Маленькое недоразумение

— Гомер Симпсон не врёт дважды в одном заявлении.

— В закладной ты врал по десять раз.

— Это была одна большая ложь.

«Симпсоны», 10 сезон 6 серия

— Победитель – Ямамото Такеши, — зазвучал голос девушки с розовыми волосами с экрана. — Следующий ночной бой – Туман. Как по заказу, я почувствовала сладковатый запах, а под кожу закралось липкое ощущение. Канарейка встрепенулась и перелетела на плечо к хозяину. Мы с Хибари тоже тревожно переглянулись. Затем я увидела, как его взгляд сместился с моего лица куда-то в сторону, а глаза сощурились. Я обернулась. Как раз вовремя, чтобы заметить, как в неизвестно откуда взявшемся тумане на соседней крыше исчезли три фигуры. Крайне знакомые всем участникам битвы в Кокуе. Хроме можно было слишком просто перепутать с Мукуро, особенно, когда Ананас завладевал её телом. А сейчас я почему-то не сомневалась в этом. — Это не он, — поспешила я пояснить, пока шеф не решил, что заявиться завтра среди боя – это отличная идея. — В смысле, не совсем. Он в тюрьме. В Кокуе сейчас живёт девочка, которая владеет частью его силы. ГДК вместо ответа поднялся и спрыгнул с цистерны на крышу. Я полезла следом. Где-то рядом раздавались возбуждённые голоса Вонголят, но они быстро стихли. — Как до дома будешь добираться? — вдруг спросил Хибари. Я в этот момент висела на цистерне где-то между небом и землёй, потому ответить сразу не могла. Когда стало невысоко, спрыгнула и принялась отряхиваться. — Никак. Я принесла плед, подушку и сменную одежду. Буду спать в школе. — Нет, не будешь. Я отвлеклась от размазывания пыли по коленкам и удивлённо взглянула на шефа. Тот не стал ждать, когда до меня дойдёт, и, развернувшись на выход, прибил следующим высказыванием: — Так и быть, отвезу тебя. Я выпрямилась, тупо хлопая глазами. Спина Хибари не была красноречивее лица, потому ситуация понятнее не становилась. ГДК же неспешно дошёл до двери на крышу, открыл её и уже в коридоре обернулся. — В смысле, отвезёшь? — вынесла я на обозрение причину своего затупа. — На мотоцикле. Идёшь? Или своим ходом через рынок? Через рынок мне совсем не хотелось, потому я поспешно побежала следом. Всю дорогу до кабинета, а после и вниз мучительно думала, с чего бы Хибари стал таким добрым. Кажется, терпеть мои нарушения дисциплины он больше не собирался, потому ночевать в школе не позволит. А если у него закончились тренировки с Дино, то проследить за этим будет больше возможностей. Всё так, но... приятно, чёрт возьми! При входе мы столкнулись с Вонголятами и Дино, которые замерли при виде нас. Хибари, бросив на них незаинтересованный взгляд, двинулся куда-то в сторону. Я же решила быть повежливее и с лёгкой улыбкой кивнула. — Всем доброй ночи. Ямамото, отлично справился. — Спасибо! Но было непросто, — тот тоже заулыбался и растрепал и так спутанную шевелюру. — Хорошо, что ты пришла, — это подал голос Реборн, сидящий на плече Дино. — Но в следующий раз можешь смотреть со всеми нами, а не прятаться где-то. Я еле удержала на лице спокойное выражение и не поморщилась. Пусть чёртов Аркобалено скажет спасибо, что я вообще пришла. Особенно с учётом того, через какие жертвы пришлось для этого пройти. Хоть с тем же самым Хибари. Кстати о нём. Наша последняя ссора произошла в том числе по вине Реборна, потому не помешало бы прояснить, чего он добивался. — Пресмыкающееся, — окликнули меня. Хибари уже был в шлеме, и одной рукой он и правда удерживал мотоцикл, какого-то тёмного цвета, не различимого в скудном освещении. В другой я увидела ещё один шлем. Несмотря на реальность, веры в происходящее у меня всё равно не прибавилось. — Заглянешь, как будет время? Хочу переговорить кое о