— Ненавижу тебя, ди Анджело!

      Время тянется безумно медленно, неторопливо стекая куда-то. Буквально слышу, как тикают часы. Видно, я сошла с ума. Почему? В этой комнате нет часов. Здесь вообще нет какой-либо техники. Это раздражает. У нас нет возможности с кем-либо связаться. Даже почта Ириды не работает. Хотя, что мы можем сказать? Никто из нас не знает, куда попал. Есть только факты: мы проснулись в какой-то комнате, за ее окном красивейший пейзаж, что я видела в своей короткой жизни, а дверь, которая является единственным выходом отсюда, заперта и не хочет выламываться.

*Flashback*

— Доброе утро, Нико. — Какого Аида ты в моей кровати, Эванс?! — В твоей кровати? — меня охватило возмущение, — я даже не уверена, что мы в Америке, а ты уже присвоил себе все это, — всплескиваю рукой, показывая на комнату в целом.       Взгляд у Ди Анджело смешной. Он будто только что понял, где очутился. Точнее не понял этого. Он оглядывается по сторонам, осматривая комнату. — Что за…? — впервые мне удается видеть Нико в таком смятении. Парень вскакивает с кровати, откидывая одеяло, мне же в свою очередь приходиться отвести глаза и прикрыть их рукой. Ну какого черта он в одних трусах?! Чувствую, как мои щеки заливает краска. Нет я, конечно не против внешного вида парня, учитывая привлекательность его фигуры, но вы не находите это весьма смущающим? Другой рукой подтягиваю несчастное покрывало к себе, закрывая то, что Нико видеть точно не нужно. — Эм… Нико? — слышу, как тот заинтересовано оборачивается, застывая на месте, — не хочешь чем-нибудь прикрыться? — Тебя что-то не устраивает? — в его голосе отчетливо слышались наглость и издевка. Уверена, что он сейчас ухмыляется своей гаденькой улыбочкой, в которую влюблена какая-то часть Лагеря, и не только женская. — Ну, как бы… Эмм, — с каких пор я такая мямля?! Чтобы сказать что-нибудь понятное, приходится собрать все мысли в кучку и покопаться в них, ища то, что нужно из себя выдавить, — Да. Меня не устраивает твой внешний вид. Оденься, идиот. Не очень-то и приятно смотреть на полуобнаженного тебя, знаешь ли. Я еще понимаю, если бы это был кто-то другой, но сейчас передо мной стоишь ты. Так что, ди Анджело, прикрой все свои достоинства.       Мои уши улавливают тихое недовольное фырканье. И это он чем-то недоволен?! Ну не я же стою перед ним в одном белье! Ой. Вообще-то так и есть, вот только мне хватило ума воспользоваться одеялом. — Ну, умница-разумница, допустим, что я захотел одеться. Где мне взять одежду, если не знаю где я? Об этом ты подумала? — мне остается лишь раздраженно вздохнуть. Он прав. Этого я не учла. В поисках спасения обвожу взглядом ту часть комнаты, которую не закрывает моя ладонь. — Да, — бессовестно вру, — включи мозги, ди Анджело. Здесь есть шкаф. Так что иди и оденься. — А если он пустой, и в нем ничего нет? — как же меня бесит сарказм в его голосе. Это моя фишка. Плагиат чистой воды. — Вот уж точно идиот, — тяжело вздыхая, говорю эти слова довольно-таки тихо, но знаю, что они были услышаны, — опять же: включи мозги. Мы хрен знает как и где оказались. Думаешь это случайность? Можно было бы предположить, что это так, если б мы напились днем ранее. Но у нас нет повода «ловить белочку», так что вариант с попойкой отменяется. Это больше смахивает на похищение. И, раз на мне эта тряпка, тот шкаф, — киваю головой на указанный предмет мебели, — точно не пустой. Во всяком случае мы этого не узнаем, пока не проверим. А теперь иди и оденься, пока я тебя не задушила подушкой.       