Несуществование

Она была готова умереть от укуса ходячего, лишь бы не возвращаться назад. Назад в этот аккуратный ухоженный дом с чистыми стенами, мебелью, полами. В этот пустой холодный дом, насквозь пропитанный её криками, которые никогда не прорывались дальше стонов боли. Всё может закончиться здесь и сейчас, и ей не придётся биться за свою жизнь и свободу от Эда, не придётся бояться его и того, что он с ней сделает, если ей так и не удастся вырваться. Пульсирующая тяжесть в ноге достигла такого апогея, что Кэрол казалось, её конечность распухла до размеров ноги слона. Она сильнее стиснула тёплую рукоять пистолета, который вложил ей в ладонь Дэрил. Дэрил… Она чуть не расцеловала его, как вскоре выяснилось, брата, когда пришла в чувства на заднем сидении грязного салона автомобиля под грохочущую тяжёлую музыку. Она была счастлива как никогда, ведь впереди её ожидали как минимум несколько недель (а может даже больше, на что она очень надеялась) вдали от дома. Она с трудом приоткрыла непослушные веки. В горле — раскалённая пустыня, сердце бьётся в тахикардической истерике. Она жива. И снова в этом мире, где ничего из себя не представляет. И где она теперь имеет все шансы застрять навсегда. Теперь, когда её не стало в том мире. Но ведь она там никогда и не существовала раньше. Кэрол не нужно было оборачиваться, чтобы знать — рядом спит Эд. Или не спит? Плевать. Стерев кончиками пальцев остатки слёз, намочивших подушку, женщина села в кровати. Каждое движение отдавалось болью во всём теле — где-то тупой, где-то резкой, где-то ноющей. Она всё же обернулась. Совсем немного повернулась корпусом, чтобы посмотреть на посапывающего на своей половине кровати Эда. На человека, который ещё несколько часов назад душил и насиловал её, а теперь спокойно спал рядом, словно ничего не произошло, словно так и надо. Если бы она проснулась, обратившаяся в ходячего, он был бы уже мёртв. Возможно, успел бы что-то пробулькать перед смертью, перед тем как она сожрала бы его внутренности. Кэрол сморгнула наваждение, такой яркой картинкой представшее перед её глазами. На этой картинке простыни были влажными и почти чёрными от луж крови в темноте, а вместо горла у Эда зияла рваная бездна. Боже, что за мысли. Сперва это был бы Эд, а затем из-за неё зараза стремительно бы распространилась по улице, по городу, по миру… Нет, никто такого не заслуживает, даже Эд. И всё же она не могла оторвать остекленевшего взгляда от мужчины, мирно спящего в нескольких сантиметрах от неё. Такого беззащитного и уязвимого в эту минуту. И как у него хватило наглости и смелости просто взять и заснуть рядом с ней после того, что он совершил? Неужели в его голову не закралось ни единой сомнительной мысли? О том, что может сделать жена, когда придёт в себя… А что она может сделать? Стоило быть откровенной с самой собой. «Ты ничего не сделаешь. Сейчас ляжешь обратно и попытаешься заснуть, надеясь, что наутро он проснётся в хорошем настроении и будет делать вид, что ничего не случилось. Равно как и ты. Будешь притворяться, что ничего не произошло». Кэрол тихо соскользнула босыми ступнями на пол, встала и уже полностью развернулась лицом к кровати, взирая на Эда сверху вниз. Интересно, выжил бы он в мире ходячих? Выживет ли, когда эта катастрофа всё-таки нагрянет? Когда они со своими жалкими жизнями догонят тот мир? За себя она могла ручаться, потому что уже успела это проверить. А вот он? Кэрол ожила, ступив по мягкому ковру спальни в сторону. Шаг за шагом, она вышла в коридор и направилась к лестнице. «Ну и куда ты намылилась, глупая? — отказывался униматься внутренний голос, насмешками пытаясь вразумить женщину. — Что, неужели пойдёшь в полицию снимать побои?»

