Плохое поведение

— Чем ты вообще думал? — кричит девушка на Федю, утыкаясь в сотовый телефон.       Резко подорвавшись, она кидает сотовый в угол класса, возмущаясь о том, что сеть пропала. Какое огорчение. — Я думаю тут и так понятно чем он думал. — ухмыляется Петя. — Чего вы пристали? Не виноват я! Он сам! И вообще, нечего такие юбки носить, которые задираются при малейшем поднятии ноги. — отвечает блондин, пряча глаза, как провинившийся котенок. — Кристина, ну я же извинился. К тому же, чего в этом плохого? — улыбается шкодливо Федя, поднимая глаза на девушку, которая встала со своего места в середину класса прямо перед партой.       Петя просто наблюдает за происходящим, замечая, что брат повторил за девушкой и тоже встал со своего стула и направляется в сторону Кристины со странным и довольно неуместным блеском в голубых глазах. — И чего ты ко мне идешь? Показать или похвастаться? Или может и то, и то сразу? — уже более смело спрашивает десятиклассница, почему-то пугаясь. — Да так, ничего особенного. Сама посуди. Дверь закрыта, поэтому в туалет я пойти не смогу. Остается только один вариант — ты! — говорит парень, ускоряя шаг. — Эй, поосторожнее, пожалуйста, я на такое не подписывалась. — пугливо отходит за соседнюю парту девушка, не отводя взгляда от парня. Он неумолимо быстро надвигается и ей приходится бежать. Только вот класс маленький и в туфлях на платформе далеко не убежишь. — О, ты побегать хочешь? Хорошо. Если надеешься, что у меня ЭТО, — он указывает рукой в сторону паха. — само пройдет, то ты очень сильно заблуждаешься. Думаю, ты сама понимаешь, что я догоню тебя, хоть мы и не в спортивной форме. Лучше сразу сдайся и разденься. — Ты знаешь, я все же попытаю удачу. — заигрывая, отвечает девушка, хотя страх нахлынул с новой силой. Кажется, эта игра набирает обороты.       Бегая по классу, задевая парты и некоторые даже роняя, молодые люди не замечают, что одноклассник заставляет их прекратить это безобразие. Эх, кто бы его еще послушал…       К счастью, идиллия эта длилась недолго. Кристина, не заметив угол парты, которую, делая прошлый круг, толкнул Федя, спотыкается и падает в сторону Пети. Но, чтобы избежать поцелуя с полом, она хватается правой рукой за ремень его школьных брюк. И казалось бы, что позор на этом закончился. Нет. Болван Федя пролил воду пока нес ее в ведре. Нога скользит по линолеуму и колено опускается на пол. Правая рука, до этого державшаяся за ремень брюк, непроизвольно соскальзывает вниз.       Кристина покраснела и теперь просто лежит на полу, введенная в заблуждение. Она и подумать не могла, что сегодня ей будет так стыдно. — Петь, прости. Я случайно. Это Федя виноват. — отводя глаза в пол, девушка просит прощение, которое не имеет смысла. Братья стоят с глазами, полными злости. — А чего это ты ему не влепила такую смачную пощечину? Мне ее явно не пожалела, хотя случилось это, кстати, непроизвольно, я не мог на это повлиять. А его ты спровоцировала. — Федя вне себя от злости подходит к девушке, лежащей на полу и подает руку, помогая подняться. — Пора исправлять ошибки и помогать нам избавиться от того, чему сама посодействовала.       Кристина стоит напротив Пети, глядя в его ошарашенные глаза. Ну да, с отличниками такое обычно редко случается. Через мгновение девушка ощущает у себя на талии руки, которые обвивают ее, прижимая ближе. Федя. Шею обжигает горячее дыхание, от чего она на секунду теряет контроль, прикрывая глаза. — Не бойся. Тебе понравится. — шепчет парень на ухо, заставляя покрыться все тело мурашками. — Говоришь, что я извращенец, пошляк, а сама-то и дня не можешь без мысли обо мне. — руки с талии постепенно начинают опускаться всё ниже, минуя линию пупка. — Я же знаю, что ты думала о нас. Хотела. Ты всегда так много времени проводишь в душе, так что даже не отнекивайся сейчас, не поможет. — левая рука проводит по животику вниз, доходя до основания черной юбки-карандаш. С губ девушки слетает томный вздох — она пытается что-то возразить, но язык словно обездвижен. — Федя… — полушепотом произносит Кристина, практически не раскрывая розовых губ, с которых еще не стерлась помада. — Не надо, пожалуйста. Я не хочу. — она опускает глаза в пол, медленно, но шумно выдыхая. — Всё в порядке. Мы не будем принуждать, ты сама попросишь нас об этом. — голос его не выдавал никакого волнения. Руки поглаживали низ живота, пока десятиклассница не стала мешать этому, убирая их. — Ну, Крис, я же знаю, что хочешь… Как тебе? — продолжает одноклассник, прижимаясь своим пахом вплотную к ягодицам девушки, вгоняя Кристину в краску.       