя: мальчики помогали девочкам тащить их куколок, а девочки в этом время благодарно улыбались, помогая своим маленьким героям. Несколько раз пробегали бродячие собаки, но они быстро скрывались в каких-нибудь небольших укрытиях, пугаясь грома вдалеке. Но вскоре стал идти дождь, усиливаясь с каждой секундой. Люди старались быстрее убежать домой, поэтому на улице было даже места мало, чтобы нормально бежать в нужную сторону. Бабушка, остановившись посреди дороги, долго смотрела на дождь и будто что-то вспоминая, улыбалась потрескавшимися губами. Минхо, внимательно наблюдавший всю эту картину в окне, сам начинает невольно улыбаться и смотреть на дождь, который бил с таким отчаянием по стеклу, что кажется, будто он хочет своими мыслями с Хо поделиться, всё ему рассказать, но никак не может, а от этого в ещё большее отчаяние впадает, стараясь и всему миру рассказать, выливая на них всё. Справа Минхо слышит, что его разыскивают и поворачивается к телевизору. Женщина, рассказывающая новости, говорит о пропаже подростка. Последний раз его видели у ворот Сильхома, так что все предполагают, что парень сам сдался и решил попросить денег у одной из банд. Минхо усмехается и понимает, что он в своём уме ещё, а просить денег у таких безумцев, с которыми он столкнулся вчера, желания не было. Феликс, как звали того парня, после рассмеялся и сказал, что не тронет Минхо, но отметил, что его губы очень сладкие. Тогда парню стало страшно ещё больше за свою жизнь, но Феликс его вроде как успокоил, заявив, что он не Вампир. Успокоил, но потом опять добил, объявив, что работает на него. Минхо думал, что, если это был бы сам Вампир? Хотя он так испугался Феликса, что надолго это запомнит и вспоминать даже будет при упоминании этого парня. Так что и Вампира он бы до жути боялся. Или же умер от страха? Через час, как объявил Феликс, Вампир будет ждать Минхо в обеденном зале, на котором он должен обязательно присутствовать, иначе кому-то свернут шею. Хо, конечно же, согласился, закивал, а мысленно это представлял. Хорошо, что он в тот момент не успел ничего перекусить, что принёс ему Феликс, потому что столько крови в своих мыслях он никогда не видел. Тот безумец, кстати, сейчас сидел на кровати, на которой до этого Минхо к ней прижимал и его губы целовал. Феликс выдыхает и взгляд на Хо поднимает, усмехается и подаёт чашку рамена, внимательно следить продолжая. Он задумчиво смотрит на напуганного парня и отводит все же взгляд, рассматривая все в комнате, которой они находились. Сам Ликс был далеко отсюда: в его мыслях засел один брюнет, который и вылезать оттуда не собирался. Ни через год, ни через два, ни через десять. Он в его мысли вцепился, в сознание вторгся, и сейчас довольно обживается там, тем самым Феликса мучая. Он вообще не хотел целовать того парнишку, но его не отпускало настолько сильно, настолько больно. Откинув в сторону нож, которым он вырезал фигурку из дерева, но ему быстро наскучило, парень поднялся на ноги и подошёл к окну, где стоял Минхо, тоже посмотрев на улицу. Бабушки не было, дождь до сих пор продолжал заливать все кругом, усиливаясь и усиливаясь, а над зданием гремел гром и сверкала молния, не переставая ударять по металлическим предметам. — Ты давно тут? — Минхо решается, вопрос задавая и на ответ надеясь. Феликс на подоконник опирается, задумчиво взглядом по улице водя и слегка постукивая пальцем по окну. Минхо выдыхает тихо, рассматривая этого парня вблизи. Что-то в нем было такое, что пугало, но и было обворожительно одновременно. Только Хо не понимал, что именно. Хотя сейчас его пугало всё в Феликсе. Но он всё же признает, что парень был красив и даже немного не похож на типичного корейца. Но может и была в этом его обворожительная черта? — Я здесь около года или двух. Уже не помню. Сбился со счёта, — кивает Феликс и залезает на подоконник, удивляясь тому, что вообще ответил на вопрос парня. — Когда попал сюда, то думал, что я умру сразу же на месте, а Вампир оказался хуже. Он мне такое испытание устроил, что оно до сих пор во мне сидит, а мне болью приходиться давиться, — Минхо замирает, слушая с интересом и пытаясь понять, что же за испытание дал Феликсу этот Вампир и почему болит? «Болеть может от чьей-то смерти, » — думает Минхо, губы кусая. Вредная привычка, от которой он никак избавиться не может, хотя пробовал сотни или тысячи раз. Феликс взгляд парня замечает и усмехается. — Я не скажу