Ты мой, Эдди

      После пробуждения, первое, что вспомнил Эдди, был вчерашний разговор. Неприятное чувство тревоги овладело им. Тем временем за окном уже вовсю сияло солнце, а часы показывали 12:15. Мда, называется хотел встать пораньше… — Эдди, я же сказал, не нужно так волноваться. Он, конечно, опасен, но и мы не слабаки. Но подкрепиться парочкой людишек не помешает. — Вот заладил то, а… И вообще, хватит в моей голове ковыряться! — Сейчас я нигде не «ковырялся»! Я же чувствую то же, что и ты в данный момент, забыл? — Ладно, сейчас приведу себя в порядок и пойдем. — с неохотой ответил Эдди. Последнее, чего бы он сейчас хотел — это начинать свой день поеданием каких-то наркоманов. — Прямо как девушка перед свиданием… — Да пошёл ты.

***

— Ну может нам уже хватит? — умоляюще спросил Эдди после шестой порции человечинки. Они съели двух недоворов, наркоторговца, и банду, ворвавшуюся в ювелирку, потратив на это почти весь день — было уже около 8 часов вечера. Парня уже изрядно подташнивало, да и хотелось вернуть себе контроль над телом. — Так и быть, а то я вижу тебе совсем плохо, — проворчал Веном, хотя по его голосу было слышно, что он более чем удовлетворен своим обедом, — Ну, чем теперь займёмся? — спросил симбиот, возвращаясь в тело хосты. — Не знаю как тебе, а мне, чтобы успокоить нервишки после такого, надо выпить.       Они зашли в ближайший магазин и купили бутылку виски, колу и шоколад. — Ну-с, куда пойдём насиловать твою аппетитную печёнку? — Предлагаю насиловать всё-таки не её… А давай на крышу? — Крышу? Ты же боишься высоты. — С тобой и виски не так страшно. — Сочту за комплимент. — Веном снова взял контроль над телом, и, с покупками в одной руке, стал карабкаться на ближайший небоскрёб другой, стараясь быть как можно менее заметным и шумным.

***

      Им открывался потрясающий вид на ночной город с высоты сорока этажного здания. У Эдди от этого начинали немного подкашиваться ноги, а Веном, высунув голову из груди парня, во все глаза глядел вниз. — И как можно этого бояться? Блаженство и только… — почти промурлыкал симбиот.       Эдди чувствовал, что тому искренне нравится это, и попытался немного успокоиться. Он сел на приличное расстояние от края, открыл бутылку и сделал из неё несколько больших глотков. По пищеводу медленно прошлась жидкость, обжигая всё на своем пути. — Господи, как ты пьёшь это пойло? Не перестаю поражаться… — И это мне говорит человек существо, обожающее человечинку? — Веном предпочёл не отвечать на этот вопрос, посчитав его риторическим, — Самая прелесть этого «пойла» не во вкусе, а в эффекте. — философски подметил Эдди, делая ещё несколько глотков. Впрочем, выпить полбутылки виски залпом в сухую не так то просто, поэтому следом за ним отправилась кола. Во рту остался неприятный привкус, но Эдди, как назло, забыл купить жвачку. — Упадёшь с крыши, ловить тебя мне придётся, философ чёртов. Не налегай так, вон, уже почти половину выдул! — Ой, какая забота. Мне нужно успокоиться после зрелища вырывания глаз… — Он, между прочим, сам виноват! Нечего было меня так выбешивать. — Ага, виноват в том, что пытался спасти себе жизнь. — … и хотел убить продавщицу магазина. — Тоже верно.       Виски, наконец-то, начал отдавать в голову, приятно затуманивая разум и создавая эффект легкого головокружения. Эдди решил залпом допить всё, что осталось, чтобы больше не прикасаться к нему, ибо уже начинало подташнивать. Он сделал 5 больших глотков, и в спешке запил и заел это всё, чтобы окончательно не стало плохо. Казалось, что его горло и желудок сейчас просто сгорят. Теперь во рту был одновременно вкус колы, виски и клубничного шоколада, который оказался слишком приторно сладким, что тоже было не очень приятно. Эдди отбросил допитые бутылки с колой и виски куда-то в сторону, и, протягивая открытую плитку шоколада, спросил у Венома: — Не хочешь доесть? Мне что-то вообще не нравится… — Какая щедрость. Конечно, хочу. — ответил симбиот, обхватывая всю шоколадку языком, и забирая из руки Эдди, — Ммм, как вкусненько… О, Эдди, ты настолько горячий, что даже в такой холод у тебя шоколад в руке тает? — ухмыляясь, он по очереди облизнул все пальцы парня, которые были в шоколаде, и, видя как легкий румянец появился на щеках Эдди, впрочем, неизвестно от смущения, или же от выпитого алкоголя, решив не развивать эту тему, спросил: — Ну, а если серьёзно, откуда такое дикое желание напиться?       