Повороты судьбы

Сразу же после Совета кланов им не удалось поговорить – слишком много людей было вокруг, а раскрывать свои отношения не желали ни Лань Сичэнь, ни Не Минцзюэ. Лань Сичэнь ощущал, что любимый сейчас все еще раздражен; тот не собирался прощать заклинателей клана Вэнь, но ярость не полностью затмила возможность мыслить здраво, и глава ордена Не великолепно понимал, кто же стоит за всем на самом деле. В последнее время среди заклинателей великих и малых кланов были слухи о том, что нужно бы выбрать кого-нибудь, кто сможет обеспечивать мир и процветание, следить, чтобы никто более не смел уподобиться ордену Цишань Вэнь в попытках получить абсолютную власть. Не Минцзюэ слышал об этом от своих адептов, имеющих знакомства с заклинателями других орденов. И если небольшие кланы воспринимали эти слухи довольно радушно, то из числа великих орденов лишь Ланьлин Цзинь не был ослаблен после войны. Юньмэн Цзян, возрожденный словно Феникс из пепла, еще слишком слаб, пусть даже его глава силен духом. Гусу Лань всегда держит нейтралитет, и старейшины вместе с Лань Цижэнем будут сильно давить на Лань Сичэня, если тот решит вмешаться, а собственный орден, Цинхэ Не – единственный, кто в состоянии сдерживать золотых пионов. …Вернувшись домой, Не Минцзюэ, к своему удивлению, застал брата тренирующимся – но нет, не с саблей. Клановое оружие все также лежало в покоях, а Не Хуайсан предпочитал другие виды оружия. Младшему было интересно узнать, чем закончился Совет кланов, и после ужина Не Минцзюэ все ему рассказал. Не Хуайсан согласился с мнением брата, что стоит настороженно относиться к амбициям Цзинь Гуаншаня, тем более что если раньше он никак почти не проявлял себя, опасаясь Вэнь Жоханя, то после войны начал все более активно пытаться влиять на остальных. — Расскажешь это Лань Сичэню? — поинтересовался Не Хуайсан, пробуя сладкий фрукт, привезенный из южных земель. — Конечно, — кивнул Не Минцзюэ. — Нужно предупредить, пусть клан Лань и старается держать нейтральную позицию. Лань Сичэнь хоть и глава ордена, но ему приходится считаться с решением старейшин и своего дяди. — В последнее время Лань Сичэнь научился быть главой ордена, — кивнул Не Хуайсан. — Но звание главы – всегда тяжкая ноша. — Знаю, — произнес Не Минцзюэ. — Мы оба справляемся со своими обязанностями, и я все сделаю, чтобы поддержать его. — Подари ему что-нибудь! — воскликнул Не Хуайсан. — Это покажет, что ты поддерживаешь его, и заодно сделает просто приятно. — О подарке я также думал, — Не Минцзюэ улыбнулся тому, что их с братом мысли совпадают. — Но вряд ли что-нибудь из оружия подойдет. — Даже небольшой кинжал? — младший брат включился в обсуждения. — Метательные дротики? — Лань Сичэнь не особо любит подобное, — ответил Не Минцзюэ. — К тому же у него есть Шо Юэ и Лебин для своей защиты. Подожди-ка… кажется, я знаю! — Самое главное, чтобы это твое «я знаю» не было из нефрита, — напомнил Не Хуайсан и тут же пояснил. — Это будет как лишнее напоминание о том, как их с братом называют, и вряд ли подобное понравится Лань Сичэню с учетом всего того, какое обязанности ложатся на обладателя такого титула. — Не беспокойся, — Не Минцзюэ поднялся на ноги. — И завтра будь на утренней тренировке, не придешь – сам притащу! Не Хуайсан спрятал улыбку, прикрывшись веером. Да, он уже успел соскучиться по общению со своим старшим братом; может, стоит попроситься вместе с ним поехать в Облачные Глубины, на совместную охоту орденов? …Лань Цижэнь выслушал рассказ племянника о Совете