***

Она пошла. Просто натянула джинсы и обувь, накинула пальто и вышла из дома. Глубокой ночью в их спальном районе на улицах никого не было. Только слышался шум машин, изредка проезжающих по шоссе вдали и один раз женщина наткнулась на выскочившую из-за угла собаку. Кажется, собака испугалась Кэрол куда сильнее, чем она её. Кэрол некого было бояться. Ей некого было стыдиться. Вокруг — ни души. А её собственная душа будто блуждала где-то далеко-далеко, оставив вместо себя лишь пустую оболочку тела. — Мэм? — всего одно слово. Один слог, в котором молодой юноша в форме в приёмной полицейского участка умудрился уместить удивление, тут же перешедшее в полную готовность помочь, как только он поднял глаза и увидел перед собой лицо женщины. — Я хочу сообщить о нападении, — произнесла Кэрол, слыша себя словно со стороны. — И изнасиловании. — Вы видели лицо нападавшего? Где это произошло? — поднявшийся на ноги полицейский уже прижимал к уху телефонную трубку, набирая на аппарате номер. — Мой муж. Это был мой муж.

***

Последние несколько часов она провела как в тумане. Или прошло куда больше? За широким окном с приподнятыми жалюзи уже было светло. День выдался солнечным, и яркий диск висел где-то высоко-высоко, освещая ряды автомобилей, выставленных на парковке. Один из лучей дважды полыхнул по открывшейся и быстро закрывшейся дверце одного из них. Веки Кэрол дрогнули — как и всякий раз тогда, когда вспышка камеры слепила её, пока служебный фотограф запечатлевал каждый след на её теле от рук Эда. Чуть позже она и сама получила возможность увидеть всё в больничном свете душевой комнаты, примыкающей к процедурному кабинету центра, куда её отвезли после дачи показаний в полицейском участке. И где она с остервенением стирала с себя остаточные ощущения Эда на своём теле, игнорируя болезненные реакции изувеченных участков. Там было зеркало, в этой душевой. И больше всего Кэрол запомнились темнеющие следы от пальцев Эда на её шее. Почему-то именно эти следы впечатлили её сильнее прочих. И сильнее всех прошлых, полученных за всю свою жизнь брака. — Миссис Пелетье, — женщина за письменным столом прервала мерное тиканье круглых настенных часов. Голос её звучал мягко, а лицо выражало чрезмерное сочувствие. Она говорила тихо, проникновенно, будто боялась, что сидящая напротив Кэрол испугается, если с ней говорить нормальным будничным тоном. — Ваш муж сейчас находится в участке, однако до тех пор, пока не будут получены результаты анализов, удерживать его там дольше, чем длится допрос и необходимые для вашей ситуации процедуры, его не станут. Вам есть, куда идти, кроме дома? Вы можете остаться в нашем реабилитационом центре… — Есть. Мне есть, куда идти, — кивнула Кэрол рассеянно. — Да, спасибо. — Вы уверены? — для надёжности переспросила женщина. — Да. — Тогда я прошу вас оставить нам адрес, чтобы мы знали, где вас искать. На всякий случай. — Да, конечно, — вновь кивнула Кэрол, беря со стола ручку и блокнот, которые к ней только что пододвинули. — Только… Возможно узнать, сколько его ещё продержат в участке? Мне нужно забрать из дома кое-какие вещи.

