Джузо-кун..

— Отобрать плохие зерна… — Шепчет парень, выгибаясь на полу. — За ним волочится собственный кагуне безобразной наружности. Черные мышцы видоизменялись: они выворачивались наизнанку, рвали и восстанавливали собственные кривые отростки, потихоньку собираясь во что-то. Бурлили, надувались в пузыри, лопались и шевелились под толстой оболочкой из RC-клеток. До ужаса страшное, непонятное и невообразимо сильное концентрировалось в красных разрывах мышц и словно хотело вылезти от туда. — Оставить лишь лучшие… — Его тело прошибает судорога. По звукам, он кажется сломал пару собственных костей и порвал сухожилия. Парень выплевывает алый сгусток крови, скребет черными ногтями пол и нервно дрожит, словно его прошибает током. Следователи собравшиеся близ него не решались подойти, с непониманием разглядывая полугуля. — Что с ним? — Джузо поднимает куинке с тихим лязгом, оценивающе стреляя взглядом на парня. На лице Джузо появляется улыбка, а ладонь уверенно сжимает рукоятку косы. На коже чувствуется стягивающее чувство засохшей крови, но Сузую оно не беспокоит, в отличии от идеи о новом куинке. От мысли о возможном оружии из этого гуля никак не отделаться, и по телу уже разливается звенящее предвкушение от их будущего поединка. Сузуя осторожно ступает вокруг обезумевшего гуля и с восторгом замирает на месте, во все глаза рассматривая уже черную субстанцию, которая почти воссоздала свой новый облик. Теперь за гулем волочится огромное продолжение какого-то насекомого. — Повязка… Какуджа завершена на половину… — шепчет Амон, оттаскивая раненого Шинохару подальше. — Джузо, не вступай с ним в бой! — кличет Акира, но Джузо уже побоку ее слова. Сузуя чувствует в теле непомерную легкость и силу, и даже не знает в чьём. В своем ли — настороженном, напряженном как сжавшаяся пружина. Или же в чужом, таком совершенно непонятном, но безумно сильном. Его захватывает первобытный восторг. Такой сильный, чудовищно непонятный и интересный. Он, не чувствуя эмоций, взрывается хохотом и не обращая внимания на слезы в глазах, бежит в наступление. Джузо бежит к полугулю, его шаги гулко отражаются по огромной комнате-лаборатории, и со всей силы замахивается для удара. Следователь не замечает, как от гримасы его лица лопаются нитки под губой. Джузо плевать на это. Странный парень словно и ожидал удара: вмиг он оживает, и за секунду поднимается с пола, в момент отскакивает от Джузо на стену. Не теряя и секунды, он начинает бежать по ней, словно настоящая гигантская сороконожка, и заворачивает на Сузую, готовясь к атаке. Гуль взмахивает рукой и огромная лапа кагуне обрушивается на Рея. Джузо смеется, отбивая атаку и рассекая какуджу. Сделав сальто, он сам начинает нападать. — Я хочу еще! — Кричит Рей. — Больше!!! У Сузуи сердце бьется как бешенное. Он смеется, Джузо в истерике и даже не старается вытирать мокрые щеки от слез, которые выступают на глазах. Он хохочет и рыдает одновременно, и не понимает, почему ему вдруг стало так необычно. Так… Слишком переполняюще. Его одолевает буря чувств. Смятение, восторг, веселье, безудержное восхищение. Эйфория. Ему начинает казаться, что он умрет раньше, чем убьет этого гуля, ведь кажется, что его просто разорвет от эмоций. «Что же с тобой, Рей-чан?!» — спрашивает он у себя, но не слышит ответа. Вместо этого он ныряет головой под огромным куском кагуне, не давая себя задеть. Отбрасывая чужие удары и нанося свои, Джузо не может налюбоваться на своего противника. Джузо пожирает его глазами не хуже, чем самый голодный гуль свою жертву. Эта мощь, эта сила, отточенные движения и скорость… Сейчас это существо находится рядом с ним. Рей действительно может убить что-то настолько опасное и непредсказуемое? Омега думает, какой же куинке получится с этого гуля. Безудержно красивый, опасный и мощный — как и тот, из кого он будет сделан. Джузо практически чувствует фантомный вес нового оружия в ладонях. Он думает как обезвредить его так, чтобы можно было полюбоваться им вблизи. Рассмотреть каждую черточку на безумном лице, каждую царапину на теле. Потрогать