кланов очень внимательно. От расстановки сил зависело то, какую позицию займет сейчас орден Гусу Лань – останутся ли в стороне, как это было всегда, или же, поддавшись, поддержат один из орденов. Эта идея совершенно не нравилась Лань Цижэню, тем более что он был в курсе того, как Лань Сичэнь благоволит Ланьлин Цзинь и Цинхэ Не, орденам его названых братьев. Не меньше тревожила и вся эта ситуация с пещерным храмом и демонической энергией. Да, в библиотеке ордена были мелодии, давно уже не использовавшиеся, способные остановить демонов, нанести им поражение. Ланьлин Цзинь тоже обещали помочь, и, как знал Лань Цижэнь, в ордене также были артефакты, способные очищать от демонической энергии. Что ж, проблему можно будет решить довольно-таки быстро. А ведь еще эта общая охота с кланом Не! О ней договаривались еще пару месяцев назад, твари эти имели привязку к времени года и лишь осенью выбирались из логова и насыщались, затем вновь прячась до следующего раза. Жители той деревни давно уже жаловались и просили помочь, однако, к сожалению, оружие ордена Гусу Лань хоть и способно было причинить вред этим существам, но не уничтожить полностью – лишь яростные сабли клана Не. Выяснилось это совершенно случайно несколькими адептами, которые оказались там прошлой осенью. И теперь необходимо было найти их гнездовье и уничтожить окончательно. Рассказав все дяде, Лань Сичэнь покинул беседку, где состоялась их встреча, и ушел к младшему брату. Состояние Лань Чжаня улучшалось, лихорадка не коснулась его, но слабость и боль все еще мучали. Стоило признать, что без лекарственных снадобий из Цинхэ Не Лань Чжань все еще бы лежал, не в силах даже шевельнуть рукой. Лань Сичэнь сразу ощутил, что брат закрывается, стоило ему только войти в его комнату. Не хочет, чтобы его эмоции сейчас читали, но Лань Сичэнь и не собирался проверять, что же сейчас чувствует младший брат. Вместо этого он принялся тихим голосом рассказывать, что сейчас происходит, в том числе и о Совете кланов, но лишь в общих чертах и не говоря ни слова о Вэй Ине. Выслушав новости, Лань Чжань уже привычно промолчал, но Лань Сичэнь и не надеялся на ответ. Вздохнув, Лань Сичэнь еще немного побыл рядом с ним и затем ушел – главе ордена еще предстояло провести встречу с старейшинами клана. Лань Сичэнь всегда не любил подобные моменты и уже несколько раз подумывал о том, чтобы отменить эту традицию – дядя, кажется, разбаловал старейшин, давая им куда больше власти, чем положено, позволяя решать те вопросы, которые являются обязанностью только лишь главы ордена, но никак не их. Солнце уже почти зашло, и адепты ордена, как приглашенные, так и собственные ученики, возвращались после занятий в свои комнаты. Лань Сичэнь увидел среди них и того вэньского юношу, который принес Цзян Чэну и его семье печальную весть. Вэнь Син – его так звали – казался вполне освоившимся среди других ребят своего возраста, во всяком случае, его не тяготило пребывание здесь. Лань Сичэнь решил завтра днем поговорить с Вэнь Синем, рассказать ему, что виновник случившегося будет наказан. Поднявшись выше, по одной из тихих троп, о которых мало кто знал, Лань Сичэнь застал последние мгновения заката. Тут же мелькнули воспоминания о том, как они с Не Минцзюэ точно так же любовались заходящим солнцем. Ничего, сразу же после охоты он поедет в Цинхэ Не вместе с любимым, и там можно будет спокойно провести некоторое время. Именно там все ассоциировалось с покоем, который Лань Сичэнь не мог обрести здесь, дома, в Облачных Глубинах.