***

Отцовский дом встретил её гробовой тишиной и застоявшимся воздухом, но открывать окна, чтобы проветрить комнаты, она не стала. Напротив, заперла все на замок, перепроверила, включила сигнализацию и только после этого поднялась наверх, где и приоткрыла немного форточку. Она не знала, как поступит Эд, когда его отпустят. Конечно, найти её здесь труда ему не составит, однако хватит ли у него смелости лезть к ней сейчас, когда он попал под пристальное внимание правоохранительных служб? Решится ли он применить на ней своё главное оружие — страх? Кэрол сидела на краю скрипучей кровати на чердаке и жевала один из бутербродов, которые наскоро собрала дома, чтобы взять с собой. Она почти не чувствовала вкуса еды, смотря на узор старых обоев перед собой. Всё, что она чувствовала, это была горечь разочарования. Она ощущала себя полной дурой. Несмотря на то, что её ночной поступок пока ещё не принёс никаких ощутимых результатов, несмотря на то, что Эд по-прежнему был где-то там, на свободе и скорее всего злой, как чёрт, всё оказалось… проще, чем она думала. Над ней никто не смеялся, её никто не осуждал, ей даже кажется поверили. Конечно, неизвестно, что им наговорил Эд и как он это всё преподнесёт, но его неуёмное желание силой заиметь себе ребёнка в конечном итоге вручило выигрышные карты в руки жены. В противном случае, если бы он, как обычно, использовал презерватив, отвертеться было бы куда проще. В чём Эд был действительно хорош, так это в умении вертеться. Выкрутился бы он, если бы она пришла раньше и заявила бы о побоях? Теперь она этого никогда не узнает, а ведь конец всему можно было уже давно положить. Расправившись со своим незамысловатым обедом, Кэрол проверила улицу через окна, выходящие каждый на свою сторону, после чего легла, как была, в одежде, на скрипнувшую под её весом кровать. Одна рука тут же скользнула под подушку и сжала ручку кухонного ножа. Второй она потянулась к тумбочке, где покоился телефонный справочник, который она также забрала из их с Эдом дома. Зашелестели быстро сменяющие друг друга страницы, пока между ними не вынырнула фотокарточка. Достав её, Кэрол устроила её на тумбочке, прислонив к справочнику. Её единственное материальное доказательство того, что она не сошла с ума. Кэрол рассматривала лицо Дэрила за секунду до того, как он понял, что его фотографируют, и вспоминала этот момент, в этом самом доме, пока, сама того не замечая, не отдалась в руки тяжёлой усталости. В какой-то момент перед этим те воспоминания начали перебиваться выборочными отрывками из той жизни, что она успела прожить в мире апокалипсиса. В мире, в котором она скорее всего умерла и куда теперь может не вернуться. И всё, что у неё осталось, это только воспоминания и эта фотография.

***

Кэрол поспешно поднялась на ноги и левой рукой отряхнула с джинсов землю и мелкие сосновые иголки. Можно было не сомневаться — она снова в будущем, а значит та невидимая дверь, что несколько дней назад открылась для неё, не захлопнулась после того, как её укусили и она… А может она тогда не успела умереть? Она ведь так и не выстрелила. Неважно. Важно то, что она, кажется, начала понимать, как работают эти странные перемещения. Женщина опустила взгляд на поблескивающее лезвие ножа в своей правой руке. И точно так же важно то, что вскоре она встретит кого-то из «своих». Они всегда появляются быстро. Сначала Дэрил, потом Дэрил и Мэгги, потом брат Дэрила. Оставалось только решить — стоять на месте и ждать или же начать идти? Просто идти куда-нибудь. Кэрол огляделась и увидела невдалеке справа небольшой пригорок с железнодорожными путями. Железная дорога была недалеко от тюрьмы — замечательно. Значит, она просто пойдёт по путям, пока не выйдет на тюрьму. Впрочем, не успела она преодолеть и полумили, как впереди замаячил какой-то знак, издали казавшийся просто белым полотном, заляпанным чем-то серым, но по мере