Девушка слышит звук медленно расстегивающегося ремня позади неё. — Расстегни ему рубашку. — указывая на брата, стоящего впереди, произносит грубым голосом Фёдор. — Не надо, Федя, отпусти ее, так будет лучше… — вмешивается Петя. — Ты всегда их с собой носишь? — рядом с девушкой что-то глухо зашуршало и она автоматически, сама того не осознавая, перешла на кокетливый тон. — Нет, на прошлой перемене сбегал в аптеку, тебя увидел и понял, что другого варианта быть не может. — руки парня переместились на шею девушки и начали медленно расстегивать пуговицы одну за одной, постепенно дойдя до ложбинки на груди. — Федя, хватит, угомонись ты уже. Не надо ее трогать, видишь же, что не хочет она. Отпусти ее немедленно! — чуть повысил голос Петя на своего брата. Обычно он не отличается громким голосом, как и все стеснительные отличники, потому что у них это «заложено в программе». — Заткнись. Я тебя не заставлял заходить в этот кабинет. Тем более, она меня сама заводит. — рычал парень в ответ. — Федя, ну отпусти. Мы же одноклассники. — на последнем вздохе произносит девушка, начиная тихо постанывать, потому что парень, откинув прядь каштановых волос, кусает за мочку уха, заставляя прогибаться в его руках.       Не выдержав, Кристина разворачивается лицом к Феде, решив сдаться. Первым действием было соприкосновение их губ, он тут же взял всё в свои руки, нежно проникая в ее ротик своим языком. С губ девушки слетел облегченный вздох, после чего она обвила шею Фёдора руками, наклоняя к себе. От неожиданности парень случайно прикусил нижнюю губу одноклассницы, из-за чего она пискнула, давая знать о том, что это было не самым приятным действием с его стороны. Федя обнимает девушку за талию, медленно отстраняясь от ее нежных губ, переходит к шее, оставляя дорожку мокрых поцелуев. Кристина тихо постанывает от того, что творит парень с ее телом, она продолжает расстегивать пуговицы на блузке дальше, пока не доходит до крайней, срывая и кидая предмет одежды в сторону. На всё происходящее со спокойным лицом смотрит Петя, чуть отойдя в сторону, дабы не мешать процессу. Он не смел больше предпринимать какие-либо попытки отвлечь брата и заставить отказаться от этой плохой затеи, ведь если кто-то узнает их уж точно не похвалят. Тем временем пара продолжает свое занятие. Кристина помогает раздеться своему однокласснику, который в порыве просто срывает с нее черную юбку, пока она расстегивает его рубашку, оголяя плечи и кубики пресса чуть ниже. Всё это чередуется рваными поцелуями. Оба не выдерживают напряжения и сильного возбуждения, поэтому, сняв оставшуюся одежду оба остаются в нижнем белье. Федя, который на удивление быстро справился с застежкой бюстгальтера, скидывает его на парту и припадает к груди, беря один из сосков в рот и начиная его посасывать, вызывая новые стоны одноклассницы. Кристина зарывается в волосы парня, оттягивая назад каждый раз, когда становиться слишком приятно от его нежных рук и влажных губ, блуждающих по ее телу.       Со стороны доносится громкий вздох: Петя. Всё пытается что-то сделать, но тщетно, потому что брат закончит начатое во что бы то не стало. Федя стягивает боксеры, удерживающие возбужденную плоть, оставаясь в чем мать родила. Он берет половой орган и проводит по нему рукой, тем самым стимулируя. Кристина стоит рядом и просто наблюдает за его действиями, совершенно не осознавая, что сейчас происходит. — Ну что, ты готова, Крис? Или по-прежнему хочешь дать задний ход и сбежать о нас? — парень приближался к ней медленными шагами, пугая еще больше. — Я все равно не смогу выйти. И перестань уже играть роль маньяка в вечернем парке после дождя. — произносит Кристина, шумно выдыхая и пристально смотря в глаза однокласснику. — Вот и отлично. А теперь иди ко мне, как же я долго ждал этого момента. Ммм… — сорвалось с губ Феди.       