выпирающие кости и прощупать выступающие вены. Провести с этим гулем последние секунды его жизни и ощущать как вместе с воздухом выходит и его жизнь. Он желает собственноручно выпотрошить его и хорошенько налюбоваться на его внутренности, ведь у этого существа они должны быть уникальны. Джузо теряет сколопендру из поля зрения буквально на секунду, как внезапно, его простреливает ударом в бедро. Сузуя чувствует как стекает по ноге собственная теплая кровь и прилипает к ноге ткань, пропитавшая ее. Следом из рук вылетает и Джейсон, а его лезвие разламывается на несколько частей и летит в сторону. Он задыхается от восхищения, дрожащими руками тянется к ножам под рубашкой, отбегая в сторону от щупалец какуджи и до безумия суженых зрачков полугуля. — Джузо! Я помогу тебе! — кричит девушка, с трудом подходя к нему вместе с Амоном, который помогал ей оставаться вертикально. — Мы поможем! — Не мешайте! — бросает Джузо, не отвлекаясь на товарищей. — Это мой куинке! Но не только он обращает внимание на следователей. Бывшая «повязка» тоже вглядывается в их сторону, а после слитым ударом кагуне пришибает их тела к стене. Амон успевает поставить блок, чтобы их не убили; но вместе с Акирой сползает вниз уже без сил. Правда, Котаро снова пытается подняться, опираясь о колени, но снова падает. Они и так ослаблены предыдущими боями, а в сражении со сколопендрой станут лишь лёгкой мишенью и обузой. Тот гуль безумным взглядом снова смотрит на Джузо и тараторит что-то. — А ты, какое ты… какое зерно? — Мелко трясется. Парень бежит к Сузуе, и несмотря на ножи, влетающие в грудную клетку и шею, приближается. Впрочем, сразу вытаскивая лезвия и залечивая раны. Омега не замечает, как гуль оказывается за его спиной и прижимается ледяным телом, обхватывая тонкими руками, и вгрызается в шею. От неожиданности Сузуя выдыхает сквозь зубы, и чуть теряет былой настрой. Сколопендра, не теряя ни секунды времени валит человека на пол, нависая над Реем и не расцепляет челюстей. Канеки чувствует как рот наполняется чужой кровью. До жути сладкой, вкус которой можно сравнить лишь с сахарным клубничным сиропом. Аккуратным, не приторным, но будто смешанным с алкоголем или наркотиками. Эта алая жидкость вызывала сильную зависимость, ему хотелось в разы больше. Джузо понимает, что в ближнем бою с гулем бороться бесполезно. Шею крепко удерживают чужие зубы, вцепившиеся слишком глубоко, руки заведены над поясницей, а в бедра врезались чужие острые колени. Он тяжело дышит, ощущая щекой неприятную шероховатость холодного пола и как потихоньку гуль высасывает у него вместе с кровью и силы к сопротивлению. Внезапно, давление челюстей потихоньку ослабевает, а после и вовсе пропадает. Рей пробует вырваться вперёд: ему претит унижающая позиция под гулем, но слышит угрожающее рычание и ощущает усилившуюся хватку по телу. Гуль часто вдыхает запах шеи и размашисто лижет причиненное увечье. Укус неприятно горит, будто ему раскаленной кочергой поставили клеймо. — Омега… — шепчет Кен, утыкаясь лбом в место кровоточащего укуса. — Повязка-сан… — Хочу сожрать тебя… — шепчет гуль. — Это ведь нормально, да? — хрипло смеется, с придыханием опуская нос к чужому плечу. — Нормально, повязка-сан, я ведь человек, а вы — гуль. Все гули хотят съесть людей. — Он царапается ключицей об осколок, который не заметил ранее. В голове проскальзывает мысль об его использовании и Джузо еле заметно распрямляет плечи. — Не-е-ет, это другое, — шипит сколопендра, усаживаясь на поясницу Сузуи. Отростки кагуне тянутся вместо ладоней Канеки и закрепляют руки человека крепче чем самые прочные наручники. Джузо пытается пошевелиться, но у него не выходит даже на миллиметр сдвинуться. Нет, он, конечно, мог бы сломать себе руки, но ножи удобнее ложатся между целых пальцев, а не искалеченных рук или ног. — Совсем другое. Мне нравится твой запах, мне хочется тебя съесть, но только затем, чтобы ты был рядом со мной. — Чего? — хмурится Джузо. Гуль срывает с него порванную и испачканную рубашку, разрывая ткань на лоскуты; вцепляется зубами в майку