приближения это полотно приобретало более чёткие очертания. Прикрыв глаза ладонью от палящего сверху солнца, Кэрол прищурилась, пытаясь различить буквы. Терминус — гласила надпись над замотанной скотчем картой, на которой была жирная отметка в окружении множества ведущих к ней дорог. Первой мыслью было, что это — новое название тюрьмы. В конце концов, неизвестно, сколько именно времени прошло с момента последнего визита Кэрол. Однако непохоже, что на карте была обозначена тюрьма. На следующем попавшемся Кэрол знаке карта была чётче, и можно было предположить, что Терминусом называлась некая железнодорожная станция. Так как это был единственный ориентир для женщины, она решила испытать удачу. Сотни, если не тысячу шпал спустя Кэрол наткнулась на ещё одну карту и поняла, что до этого Терминуса оставалось всего ничего. Здесь-то женщина и решила свернуть и углубиться в лес. Никто не исключал вероятности, что она вовсе пошла куда-то совсем не туда, а потому прежде чем с улыбкой стучаться в ворота неизвестной общины, следовало бы получше узнать, что это за место такое. Впрочем, в ворота Тюрьмы она бы с улыбкой тоже стучаться не стала. Не после того, как уже дважды внезапно для всех исчезла и её посчитали мёртвой. К тому же, наверняка теперь считал мёртвой её и брат Дэрила. Тело всё ещё откликалось болью, когда Кэрол делала какие-то неудачные или просто слишком резкие движения, если приходилось расправляться с редкими ходячими. А глаз, которому досталось прошлой ночью больше всего, всё ещё болезненно реагировал на дневной свет. А ещё ей безумно хотелось пить. Лето в Джорджии выдалось действително жарким, а у неё с собой ничего, кроме ножа, не было. В следующий раз может быть попробовать собрать с собой сумку? Впрочем, она не была уверена, что это сработает. Хотя если сработало с ножом… Начался небольшой подъём, и Кэрол, стараясь опираться на выступающие корни деревьев, как на ступеньки, поднялась наверх, где, пройдя ещё немного, очутилась наконец у небольшой заросли, за которой открывался вид на железнодорожную станцию. И выглядела она слишком обжито для обычной железнодорожной станции. Металлический забор-рабица поблизости служил границей, но от него до железнодорожных путей и построек простирался заросший травой склон и небольшой пустырь, поэтому подобраться ближе Кэрол просто не имела возможности. Она видела снующие туда-сюда фигурки людей, но с такого расстояния не могла различить среди них знакомых. Раздумывая над тем, стоит ли рисковать и просто объявиться на пороге общины (и притвориться несчастной жертвой обстоятельств, если вдруг окажется, что эти люди никакого отношения к её группе не имеют) или лучше добраться до ближайшего населённого пункта и раздобыть себе хоть какое-то снаряжение для слежки (и немного еды и воды было бы тоже неплохо), Кэрол не заметила, как к ней приблизился человек. Однако вряд ли дело было в беспечности женщины — человек этот сам по себе умел передвигаться бесшумно. — Ты… — скрываться он также не спешил. Кэрол резко обернулась, выставив перед собой нож, готовая обороняться, но в следующую же секунду расслабилась. — Я же сказала, что вернусь, — улыбнулась она, и будто груз всего мира сорвался с её плеч при виде Дэрила. — У тебя есть вода? Она была уверена, что он сейчас заключит её в объятия — так стремительно он к ней направился, но в последний миг мужчина застопорился и просто остановился на месте, в каком-то шаге от неё. Стянув с плеча арбалет, он затем снял рюкзак, расстегнул и достал оттуда флягу. — Спасибо, — промямлила Кэрол, принимая её из рук Дэрила. Как быстро груз сорвался с её плеч, так же стремительно накатил стыд. Сжимая челюсти, Дэрил хмуро разглядывал её синяки, пока она пила. — Он… — Неважно, — прервала его Кэрол, завинчивая крышку и возвращая ему флягу. — Это ваш новый лагерь? — спросила она, отворачиваясь обратно к видневшейся станции. — Что стало с