***

В назначенное время прибыл Не Минцзюэ с десятком своих лучших заклинателей. Остальная часть его отряда была оставлена дома, в Нечистой Юдоли, для защиты резиденции и младшего брата. Встречать главу ордена Не вышел не только Лань Сичэнь, но и Лань Цижэнь, неотрывно следящий за соблюдением всех ритуалов. При нем тем более не было никакого желания выдать себя, поэтому Лань Сичэнь и Не Минцзюэ смогли только лишь обменяться взглядами да на пути к трапезной незаметно для всех прочих коснуться друг друга руками. «Я здесь, я рядом, все хорошо». «Я знаю». Все согласно давним традициям и ритуалам, ни одной возможности для отклонения в ту или иную сторону, за этим четко следит Лань Цижэнь. Не Минцзюэ покосился на главу ордена Лань, а тот едва заметно кивнул. Они поговорят потом, еще будет такая возможность. — Мы рады, что орден Цинхэ Не готов помочь нам, — произнес Лань Сичэнь положенные слова. — Охота состоится завтра вечером, будет время для отдыха и подготовки. — Отлично, — Не Минцзюэ склонил голову в знак согласия. — Мои бойцы готовы. Сколько заклинателей ордена пойдет с вами? — Два десятка, — Лань Сичэнь уже говорил с дядей о количестве участников охоты. — Этого хватит. Свидетели говорят, что эта тварь может имитировать голоса людей, нужно быть осторожными. — Я предупрежу заклинателей. Лань Сичэнь чуть улыбнулся – искренне, не дежурно-вежливо, как полагалось бы главе ордена: — Могу я пройти с вами, глава ордена Не? — Разумеется, — согласился Не Минцзюэ. — Обсудим детали охоты. Все в пределах правил и традиций, как полагается. Лань Цижэнь ушел, сказав о том, что навестит младшего племянника, и в это мгновение Лань Сичэнь искренне посочувствовал брату. — Он чем-то недоволен, — заметил Не Минцзюэ, когда они вдвоем шли по тропе. — Дядя и старейшины всегда имели слишком много власти. А мое решение на Совете кланов, кажется, не слишком входило в их планы, — пояснил Лань Сичэнь, понимая, что сейчас нарушает еще одно правило своего ордена. — Тебя стараются подчинить своей воле, используют твои возможности, — Не Минцзюэ сжал кулаки. — Разве это честно? — Меня растили с мыслью, что этот дар небожителей послужит клану, как и я, — Лань Сичэнь остановился, обернувшись к любимому. — Но мне совсем не хочется подчиняться чужим указаниям. Глава ордена должен все делать сам, ведь так? — Иногда я даже жалею о том, что ты – глава ордена Гусу Лань, — признался Не Минцзюэ. — Иначе бы давно выкрал тебя и увез в Нечистую Юдоль. — А-Цюэ! — воскликнул Лань Сичэнь, не в силах сдержать улыбки. — У меня кое-что есть, — Не Минцзюэ вытащил из кармана вещицу, протягивая ее Лань Сичэню. — Отец когда-то давно привез с гор, а я попросил наших мастеров сделать оправу из серебра. — Она прекрасна, — Лань Сичэнь рассматривал жемчужину. — Словно свет белой луны. — Такую луну всегда видно над садом в резиденции, — произнес Не Минцзюэ. — Хочу, чтобы она всегда была с тобой. — Это великолепный подарок, — даже без прикосновений Не Минцзюэ мог сказать, что любимый сейчас действительно счастлив. — У меня слишком мало памятных вещей, которые принадлежат только мне, обычному заклинателю по имени Лань Хуань, а не тому образу, которому мы с братом должны соответствовать. Хотелось бы остаться здесь подольше и целоваться, позабыв обо всем, но, к сожалению, их ждали. Лань Сичэнь, спускаясь впереди Не Минцзюэ, заговорил дальше. — В прошлую осень мы все сражались с орденом Вэнь, поэтому не смогли вовремя остановить этих тварей. А до этого, когда сообщали, то добраться вовремя не получалось – деревня небольшая и находится на самой границе владений ордена. — Доберемся туда быстро, — Не Минцзюэ уже изучал по картам, где будет охота, благо что Не Хуайсан в библиотеке отыскал нужное. — Ты хочешь отправиться с нами? — Это мой долг как главы ордена, — вздохнул Лань Сичэнь. — Я сейчас