чём, — обратилась я к Реборну. Тот, взглянув на Хибари, хмыкнул. — Конечно. Зайду к тебе вечером через пару дней. Наверное, нарываться на ещё один разговор с Реборном было не очень умно. Однако я думала над его мотивами, над тем, как прошёл наш прошлый разговор, и в этом я видела всё больше странного. У нас с малышом есть две точки соприкосновения: Мукуро с рейтингом и Хибари. Но в отношении меня Аркобалено был слишком пассивен по обоим вопросам. По всему выходило, что мне где-то откровенно пиз... кхм, увиливали и хитрили сверх меры. Потому я всё же решила прояснить дело ещё раз. А то строить догадки и фантазировать, как мне выворачивают мозги из-за длинного языка Мукуро, я могу столько, что действительно съеду с катушек. Я кивнула и под обалдевшими взглядами подошла к шефу. Он всучил мне шлем, а сам принялся крепить мою сумку на багажник рядом со своей. Я же пыталась совладать с этим ведром на голову. Шлем вероятно был удобный и мягкий для кого-то покрупнее. На мне он болтался и уже при одном неудачном движении залупил по носу. А защитное стекло затемнило всё вокруг, и так слабо освещённое от далёкого уличного фонаря. Со стороны выглядела я, наверное, занятно. Как инопланетянин с большой головой. Шеф, повернувшийся после крепления вещей, подтвердил догадки. Его глаз я не видела, да и ни одного слова он не проронил, но наклон головы к плечу выглядел слишком красноречиво. — Едем? – глухо проговорила я, не давая ему много времени на подумать. Хибари перекинул ногу через сиденье и подождал, когда я залезу сзади. Так же красиво и одним движением у меня не вышло, но долго тоже не возилась. Взгромоздившись, я вдруг осознала одну простую вещь. Мотоцикл – это не машина. И даже не автобус. Сесть с каким-никаким комфортом ещё можно, а вот поручней конструкция не предусматривала. Когда шайтаново изобретение затарахтело и заурчало, я вздрогнула. Мозг не кликал, и я почти была согласна на рынок. Поручней так и не появилось. — Держись крепче, — повернув ко мне голову, проговорил Хибари. Когда мы внезапно тронулись с места, я чуть не тронулась следом головой. Оставалось вцепиться в шефа со всей дури, плотно зажмуриться и порадоваться, что рёв мотора не только оглушил, но и скрыл мой визг. Ехали мы, по ощущениям человека, ни разу даже не дышавшего в сторону мотоцикла, быстро. Холодный ветер лупил по рукам, и я старалась максимально прятаться за широкой спиной, чтобы не замёрзнуть. Когда я немного привыкла к скорости, рискнула приоткрыть глаза. Дома проносились мимо так быстро, что их невозможно было даже отличить одно от другого, а фонари мелькали, как гирлянды. От этой картины сердце принялось колотиться, как бешеное, а внутри начал подниматься восторг. Естественно, мне довольно быстро стало интересно, что там впереди. Вот только подлезть не было возможности. Толкать Хибари под руку было опасно, а заглянуть поверх плеча мешали шлем и недостаток роста. Когда мы начали притормаживать для поворота, я всё же высунулась. Попыталась максимально приблизиться к уху Хибари, насколько позволял шлем, и с нескрываемым восторгом проорала: — А давай ещё быстрее! Нет, мне правда понравилась такая быстрая езда. Страх врезаться куда-нибудь и отлететь в следующее перерождение быстро прошёл. Почему-то казалось, что рядом с ГДК со мной ничего не произойдёт. Он ведь уже не один раз спасал меня. Да и канон не дал бы ему шансов покончить с собой и заодно со мной. На повороте сердце сделало кульбит, и я снова зажмурилась. Вскоре мотор опять набрал мощь, и я сначала подумала, что Хибари меня не услышал. Но когда он, разогнавшись, на ровном месте немного вильнул в сторону, я снова взвизгнула. Услышал, значит. И недвусмысленно дал