Парень молчал, давая наконец волю мыслям, которые он запечатывал семью замками. Во-первых он не хотел, чтобы Веном их прочитал, а во-вторых… Просто не хотелось нагружать голову этим. Но сейчас, уже изрядно поднабрав, ему почему-то захотелось поделиться мыслями с симбиотом. — Просто это всё как-то неожиданно навалилось, понимаешь? — Эдди говорил очень аккуратно, тщательно подбирая слова, чтобы выразить все мысли максимально точно и не обидеть, — Сначала этот случай в душе, странные намёки, потом лавочка, а теперь ещё и маньяк с симбиотом, желающий убить нас… Я запутался. Запутался в себе, запутался в тебе, запутался в нас.       Всё то время, пока он говорил, Веном молча, не перебивая слушал. Когда тот закончил, симбиот вкрадчиво спросил — А чем же мои намёки странные? По-моему тут всё предельно ясно, разве нет? — В том то и дело, что нет! Ты будто играешь со мной. — Эдди, я никогда с тобой не играл… Почему ты скрывал все эти мысли от меня? Я бы сразу тебе сказал, что это не так, глупенький мой… — А как это ещё назвать? Вспомни ту ситуацию в душе, например, или как ты сначала называешь меня любимым, а потом в упор не замечаешь моего желания и моих чувств. Или просто делаешь вид, что не замечаешь. — Я не ослышался? У тебя ко мне есть какие-то чувства? — Вот даже сейчас! Я говорю тебе о серьёзном, а ты всё шутишь и шутишь… — Я не шутил, для меня это правда неожиданно. Просто мне не хотелось, чтобы это всё произошло слишком быстро, будто с какой-то шлюхой. Хотя всё и так происходит слишком быстро… Я сам толком не понимаю, что я чувствую к тебе. У меня никогда раньше такого не было. Я даже не представлял, что способен на такое… И что ты чувствовал ко мне я тоже не понимал, до этого момента. Блин, как бы это не звучало, я испугался этого! Точнее я испугался не того, что эти чувства возникли, ибо возникли они ещё четыре месяца назад, а их силы. Твоих истязаний я не видел потому, что сам занимался этим же. Прости…       Эдди даже не знал, что ответить. Он был обескуражен этой информацией. Ожидать, конечно, можно было всякого, но такого… Веном испугался? Два, казалось бы, несовместимых слова, вместе просто вводили в ступор. — Мы с тобой такие глупые, я просто поражаюсь, — в этот момент парень засмеялся будто сумасшедший, — общаемся 24 на 7, ты сидишь у меня в голове и можешь видеть все мои мысли и чувства, и в итоге не смогли разобраться друг в друге… — В нашем стиле. — с улыбкой ответил симбиот. — А зачем ты ждал так долго? Почему нельзя было делать что-то раньше? — Во-первых потому, что ты ещё чувствовал что-то к Энн, чёрт бы её побрал, а во-вторых я не хотел испугать тебя. Я сам-то только недавно принял решение рискнуть. Было страшно потерять всё то, что у нас уже было из-за такой нелепости, а зная твою эмоциональность, от тебя можно было ожидать любой реакции. — И ничего не нелепости! Ну, как видишь, в этот раз моя реакция на нашей стороне.       Эдди хотел было сказать что-то ещё, но Веном создал подобие рук из черной плоти и прижал его к себе, лишив тем самым желания говорить что-либо. — Я тебе когда-нибудь говорил, что ты восхитительно пахнешь?— прошептал он в самое ухо, немного коснувшись ушной раковины языком, вызывая толпу мурашек на шее у парня. Веном вдыхал аромат Эдди, проводя головой вдоль почти всего тела. Он пах молочно-цитрусовым гелем для душа, восхитительным одеколоном, чужой кровью, и, ни с чем не сравнимым, запахом тела. Нет, это не был пот или что-то ещё, с чем люди привыкли сравнивать запах человека, это был аромат собственного тела, который был невероятно сексуальным и манящим. Однако же никто, кроме него самого, с их несовершенным обонянием, не могли это почувствовать. — Нет, только то, мои губы и шея очень вкусные… — Кстати о шее, — взгляд Венома опустился на то место шеи, где красовался вчерашний засос. Сейчас это выглядело особенно красиво — он немного изменил цвет — с ярко фиолетового на багровый, покрылся небольшой испариной и на нём выступила пульсирующая венка, дергающаяся в такт сердцу. — Самое время поставить ещё меток. Чтобы все точно знали: Ты мой, Эдди.       