тюрьмой? Когда ей казалось, что Дэрил уже ей не ответит, за спиной послышался глухой голос. — Ушли оттуда. Через неделю после того, как ты… как ты встретилась с Мэрлом. — Почему? — Что он сделал? — Дэрил поравнялся с ней. — Я первая спросила, — попыталась отвлечь его Кэрол, но, когда стало ясно, что так просто отделаться от подобных вопросов не получится, вздохнула. — Я же говорю — неважно. Повздорили. Но я уже всё уладила. Так что там… — Повздорили? — прорычал Дэрил. — Кофту свою напялила, джинсы, так думаешь я забыл, что у тебя там по всему телу синяки? Кэрол по инерции отшатнулась, когда рука Дэрила оказалась слишком близко к её плечу. Заметив это, он замер, затем опустил руку и перевёл взгляд в сторону станции. — Рядом с тюрьмой была община. Псих один у руля, хотел нас всех перебить. Но местные жители вовремя раскусили, что он припизднутый был, и… короче по старым порядкам его решили судить и упечь за решётку у себя. Или что там… Мы в общем не стали дожидаться, чего они там решат, и нашли новое место. Дэрил кивнул на большое здание из красного кирпича рядом с железнодорожными путями. Прямо на нём между этажами были выведены чёрной краской крупные буквы, дублирующее название с карты: «Терминус». — Правильно. И далеко вы теперь от той общины? — Прилично… Только эти идиотские вывески на каждом углу. С картами и прочим… — Да, я по ним как раз шла. — А… Ну, в общем, нихрена это нам не на руку, если в один прекрасный день кто-то из Вудбери, а то и сам Губернатор на них наткнётся. Они там в Терминусе ещё и по рации временами пытаются связаться с другими, кто выжил. — Так может вам сообщить им об угрозе? Или поискать новое место? Основать своё собственное. — Я предлагал Рику валить, пока не поздно. И время года позволяет продолжить поиски относительно безболезненно, — Дэрил пожал плечами. — Но… Короче сложно всё. И это… Пойдём давай, нечего тут стоять. Ты это… Тут есть хижина одна недалеко. Там никто не живёт. — Хочешь спрятать меня ото всех? — пошутила Кэрол, хотя сама прекрасно понимала, что имел в виду Дэрил. Разворачиваясь, Дэрил фыркнул, но ответил серьёзно: — Мэрл видел тебя тогда. И укус твой. Он не поймёт, если начну объяснять, что происходит. Какое-то время они молчали, идя дорогой, известной одному Дэрилу. Кэрол старалась запоминать попадавшиеся по пути особенно выдающиеся приметы, по которым можно было бы потом вернуться к металлическому забору. Она не смогла бы чётко ответить на вопрос «Зачем?», но лишним это, как она решила, не станет. — Помнишь тот справочник, что ты нашёл? Я позвонила по нескольким номерам… Дозвонилась до Рика Граймса. Нашего Рика. — Ты уверена? — Дэрил было посмотрел на неё, но, едва встретившись взглядом, отвернулся, принявшись смотреть перед собой. — На все сто процентов. Жена Лори и сын Карл. В тот день он только появился на свет, представляешь? И… В общем, я его предупредила — насчёт тюрьмы и того, чтобы при её осмотре вы не разделялись. Думала, вдруг это поможет Хершелу, Ти-Догу и Лори с ребёнком. — Не помогло, — мрачно произнёс Дэрил и сильнее стиснул ремешок арбалета на своём плече. — Вот бы как-то узнать у него о том звонке. Диксон фыркнул. — Как ты себе это представляешь? — он сделал паузу, обдумывая что-то, а затем продолжил. — Я узнал, где он жил в том году. Округ Кинг. — Так значилось в справочнике, да… Хоть Кэрол и убедила себя в том, что тот Рик, которому она дозвонилась, и был тот самый Граймс, но это новое совпадение вновь заставило что-то в её животе неуютно и одновременно с этим победно заворочаться. — Чем засыпать Рика странными вопросами, может лучше это… — тем временем продолжил Дэрил. — Я знаю, где был я в девяносто восьмом. — Ты думаешь, засыпать тебя странной информацией — более удачная затея? — улыбнулась Кэрол. — Мне почему-то кажется, ты из тех людей, которые с первого слова меня пошлют и даже слушать не станут. Дэрил резко остановился, теперь