Silheom

К сожалению, Минхо не смог убежать от Вампира, провалив одну свою попытку, и если в этот раз он его поймал и сжалился, то в следующий — точно убьёт, наплевав на то, что обещал. Хо ночью не мог уснуть: ему постоянно мерещились какие-то картинки, как он бежит от кого-то и тяжёлое дыхание где-то рядом. Вскочив с кровати вместе со своим новым будильником под имени «Ли Феликс», который чуть ли дверь не выбил, разбудив парня своим голосом и как раз таки этим шумом. Минхо еле садится на кровати, стараясь игнорировать желание — лечь обратно и уснуть сном. Желательно вечным. Ликс что-то говорит о собрании, но Минхо его, конечно же, не слушает, думая, как же он влип во всё это дерьмо по уши. Его терзала лишь одна мысль сейчас, пережимая горло своими руками. Страх. Этот страх его вновь облепил и не даёт двигаться дальше, двигаться вперёд. Этот страх за Уджина, который, как сказал Феликс, был здесь, и пока спал. Минхо себе места не находит, хочет брата увидеть, но если бы он не сбежал, то, возможно бы, увидел. Феликс, наблюдающий за мысленными метаниями парня, лишь усмехается тихо, посматривая на ключ в своей руке и не решаясь его отдать. Чан сказал, чтобы все же дали Минхо повидаться с братом, но Ликсу так хотелось немного поиграть, что он сейчас и делал, нагло улыбаясь. У него никогда не было братьев: ни младших, ни старших, но то странное чувство, что он испытал, когда обнимал Уджина, было непередаваемо. Дети управляют сердцами взрослых? Скорее всего именно так. Минхо падает на кровать и тихо стонет от бессилия. Мысли в клубок превратились и он никак найти не может нужную ниточку. Вообще ему нужно узнать, когда от него избавятся, но вот честно, мысли не о том. Мысли не про то. Поел ли Уджин? Плачет ли он по маме? Что с бедным ребёнком? Хо может лишь гадать и надеяться, что ни один из вариантов не будет верным. Феликс сказал ему о том, что шибайцы съели всю семью парня, не считая ребёнка, ведь его он спасти успел. Ну и потренировался заодно, умолчав об этом. Тела только падать и успевали. Феликс ведь и правда не мог больше ничего сделать. Умершего не вернуть. И все сильхомцы через это прошли и не раз. Но Минхо сожалеет, что не мог быть в тот день рядом. Что было бы, если бы он не побежал от пса, а задобрил его? Сложилось бы всё так, что теперь он ввязан во всё это дерьмо с наркотиками, деньгами и оружием? Возможно он бы сейчас сидел дома, смотрел, как за окном идёт дождь, рядом трещит камин, а на его коленях лежит Уджин, уснув под очередную сказку. Уджин бы так и продолжал представлять себя на месте этих маленьких героев, слушая брата, и во снах храбро сражаясь с монстрами, которые его старшего брата ночами пугают. Только для Уджина это было тогда просто монстры, но сейчас он их сам познал, вкус ощутил, но лучше бы не чувствовал этого никогда. Мама бы продолжала печь вкусные пироги и иногда садясь рядом со своими мальчишками, обнимая и по выходным смотря с ними фильмы или мультики, даже если очень хочет спать. Минхо когда-то это сильно обижало, потому что здоровье беречь надо хотя бы ради сыновей. Хотя чаще всего хотелось дать маме подушку, уложить на кровать и укрыть одеялом. Вот и Минхо места найти себе сейчас не может, весь на нервах. Сейчас вновь в мыслях утонул, думая о Чане и его образе, который встал перед глазами Хо и никак уходить не желал, взглядом прям и говоря «останусь, помучаю, а потом убью». Хо было страшно, он не спорит. Но ему было страшно за свой поступок. Он и не думал, что сможет кого-то ударить, тем более бутылкой по голове. И тот ещё парень в кафе. Чан так на него негативно отреагировал прям, что Минхо немного не по себе от этого. Может они знакомы? Конечно, ведь так незнакомцы друг на друга не смотрят: с ненавистью, с чем-то глубоким, с тем, что заставило Минхо отойти подальше от них, потому что между ними был огонь, который разгорался в пожар. Возможно они враги, так как большинство людей были настроены агрессивно. Феликс всё же наконец встаёт, отвлекаясь от своего занятия и отвлекая тем самым Минхо. Кивнув ему и отдав ключ, парень выходит из комнаты и направляется к боссу. Чан наверняка занят тем, что придумывает какие-нибудь планы или ходы. Феликс никогда в этом не участвовал, потому что это давалось ему очень тяжело. Да ещё там и использовались такие слова, которые парень никак не мог выговорить без единой ошибки, заставляя после Чана подшучивать над самим собой. Постучав в дверь кабинета, он спокойно проходит внутрь, застав Чана за столом. Всё так, как и предполагал Ликс: Чан сидит за столом и что-то печатает на ноутбуке, иногда отпивая кофе из чашки с