С этими словами такое же щупальце, как и в прошлый раз, выросло из ниоткуда и присосалось к шее, только на сей раз ровно на контур кадыка. Эдди тихо простонал, от ощущений. Ему нравилось то, что Веном полюбил оставлять на нём метки. Щупальце продержалось гораздо дольше, чем в тот раз, и сразу был виден результат: засос был в несколько раз ярче предыдущего. В голове у парня, так же, как тогда, возник свой вид со стороны. Теперь ровно на кадыке была ярчайшая метка, а чуть правее и выше другая, менее заметная, но от того не менее красивая.       Щупальце вернулось в тело Венома, а сам он продолжил языком исследовать Эдди — сначала рот, потом щеки, скулы, шея. Потом он залез им под одежду и продолжил шарить уже там — грудь, мышцы пресса, и, всё ниже, к паху. Внезапно язык исчез, как и все щупальца, а сам Веном начал будто бы вытягиваться, и вдруг, ниточка, идущая из груди и связывавшая их, оборвалась. Парень смотрел на это всё глазами, полными шока. Но метаморфозы на этом не закончились. Из головы Венома начали постепенно образовываться шея, плечи, руки, грудная клетка, а затем и всё тело. Удивлению Эдди не было предела — перед ним стоял его симбиот, в облике человека! Он имел абсолютно такое же тело — рост, форма, вид, единственное отличие состояло в том, что оно было из черной плоти и на нём вообще не было волос. Ах, да. Ещё оно было с такой же клыкастой головой, как и раньше. — Нооооо, как??? Это, вообще, что? — Веном взмахнул рукой, призывая замолчать. — Это мой маленький сюрприз. Если быть точнее, это такой же сюрприз для меня, как и для тебя. У нас давно ходили легенды об этом, но я не думал, что это когда-либо произойдёт со мной. Теперь, когда мы достигли высшей степени симбиоза, я могу на некоторое время отделяться от тебя в своё собственное тело. Правда, мне нельзя отходить от тебя дальше чем на несколько метров, и находиться здесь больше двух или четырёх часов, точно не помню, а в остальном — прекрасно. Не правда ли?       Первое время Эдди просто молчал и откровенно офигевал от такого поворота событий. У Венома есть собственное тело?! Это просто не укладывалось в голове. Но, он понимал, что это просто чудесно. Теперь, если симбиот захочется полакомиться, ему не придётся терпеть откусывание голов, он может просто постоять в сторонке. — Не о том думаешь, Эдди. Самая прелесть тут в другом.       Веном подошёл к парню и просто обнял его. Это было так круто — первый раз в жизни стоять и обниматься. С ним. От Эдди веяло теплом, в отличии от холодного на ощупь симбиота, но от этого не менее желанного. Они будто впали в какой-то транс — никто из них не смог бы сказать сейчас, сколько прошло времени. Может минута, может 10, может час. Это было неважно. Им было важно ощущать друг друга именно так. Когда же они, наконец, разомкнули объятья, Эдди заметил что и в лице Венома есть некое изменение — у него появились губы. Да чёрные, да в пасти, набитой клыками, но губы. Симбиот, проследив за взглядом парня, понял его мысли и уменьшил свои зубы до размера, не мешающего поцелую и прильнул к губам Эдди. Только теперь это были не только полизывания языком везде, где только можно, а полноценный человеческий поцелуй. Эдди вбирал верхнюю губу Венома в рот, посасывал её, прикусывал и оттягивал кожу, после зализывал это место, они сплетались языками, и каждый норовил получить свою порцию ласк и укусов. Затем, парень принялся языком изучать новое тело симбота — провёл им от губ до шеи, описывая контур самой крупной белой артерии на черной коже (в этот момент он с горечью подумал, что оставлять засосы не получится, а жаль), спустился к ключице, затем к груди (до него только сейчас дошло, что Веном всё это время был голым), где, не удержавшись, слегка укусил кожу около соска, надеясь на то, что останется хоть какой-то след, но увы, ничего не было. После, он продолжил путь мышцами пресса, обводя каждый кубик и постепенно спускаясь к заветному месту. Член симбота уже давно был в полной боевой готовности и выглядел весьма необычно, и, в тоже время, комбинированно с телом — он был весь чёрный, и, как и остальное тело, покрыт белыми венками, асимметрично толстым по отношению к длине, а на кончике головки уже выступила капелька смазки, по цвету такая же, как у людей. Эдди опустился на колени перед Веномом, пошло облизнувшись.  — О, так приятно быть первым, кому ты делаешь минет, — прошептал симбиот, запустив руку в волосы Эдди. — Всё для тебя, любимый…       Парень слизнул капельку смазки и вобрал в рот головку, одновременно полизывая и посасывая её. Веном негромко стонал, путая меж своих пальцев волосы Эдди и нетерпеливо подаваясь бёдрами вперёд. — Охх, я и не думал, что чувствовать это так приятно… — Погоди, это только начало, — ухмыльнулся Эдди, проводя мокрую дорожку от головки до основания члена и спускаясь к мошонке. Он вобрал в рот яйца, надрачивая при этом член, а Веном рычал от удовольствия, мысленно прося большего. Эдди же то посасывал, то просто катал во рту яйца, периодически оттягивая кожу зубами, принося ещё больше наслаждения.       Но когда парень понял, что Веном не в силах больше ждать, он вернулся к изнывающему члену. Эдди сразу заглотил его почти на половину и начал движения. Он насаживался ртом на член так, что с каждым заходом продвигался чуть дальше, попутно массируя его губами и языком. Веном уже чуть ли не кричал от того, как было безумно хорошо. В итоге член зашел в рот полностью. От ощущения, как головка упирается в горло, а по подбородку течёт слюна, просто сносило крышу как у Эдди, так и у симбиота. Однако долгого горлового минета, за отсутствием опыта, не получилось, и пришлось выпустить член изо рта. Но без внимания он не остался. Парень натянул крайнюю плоть на головку до максимума и запустил язык прямо под неё. Веном был уже не в состоянии что-либо сказать и мог только стонать. Очень громко стонать. Ощущение крайней тесноты и примесь боли с удовольствием — вот что он сейчас чувствовал. После нескольких круговых движений Эдди выпустил член из руки, тем самым вернув плоть на место, и снова взял его в рот. На сей раз он сразу принял его полностью, но так быстро сдаваться не собирался. Эдди чувствовал, как тело его любовника подрагивает от удовольствия, как пульсирует венка на члене, как пульсирует у него самого в голове, и это было просто непередаваемо. Так продолжалось несколько минут: парень то принимал член до предела, то просто облизывал и посасывал сам ствол и головку. И вот, почувствовав, что Веном скоро кончит, он ещё раз повторил манипуляцию с головкой и плотью, и захотел доставить максимальное удовольствие перед кульминацией — он одновременно насаживался на член ещё больше, хотя больше, казалось, некуда, вылизывал его языком, где только мог достать, совершал сглатывающие движения горлом, принося ещё больше стимуляции, и массировал яйца руками. — Эдди… Я скоро кончу… Ооо, даааа, — простонал Веном.       Тело симбиота задрожало, и в горло парню ударила вязкая струя спермы. Во время оргазма член мелко подрагивал, задевая головкой зубы, но сейчас это не приносило боли, а наоборот, усиливало ощущения. Жидкости было так много, что Эдди просто не успевал глотать её, и часть вытекала изо рта. Белая полоска шла от уголка губ до подбородка, стекая на шею. От вида Эдди, стоящего на коленях перед ним, со стекающей спермой по лицу и членом во рту, Веном был готов кончить ещё раз. — Ну, как тебе твой первый оргазм? — Эдди, это было волшебно. Ты великолепен… — А твоя сперма вкусная. — Не думаю, что вкуснее твоей. Дай-ка попробовать. — с этими словами Веном принялся слизывать жидкость с шеи, подбородка и губ Эдди. Но он не глотал, а, как бы, собирал её в рот. И когда они поцеловались, сперма вылилась прямо на язык Брока. Получилось так, что они одновременно целовались и обменивались остатками спермы, — Тебе не кажется, что этого мало?       Веном, не разрывая поцелуй, поднял Эдди с колен и сам опустился перед ним, меняясь ролями. Теперь член парня, который уже изнывал от недостатка внимания, находился прямо перед губами симбиота. В отличие от Эдди, Веном не знал всех тонкостей минета, поэтому он просто повторял за ним. Он так же медленно погрузил головку во влажный, чёрный рот, который сейчас был без клыков, затем сразу же принял член на всю длину, что не составило ему особого труда. Эдди давился стонами. Да уж, одно преимущество у людей перед симбиотами точно есть — заниматься сексом в их обличии куда приятнее. Пока рот Венома был занят членом, руки занимались