вперившись в женщину, которой тоже пришлось притормозить, тяжёлым, немигающим взглядом. С запозданием Кэрол пожалела о своих словах, брошенных так неосторожно. Но, прежде чем она успела вставить хоть слово, Дэрил продолжил путь. — Ты права, — бросил он, вновь глядя куда-то перед собой. — Прости, я не имела в виду, что… — заспешила следом за ним Кэрол, на ходу пытаясь исправить свою оплошность. — Не парься, всё так и есть. Я бы не стал слушать и послал бы, — прервал её попытку Дэрил и вытянул руку вперёд. — Вон, пришли уже. Между деревьями виднелась ничем не огороженная деревянная хижина. Брёвна под гнётом времени и осадков успели значительно потемнеть, но постройка всё ещё выглядела довольно крепкой. Проверив через окна, что внутри никого нет, Дэрил тем не менее пнул несколько раз дверной косяк перед тем, как войти, и прислушался. — Вы её никак не используете? — догадалась Кэрол. — Незачем пока что, — пожал плечами Диксон, осматриваясь. — Как перевалочный пункт на время охоты бессмысленно — проще дойти до Терминуса, не так и далеко. Как наблюдательный пункт или сторожка — не то расположение, — он положил арбалет на деревянный стол, рюкзак поставил на стул и принялся осматривать шкафы. — Если люди и будут идти, то не с этой стороны. Здесь не очень проходимые тропы и нет никаких населённых пунктов, даже ферм. Всё находится по ту сторону железной дороги. — Да, но если кому-то захочется подобраться незамеченным? — Кэрол открыла ящик прикроватной тумбочки и наткнулась только на гулко прокатившуюся по пустому пространству отвёртку и обрывки тонкой верёвки. Дэрил замер перед распахнутыми дверцами дубового шкафа и с сомнением взглянул на Кэрол. — В некотором смысле патрулирую эту территорию я. Когда охочусь, — видимо, так и не обнаружив в шкафу ничего интересного, он всё-таки его закрыл. — Но я не каждый день охочусь. — О, нет-нет, я не к тому, что я боюсь тут одна оставаться, — запротестовала женщина, после чего предприняла ещё одну попытку избавиться от повисшего между ними напряжения. — Хотя не сказать, что я в восторге от того, что придётся проводить генеральную уборку. Проведя по поверхности тумбочки, она демонстративно показала грязно-серые кончики пальцев Дэрилу. — Извини, — пробормотал он, кажется, не поняв, что это была шутка. — Других вариантов нет. Тут я хотя бы могу приходить, говоря, что иду на охоту. Если селить тебя по ту сторону путей, то будет странно, если на меня кто-то из наших там наткнётся. Да и вы можете пересечься во время их вылазок. — Я пошутила, Дэрил, — она примирительно улыбнулась, затем отряхнула пальцы о джинсы и опустилась на край кровати, застеленной клетчатым пледом. — Здесь более чем хорошо. И у меня будет предостаточно времени, чтобы подумать. — О чём? — О том, что происходит. Я вижу какие-то связи и даже, кажется, понимаю, по какому принципу всё происходит, но не могу понять — почему? Дэрил молча пересёк комнату, которая составляла весь дом и служила одновременно спальней, гостиной, прихожей и кухней, и сел рядом. — Поделишься? — Ну… Я не каждый раз, засыпая, оказываюсь здесь. Всегда происходит что-то, из-за чего мне плохо. Какое-то эмоциональное потрясение. Вот ты, когда оказался у меня, это ведь тоже произошло не на ровном месте, верно? — Ага. Полдня могилу тебе рыл, — мрачно отозвался Дэрил. Секундная тишина, после чего он добавил. — И остальным. — Вот, кроме того, перемещаются также и те вещи, которые ты при этом имеешь при себе. Помнишь, я первое время была совершенно в неподходящей одежде? — Ну да. А сейчас, смотрю, подготовилась? — он кивнул на нож, который Кэрол оставила на тумбочке. А Кэрол лишь глупо моргнула и после этой заминки кивнула. Не говорить же ей, что нож под подушкой она сжимала из боязни, что, пока она спит, в дом её отца проберётся Эд. — Да. Но при этом, — продолжила она как ни в чём не бывало, — когда происходит обратное перемещение, то в