Отпираться больше нет смысла, поэтому Нико направился на поиски шмоток. Минута. Две. Три. Все то время, пока он был там, я слышала шорох вещей. Вскоре красавчик вышел ко мне все также босой, но был одет уже не в черные боксеры, а в темно-синие джинсы и белую футболку. — Что, не было черной одежды? Или твой траур закончился? — ди Анджело только закрыл дверцу от шкафа. Стоп. А шкаф ли это вообще? — Я не был в трауре, — опять бурчит себе что-то под нос… Неужели он думает, что все его прекрасно слышат? — И… — Ладно, заткнись, — замечаю, как рассерженно блестнули его практически черные глаза, — ты не обязан передо мной отчитываться. И все же я была права: там куча вещей, да? — парень кивнул, — ну, тогда теперь и мне стоит одеться, — встаю, прихватив с собой одеяло, и, все еще держа его у груди, делаю шаг вперед. Пройти дальше мне не дает весьма симпатичная преграда с, как оказалось, просто божественным телом. Так, куда-то не туда меня занесло, — может, ты подвинешься?       Казалось, он вышел из состояния транса и отошел, давая мне пройти. Что ж, как бы мне не хотелось, его не съели, следовательно, там нет никакой опасности. И монстров. Или чего-нибудь еще.       Протягиваю руку, отворяя вход в «Нарнию». Именно «Нарнию», потому что внутри шкаф оказался просто огроменным. Куча свободного пространства, полки на стенах и большое зеркало напротив входа. Это больше походило на гримерку какой-то супер-звезды, чем на обычный предмет мебели. Справа замечаю платья, висящие на вешалках. Кажется, туда мне и нужно. Все еще придерживая спасительное покрывало, несмелыми шажками бреду в ту сторону. Взгляд цепляется за ткань самых различных расцветок: от обычной джинсы до полиэстровой в горошек. Из всей этой кучи выбираю простые черные шорты и легкую бежевую майку на тонких бретельках. Оглядываюсь. Никакой обуви. Судя по всему, ходить нам придется босиком. Глаза сами по себе останавливаются на противоположной стороне помещения(?). Несколько шагов — и я уже там, где недавно были только мои мысли и взгляд. Рука тянется к ближейшей тряпке, белой рубашке-Хенли с серыми рукавами. Мужская. И, судя по размеру, она бы прекрасно выглядела на ди Анджело. Удивительно, что все вещи остались лежать аккуратными стопками. Либо он все переворотил и сложил обратно, либо я слишком плохо о нем думала. Вспоминаю о том, что меня ждут только после того, как мой слух улавливает какой-то грохот, складываю рубашку и кладу ее на место, подбираю брошенное одеяло и вылетаю из теперь уже, как я поняла, гардероба.       Стоит мне сделать шаг, как меня что-то ослепляет. Привыкнув к свету, замечаю: раньше шторы были задернуты, и в комнате царил полумрак. Причина моих мучений, как моральных, так и физических, в полоборота стоит у окна, из которого лились слепящие солнечные лучи, нежно и трепетно касающиеся моей кожи. За стеклом виднеется завораживающий красно-оранжевый океан песка, переливающийся за солнце. Плечи Нико напряжены так, что видно каждую мышцу, руки сложены на тяжело вздымающейся груди. Подойдя чуть ближе, обретаю возможность осмотреть его лицо: губы плотно поджаты, морщинка между бровей и его вечно хмурый взгляд. Бросаю теперь уже ненужное одеяло на кровать. Красавчик даже внимания не обратил. Ну, или слишком хорошо это скрыл. Во всяком случае, думаю, что не стоит мешать ему и дальше блуждать по своему болоту раздумий.       Поворачиваюсь на 180 градусов, лицом к двери, сделанной из темного дерева. Спустя секунды две я уже стою около нее. Как только моя рука касается ручки, голос наставника режет воздух , словно ножом: — Я пробовал. Она закрыта. Выломать тоже не получается.       Парень тяжело вздыхает, оборачиваясь ко мне, опускает руки, то сжимая, то разжимая кулаки, двумя быстрыми шагами достигает кровати и садится на нее, положив подбородок на руки, локти которых уперлись в колени юноши. Он взбешен. Даже очень. Хотя по нему не скажешь — Нико выглядит спокойным или подавленным. Но внешность обманчива, не так ли?       Ладонь соскальзывает с ручки. Мысли начинают набирать скорость, словно становясь роем пчел, метаются из стороны в сторону, крутятся, образуя ураган. Грудную клетку сдавливает отчаяние. И что теперь?Так, Эванс, упокойся. Это не такая уж и большая проблема. Нечего панику разводить. Делаю глубокий вдох и тут же выдыхаю. Хорошо, нужно просто сесть и подумать. Много подумать.       Это еще не конец. Мы обязательно выберемся отсюда. Или умрем от голода и обезвоживания, что более вероятно.