больше ничего. Сейчас тебе принесут сменную одежду и ты пойдёшь обедать. Уже время — на часы смотрит, задумчиво кивая. — к обеду подходит. Опаздывать нельзя, — Спрыгнув с подоконника, он направляется прочь из комнаты, сказав двум девушкам, чтобы принесли одежду для Минхо. Ликс сам не понимал своих слов и поступков. Для чего рассказал парню это? Он сам не знал. Нет, ему не надо, чтобы его жалели. Вероятно он хотел просто высказаться? Не пойдет же он к Вампиру со словами «ты сломал мою жизнь, чудовище». Иначе это чудовище пасть вокруг его шеи сомкнёт и горло перегрызёт, в крови искупается и радостный тело в кислоте утопит, чтобы никто не знал, что Ли Феликс рядом с Вампиром был. Приходит Минхо в сопровождении тех же двух девушек и его взгляд сразу за парня цепляется, который сидит во главе стола и что-то пишет в своём телефоне с непроницаемым выражением лица. Блондин медленно взгляд на пришедшего поднимает, девушкам кивает, на что они сразу же удаляются, а сам на стул взгляд переводит и Хо говорит мысленно «садись». Но это выглядело всё настолько величественно, что Минхо сразу же послушался, будто заворожённый наблюдая за ним. Это и есть Вампир? Это и есть его смерть? Парень не сразу замечает, что на него тоже пристально смотрят, рассматривают, недостатки вынюхивают и кровью наслаждаются. Минхо выдыхает судорожно и слегка проводит пальцем по своему горлу, где Феликс так и не обработал рану, потому что, как он сказал, этого у них не имеется. Умирать — так умирать? Умрёт ли Минхо с честным и сильным сердцем или будет плакать и просить, нет, умолять, о том, чтобы его не убили? Он пока не знает, но надеется, что не второй вариант, потому что тогда он свою, итак собранную по кусочкам, гордость вновь сломает, а лечить уже будет нечем. — Ты Ли Минхо? — чужой голос сквозь пелену доносится, сквозь мысли всё же прорывается и в таком идеальном тембре звучит, что Хо ловит себя на мысли, что этот голос звучит красиво. Или он точно также сходит с ума? Вампир крутит в руке телефон Минхо, а в другой держит бокал с вином, делая небольшие глотки. А вино такое красное, словно кровь, и так на губах остаётся. Вампир есть Вампир, и здесь уже все бессильны. Ли кое-как кивает на вопрос парня и взгляд вниз отпускает, чувствуя, что зря отказался от пачки рамёна, которую вежливо протягивал Ликс. Потому что здесь столько много сладостей и вкусностей, сколько у них дома на столе ни разу не стояло. Даже когда был жив отец. Парень напротив замечает это и слегка усмехнувшись, подталкивает к Минхо какое-то блюдо, чьего названия он не знал. Осторожно наклонившись, он слегка вдыхает запах, подумав, что там мог быть бы яд или ещё какие-то таблетки, но пахло вполне себе обычной едой. — В этой еде нет отравы. Если бы хотел, то Феликс тебя бы убил с самого начала, — усмехается, читая страх в чужих глазах, которое быстро за холодностью прячется. Он заинтересованным взглядом по парнишке скользит, отмечая насколько тот худой, несмотря на то, что не из Сильхома, и кивает самому себе. Минхо всё же пробует еду и удивляется такому странному, но очень взрывному, если можно так сказать, вкусу. Если и думать о смерти, то в последнюю очередь. — Ах да, — голос парня выражает наигранное сожаление, отчего Ли становится резко немного не по себе. — забыл представиться. Меня зовут Чан, но как ты должен понять, я тот самый Вампир, которого все люди до сих пор продолжают проклинать, — и улыбается обворожительно, клыки обнажая, а Минхо будто чувствует, как по его шее кровь бежит, ритмично по белоснежному полу ударяясь. Нет, так обычные люди не улыбаются. С каким-то удовольствием и чем-то ещё, отчего у парня дух захватывает и как дышать он тоже забывает. — Не скажу, что рад знакомству, — кое-как голос восстанавливает, заставляет слова не дрогнуть, держать себя в руках. — Но, возможно, будь это в более приятной обстановке, — он замирает, замечая как Вампир взгляд на него поднимает, холодом обжигает и так вот расплавляет, словно не он должен пустить клыки в ход. Но Чан усмехается, как-то даже по доброму, словно он отец, а его глупенький сыночек допустил какую-то ошибку. Минхо неуютно под этим взглядом, отчего он и старается не встречаться глаза в глаза с ним. Он рассматривает потолок, стол, даже свои руки, но на Чана не смотрит, боится сразу же свою жизнь потерять, хоть внешне этого и не показывает. Руки дрожат и он это старается скрыть, вцепляясь пальцами в