спрашиваю о тебе самом, а не о главе ордена Лань, — произнес Не Минцзюэ. — Уверен, что хочешь участвовать в охоте с нами? Твое самочувствие в последнее время заставляет беспокоиться. — Это просто усталость, — заверил его Лань Сичэнь. — Приходится слишком много взаимодействовать с чужими эмоциями, а это сильно утомляет. Не Минцзюэ промолчал, твердо решив про себя, что как только охота закончится, он тут же увезет Лань Сичэня в свою резиденцию. Да, еще надо разобраться с тем пещерным храмом и демонической энергией, но это не такое уж и срочное дело, а к тому же Лань Цижэнь может отправить на это дело кого угодно из своих учеников, самолично все сделать или доверить кому-то из старейшин. Они уже заканчивали подготовку к охоте, когда доложили, что в Облачные Глубины прибыл Цзинь Гуанъяо с небольшой свитой. Не Минцзюэ переглянулся с Лань Сичэнем, который произнес: — Это, скорее всего, из-за той пещеры с демонической энергией. Но мы условились заняться этим вопросом чуть позже. — Интересно, что ж могло так поторопить его? — Не Минцзюэ нахмурился. Пусть уже прошло достаточно времени, но он и не думал сменить гнев на милость в отношении Цзинь Гуанъяо, так и не простив тому вероломства. Пусть Лань Сичэнь и дал названому брату еще один шанс, но Не Минцзюэ все еще был далек от этого. Впрочем, Цзинь Гуанъяо и сам видел, с какой натяжкой происходит общение между ними, и, к счастью, старался не слишком часто обращать на себя внимание названного брата; за это Не Минцзюэ был ему благодарен. Цзинь Гуанъяо точно не ожидал увидеть в Облачных Глубинах заклинателей ордена Не. Удивленно оглядев их, он повернулся к встречающему его Лань Сичэню, за которым следовал Не Минцзюэ. После обмена приветствиями, как того требовали традиции, Цзинь Гуанъяо произнес: — Судя по облачению заклинателей, вы поедете на охоту? — Да, — подтвердил Лань Сичэнь. — Мы с главой ордена Не договаривались о совместной охоте. Против тех ночных тварей сгодятся только сабли, не мечи и заклятья, да и по времени мы ограничены – они появляются лишь осенью, все остальное время впадая в спячку. Беспокоиться не надо, я помню и наш уговор, мы займемся пещерой позже. — Хорошо, я привез несколько книг, которые могут помочь, — произнес Цзинь Гуанъяо. — Мне стоило не отвлекать вас и заранее сообщить о своем визите. Лань Сичэнь глянул на Не Минцзюэ. Тот нахмурился, вздохнув, но кивнул, понимая, о чем тот скажет сейчас. Что ж, с Цзинь Гуанъяо еще можно смириться, потерпев какое-то время, особенно если тот не будет лезть под руку, напоминая лишний раз, что было тогда. Жаль, что при нем придется сдерживать свои чувства, но ничего, время еще есть. А с пещерой и демонической энергией пусть разбирается кто-то другой из клана Лань, вместе с Цзинь Гуанъяо. — Брат, что ты скажешь насчет того, чтобы присоединиться к нам? — предложил Лань Сичэнь.

***

Цзян Чэн долго крутил в руках эту заколку – не только красивая, она показывала статус владельца – взрослого мужчины. Простая лента так шла Вэй Нину, но хватит прятаться, Цзян Чэн готов отстоять его, даже если узнают. Хрупкий целитель изменился за время, проведенное с ними, он стал частью их семьи, он даже привел их первого ребенка. Цзян Чэн не стал никого посылать за Вэй Нином, а сам спустился со шкатулкой в обитель целителя; тот один что-то дописывал в книге, уже вечерело, горела лампа и все ученики давно разошлись. — Что-то случилось? — Вэй Нин подскочил, но Цзян Чэн поспешил его успокоить жестом и позвал на залитую закатом галерею. Вэй Нин оставил свое занятие и вышел следом за главой клана; он был растерян, но когда ему мягко улыбнулись, он смог только смотреть восторженно на Цзян Чэна – это слишком редкое зрелище и такое прекрасное. — Прошу, прими от меня подарок, — Цзян Чэн ощущал, что они оба несколько смущены, целитель и вовсе покраснел, как