Neon Gravestones try to call

29 июня/21:59 — Я спрашивал это каждый раз во время нашего тура, на каждом концерте, но осмелюсь спросить ещё раз: мы хорошо справились? — зал наполнился первыми, так до боли знакомыми клике аккордами Trees. — Вы получили нашу энергию? Вы получили удовольствие? Во время всех песен вы так здорово подпевали. Спасибо, что разрешили нам вернуться сюда, откуда мы начали. Спасибо за распроданные билеты. Спасибо. Я правда не знаю, чего вы ожидали от этого шоу, не знаю, ждали ли вы чего-то большего или меньшего, неважно. Я хочу знать кое-что. Это место, прямо здесь, прямо сейчас: я хотел бы знать, есть ли здесь кто-нибудь, кто рад быть живым сегодня? — бурные крики и аплодисменты заглушали голос Тайлера. Хлопали все, кроме одного парня. Парня со слезами на глазах. Очередной проигрыш на пианино сопровождался неподдельной улыбкой на лице Тайлера. — Это сильно, знаете? Возможно, вы забудете об этом шоу через какое-то время, забудете, что именно сегодня здесь случилось. Но я хочу, чтобы вы знали кое-что. Когда вы приходите домой, пытаетесь заснуть, пытаетесь найти ответы на тяжёлые вопросы, которые лезут в голову и мешают заснуть по ночам… — он сделал паузу, оглядывая всех зрителей. — Нет… — прошептал Джейсон, насильно выдавливая весь оставшийся воздух из своих легких. Дрожащей рукой он уже нащупал пистолет в сумке. Стеклянный пол, хрустальная ваза разбивались вновь и вновь. Неужели все закончится именно так…? — …Я хочу чтобы вы всегда помнили то, что сегодня здесь была целая группа людей, которые были рады тому, что они живы… — он на секунду задумался, но после смело и резко выкрикнул куда-то в толпу. — Я никогда этого не спрашивал, но есть ли те, кто не желает быть таковым сегодня? Вопрос раздался эхом в головах людей, заставив зал замолчать. Это был его выход. Выход парня, который искал любви, а нашел лишь обман и дешевую уловку в песнях… — Я! — прокричал он, срывая голос. Стоя в первых рядах, был уверен, что будет услышан. Он будет любим, его запомнят… — Я не хочу быть живым! И услышан был. Фронтмен сконфуженно оглянулся на Джея, надеясь, что это была лишь неудачная шутка: — Прости? — переспросил он, немного наклонив голову вперед. — П-пошел нахуй, Т-тайлер Джозеф! — прокричал Джей еще громче. Он сжал оружие в руке, готовившись его выхватить на всеобщее обозрение в любой момент. Нет, он не хотел умирать, но была ли дорога назад? Почему его никто не останавливает? Почему все так желают этого? — Что? Поче… Стой, что ты делаешь?! Никто из рядом стоящих не успел среагировать на возглас, как парень резко достал пистолет и направил дуло на Тайлера. Слезы неумолимо скатывались по щекам Джейсона, он чувствовал себя опустошенно, испуганно. — Стойте на своих местах! У меня пушка! — истерично вопил он. Разумеется, его угрозы мало волновали телохранителей. Они спешно направились к Джею, с целью предотвратить убийство, но парню было плевать. Осталось пять секунд. Пять секунд до чего-то грандиозного и очень-очень важного. 1… Джейсон не целился больше в Тайлера. 2… Он опустил пистолет, но лишь на мгновение. 3… Парень представил дуло к своему виску, мысленно прощаясь с миром. 4… Палец нажимает на курок. 5… Выстрел. — Охрана! Свет прожекторов, до этого больно слепивший глаза, погас. Музыка перестала играть, гул стих, нависла гробовая тишина, прерываемая обрывками чьих-то выкриков. — Господи, позовите охрану! Страх, паника, шок — все слилось в одном флаконе. Никто не знал, что делать. Ситуация казалась такой… неправильной, нереальной… — Он умирает! Тайлер, до этого сидевший за синтезатором, все еще не мог понять происходящее. К нему и Джошу мгновенно подошли люди из охраны, чтобы оттащить их в безопасное место, согласно всем правилам. Джош скрылся с ними за кулисами, но Джозефа словно подменили: он активно, даже яростно, пытался вырваться вперед, толкая в грудь работников, чуть ли не бросаясь на них с кулаками. Прорвавшись, он спрыгнул со сцены в толпу и растолкал людей в разные стороны, хоть в этом и не было необходимости. Брюнет наклонился над телом, бережно, трясущимися руками щупая пульс, которого к тому моменту уже не стало. — Этого не может быть, — Тайлер истерически засмеялся и оглядел всех вокруг. Он, сам того не замечая, начал рыдать. — Это же все сон, да? Скажите мне, что он жив! Он не может умереть, нет! Голос вокалиста ломался и вздрагивал. — Почему он это сделал?! — в панике заорал тот, зная, что никто не сможет дать ответ на этот вопрос. «Это я виноват, я должен был что-то сделать, это моя вина, почему я ничего не предпринял, он умер на моих глазах, это неправильно, я виноват…» — не уставал мысленно твердить себе участник группы, изредка подергивая губами в такт своим суждениям и осматривая бездыханное тело, лежащее посреди всей этой гурьбы. Но все же, полиция выполнила свой долг и оттащила вокалиста назад, несмотря на явное сопротивление.