и не оставляет ее на чужом теле. Звенят ножи в карманах, которые еще не успели стать вытащенными. Джузо улыбается. Его до ужаса забавляет эта ситуация, но что будет дальше? Обезумевшее существо не спешит его прикончить. Хаотичный взгляд полугуля осматривает острые лопатки, ладони сами тянутся к чужой спине. Холодными руками он дотрагивается к такой же холодной коже и проводит прикосновениями вверх, по веренице позвонков. Слитым движением он переворачивает следователя на спину, который, не ожидая этого, внезапно ударяется головой. Гуль трогает нити, которые красивыми узорами расползаются по телу. И тут взгляд останавливается на длинной ране живота. Неровные чёрные стежки сшивают края окровавленного разреза на коже и не дают внутренностям вывалиться из чужого тела наружу. Видно, что ранение нанесено совсем недавно, возможно, полчаса назад. Но почему этот человек еще может двигаться, даже сражаться с ним? Он не понимает, что может находиться на грани смерти? Полугуль не сдерживается аппетитной для него картины, слизывает кровавые подтеки из-под нитей, жадно проходясь языком по краям раны. — Ты вкусный… — шепчет он, облизывая собственные пальцы и не давая парню под ним двигаться. — И ты омега. — Ну и что? — спрашивает Джузо, легко улыбаясь. — Ты все-таки съешь меня? — Нет… — рычат ему в кожу, посылая дрожь и в противовес собственных слов, смачно вгрызаются в перекат шеи и плеча. Джузо охает, ведь что-то изменилось. Этот укус не похож на обычные, когда от тебя пытаются отхватить кусок побольше, а что-то другое. Заставляющее выгибаться волной от новых ощущений, которых до этого он не знал. Зрачки Джузо расширяются и он сдерживает стон, спешащий вырваться из горла. — Джузо! — кричит кто-то, но слышно будто сквозь огромную прослойку. Все мысли о побеге давно выветрились, вместо этого он выгибается и скребет поломанными ногтями пол. Гуля с него сшибает поспевшее подкрепление CCQ, однако Джузо не спешит подняться, вместо этого он воет от прошившего чувства одиночества. Гуля рядом больше нет, но он нужен Джузо, чертовски нужен… Его куинке, его гуль нужен ему рядом, сейчас… Он дрожит, чувствует толчки от шагов пришедших людей, он чувствует звуки боя, ему невыносимо нужен его гуль рядом, чтобы тот прижимался как прежде, чтобы унял пульсирующий зуд в загривке, чтобы просто был рядом. …рядом.рядом.рядом.рядом… Сузуя пытается пошевелиться, встать и найти глазами безумного гуля, но не может. Получается лишь дрожать и конвульсивно дергать конечностями. Он ощущает как его хватают доктора, а от их прикосновений, таких ненужных, грязных, неприятных, хочется убить их. Вгрызться им в глотки, просто оставьте его здесь. Но его сознание просто затухает, Джузо осознает, что ему не хватает острого запаха железа, холода и дерева рядом. Запаха гуля. * * * Альфа поставил ему метку. Вот почему было так плохо без гуля, без его запаха и прижимающегося тела. Потому что он поставил ему метку, ведь гуль — альфа, а он омега. Гуль с чего-то решил сделать Джузо своей парой, это просто смешно. Осознавать эту мысль необычно и странно, ну и немного обидно. Ведь теперь от него пахло гулем, а не им самим. Это очень мешало охоте, все монстры расползались по углам и не показывались, несло от него знатно. И Джузо еще не обращает внимание на увеличение странных поглядываний на него сотрудников CCG. Джузо просил вырезать врачей этот участок кожи, который зарубцовывался, но нельзя, ведь тогда Джузо умрет. Шинохара после инцидента постоянно винил себя, с жалостью смотрел на омегу и сжимал губы от бессилия. Амон с Акирой тоже не сильно отличались от Юкимори. Ну поставил и поставил, неужели вся жизнь этим перечеркивается? Скоро запах гуля должен сойти, все будет как и прежде. Прежние задания, прогулки по ночному городу, конфеты и веселье. Правда, в рацион добавлялись еще пара таблеток, которые с завидным упорством впихивал в него Шинохара, но это можно перетерпеть. Как и постоянный зуд в укусе, и ноющие от боли внутренности, и постоянный поиск этого гуля, ведь Джузо ищет его по запаху. И ищет ищет ищет.