девушка. Цзян Чэн открыл шкатулку и протянул ее Вэй Нину уже спокойно и уверенно. Вэй Нин коснулся его рук пальцами, принимая прекрасный подарок. — Обещаю носить ее постоянно! — пальцы чуть дрожали, он не мог унять смущения. Вэй Нин прижал шкатулку к груди, а Цзян Чэн ему поклонился. — Ты – часть нашей семьи, Вэй Нин. Они вместе отправились в сторону покоев, работа была забыта. Вэй Ин предвкушал утром самолично делать прическу целителю и сколоть ее подарком Цзян Чэна. Вэй Нин все еще был смущен, осторожно и бережно держа шкатулку в руках. Вэй Ин уже был в спальне, ожидая, и отложил книгу, едва они пересекли порог. Еще не было поздно, но осенняя прохлада помешала привычной уже прогулке к Озеру Лотоса перед сном, поэтому Вэй Ин нашел другой способ занять себя. Он улыбнулся и поднялся с ложа. — Шицзе принесла чай, он еще не успел остыть, идемте. По комнате и в самом деле разливался нежный аромат чая и трав – то, что нужно: успокоиться, привести мысли в порядок и расслабиться перед сном. Потом можно поговорить или же просто помолчать, наслаждаясь тем, что все снова так, как должно быть. … Утро не было ранним, им повезло, что А-Юань оказался таким же любителем поспать подольше, как и Вэй Ин. Впрочем, сегодня Вэй Ин проснулся куда раньше Цзян Чэна и Вэй Нина: солнце уже достаточно поднялось, приглушенно доносились привычные звуки утра в резиденции ордена. — Так рано? — Цзян Чэн всегда спал очень чутко, это осталось в нем с тех дней, когда приходилось прятаться от вэньских солдат, или, может быть, он просто почувствовал, что любимый не спит. — Выспался хорошо, — Вэй Ин осторожно потянулся: теперь он уже не вскакивал с постели так резво, как это бывало раньше. — И планов на день много. Цзян Чэн поправил нижние одежды, снова пряча под тканью халата шрам на груди. Он никому не давал касаться его, кроме Вэй Ина, и тщательно следил за тем, чтобы никто не увидел эту отметину от дисциплинарного хлыста. Проснулся и Вэй Нин. Обычно он всегда поднимался и уходил первым, чтоб успеть разогреть остывший за ночь лечебный отвар, а затем шел к А-Юаню, но сегодня целитель явно позволил себе подольше отдохнуть. — Иди сюда, А-Нин, — позвал его Вэй Ин, беря в руки гребень для волос. Обычно Вэй Нин использовал простую ленту, тщательно заправляя длинные передние пряди и собирая волосы так, как это было принято у большинства адептов ордена Юньмэн Цзян. Сейчас же Вэй Ин потянул ленту, распуская гриву волос. Вэй Нин, покраснев же, притих, едва дыша, пока Вэй Ин делал новую прическу. — Ты так смотришься куда взрослее, — прокомментировал Цзян Чэн, глядя на «братьев» Вэй. — И строже. Самое то для наставника. — С учениками я никогда не бываю слишком жестким и требовательным… — возразил Вэй Нин. — Но порой это необходимо, особенно если попадаются упрямцы, — произнес Цзян Чэн. Он помнил хорошо, как его мать проводила тренировки адептов. Нет, такой подход тоже неправильный, но и слишком мягким быть нельзя. У Вэй Нина получалось поладить с молодыми лучниками, но порой ведь попадаются и такие люди, что сразу понять не в состоянии, и целителю надо уметь доказывать свою правоту. Разумеется, подаренную целителю заколку заметили все. Вэй Нин с трудом удерживался от смущения, зная великолепно, о чем порой шепчутся в его адрес, но похоже, людей бесполезно убеждать в том, что между ним и Цзян Чэном нет ничего, кроме таких вот странных, братско-дружественных отношений. Приветливо улыбнувшись адептам ордена, целитель поздоровался с ними и попросил поторопиться на тренировку – их уже ждали. Вэй Ин пока был с ребенком в беседке; А-Юаню очень нравилось Озеро Лотоса, но пока рано было пускать его к воде. Это тревожило Цзян Чэна, но Вэй Ин был уверен, что ни водные гули, ни их хозяин-демон не тронут малыша. Цзян Чэну оставалось только скептично хмыкнуть, но на всякий случай тоже