Парень хватает Кристину за запястье левой руки, тянет на себя, заставляя их лица быть ближе. В глазах у обоих загорается искорка желания и через секунду губы сливаются в страстном поцелуе, в ходе которого девушка не упускает возможности раззадорить десятиклассника. Правой рукой он шлепает по ее ягодице, заставляя ее покрыться румянцем в форме ладони. — Мог быть более нежным, мне все-таки больно. — возмущается Крис на секундный, но такой вульгарный и неприятный жест. — Сейчас будет приятно, так что не напрягайся и лучше расслабься, потому что будет немного больно. Так ведь, Кристина? — ухмыляется парень, заводя ладонь между бедер девушки.       Федя разворачивает девушку спиной к себе и наклоняет к учительскому столу. Затем следует еще один шлепок, но уже по другой ягодице, заставляя прогнуться юную леди. Аккуратно раздвинув бедра одноклассницы, он проводит двумя пальцами по половым губам, ловя рваный вздох и голову, которая коснулась холодного стола. Чуть помедлив, он берет в руку свой член, проводит по нему вверх-вниз, повторяя так несколько раз, а затем проникает в девушку. Плавно и медленно он проникает глубже, замечая, как по щеке Кристины бежит одинокая слезинка, глаза ее прикрыты, на губах застыл молчаливый стон. — Прости, я не хотел делать тебе больно. — произносит молодой человек и наклоняется вниз, прижимаясь своей щекой к нагой спине одноклассницы. — Обещаю, больше больно не будет, Крис. — говорит парень, замечая кивок со стороны девушки. В его голове это действие было сигналом, который гласил о том, что можно он может начать двигаться, что боль, возможно, стихла.       Постепенно ускоряясь, Федя вдруг слышит кашель. Ах да, точно, про брата он совсем позабыл, да и как тут будешь помнить? За дверью были слышны чьи-то голоса, но разобрать слова было почти невозможно. С минуту подумав, кто-то вставляет ключ в замочную скважину, начиная поворачивать его внутри, чтобы открыть дверь. В глазах ребят смешались испуг и паника. Естественно, сообразить что делать дальше вовремя смог лишь Петя, который начал действовать раньше, прежде чем дверь в кабинет распахнется и троих десятиклассников увидят в таком свете. Парень подбежал к выходу из класса и вовремя схватился за ручку, до сих пор запертой двери. Разговоры по ту сторону были отчетливо слышны, стало ясно, что они принадлежат охраннику и уборщице Марье Васильевне, которая всегда убирает классы по истечению всех уроков. Снаружи два человека пытались всеми способами открыть дверь, но так и не смогли этого сделать по двум простым причинам. Во-первых, она была сломана, раз директор предупредил о том, что придет слесарь, во-вторых, дверь изнутри держал Петя, а он был сильным парнем, так что ему не составило труда оказать такую услугу своим одноклассникам, ведь на его репутацию этот случай тоже мог повлиять. — Вы прекратите, наконец, этим заниматься? Не могу поверить, что ты мой брат. — обращался Петя к Феде. — Как бы странно это сейчас не прозвучало, но до тебя по этому поводу никто не жаловался. — ухмыляется в ответ братец.       Петя уходит в конец класса, медленно обходит парты, мельком смотрит в окно, как бы игнорируя едва слышные стоны одноклассницы. Конечно, в глубине души он понимает что так нельзя, этого не должно быть, однако, другая его сторона почему-то хочет завладеть Кристиной. Сам он против этих мыслей, потому и пытается прогнать их, но с каждым новым стоном делать это все сложнее. И когда сдерживать себя не осталось сил, он крикнул: — Рожай быстрее, Федя! — это прозвучало настолько громко, что заставило вздрогнуть обоих. — Ты что, мне не дано. Это присуще только женщинам, например, Кристине. Да, Крис? — опять эта нелепая, но такая дерзкая ухмылка. — Боже, нет, только не от тебя, Романовский, так что закатай губу. — фыркает девушка в ответ, на такое замечание. — Не переживай, после первого раза не залетишь. Хотя я способен на многое, — подмигивает парень, делая движения бровями вверх-вниз. Тоже мне, великий соблазнитель. — Вообще-то есть риск забеременеть, хоть и не такой большой. — снова умничает Петя. — Я ведь не открывал энциклопедию. Откуда этот надоедливый, да еще и умный голос? — последнее Федя произносит с отдышкой и легким хрипом, затем следует рык, означающий только одно: он кончил.       