*End of Flashback

      Сколько уже прошло? Час? Три? В замкнутом пространстве счет времени теряется очень быстро. Пейзаж за окном тоже не помогает, лишь нагоняет злость от собственной беспомощности, поэтому плотная штора давно закрыта. Так мы и лежим в темноте, все больше погружаясь в невеселые мысли.       С грустью вспоминаю свои приключения. Ох, и люблю же я искать кучи проблем на свою... на очень интересное место. Как-то раз, лет в 14, мне удалось познакомиться с одними, скажем так, "проблемными" личностями. Плохая компания и все такое. Прогулки поздними вечерами, синяки и прочие гематомы. Я учила их правильно драться, они меня — взламывать замки обычной шпилькой. Кто, как и при каких обстоятельствах их научил этому — до сих пор остается загадкой.       Стоп. Взлом замков с помощью шпильки? Резко сажусь на кровати. Чувствую на себе прожигающий взгляд черных глаз. Как же до меня раньше не дошло?! Так, закрытый замок есть, нужна только заколка. Подрываюсь с места и бегу к столику с зеркалом. Если в этом месте есть куча вещей, то должны быть еще и резинки для волос и прочая лабуда. Ящички открываются один за другим с бешеной скоростью. Видимо, я слишком резко их выдвигала, потому что из них то и дело выпрыгивала всякая бижутерия. — Может, ты все-таки скажешь, зачем громишь комнату?— О боги! Как же я ненавижу этот его тон! Не отвечаю ему еще около минуты,— Что, Эванс, язык проглотила? — Нет,— Ну что ему от меня надо?!       Пальцы быстро перебирают весь тот хлам, который валяется в столике. Серьги. Кольца. Кулоны и заколки для волос в виде всевозможных цветов и животных. А вот обычной шпильки нет. Надежда тает на глазах. Слышу, как тяжело вздохнул Нико. — Джесс, что ты ищешь? Может, я смогу помочь,— скрип кровати и приглушенные шаги. — Шпилька. Мне нужна шпилька,— тяну руку к последнему ящичку и, слава Аполлону(!), нахожу в нем искомое,— Нашла!— хватаю заколку и пулей лечу к двери,— Если все получится, то мы уйдем отсюда сегодня же.       Не могу не улыбаться, губы сами растягиваются, выражая мою радость. Наконец-то мы уйдем. Наконец-то уйду я. Это невыносимо. Невыносимо находится рядом с ним и не иметь возможности даже прикоснуться.       Разгибаю железку, формируя из нее что-то похожее на обыкновенную отмычку. Далее все по стандартной схеме. Замок. Рычаги. Щелчок. Готово! — Та-Даа!— протягиваю это, как ребенок, показывающий родителю свое изобретение. — А я тебя не до оценивал, Эванс,— хмыкнул ди Анджело. — Ты всех не до оцениваешь,— закатываю глаза,— Пошли, не могу больше здесь находиться,— с этими словами надавливаю на ручку и толкая дверь, та поддается. Застываю на месте, приоткрыв рот.       За дверью ничего нет. Темная бездушная пустота, от которой веет холодом. — Какого...?— да уж, Нико, ты в очередной раз озвучил все мои мысли. Парень аккуратно отодвигает меня в сторонку, а сам делает шаг ближе к порогу, вытягивает левую руку вперед. — Стой!— хватаю его за запястье,— Может не стоит этого делать?— он лишь насмешливо ухмыляется и поднимает бровь, говоря: "Переживаешь за меня?". Мне остается только пояснить свои действия,— Вдруг тебе руку отрубит? Кто же тогда будет учить меня надирать монстрам их противные задницы? — Мы не сможем знать наверняка. Нужно попробовать выйти. А защищаться от чудовищ, в случае чего, тебя научат Перси и Джейсон.       Он выдернул свою руку из моей и хотел было дотронуться до черного "полотна", как его просто швырнуло обратно. Все произошло так быстро, что я увидела только вспышку и полет ди Анджело к противоположной стене. Звук падения и мой голос, режущий тишину: — Нико!