понять, что в следующий раз меня скинут с мотоцикла нахрен. Вот ведь... жук майский! Вскоре Хибари начал сбавлять скорость, а потом и вовсе остановился. Я огляделась и, узнав место с другой стороны от своей улицы, ближе к моему дому, сползла на асфальт. Ноги не стояли ровно, потому я, хотелось бы верить, что незаметно, опиралась на мотоцикл. Шеф отстегнул мою сумку, и я вернула ему шлем. После он, как я опасалась, не газонул сразу, а наоборот, поднял защитное стекло, приоткрывая лицо, и развернулся ко мне корпусом. Значит, выпала возможность перекинуться ещё парочкой слов. — Спасибо, — я улыбнулась и сжала ремень сумки. Хибари, однако, чуть нахмурился. — Скажи мне честно... — Честно, — послушно повторила я. Кровь бурлила, потому я не отвечала за свои слова и решения. ГДК почему-то не оценил. Я немного выдержала его полный скепсиса взгляд, а затем, пожав плечами, прибавила. — Могу ещё на русском. Хочешь? Судя по тому, что Хибари уставился на меня совсем как на дуру, хотел не особо. Держать лицо с каждой секундой становилось всё труднее. Мы ещё немного построили друг другу глазки, а потом я рассмеялась. — Ладно, прости! Что ты хотел сказать? Шеф для верности выждал ещё небольшую паузу. Так как совесть у меня не проснулась, а весёлость то и дело сбивала серьёзный настрой, пришлось иметь дело с тем, что есть. — Тебе просто нравится во всё это влипать? — Нет, — здесь я посерьёзнела. Не до конца, правда, потому всё в той же неспокойной манере сцепила руки в замок за спиной и перекатилась с пяток на носки. — Можешь мне не верить, но я правда хотела бы спокойную жизнь. И если бы в самом начале мне дали выбор... Я осеклась. Отвела взгляд, чуть прикрыла веки и действительно на полном серьёзе представила эту ситуацию. Мои первые минуты пребывания в этом мире, звонок Кусакабе, его предложение пойти на работу в Среднюю Намимори... а я отказываюсь. Устраиваюсь куда-то ещё, условно официанткой недалеко от школы, завожу другие знакомства, живу на самом деле спокойную жизнь... Хожу мимо Средней Намимори. Смотрю, как разворачиваются уже известные мне события, вижу каждый день одни и те же лица. Те, которые я знаю. Те, которые не узнают меня. Я снова рассмеялась, но с какой-то горечью. На душе стало очень тоскливо, и я тряхнула головой, избавляясь от вызванных видений. Да, я хотела жить спокойно, но почему от этой «спокойной» жизни стало страшно чуть ли не так же сильно, как от воспоминаний о смерти? Хибари, кажется, понял. Психоаналитик чёртов. Иначе я не могла объяснить его следующие слова. — Ты ведь хотела уйти после контракта. — И бросить школу? Отказаться от всех вас? — такое предложение, пусть косвенно, но всё же исходящее от шефа, порядком возмутило. — Не намучились ещё со мной! Или уже просишь пощады, великий и ужасный Хибари Кёя? На провокацию он не поддался. А жаль. Вместо этого он как-то по-особому сощурился и с равнодушием заметил: — Выходит, ты соврала. Я немного помолчала. Снова поперекатывалась на подошве, пытаясь как-то исхитриться. Можно было бы сказать, что я хотела жизнь без происшествий. Но разве происшествия не являлись самим нутром и смыслом Дисциплинарного комитета? Разве в Средней Намимори можно было рассчитывать на тихую и скучную жизнь? И разве я не знала, на что шла? Ещё когда стояла перед ним в свой последний по прошлому контракту рабочий день, а Хибари рвал моё заявление на увольнение? — На твой вопрос? Выходит, что да, соврала, — долго препарироваться под взглядом шефа мне не хотелось, потому я дёрнула плечами, сощурилась и сама перешла в атаку. — Но разве это важно? Ты ведь и сам такой же. — Не понимаю, о чём ты, — Хибари сразу заледенел. Он демонстративно отвернулся и положил руки