Лето 2005-го

— Я не люблю тебя, — говорит ему Дин. — И никогда не полюблю, — говорит Дин. — Твоя любовь не дает мне дышать, — говорит Дин. — ТЫ не даешь мне дышать. — Избавь меня от этого. — Это — только твои проблемы, Кас. — И дело тут не в том, что ты не нашел себе тело какой-нибудь красотки. — Мне нужен только Сэм, больше никто, — говорит Дин Кастиэль молчит. Кастиэль верит Дину. Полностью и безоговорочно. И Дин уезжает, чтобы не любить Кастиэля где-то еще. В каком-то совершенно другом месте. На водительском сиденье Импалы, где все пропитано запахом пороха, а раскаленная кожа обивки липнет к брюкам в жаркие дни и обжигает льдом в дни холодные. В маленьком придорожном мотеле, где номер всегда с двумя кроватями, вода всегда ржавая, а постельное белье в подозрительных пятнах. На провинциальном кладбище, умиротворенном и тихом, где обязательно найдется мертвец, упрямо не желающий покоиться с миром. В бункере, в своей комнате, где на стене маслянисто поблескивает оружие, а в ящике комода спрятаны глянцевые журналы с обнаженными японками. Может быть Дин в Калифорнии, где высокие строгие пальмы вытянулись вдоль дорог, золотистые пляжи омывает Тихий океан, а воздух кажется раскаленным. Может на Аляске, где трескучие морозы, синие озера, пушистые ездовые собаки, а воздух, стоит его вдохнуть, тут же застывает в носу. В Массачусетсе, где осенью деревья покрыты яркими листьями всех цветов: зеленые, желтые, красные, рыжие, а воздух кажется прозрачным, словно вода. В Техасе, где пыльные бури и раскаленный песок, где на прериях растут высокие травы, и, кажется, вот-вот промчится мимо дикий мустанг. Или в Канзасе, где в городишке Лоуренс нет ни океана, ни озер, ни прозрачного воздуха, зато застыл в безвременье старый двухэтажный дом, в котором когда-то маленькому мальчику мама обрезала корки на сэндвиче. Кастиэль не знает где. Какая разница, где именно Дин не любит его? Потому что Дин так и не поверил в него, полностью и безоговорочно. Кастиэль не пытается узнать, где находится и чем именно занят Дин Винчестер. Больше никогда. **** Когда охотник Дин Винчестер навсегда уходит от ангела Кастиэля, в мире ничего не меняется. Самолеты все также летают по небу, внушая ужас некоторым людям (в число которых по-прежнему входит охотник Дин Винчестер) и, несмотря на это, продолжают оставаться самым безопасным видом транспорта. Корабли все также бороздят океаны и реки, иногда оказываясь на дне. Машины ездят по дорогам, а люди ходят по обочинам. Арабы все также воюют с израильтянами, русские с американцами, а мусульманские террористы со всем миром. Ангелы восстанавливают небеса, растрачивая благодать на тщетные поиски отца. Ангел, по имени Кастиэль возвращается домой и, наконец, становится тем, кем так давно мечтал быть — обычным ангелом. Охотники во всем мире уничтожают разнообразную нечисть, а иногда и нечисть уничтожает охотников. Все так же колесит по дорогам США черная Шевроле Импала. Охотник, по имени Дин Винчестер, по-прежнему молится ангелу Кастиэлю. И в том, что ангел не откликается ему, тоже, в общем, ничего необычного. Охотник Сэм Винчестер все также называет охотника Дина — кретином. И, как обычно, втайне охотник Дин с ним полностью согласен. И ничего нет странного в том, что иногда охотник Дин Винчестер размышляет, как было бы здорово попасть после смерти на небеса, чтобы попросить там прощения у кое-кого. И так же, как и раньше, когда эти мысли делаются невыносимыми, охотник Дин Винчестер становится опасно неосторожным, излишне безрассудным. Хотя, знаете, он всегда таким был. И совершенно ничего странного, что в самые опасные моменты, когда жизнь Дина Винчестера буквально висит на волоске, за спиной его оказывается незримый ангел Кастиэль и всегда успевает спасти. Ангел и раньше так делал, тут тоже ничего не изменилось. Даже то, что охотник Дин Винчестер считает ангела Кастиэля гордым заносчивым упрямым бессердечным ублюдком, не ново. И совершенного ничего нет нового в том, что иногда, потеряв что-то очень ценное, люди вдруг начинают это ценить. Абсолютно ничего нового. Но и тот факт, что подобные ситуации повторяются постоянно, не делает их менее печальными. Ведь ангел и охотник уже не увидятся. Больше никогда.