*

Он ищет, даже когда находится на волосок от смерти, даже когда собственную ногу отрубают, даже когда Джузо сидит и наблюдает за боем Аримы с настоящей, не поддельной Совой, он ищет, ищет взором, ищет по запаху. Тут же столько гулей, почему, почему тут нет его гуля? Потом Джузо жалеет, что искал, ведь нашедши, совсем не рад, как думал об этом прежде. Раньше хотелось поиграть, порезвиться, поговорить с ним по душам, пошарить по внутренностям, надышаться запахом и с наслаждением наблюдать, как из него медленно выходит дух. Сейчас оставалась простая холодная ярость, ведь сколопендра шел не к Джузо, а точнее, на выручку к псведо-сове. Но не получилось — Амон остановил его гуля ценой собственной жизни. А куда он делся дальше — неизвестно. Оба пропали.

* * *

Пока не появляется Хайсе. Джузо сразу узнал его, а когда впервые увидел — захотел прикончить на месте. Но он вспомнил про Шинохару, вспомнил о том, как мужчина часто приглядывал за ним и не позволял Джузо лишнего. Сейчас он лежит на холодной постели в больнице, находясь в состоянии комы. И Джузо больше некому остановить. Парень разворачивается и уходит прочь. В голове никаких мыслей. Даже нет вопросов о том, что гуль делает в главном офисе CCQ. Хотя… А ведь точно, какой-то слух о гуле-следователе уже ходил по организации. — Погоди! — Слышит Джузо в спину, но даже не замедляется. — Постой, пожалуйста!.. Чужая ладонь мягко, почти невесомо касается его плеча, желая остановить. У Джузо сразу срабатывает инстинкт: он выхватывает несколько скорпионов из-под рубашки и тут же подставляет их к горлу гуля, хватая его за лацканы светлого пальто. Глаза на лице симпатичного гуля широко раскрываются от страха; он сглатывает и сразу поднимает руки. — Прости, пожалуйста! Я просто заблудился! — Хайсе, конечно, провожали недовольными взглядами, но угрожали ножом впервые. А ведь Хайсе не желает заводить врагов! — Убери ножи, пожалуйста! — Ой, прости-прости! — Джузо медленно отпустил гуля, сладко улыбаясь; тот неловко отшатнулся и поправил одежду. Джузо почесал макушку. — Не люблю, когда подходят со спины. — Ладно, — парень глубоко вдохнул. — Что ж… Хорошо, что Хайсе не заметил, с каким трудом Джузо оторвал от его беззащитного горла лезвие. — Ты ведь новенький? Что гуль делает в CCG? Куда ты хотел идти? Я могу тебя проводить, — затараторил Джузо. Хайсе поднял брови. — Я… Если вы не заняты, конечно. Я не могу найти выход, редко бываю в этой части здания, — неловко ответил Канеки. — Я не гуль, на самом деле. — Да что ты говоришь, — с сарказмом протянул Джузо. — Тогда какого черта весь CCG треплется про «пробный проект» Аримы — введение гуля в организацию? — За словом в карман к тебе лучше не лезть, — вздохнул Хайсе. — Что ж, тогда вынужден согласиться. Но я все-таки полугуль. Джузо внутренне исторически смеётся и бьётся головой о стену, забрызгивая ее своими мозгами. В воображении он достает куинке и перерезает ему глотку, а после запихивает ножи так глубоко, как только может. В реальности он улыбается Хайсе, прощаясь с ним у выхода. — Спасибо большое. Извините, пожалуйста. Я очень невежлив. Меня зовут Сасаки Хайсе. — Джузо едва не перебил его и исправил на «Повязка-сан», но сдержался. ​ — Хайсе, значит, — протянул Джузо. — Очень приятно познакомиться. — Ещё раз спасибо. — Парень кланяется ему, а его улыбка настолько теплая, что Джузо никогда бы не поверил (если бы не видел сам), что эти губы способны безумно растягиваться в мерзкой ухмылке и обнажать зубы, которые могут прокусить твой затылок. Рей почесал зудящую метку гуля, скрытую воротником рубашки. — Я собираюсь в кафе. Не хотите составить мне компанию? — Что же ты там будешь делать? — Я закажу себе кофе. — Парень неловко улыбнулся. — А вы хотите чего-нибудь? — Мне нравятся конфеты, — поделился паренек. — Меня зовут Джузо Сузуя.