милым рисунком, которую подарил ему австралиец в прошлом году. Улыбнувшись тёплому чувству внутри, Ликс сел на стул перед парнем, внимательно следя за ним, а после нехотя прерывая такую уютную тишину: — Ты что-то задумал, ведь так? — внимательно за ним наблюдает, синяки под глазами от недосыпа замечая, себе напоминая, чтобы давал ему успокоительное, а лучше снотворное, и вновь стараясь больше внимания обращать на эмоции, чтобы понять: лжёт ли Вампир иль нет? — Думаю, куда бы Минхо запихнуть. Ему те действия просто так с рук не сойдут, — кивает и вновь пронзает ноутбук взглядом. Пытается сосредоточить внимание и не думать больше ни о чем и ни о ком, кроме Минхо. Но будто на зло он не мог этого сделать, постоянно уплывая в свои мысли и стараясь вынырнуть из этого омута памяти. Помните, Сынмин думал, что Джисон его тьма? А кошмаром Чана является родственник этого мрака, отчего на душе ещё хуже становится. Да и последние слова, которые он говорил, сейчас на сердце выжженны, огнём пылают и хозяина с ума сводят этим, завывают. И почему такое не может забыться? Почему люди так быстро привязываются к другим? Для чего? Почему не дано функции стереть человека из жизни, чтобы ты никогда о нём больше не думал? Конечно, за пределами Сильхома такие приборы есть, но безопасно ли они? Нет. Они имеют много последствий, и весьма, скажу я вам, трагичных. А Чану пока рано в мир иной, поэтому он старается забыться. Хоть в работе, хоть в наркотиках, хоть в этих делах — плевать, либо бы не думать о человеке, укравшим его всего. Феликс замечает смешанные эмоции на чужом лице и понять пытается, чего так Чан напряжен. — А ты чего здесь? Проверил мальчишку? — Я просто решил посмотрел как ты тут. И да, я проверил мальчишку. Он более менее в порядке, — Феликс выдыхает тихо, вставая и начиная ходить по кабинету. Единственный из банды Чана, кому это позволялось. Феликса сначала вообще никто не принимал и не понимал из-за разницы в языке, но потом, как сказал Чан, нужно добиться уважения. И Ликс это доказал, его приняли, его назвали лучшим, только не было азарта в глазах, тогда был первый страх за свою жизнь. Но сейчас, проживая полтора года с самим бесом, он понимает, что бояться нечего. И смерти тоже, потому что он прожил свою жизнь хоть и в Сильхоме, но достойно, и встретит смерть с почестями и высоко поднятой головой. — Ладно, пойду готовиться к встрече. Минхо тоже готовить? — сразу же отреагировал на кивок, уходя из комнаты, тихонько прикрывая дверь. Чан откидывается на спинку стула, скривив губы в подобие улыбки. — Надеюсь его там не будет, — Чан и не думал, что какой-то мальчишка займёт его мысли и одной лишь улыбкой и лисьим прищуром влюбит в себя.

* * *

День к вечеру подходит очень быстро и почти незаметно. Феликс пытается отвлечь Минхо от мыслей, потому что ему тоже нужно будет выйти в свет, а поэтому они играют в разные настольные игры, один раз сходив к Уджину, проверив, что он делает. Минхо думал о чем угодно, но мысли возвращались к вечеру, который уже подходил с неимоверной скоростью. Он выдыхает, прикрывая глаза, не реагируя на голоса девушек, слушая своё бешеное сердцебиение, которое уже не могло успокоиться, иногда даже не давая парню дышать нормально, давя на грудь и болью отзываясь в висках. Минхо знает это волнение, но в этот раз не может совладать даже с дрожащими руками, стараясь чем-то занять себя. Такой страх часто бывает у него: он раньше часто выступал на небольших, мини-концертах, где не мог успокоить свои нервы, хотя ему все говорили, мол, все хорошо. Минхо лишь кивал и его начинало заново трясти по новой. Но никакое выступление не сравнится с Сильхомом. Феликс даёт ему конфеты, выдыхая и болтая с кем-то по телефону, явно договариваясь о встрече или же об этом вечере. На улице впервые за последний месяц светило мягко вечернее солнце, приятно обогревая своими последними на этот день лучами, будто обнимая, утешая. Минхо понемногу успокаивается, переставая вечера так сильно бояться, но иногда подрагивая от этого. Что за мысли в голове Чана? Почему у Минхо нет способности читать чужие мысли, вернее мысли одного человека? От этого только худо становится, что даже еда в рот не лезет, ком протолкнуть не может, а силой пихать в себя еду — плохой вариант. — Через несколько минут тебе нужно будет переодеться, — кивает Феликс ненароком, произнося так, будто о погоде говорит, а для Хо это целая трагедия, где он погибает, а Чан выхватил, как говорится, счастливый билет. Счастливый билет — это очень важно, но, по-моему, не в случае с Минхо. В любом варианте событий он останется ни с чем, а Чан