Демон

— Ты вчера так внезапно ушла, что-то случилось? — спросила её подруга Аврора, когда Маринетт села рядом с ней. — Наверно, меня укачало в автобусе, пока мы ехали, — солгала девушка, — мне как-то плохо стало. — Это всё из-за твоих таблеток, которые ты принимаешь, — ответила сокурсница, — обратись к врачу и пусть пропишет тебе что-нибудь другое. Или начни правильно питаться. Это же всё лекарства для твоего желудка, правда? Да. Таковой теперь представилась жизнь Маринетт, что ложь стала для неё абсолютно нормальным явлением. Но она больше не хотела переживать свой прежний ужас. Если для этого приходилось врать, то эта была незначительная жертва. Оставалось всего пять минут до лекции, когда все студенты вдруг восторженно ахнули. Дюпен-Чен взглянула в сторону двери, и всё её тело сковало от шока. На пороге стоял тот самый блондин, которого она видела вчера. Сияя своей совершенной красотой, он с интересом оглядывал присутствующих. Его непокорные золотые локоны торчали в разные стороны, придавая красавцу немного небрежности, длинные красивые ноги были затянуты в узкие джинсы, а две верхние пуговицы на рубашке были расстёгнуты, давая окружающим возможность оценить то, насколько красивой была его кожа. И сердце девушки ёкнуло, когда он остановил на ней взгляд своих изумрудных глаз. Хитрая полуулыбка не сходила с его губ всё то время, пока он приближался к месту, где сидела девушка. Невозможно было передать весь этот ворох чувств, который охватил Маринетт, когда блондин становился всё ближе к ней. Но, точно не обратив на смятение девушки внимания, красавчик прошёл мимо и сел прямо за ней. — Доброе утро, дамы! — улыбнулся он. — Как ваш первый учебный день? — Замечательно! — тут же ответила Аврора, её глаза выдавали, что она уже успела увлечься неизвестным красавчиком. — Тут всё такое вдохновляющее! — Да, это здание очень любопытное. В своё время, здесь жил один аристократ, известный своим изысканным вкусом. Он лично контролировал строительство, поэтому тут очень много любопытных помещений. Большую часть из них он использовал для весьма сомнительных целей. — Ты такой умный! Так много знаешь! — не унималась приятельница Маринетт. Она хлопала в ладоши и хлопала длинными ресницами, а потом протянула блондину руку. — Я — Аврора Бореаль! Приятно познакомиться! — Очень, — улыбнулся юноша и мягко коснулся губами ладони девушки. — А твоё имя? — вдруг вмешалась Маринетт. Блондин перевёл на неё свои яркие зелёные глаза и в этот момент сердце девушки начало безумно биться, точно готовясь к взрыву. — Зови меня Феликс, — хмыкнул красавец, — Феликс Агрест. При упоминании этого имени, брюнетка вздрогнула. Она не могла оторваться от губ юноши. Почему-то всё это казалось ей удивительно знакомым. Словно это были воспоминания о потерянном прошлом, но, сколько бы она не силилась, в голову не приходило ни единой идеи о том, где бы и когда Маринетт могла бы пережить подобное. — А у тебя красивые глаза, — вдруг прервал ход её мыслей светловолосый, придвигаясь ближе к брюнетке, — точно два глубоких океана, затягивающих меня в бездну. Так и с ума сойти недолго. Слушая его слова, Маринетт теряла остатки разума. Был ли этот парень тем же, кто подошёл к ней вчера или это была только безумная игра её больного воображения? Ощущение его губ, его полуобнажённой кожи. Почему ей казалось, что она уже прикасалась к ним? Даже ни разу не притронувшись к новому знакомому, Маринетт уже заранее знала, что язык внутри его рта обжигающе горяч, что его объятья невероятно тёплые и от прикосновения этих пальцев можно легко потерять голову. Почему ей казалось, что она уже знала о нём всё? И почему вдруг светлое помещение лекционного зала вдруг показалось ей наполненным тьмой и тусклым светом восковых свечей? Будто нечто похожее уже происходило с ней очень-очень давно. Словно бы сто лет назад.