* * *

С этого момента начинается что-то странное. Они начинают общаться. Встречаются за одним столом на обеденных перерывах, ходят вместе в кафе (Хайсе благородно платит за Джузо тоже). Узнав о том, что Сузуя любит сладости, Сасаки начинает прятать конфеты у себя в карманах при каждом удобном случае. В разговорах Хайсе часто интересуется, как у Джузо дела, настроение. Спрашивает насчёт операций по гулям, иногда сам даёт некоторые советы, раскрывая неординарный ум в самых разнообразных отраслях. Но несмотря на это, Хайсе нуждается в поддержке, как рыба в воде: сам всегда просит советов, а иногда в нем проскальзывает малая толика неуверенности. Хайсе также спрашивает у Джузо о его выполненых заданиях, его опыте и мнении касательно каждого случая по гулям. Но они разговаривают не только о работе: очень часто Джузо с Сасаки болтают ни о чем и обо всем одновременно. Например, Джузо узнал, что Хайсе очень любит книги и читать. Сасаки рассказывал о понравившихся сюжетах и делился впечатлениями о прочитанном. Они сближаются и Джузо не замечает, как преодолевает грань «Хочу прикончить тебя» и переходит к «Когда мы снова встретимся?». У Хайсе даже поменялся запах с того самого момента, как он был повязкой и стал «Хайсе». Тогда, в разрушенной лаборатории гуль пах безумием, отчаянием и некоторой горечью, как полевые цветы. Но самая выделяющаяся нота — металлическиая кровь. Джузо сидел во главе пустого стола своей квартиры в тишине. Окно было настежь открыто, из-за него по квартире гулял жуткий сквозняк. Сквозь него можно было увидеть пейзаж ночного города с переливающимися огнями, яркими пятнами работающих офисов. Джузо до этого смотрел на это великолепие красок и размышлял, сколько гулей сейчас ходят по темным углам, не освещённым фонарями и светом из окон. Сколько боёв сейчас происходят без участия Джузо? Сколько людей найдут погибшими? И почему он сидит в своей пустой квартире, а не режет глотки монстрам?.. Но сейчас он сидел и держал в руках старый, потертый пропуск в университет. Как же давно он его украл… «Канеки Кен» Джузо все равно предпочитал называть его «Повязка» или «Сколопендра». Но сейчас хотелось называть его Хайсе. Что странно, Хайсе совсем не ощущался гулем; не ощущался чудовищем, которых обычно Джузо безжалостно убивал. Джузо никак не мог понять, почему Хайсе не имел ничего общего с тем безумием, в которое Джузо поверил тогда. Хайсе совсем не был похож на Повязку, но также и на Канеки Кена. Даже черты лица изменились… — Джузо. Омега улыбнулся, не оборачиваясь. — Ты хочешь, чтобы я называл тебя Канеки? — Сузуя улыбался так широко, насколько позволял рот. — Или повязка? Может быть, Сколопендра? Ему не ответили. — Прости. — Сразу после этого он ощутил тело за собой и руки, ложащиеся ему на плечи. — Я подошел сзади. — На этот раз скорпионов не будет. Одна из ладоней проскользила к пуговицами на рубашке и расстегнула несколько. Другая рука Хайсе сдернула с него воротник, открывая шею, а пальцы аккуратно коснулись шрама. — Я то думал, почему меня так несет от тебя… Почему так тянет? — Нос коснулся того места, где шея переходит в плечо. — Я никогда не чуял ничего лучше твоего аромата. Даже запах кофе просто мерк, когда ты сидел напротив меня и просто ел конфеты. — Парень шумно вдохнул. — Вспомнил таки нашу первую встречу? — Смутно. Только ощущения. Сначала голод, нескончаемый, бесконечный, а потом уродливое насыщение и запах крови. Потом злость, безумие, много противных, отталкивающих запахов. А потом ты… Что-то слишком приятное в том Аду… — Канеки прижался к нему всем телом, закрывая от остального мира. Руки переплелись — бледные, с яркими нитями и холодные, с чёрными ногтями. — Я больше не хочу убить тебя. Станет ли это проблемой в будущем?.. — Я не знаю. «Слишком многое предстояло пережить, прежде чем остаться в этой квартире вдвоем навсегда, — подумал каждый из них без грусти, но с ужасающей меланхолией и усталостью. — Где найти силы дойти до конца?..» Чёрные волосы без признака седины трепались от ветра из-за открытого настежь окна.