на руль, но я с азартом ухватилась следом. Теперь дать по газам, когда я висела мёртвым грузом, становилось тяжелее. И лучше не думать, что при желании шеф мог бы одним движением руки откинуть меня куда-нибудь на обочину. — Тогда я поясню. Ты не любишь тех, кто сбивается в толпы, однако мы – коллектив. Ты не любишь тратить своё время на лишних людей, однако мы здесь и сейчас не случайно встретились, — всё время я цеплялась за один из рычагов на руле, но после этих слов решила ухватиться за второй, при этом ещё и зкрыв собой замок зажигания. Чтобы наверняка не свинтил. — И это я к чему! — чувствуя, что вот-вот жахнет, я повысила голос. Затем склонила голову, ища глаза Хибари. — Не надо мне указывать на подобные темы и говорить, где я в них соврала. Мне не сложно в этом признаться. И раз уж мы выяснили, что все всем соврали... для нас с Кусакабе очень ценна твоя забота, как бы ты её ни выражал. Но не надо беречь нас от всего. Мы тоже можем справиться. ГДК убрал руки с руля, избегая прикосновений. Отлично, успокоился. Я тоже выпрямилась. Буквально лежать боком на руле оказалось очень неудобно. Да и сумка дополнительно тянула вниз, потому на рёбрах наверняка появится какой-нибудь новый синяк. Несмотря на неловкую тему, Хибари спокойно взглянул мне в лицо. — Иди домой. Пока я тебя не уволил. — Ладно, — увольнять меня точно не надо, так что я тоже поубавила эмоции в голосе. Затем кивнула. — Спасибо ещё раз. До завтра. Шла я на удивление в тишине. Казалось, спину буквально жгло от чужого взгляда, отчего хотелось поторопиться. До дома идти было близко: он хорошо просматривался оттуда, где Хибари остановился. Я бы тоже на его месте не хотела ехать в чужой спальный район так поздно на таком громком транспорте. Он и так довёз меня буквально к порогу, разве что последние шаги проконтролировал издали. Открыв калитку, я обернулась. Место, где стоял шеф, с такого расстояния было скрыто тенями и отблесками, но я всё же видела знакомый силуэт. Наугад махнула на прощание рукой в том направлении, а затем, уже запираясь изнутри, услышала звук заведённого мотора. Завтрашний день обещал быть тяжёлым – всё же Туман являлся капризным и сложным элементом. Но, несмотря на это, меня то и дело тянуло улыбнуться. Радовало ещё и то, что бой Тумана выпал на воскресенье. Потому было очень удобно, что Хибари отвёз меня именно в последний рабочий день школы, перед её уходом на выходной. Правда, это ещё не значило, что в спортзал никто не сможет пробраться, особенно кучка детей и профессиональные наёмники. Воскресенье я потратила на долгожданную уборку. Совсем грязью за время фобии я, конечно, не заросла, но веник всё равно не мог сравниться с полноценной влажной уборкой. Так как вечером предстояло ехать на работу и ночевать на ней, я решила не упахиваться насмерть и ограничиться первым этажом. Дом оживал буквально на глазах и после обеда, когда я выливала последнее грязное ведро, чуть ли не светился. Настроение сразу поднялось. Пусть убираться в прошлой жизни я не особо любила, сейчас руки чесались пойти отмывать и ванную со спальней. Но не всё сразу. Я развесила во дворе шторы, порадовавшись, что их отсутствие пришлось на то время, когда я не ночевала дома, а после пошла готовиться к бою Тумана. В то, что меня не прибьёт иллюзиями, я совсем не верила. Пусть что Мукуро, что Мармон в аниме любили трындеть о вере в иллюзии и понимании реальности, на деле всё явно не выглядело так просто. И мне почему-то казалось, что я определённо буду мёрзнуть в снегах и жариться в огне, пусть даже с пониманием, что в реальности мы по-прежнему будем в спортзале. Опыт с Мукуро показал, что моё сознание совсем не такое гибкое и одной