края пиджака, сжимая его сильнее, чем хотелось бы. — Хм, нужно было попросить у Феликса, чтобы отрезал твой острый язычок, солнце, — улыбается лживо, травя всё живое этой самой ложью, а Ли только и может, что задыхаться, медленно и равномерно стараясь воздух в лёгкие пустить. — Так почему сразу не отрезал? Этот язычок не знает ничего, — вздёрнув слегка голову, он собирается встать, но его сразу же прижимают к стулу, прямо вдавливая в твёрдую поверхность, за подбородок хватая, заставляя прямо в глаза смотреть и взгляд не отводить. — Потому что думал, что ты, мой котёночек, не глупый мальчик. Как оказалось, к сожалению, ты не оправдал моих ожиданий, — говорит Чан, рассматривая его лицо, стараясь запомнить черты и улыбаясь мысленно. Он чем-то похож на него. Такой же маленький и глупенький. Только там был лисёнок с мягкими лапками, а тут котёнок с коготками. Усмехнувшись на свои мысли, он хочет отойти, но чувствует, как парень в его рубашку вцепился, не давая отстранится и резко бьёт по голове бутылкой из-под вина. Чан тихо шипит, отступив, потому что хотел убрать эту бутылку к чертям. Осколки бутылки летят на пол, а вино расплескалось и на полу, и на рубашке Чана, впитываясь в мягкую ткань. Минхо, который сам растерялся своих действий, быстро подскакивает и выскальзывает в первую попавшую дверь. Посмотрев по сторонам, он понимает, что выход от него был всего лишь в двух шагах — рукой подать. Нужно было бежать. Да и сознание только об этом и кричало. Рванув вперёд, он несётся, не разбирая дороги и стараясь не сбить и не врезаться в кого-то или во что-то, потому что если Вампир сейчас гонится за ним, то ему конец. Он забегает в переулок, стараясь отдышаться, но ему не дают, затаскивая в кафе, возле которого он остановился. Ли замирает очередной раз за день, боясь, что это Вампир и что он его сейчас убьёт за такие действия. Готовясь к своей смерти, он не думал, что она произойдёт так быстро. Вот только чего-то не умирается. Минхо переводит взгляд обратно и удивляется, когда видит не того, кого думал увидеть. Парень перед ним был очень милой внешности. Как милый цветочек. Ли усмехается на такую ассоциацию парня с цветочком, но ничего поделать не может. — Если Вы убегаете, то улица — не лучшее место, чтобы спрятаться, — усмехается тот, кивая на столик. Минхо качает слегка головой на приглашение сесть и прижимается спиной к холодной стене. В голове полный бардак, мысли никак собраться не могут, летают, резвятся, в сознание парня врезаются, бьют набатом и отпечатки оставляют. Ли не хочет зацикливаться на своих мыслях, никогда не хотел. Но почему Вампир вызвал в нём эту давно забытую функцию Минхо, который не хотел цепляться за отголоски прошлого, за все эти мысли о Сильхоме? Сильхом не только город убийц, но и самоубийц. Информация, конечно, не протекает в СМИ, но это итак можно было решить, ведь выжить в таких обстоятельствах не каждый сможет. А Минхо это снова пережил, запомнил, и его сердце новой трещиной покрылось, а пулю сам Вампир пустил, не жалея патрон. Ли вспоминает, как сам чуть ли пулю не пустил, когда нашёл под подушкой мамы пистолет. Она боится. Боится, что никто не выживет и не верит никому. Этому она и Минхо учила, повторяя, что будущее — зло, будущего — нет и не будет. Была ли права женщина? Минхо правда не знает, но подозревает об этом. — Так Вы и правда бежали? — Минхо поднимает взгляд на своего спасителя, если так можно назвать незнакомца, и всё же кивает, отпуская взгляд, стараясь опять не погрузится в свои мысли. — Может хотите кофе? — Ли задумчиво смотрит на свои руки и кивает. Да, кофе ему не помешает перед смертью. Оттолкнувшись от стены, он собирается сделать несколько шагов вперёд, но на его плечо кладут руку, останавливая, а заметив переменившееся выражение лица незнакомца, его сердце просто разбивается. Вампир был здесь, прям в затылок носом упирался, сдавливая чужое плечо чуть ли не до треска. — Он, увы, не пойдёт с тобой, — Вампир усмехается привычно и тянет Минхо за свою спину. Позади стоит охрана, но Феликса не было, отчего Минхо становится только хуже. Чем мог заниматься Ликс, если не… Уджин и мама? Сколько ещё раз его сердце должно разбиться за двоих любимых людей? Столько, сколько понадобится? Нет, рано или поздно, но момент его наступит, и разбившееся сердце никакими средствами и лекарствами не восстановят. — Очень жаль, а я надеялся на его приятную компанию, — Сынмин