приглядывать за ребенком: мал он еще, чтобы учиться всему тому, что характерно для каждого в Юньмэн Цзян. Обычно после обеда ребенка забирал кто-то из девушек-заклинательниц, Цзян Яньли с удовольствием исполняла роль тети. Вэй Ин же после этого либо занимался с учениками, либо уходил в мастерскую – Цзян Чэн организовал для любимого рабочее место, где тот мог работать над артефактами, не таща все в спальню. В царивший там хаос Цзян Чэн не вмешивался, Вэй Ин же великолепно знал, где что находится и для чего пригодится. Младшие ученики, а впрочем, и более старшие адепты с интересом расспрашивали Вэй Ина о новых задумках для артефактов, а совсем недавно один из заклинателей вообще притащил редкую книгу, посвященную артефакторике, сообщив, что перекупил ее у бродячего торговца, специально для учителя Вэя. Недавно состоялся еще один объезд территории ордена – Вэй Ин, как и в прошлый раз, совершал его вместе с Цзян Чэном. Нужно было убедиться, что земли в порядке, а жителям ничего не угрожает, в том числе и недавно перебравшимся сюда. Подготовка к зиме уже начиналась; милостью богов сильные холода обойдут стороной. Самое главное – никто и не лез к ним: убедившись, что некогда грозный Старейшина Илин теперь слабее обычного человека, заклинатели почти полностью утратили к нему интерес. Вэй Ина это вполне устраивало, ему сейчас совсем не хотелось лишнего внимания, а возможности тихо и спокойно заниматься семьей. Хотя, стоило признать, скучать не приходилось ни в коем случае. Передав А-Юаня одной из нянь, Вэй Ин подошел к стоящему у тренировочного поля целителю. Пока наставника не было, и молодые мечники упражнялись самостоятельно, под присмотром Вэй Нина. — Прогуляемся? — предложил ему Вэй Ин. — Заодно найдем эту упрямую лисицу. Цзян Чэн всегда старался заняться делами с утра пораньше, и порой приходилось напоминать ему, что сейчас стоит время уделить еде, а не работе. Вот и сегодня, едва закончив трапезу, глава ордена поспешно направился в свой кабинет, собираясь рассмотреть несколько прошений из соседнего города – раз он расположен на территории орденских земель, значит, орден обязан отвечать на просьбы. А сейчас его даже искать не пришлось – Цзян Чэн сам ждал их у края тренировочного поля, видимо, подойдя тогда, когда Вэй Ин и целитель разговаривали. — В городе случилось что-то серьезное? — спросил Вэй Ин. — Тот человек был весьма взволнован. — Мелкая и пакостная тварь завелась в его постоялом дворе, мешает работе, — ответил Цзян Чэн. — Бродячий заклинатель, к которому они обращались, не смог сладить с этим созданием, и теперь просят помочь нас. Отправлю туда старших адептов, это дело как раз по ним. — Хорошо, — кивнул Вэй Ин, подхватывая за руки и Цзян Чэна, и Вэй Нина. Прогулки по территории резиденции были привычны, словно став их традицией. Порой Вэй Нин покидал их, если того требовали слишком срочные дела, иногда Цзян Чэн оказывался занят, но ежедневный обход, заканчивающийся у Озера Лотоса, совершался всегда. — После полудня мы с учениками займемся лекарственными отварами, — заговорил Вэй Нин. — Список имеющегося я составлю потом, как и то, что следует докупить. — Отлично, — кивнул Цзян Чэн, одобряя работу целителя. — Ты умеешь читать знаки природы? — Немного, — ответил Вэй Нин. — Но пока еще трудно сказать, какой будет зима. — Если даже зимние морозы будут сильны, у людей есть все необходимое, — Вэй Ин знал, что Цзян Чэн тщательно следит за тем, чтобы на землях его ордена все было в порядке, в том числе и в подобных вопросах. Цзян Фэнмянь когда-то занимался тем же самым, оставляя на госпожу Юй тренировки адептов и вопросы касаемо ночных охот. — Справимся, — подтвердил Цзян Чэн. — Завтра я хочу заглянуть в город, поедем вместе? — Только не рано утром, — сразу же предупредил Вэй Ин. — Иначе потом я всю дорогу буду или зевать, или