***

29 июня/22:36 События произошли так быстро. Слишком быстро… Каких-то полчаса назад он говорил свою традиционную речь, а сейчас Тайлер сидел, нет, лежал на полу в гримёрке с Джошем. Санитары, накачавшие артистов успокоительным, совсем недавно вышли из комнаты, оставив их в покое. Парни находились все ещё в состоянии аффекта. Было сложно соображать, все казалось слишком туманным, нереальным. Если сказать, что они были в шоковом состоянии, значит не сказать ничего. Джош первый прервал тишину: — Тайлер… — Заткнись, — безэмоционально ответил Джозеф. Он ощущал внутри себя абсолютную пустоту, словно кто-то вырвал ему душу, опустошил и затолкал обратно, оставив ее ни с чем. — Ты не виноват… — Почему ты так решил? — Потому что мы не знали, что было у него в голове. Мало ли в мире психов? — пытался рассуждать Дан, хоть и был не менее сломлен внутри. Наступило гробовое молчание, прерываемое лишь тиканьем часов на стене. — Джош, я выгоняю тебя из группы… — Мне кажется, сейчас не лучшее время для шуток… — И я выгоняю себя тоже, — перебил барабанщика фронтмен, и его голос вздрогнул. — Ты не можешь! — тихо прохрипел Джош, понимая, что он не сможет возразить. — Не могу? Я убил человека! Я ебаный убийца! Я писал тексты, я хотел их спасти. Спасти всех, себя. Получается, мои слова пусты? Я же писал… Про неоновые надгробия, Джош… Я просто хотел… Дать надежду, — слезы прорвались и наворачивались на глазах уже не только у Тайлера. Он несвязно тараторил, проглатывая большую часть слов. — Я не выполнил свое обещание, Джош. Может, он не первый? Их больше, просто я не знаю об этом? Наша группа не важна, она приносит лишь вред… Парень накрыл лицо руками и выдохнул. — Или нет… Я запутался… Я не смогу так продолжать. Даже сейчас, я говорю о себе. Я эгоист, Джош. С меня хватит. — Ты не эгоист. Может… Ты же сам говорил, что каждая смерть — это начало нового? Нового альбома, песни, тура, посвященного ему? — Джош не верил, что они говорили сейчас о распаде. Он просто не знал, что ему сказать, наверное, впервые за его жизнь. — Начало нашего конца, — разбито, невнятно выдавил Тайлер и бессильно перевернулся на бок. — Нет. Тайлер, мне тоже… Тяжело, я никогда не видел, как кто-то умирает, поверь, это тоже много значит для меня, я понимаю, что ты чувствуешь. — Джош хотел дотронуться до Джозефа, но тот в ответ больно ударил его по руке. — Не понимаешь! Ты не был там, ты ушел. Уходи, — он не переставал всхлипывать. Сейчас внутренний мир Тайлера необратимо разбивался как хрустальная ваза, как стеклянный пол, вдребезги, беспощадно. — Знаешь что? Мне страшно. Мне страшно быть живым. Я не понимаю, почему я это я? Почему я не мог прочувствовать его? Он умер, умер, а я жив. Это нечестно, несправедливо, Джош. Я не хочу быть живым. Почему он это сделал так? Я не понимаю… Все произошло так быстро, Джош. Я часто думал о таких вещах, но я их, наверное, слишком романтизировал. Я не верю, это неправильно. Так не бывает, не бывает, не бывает… Медикаменты начали действовать и Тайлер, обессиленный от переживаний и приступов истерики, неожиданно смолк. Голос Джоша казался уже приглушенным, скользящим сквозь мутную пелену, окутывающим его прямиком из царства Морфея.