упёртости с нежеланием поддаваться силе иллюзиониста не достаточно. В моём понимании, должен быть ещё и характер, чтобы отстоять у пламени Тумана свою реальность, а я таким, к сожалению, похвастаться не могла. Так что подготовиться в моём случае можно было разве что морально. Немного отдохнуть, отвлечься, поставить себе какую-нибудь цель на завтра, чтобы было больше мотивации пережить сегодня... Например, полить цветок Хибёрда. Интересно, цель достаточно глобальная? В конце концов, маяться дома мне надоело, потому я приехала сильно заранее и продолжила страдать фигнёй уже в одном из кафе буквально в паре кварталов от Средней Намимори. В здание школы меня тоже всё же пустили, пусть и с большой неохотой. Я пошлялась по первому этажу, ища чёрные входы и обходные пути, но всё было закрыто. После ещё одного фильма, просмотренного в кабинете, я спустилась вниз и пошла на площадку боя. Вонгола, как обычно, развлекалась. Савада почему-то нашёлся на полу в отключке. Пока шла к детишкам, которые за орами друг на друга меня не замечали, никак не могла вспомнить, что с ним случилось и почему Десятый прибыл на бой самых загадочных хранителей немного не в себе. Перебинтованный Гокудера заметил меня первым и от этого открытия оборвал себя на полуслове. Из-за резкой тишины на меня обратили внимание и остальные. — О, привет! — это мне махал рукой перебинтованный Ямамото. Кажется, после вчерашнего вечера, когда я показала компании свою какую-никакую лояльность, он стал ко мне относиться чуть попроще. — Всем добрый вечер, — я коротко обвела «своих» взглядом, кивнула чему-то улыбающемуся Реборну и уже после посмотрела на «чужих». Мармон стоял в центре спортивного зала, строгий и непреклонный, как маленький Немезис. Объяснить, как фактически ребёнок мог выглядеть так внушительно, я не могла. Он был не больше Реборна, которого на плечах таскали буквально все, даже я. Но от него становилось не по себе. Возможно, из-за капюшона, который скрывал большую часть лица, возможно, из-за его ауры иллюзиониста и офицера Варии. Чуть позже прилетел и Колонелло на ястребе. Сказать честно, про малыша с соской Дождя я успела со всеми страстями забыть, потому здорово удивилась, увидев его. От хмурого воинственного взгляда по спине пробежала дрожь, и я поспешно отвернулась. Как-то поблизости стало много чёртовых Аркобалено. Вскоре Тсуна пришёл в себя, а после явились... они. Вонголята принялись гадать, являлась ли Хроме Мукуро, а мне хотелось наоборот раствориться в пространстве, дабы девочка, а позже и сам Ананас, меня не заметили. — Меня зовут Хроме, — зазвучал тонкий знакомый голосок. Кен и Чикуса рядом с девочкой стояли с демонстративно кислыми лицами, не глядя на присутствующих. А вот сама Докуро меня таки заметила. — Лиссана, здравствуйте! Спасибо вам за шоколад. Присутствующие с разными эмоциями уставились на меня. Не теряли лица только малыши: Реборн и так всё знал, а Колонелло, вероятнее всего, наша драма была до лампочки. — Не за что, — несмотря на ситуацию, улыбнулась я искренне. Девочка вызывала положительные эмоции, и о ней хотелось позаботиться хоть немного. — Надеюсь, он тебе понравился. Однако обмен любезностями пришлось быстро прервать. Среди парней разгорелись споры о том, может ли Хроме сражаться на их стороне. Отчасти я их понимала. Сама недавно очень сильно пострадала от рук Мукуро, а его связь с девочкой была видна невооружённым взглядом. Однако Докуро держалась на удивление стойко и спокойно. Кажется, жизнь в Кокуе, да и остальная часть её нелёгкого прошлого, здорово её закалила. — Это решать боссу, — твёрдо отрезала Хроме, затыкая перебранку. — Босс, я подхожу на роль твоего хранителя? — Что скажешь, Тсуна? — подтолкнул