Парень разворачивает тело девушки лицом к себе, затем обнимает и украдкой целует в уголок губ, после этого Кристина поднимает разбросанные вещи и начинает одеваться. На первый взгляд десятиклассница казалась потерянной, ведь раньше ей нравился Федя и она представляла все по-другому. Спустя полгода безответных чувств она переключила свое внимание на его брата, который иногда поглядывал на нее, даже пытался улыбаться, что плохо выходило из-за его серьезности. Стоя в конце класса Петя даже не заметил, как на плечи легли нежные руки, а его самого теперь обнимала девушка, на которую он так часто поглядывал на школьных переменах. Жар ее тела он чувствовал даже через рубашку, а дыхание около уха заставляло сердце биться чаще, но Романовский по-прежнему не думал себя сдавать. Кристина думала лишь о том, что раз уж ей выпал шанс остаться с ним в запертом помещении, надо воспользоваться им, пока не стало слишком поздно, и тогда она решала действовать; отрывает пятки от пола и едва касается Петиного затылка губами, отчего вся его кожа в ту же минуту покрывается мурашками, а с губ слетает вздох. Ее руки плавно перемещаются на его грудную клетку, скрытую под тканью белой рубашки, которая ему так к лицу. Одну за одной Кристина медленно расстегивает пуговицы на его рубашке, а когда доходит до ремня, то просто выдергивает края одежки, оставляя ее на плечах одноклассника. Она просит повернуться Романовского, но тот упорно ее игнорирует, потому что не хочет, чтобы Кристина видела его смущенное, покрасневшее от стыда лицо. — Расслабься и повернись ко мне, хочу сказать тебе что-то важное. — произносит она полушепотом, обхватывая его талию руками, после чего он наконец поворачивается к ней лицом, голубые глаза бегаю туда-сюда, из-за чего ей приходится переместить свои руки с его талии на лицо, обхватив ладонями щеки. В этот момент Петя понимает, что сдержаться и не сказать всего, о чем он сейчас думает, будет тяжело, когда она так смотрит в его глаза. — Не могу больше молчать, поэтому скажу тебе, что ты мне очень давно нравишься. — говорит ему девушка, ожидая дальнейших действий с его стороны, но он молчит, застыв в одном положении. Даже глаза, прежде не находившие себе места, сейчас абсолютно спокойны. — Ну и что же ты молчишь опять, как будто воды в рот набрал. Неужели ты не этого ждал? Говори уже, Петя! — доносится возмущенный крик брата с первой парты. — Кристин, тут такое дело, — замялся Романовский. — Ты… ты… — он так и не смог этого сказать, потому что опять вмешался Федя. — Хватит мямлить! Нравишься ты ему, Кристин, сильно нравишься и уже довольно долго. — Замолчи, Федя. — сквозь зубы произносит Петя. — Нет уж, сам виноват, — продолжает болтать Романовский. — я скажу ей все. Он нам с родителями все уши протрещал уже про тебя за целых полгода. Все лето возле твоего дома гулял, думал, что встретит тебя. Так долго решался написать тебе поздравление на день рождения… — Придурок. Какой же ты все-таки придурок. — говорит взволновано Петя, рвется в сторону брата, чтобы ударить, но в ту же секунду его губы накрывают нежные губы девушки, которая так часто привлекает его внимание своим заливистым смехом на уроках.       Мысли в голове перестают метаться из стороны в стороны, весь мир будто бы замер между ними двумя, и плевать, что скоро могут открыть дверь в кабинет, а за спиной что-то возмущенно кричит Федя, сейчас есть только они вдвоем. Кристина берет руки Пети в свои и кладет на свою талию, а сама теперь обнимает его за шею. И все бы могло продолжаться также хорошо, если бы дверь в кабинет резко не распахнулась и в нее не вошел директор школы вместе с уборщицей и слесарем, который и открыл дверь, за что ему отдельное «спасибо». Одноклассники отлетают друг от друга как ошпаренные, после чего Романовский начинает очень быстро застегивать рубашку и проклинать все на свете. Кристина хватает свою сумку, стоящую на одной из парт и выбегает из класса, напоследок шепнув Пете: — Мы обязательно должны закончить начатое. До завтра, мой отличник. — одноклассница целует Романовского в щеку и уходит, не обращая внимания на слова директора.