сочной задницей. Он сжимал её, оставляя красные следы, которые особенно красиво смотрелись, когда вслед за сползающими вниз ладонями тянулись белые полосы. Веном положил палец в рот парня, который поняв, чего хочет симбиот, принялся облизывать и посасывать его. Когда он был уже достаточно мокрым, Веном опустил его к заветной дырочке, и, покружив пару раз вокруг неё, медленно просунул внутрь. Он принялся растягивать отверстие сначала одним пальцем, а потом, когда он уже свободно входил, добавил второй. Эти действия приносили Эдди немного дискомфорта, но он понимал, что надо немного подождать. К тому же, внимание к его члену не ослабевало, что помогало не обращать внимание на неприятное чувство. Когда три пальца уже свободно трахали анус, симбиот решил, что пора приступать к самому интересному. Они с парнем перегруппировались, приняв странное, но удобное положение — теперь Эдди лежал на холодном покрытии крыши на спине, голым по пояс (и когда с него успели стянуть джинсы с трусами?), а Веном стоял на одном колене, как бы в полуприсяде. — Давай, сделай это уже, — нетерпеливо простонал парень, придвигаясь ещё ближе к партнёру.       Веном и сам не хотел тянуть, потому он приставил головку члена ко входу, и аккуратно надавил. Сначала тугие мышцы не хотели впускать инородный объект, но потом сдались, и головка, с хлюпаньем от обильной смазки, в виде слюны Эдди, плавно вошла. Парень простонал что-то невнятное, а симбиот продолжил постепенно проникать всё дальше и дальше. Это приносило терпимую боль и странное, непривычное чувство наполненности. Когда, наконец, член с большим трудом вошел полностью, Веном бездействовал около минуты, давая Эдди привыкнуть. Когда же он начал плавно двигаться, то к боли прибавилось и едва уловимое наслаждение. Симбиот, для большего удобства, левой рукой взялся за щиколотку, тем самым, невольно, разводя ноги парня ещё шире, а правой рукой продолжил ласкать его член. Во время этого, он случайно подался тазом в сторону, задев какую-то точку, что доставило Эдди неимоверное удовольствие. По его стонам, симбиот понял в каком направлении нужно двигаться, и теперь почти при каждом толчке задевал простату. Когда боль ушла совсем, Эдди начал сам насаживаться на член, задавая более быстрый темп. Теперь Веном входил гораздо более размашисто и трахал парня так, что от удовольствия можно было просто взорваться, не забывая и про его член. Он выпустил язык изо рта, увеличив его до привычного размера, и продолжил ласки уже не рукой, а им. Ладонь же, симбиот поднёс к лицу парня и провёл большим пальцем по раскрытым губам. Его обожгло горячим дыханием Эдди, у которого сейчас был крайне сексуально-растрёпанный вид: волосы запутались и разлетелись в разные стороны, некоторые пряди падали на раскрасневшееся лицо, влажное от пота, тело подрагивало в такт толчкам, на шее красовались два засоса, один ярче другого, а язык был занят пальцем. Как ни странно, даже будучи голым по пояс, парню не было холодно, а скорее наоборот, нестерпимо жарко. Веном, понимая, что долго не выдержит, ускорился ещё больше, буквально вбивая Эдди в поверхность крыши. Когда его член начал сокращаться внутри, у него подкосились ноги так, что он чуть не упал. В этот раз, спермы было меньше, чем в прошлый, но оргазм от этого был не менее потрясающим. Веном, с характерным звуком, вытащил член из парня. Часть жидкости вытекла сразу же за ним, а другая часть вытекла медленно и тянуче. — Самое время позаботиться о тебе, Эдди,— Веном опустился на второе колено, подполз к нему сбоку, и оказался ровно у члена. Он вернул себе язык до нормального состояния и сразу же заглотил ствол до основания. — О даа, Ви… — спустя несколько минут простонал Эдди, кончая прямо на лицо своему симбиоту. Несколько капель попало в открытый рот, а остальное стекало по щекам, подбородку, губам. Веном высунул язык и слизал всё, до последней капли. — Вкуснее любого шоколада…

***

      Было примерно два часа ночи, когда Веном и Эдди спускались с небоскрёба, в облике монстра, разумеется. Они уже почти достигли низа, как вдруг, страшно знакомый голос окликнул их. Сначала Веном подумал, что ему показалось, но когда голос повторился во второй раз, более настойчиво, сомнений не оставалось.        Карнаж…