маяться от скуки. — Сейчас не лето, чтобы стараться спешить обогнать дневную жару, — ответил Цзян Чэн. — Поедем так же, после полудня. И ты с нами, Вэй Нин. — Может, мне лучше все-таки остаться в резиденции? — целитель все еще не любил бывать в публичных местах, опасаясь слишком большого количества людей. — Все будет в порядке, — Цзян Чэн посмотрел на него. — Ты ведь часть семьи. … В один из дней, когда погода стояла по-летнему теплой, в гости приехал Цзинь Цзысюань. Можно было даже не сомневаться, с какой целью сюда прибыл наследник ордена Ланьлин Цзинь. Да и с собой он не взял свиту, а довольствовался только двумя телохранителями-заклинателями, видимо, не желая, чтобы целая куча народа мешала и, возможно, докладывала обо всем отцу. Его встречал Цзян Чэн, как полагается по всем традициям; Вэй Ин не стал покидать тренировочное поле, где засел с младшими учениками и лучниками, Вэй Нин был в детской, с А-Юанем. Сам же Цзинь Цзысюань, стараясь казаться спокойней и суровее, кратко сообщил главе ордена Цзян последние новости из Башни Золотого Карпа. Как и ожидалось, Цзинь Гуаншань был весьма недоволен результатами Совета кланов, но сделать теперь ничего не мог. Все решения проблем им оказались свалены на плечи Цзинь Гуанъяо, и пока сводный брат отправился в Облачные Глубины, дабы помочь заклинателям ордена Лань справится с демонической энергией в пещерном храме. Что касается пропавших вэньских людей – то их судьба Цзинь Гуаншаня не интересовала вообще. Цзян Яньли ожидала их в доме, стараясь ничем не выдать своего интереса, но Цзян Чэн слишком уж хорошо знал сестру, видно же было – она тоже заинтересована и обрадована встречей. Отдав приказы слугам о размещении гостей, Цзян Чэн покинул их, зная, что Цзинь Цзысюань не посмеет ничего сделать Цзян Яньли, да и мешать не хотелось совершенно: парень заслужил шанс, и если он действительно не такой самовлюбленный дурак, как казалось изначально, то этот шанс не потеряет. — Сейчас все еще тепло, но нет такой жары, как летом, однако это не помешает прогулке возле Озера Лотоса, — произнесла Цзян Яньли, оставшись вместе с Цзинь Цзысюанем. — Пусть даже сейчас там не так красиво, как когда цветут лотосы, но все равно это мои любимые места. — Я не против, — по правде говоря, Цзинь Цзысюань пошел бы сейчас куда угодно следом за Цзян Яньли. К тому же он многое слышал об Озере Лотоса, но в прошлый раз не удалось увидеть его во всей красе, и это был отличный повод побыть рядом с Цзян Яньли: хотелось видеть ее, говорить на любые темы, да что угодно сделать ради нее! Вот только… взаимны ли чувства, или она все-таки до сих пор не простила те слова и насмешки? Цзинь Цзысюаню очень хотелось верить, что те ощущения, возникшие между ними, и общая тайна сблизят, позволят, наконец, раскрыть свою душу. …Вэй Ин все еще был на тренировочном поле, хотя ученики уже разбежались, закончив выполнять все задания на сегодня. — И что нового принес этот павлин? — спросил Вэй Ин, когда Цзян Чэн пришел к нему. — Сообщил, что творится сейчас в его ордене, — Цзян Чэн сел рядом с любимым. — Как мы и предполагали. — Это радует, — выдохнул Вэй Ин. — Но даже странно, что Цзинь Гуаншаню нет дела до случая, настолько ударившего по репутации ордена. Или все свалили на Цзинь Цзысюня? — Похоже на то. Или же он переключился на что-то другое. — Лишь бы к нам не лез, — произнес Вэй Ин. — Не нравится мне все там происходящее, и я опасаюсь, что А-Ли может пострадать от всех этих… интриг. — Этого я тоже боюсь, — признался Цзян Чэн. — Но Цзинь Цзысюань не такой, как его отец, и сможет защитить ее. Что, все еще считаешь его неподходящим? — Считаю, — кивнул Вэй Ин. — Но также вижу их взгляды друг на друга, да и шицзе ведь любит его. Так что… но если он снова обидит – хоть словом, хоть делом – то могу сказать точно, Цзинь Цзысюань об этом пожалеет.