Реборн, когда Савада затормозил. — Хроме – единственная, кто может сражаться за кольцо Тумана. Смотреть, как у Тсуны шарики заходили за ролики, было даже уморительно. Но в нём на удивление не было враждебности или настороженности, в отличие от остальных хранителей. Даже я, будучи на своих условиях и знаниях о каноне, шла к Мукуро, как на убой, а Савада держался похвально. Выдержав небольшую паузу, он уверенно кивнул. — Да, ты подходишь на роль хранителя. Смешная сцена с поцелуйчиком для меня прервалась очень резко. Девочка летящим шагом прошла мимо, и я вдруг почувствовала от неё сладковатый запах. Обоняние у меня в принципе было слабым, потому, раз я чувствовала какой-то запах, то он был довольно сильным. Однако тот, что я ощутила, почему-то казался странным и никак не шёл из головы. Для такой юной девушки он, лично на мой вкус, был слишком приторным, даже дурманящим. Сладким, с какими-то горьковатыми нотками, уходящим во что-то медовое или цветочное в шлейфе. Пока Червелло проверяла кольцо Хроме, я, хмурясь, неосознанно придвинулась ближе, пытаясь почувствовать запах снова и разобраться, что в нём меня так зацепило. — Эй, ты чего? — Чикуса прервал научный опыт окликом, и я вздрогнула, возвращаясь в реальность. Хроме тоже удивлённо обернулась, потому пришлось сказать всё честно: — Извини, я просто почувствовала твои духи. Очень интересный запах. — Духи? – непонимающе переспросила девочка, но продолжить разговор мы не смогли. Червелло начали объяснять правила поединка, и мы с Хроме разделились: она уверенно зашагала в центр зала, а мы сбились в кучку с краю, загнанные под металлическую рамку и ограждённые сенсорными датчиками. Буквально пара минут приготовлений, и... Когда спокойно стоящего Мармона вдруг поглотил столб огня, я, не удержавшись, тихо вскрикнула. Тут же попыталась, как говорится, очистить разум, но всё было тщетно. Мозг просто не верил, когда я, глядя на огонь, такой яркий, трещащий и горячий, пыталась доказать ему, что этого на самом деле нет. Когда столб огня заморозило, меня пробил озноб. Я вдохнула морозный воздух и обхватила себя руками за плечи. Тонкая кофта поверх футболки не грела, и вскоре на вороте спереди образовался слой инея от дыхания. Это и была сила иллюзий, которая показывала, что фокусы Мукуро с моей психикой – далеко не высший пилотаж. Разве могли они сравниться с тем, что тебя заживо поджигали и замораживали, причём совсем не настоящими огнём и льдом? Разве простая фобия сопоставима с тем, как твоё сознание в прямом смысле уничтожало тебя на физическом уровне? Дальше – больше. Щупальца из капюшона Мармона, корзинка с мечами на месте Хроме, ломающийся под ногами пол, искривления в пространстве... Аркобалено начал игру в «Вынеси опоненту мозг», а Вонголята продолжали делать ставки на причастность Мукуро, но я их не слушала и не слышала. Мозг медленно кипел и плавился, а тело сходило с ума, не понимая, где реальность и как на неё реагировать. Вдобавок рядом не было человека, которому я достаточно доверяла и за которого могла бы зацепиться эмоционально. В последнее время на работе мне было спокойнее, чем дома, потому что там был Кусакабе. Даже Хибари вызывал не панику, как при нашем знакомстве, а надёжность. А сейчас я в одиночестве столкнулась с силой, которая совсем недавно чуть меня не разрушила. В какой-то момент я снова почувствовала цветочный запах духов Хроме. Он резко стал настолько сильным, что у меня разболелась голова. Я прижала ладонь к носу в тщетной попытке от него скрыться, но это не помогало. Вскоре перед глазами всё начало слегка плыть. Я сама не могла объяснить такое странное поведение, но кое-что до меня всё же дошло: это была