печально вздыхает, прожигая взглядом Чана, который успел забрать всё веселье и того парня, который был бледнее смерти и за его спиной прятался. Сынмин узнает об этом новом щенке у Вампира обязательно и Джисону доложит. Нужно знать все слабые стороны своего врага, но даже если этот Котёнок и не окажется той самой слабой стороной Чана, то можно использовать его и в других местах. Учитывая, как он страх и отчаяние отлично прячет за маской холода и непоколебимости. — Ну тогда ладно. До встречи, — усмехнувшись, нарочно на Минхо посмотрев, Сынмин направляется обратно к своему месту, стараясь не сорваться, оружие не вытащить и не выстрелить. Он знает, что это подло, но он не хочет, чтобы Хан погибал. Ким знает, что его босс сильный, но сейчас он осознал, что Чан является очень опасным для них, потому что большая половина того, что они о нём знают, так это непроверенная информация. Заметив, что Чан и Минхо ушли, он быстро идёт к Мазерати, на ходу набирая своего информатора, чтобы он достал информацию о Ли Минхо в кратчайшие сроки, дав ему час на поиск информации, а пока направляясь к дому Ли, решив навестить его маленького братика. Минхо жмётся к дверцы машины и создаётся такое впечатление, будто он сейчас просто откроет её и выпрыгнет, наплевав на все. Потому что страшно, когда Чан вот так вот на огромной скорости объезжал все машины, сжимая руль. Ли старается отвлечься, думая о чём угодно, но не о злости Чана на него и как тот с радостью бы разбил его лицо о эту же самую дверцу. Хотя нет, он бы взял другую машину, чтобы не пачкать свою любимицу чужой кровью. Минхо бы и сам себе лицо разбил за такой поступок, но свою холодность терять не хочет. Чан молчит, лишь сильнее сжимая руль. Будто он его сейчас оторвёт, и лучше бы Минхо вообще не дышать с ним одним воздухом, потому что он запах своей крови точно уже чувствует. — Я говорил о том, что отрежу тебе твой язык? Я передумал, — резко говорит Вампир, пугая Минхо своей неожиданностью и всё таким же непонятным выражением лица. Тот сворачивает обратно к дому, заезжая в ограду и двери сразу же закрываются за машиной. — Твой язык будет мне информацию добывать, — он заглушает мотор и смотрит на парня, выгибая бровь. — А если ты против, то отдам тебя в бордель к Псу. Он любит таких мальчиков, и мой подарок тоже примет, — усмехается, на прокушенную Феликсом губу надавливает, и отстраняется. — Я тебе не враг, если ты будешь дружить со мной, — говорит, но Минхо понять не может: лжёт или правду говорит? — А теперь брысь из машины, котёнок, и приведи себя в порядок. * * * А в доме Ли посередине гостиной стоит Феликс, обнимая маленького напуганного мальчика, чьи глаза были наполнены слезами. Вокруг валялись человеческие части тела, а весь ковёр и диван был залит полностью алой жидкостью. Стоило только Уджину убежать за своими рисунками, как он лишился матери, но благо Феликс, который хотел забрать этих двух, успел спасти психику мальчика. Уджин дрожал, прижимаясь к Феликсу и боясь даже всхлипнуть. Голодные шибайцы напали на дом и просто съели мать Ли, растерзав её тело на мелкие кусочки. Феликс морщится в отвращении и подняв мальчика на руки, выходит на улицу. Тот доверчиво льнет к парню, доверяя свою жизнь и Ликс впервые боится раздавить это маленькое, чужое для него, сердечко, которое рвано бьётся, в бешеном ритме заходясь постоянно. Он боится сжать сильнее, потому что тогда этот хрупкий предмет разобьется в его руках. — Я Феликс, малыш, и я не причиню тебе вреда, — шепчет, поглаживая мягко мальчика и усаживая в машину. Захлопнув дверцу машины, Ликс внимательно смотрит в один закаулок, где стоит знакомая Мазерати и, ухмыльнувшись, он садится в машину, заводя мотор. Он ослушался приказа Чана, потому что если бы он не спас ребёнка, то они бы потеряли Минхо. И Сынмин явно уже что-то об этом знает. — Я отведу тебя к твоему братику, а про мать забудь, — и машина, с яростным скрипом шин, срывается с места, пока к дому не подоспела полиция, схватив шибайцев. Уджин, вытирая маленькими кулачками слёзы, смотрит в окно, жалея, что так мало побыл со своей мамой, жалея, что покидает их законный дом. Что же с ним будет? Отвезёт его этот Феликс к Минхо или нет? Столько вопросов, но ни одного ответа. Прикрыв глаза, Уджин старается отвлечься и все же засыпает, впечатлённый этими событиями. В один день жил, а в другой день потерял почти всё, почти всю свою семью и почти всю свою жизнь.