будет лишь наслаждаться представившимся зрелищем и тихо аплодировать. Минхо от этой картины вновь не по себе становится, сердце в пятки уходит, а желудок будто скручивается. Он прикрывает глаза и старается успокоить расшатавшиеся нервы. Но вместо того, чтобы искать какие-то мысли или идеи чего-либо, Феликс просто отдаёт парню плеер и уходит готовиться к вечеру. Нужно ещё Чану сказать обо всём, так что у Ликса дела и только дела. Ровно к семи стали съезжаться разные криминальные люди на дорогущих, особенно для Сильхома, автомобилях, и Минхо не удивился бы, если бы на таких и сам президент ездил. Машины на колёсах сейчас как раз-таки не в моде, но такие модели, как Ламборгини, Бугатти, Порше и другие, до сих пор имеют очень высокую цену и считаются самыми почетными ещё с начала двух тысячного года, когда только начался век технологий. Тогда люди и мечтать не могли о таких машинах, но потом производство пошло так, как нужно. Потом люди мечтали о роботах и они их тоже сделали, но только Минхо помнит, как они его пугали с самого с детства своей холодной кожей и пустыми, без каких-либо чувств, глазами, а учитывая их мало обеспеченную семью, то родители не покупали себе робота-помощника. Искусственный интеллект везде, но вот в Сильхоме есть то, что отличает Сеул, да и другие города и страны ото всех. Это то, что там сохранились старые традиции отмечать праздники под типом Чусока, машины на колёсах, дома не из прочного стекла, а обычные, какие были в начале века, немного этажей и совсем нет роботов. За это столетие многое изменилось, во многом люди продвинулись, и как-то горько осознавать, что вместо человека на сцене выступает робот, который просто не может передать текст песни ни эмоциями, ни интонацией, ничем. Минхо отвлекается от своих раздумий, когда рядом встаёт Феликс и подает бокал с вином. Ли никогда не пил, никогда не был на таких встречах, и никогда не чувствовал столько взглядов на себе. Ему было очень неловко, учитывая, что все его звали не по имени, а как шавкой Чана. Обидно. Но обиду легче запихать куда подальше, чем доказывать этим людям о не правдивости их слов. Тогда он просто в пустоту говорить будет, себя ещё больше унижать, а пока он с Чаном — нельзя допустить того, чтобы он в нем разочаровался ещё больше и просто задушил ночью. Тихое рычание автомобиля на улице вновь сбивает Минхо с мыслей. Тот подъезжает к дому самым последним, и Минхо от чего-то замирает, наблюдая краем глаза за Чаном, который в этот момент с кем-то разговаривал. Немного успокоив свою панику, он отводит взгляд, но тут же поднимает, когда дверь с громким стуком открывается, ударившись о тяжелые стены. С таким ударом можно и человеку лицо разбить запросто. В проёме стоит парень, что выглядел, словно он какой-то ангел. Ангел смерти? Сколько их Минхо ещё встретит? Справа от незнакомца стоял тот самый парень из кафе, в которое забегал он, пока убегал от Чана, и кажется, ему становится понятна реакция обоих друг на друга. Джисон ленивым взглядом осматривает знакомую толпу, отмечая появление Феликса и какого-то парня рядом с ним. Чан опять себе завёл шавок, а учитывая недавние его личные обстоятельства, то, возможно, даже шлюх, а не просто помощников. Джисон усмехается на свои мысли, рассматривая открыто парня. Ему понравился этот взгляд: лёгкий испуг сменился холодом и каким-то презрением. Джисону нравится, он бы посмотрел, как ломается этот парень, как сдаётся и в отчаянии утопает, если уже не утонул. Чан обменивается с Ханом лишь лёгким кивком, ближе не подходит, наблюдает, понимает, что план был не такой уж и провальный, ликует мысленно и улыбается уголком губ. Сынмин усмехается, замечая взгляд Джисона и на кого смотрят, взгляд переводит. Подходит ближе и тихо шепчет: — Как вижу, все же не успел, — улыбается так, будто он старый знакомый Минхо, и в сторону отходит, оставляя парня с мыслями о том странном человеке и о том, в чем же он не успел. Чана Сынмин и так видел, так в чём не успел Ли? И эти взгляды со стороны постоянно обжигали его кожу. Для Минхо собрание проходит прям как в тумане, где дальше носа просто не видишь. Тот парень был как запретный фрукт для Евы. Но насколько запрещён этот фрукт? И запрещён ли вообще? Минхо стоял чуть позади Чана всё собрание, даже не слушая, избегая прямых взглядов прямо в глаза, игнорируя всех, кроме Феликса, иногда вцепляясь в его руку. Но один взгляд прожигал так, что заметить его было просто невозможно. Незнакомец рядом с Сынмином смотрел хоть и не часто, но так пронзительно, что у Минхо мурашки по телу от его взгляда бежали. Кажется, Минхо тоже нужно бежать.