реакция на силу Мукуро. Этот маг-кудесник всё же что-то во мне сломал. — Это не Мукуро, — вдруг донёсся до меня голос Тсуны. — Я не могу объяснить... Это не он, но иногда я улавливаю его присутствие. Точно, Савада ведь тоже чувствовал Ананаса. Но реагировал чуть проще, чем я. — Реакции на силу конкретного иллюзиониста после столкновения с ним – это не редкость. Особенно у чувствительных людей, — вдруг донёсся голос Реборна. Подумать об этом было бы интересно, но в спокойной обстановке. Сейчас явно не до рассуждений. Вдруг давление значительно ослабло. Аромат перестал лезть в нос, и я отняла ладонь от лица. Хроме лежала на полу, вытянувшись к разбитому трезубцу, а её тело вдруг начало закрываться туманом. Мармон кружил рядом, выпендриваясь. Я нахмурилась и сжала кулаки. Хотелось броситься к девочке, но двигаться было нельзя. Червелло специально оградили нас от поля боя. — Мукуро-сама, — начала бормотать Хроме, и я чуть в возмущении не наорала на Ананаса, которого здесь даже не было. Он должен был вот-вот появиться, но почему-то медлил. Пока девочка боролась за себя, пытаясь прожить без иллюзорных органов, этот петух красноглазый шлялся непойми где! Однако вскоре мне пришлось признать, что быканула зря. Цветочный аромат изменился, став ещё тяжелее. Голова будто наполнилась ватой, лишаясь мыслей. По спине пробежал холодок, и я ощутила уже знакомое желание просто раствориться в пространстве и не существовать. — Он здесь, — траурным голосом подтвердил мои мысли Тсуна. А после тело Хроме окончательно исчезло в тумане. — Вот же позёр, — пробормотала я, когда по залу прокатился знакомый характерный смех. Мармон проиграл так быстро, что я, даже зная канон, не сразу осознала произошедшее. Мукуро немного покружил с Аркобалено, а после... Когда малыша начало раздувать, и Мармон захрипел, я поёжилась. К горлу подступила тошнота, и я отвернулась. Аркобалено походил на разрастающуюся опухоль, и смотреть долго на его краснеющее лицо оказалось выше моих сил. Всё же Мукуро был страшным человеком. Сотворить такое с одним из сильнейших детей – это что-то невероятное. Аркобалено не зря носили свои звания, и я слабо могла представить, чтобы того же Реборна в аналогичном сражении победили условные Рёхей или Луссурия. А тут пожалуйста. Или можно сделать поблажку, что Вайпер долго скрывался ото всех и почти не пользовался своими силами? Хм, не знаю. — Надо же, знакомые всё лица, — вывел меня из задумчивости приторный голос Ананаса. — Молодой Вонгола, его хранители и Аркобалено... И вы, прекраснейшая, — увидеть его красный глаз было не по себе. Особенно, когда сам Мукуро давно не представал, так сказать, во плоти. От его довольного голоса захотелось скривиться, а кулаки в очередной раз зачесались. Как-то часто при встрече с Ананасом я начала замечать за собой тягу к насилию. — Рад встречи, Лиссана. Я чуть было не решила, что он в прямом смысле нас палит. Однако немного предостерегающий прищур заставил вовремя остановиться и не рубить с плеча. Очень кстати вспомнилась наша недавняя встреча в Кокуе. Интересно, он специально отослал меня на неё? — Хотела бы сказать то же самое, но не люблю врать, — решила и я повторить свою прошлую реплику. Судя по довольной улыбке, именно это от меня и требовалось. Неужели Мукуро действительно не хотел обнародовать нашу связь? И Реборну он мог ничего не рассказать? Ох, сложно, я же и правда могу в это поверить... Поверю, а потом наверняка наколюсь. Хроме и так уже объявила, что мы встречались. Хотя всем заинтересованным и так всё было известно, а остальные пусть не лезут. — Побеждает сторона Савады Тсунаёши, — раздался голос Червелло. — Следующий ночной бой – Облако. Ох, млять...