своём времени ты просыпаешься так же, как и уснул. Вне зависимости от того, что ты с собой имел в будущем и в каком физическом состоянии находился. Ну, или прошлом, как в твоём случае. — Это, конечно, очень интересное наблюдение, но мало что проясняет, — пожал плечами Дэрил. — А мне кажется, это проясняет тот факт, что мы в некотором смысле находимся на равных условиях. То есть, нет такого, что эти… ну давай называть их перемещения. Так вот, нет такого, что эти перемещения работают односторонним образом, в пользу какого-то одного времени — будущего или прошлого, — Кэрол пожала плечами. — Или что один из миров, как бы это сказать, важнее или доминирует над другим. — Один из миров? — переспросил Дэрил, глядя на неё, как на умалишённую. — Если мы имеем дело не с перемещением во времени, а с параллельными реальностями. Кэрол и сама чувствовала себя неловко, затрагивая этот вариант. Он ей почему-то казался каким-то абсурдным. С другой стороны, временные скачки были не менее абсурдны. — Пф, бред какой-то, — видимо, такого же мнения был и Дэрил. — А как насчёт того, о чём ты говорила сначала. У нас тут куда чаще всякая дичь творится, ходячие кругом и психи всякие. Кроме того, ты сказала, что в то время как ты с нами неделями жила, у тебя там ночь всего лишь прошла. — А как давно мы с тобой в последний раз виделись? — поинтересовалась Кэрол. — Где-то недели две назад. У тебя сколько с тех пор прошло? — Часов двенадцать-пятнадцать, не больше. — Блин, ладно. Я это к чему. С тех пор, как я тебя тогда впервые встретил в лесу, я со всяким столкнулся. И меня не выбрасывало каждый раз в прошлое. — Может, не знаю, — Кэрол колебалась, понимая, что разговор переходит в ту зону, в которую ей меньше всего хотелось бы вступать. Вдаваться в подробности своих проблем она не желала. — Может, это должно быть какое-то личное потрясение. Что-то, что касается непосредственно тебя. Между моим первым попаданием сюда и вторым у вас здесь тоже прошло несколько недель, но вы не потеряли за тот срок никого из своих. А когда потеряли — в Тюрьме — тебя перебросило ко мне. Казалось, Дэрил глубоко задумался и ему требовалось время, чтобы переварить услышанное. Кэрол не стала больше ничего говорить, тем более что ей самой требовалось это время, чтобы упорядочить оставшиеся мысли. — Я думаю, — в конце концов вновь заговорила женщина, поскольку Дэрил так больше ничего и не сказал, — это неспроста, что я попадаю туда, где находишься или в скором времени должен находиться ты. И что ты, в свою очередь, оказался именно у меня дома. С каждым разом становится очевиднее, что это не совпадение. Но я пока не могу понять, почему так. Может быть ты был сейчас прав. Может быть стоит пытаться найти ниточки не через Рика, а через нас с тобой. Может мне правда стоит найти тебя в девяносто восьмом? Дэрил медленно повернул к ней голову и как-то странно посмотрел. Кэрол решила было, что он задастся вполне резонным вопросом, которым она сама задавалась — ну найдёт она его, а дальше что? Но мысли мужчины, как оказалось, шли совершенно в ином направлении. — Я далеко не из Санди-Спрингс, и в девяносто восьмом я тоже не был поблизости. Как ты собираешься провернуть целую поездку за спиной у своего этого… — Эд мне больше не помеха, — Кэрол хотела, чтобы эти слова прозвучали как можно более нейтрально, но вышло как-то жалко. Или нет? По крайней мере, реакция Дэрила вновь вышла за пределы её ожиданий. — Ты что… убила его? — спросил он, смотря на неё с какой-то смесью замешательства и недоверия. — Нет, конечно! — воскликнула Кэрол, усиленно стараясь спрятать поглубже те мысли, что загорелись в её выдернутом из сна сознании прошлой ночью, когда она стояла над мирно спящим мужем. — Ты наверное забыл, что в девяносто восьмом немного другие порядки. Дэрил отвёл взгляд, дёрнув плечом. — Просто я решила, что с меня хватит. Вот этого всего, — она неопределённо махнула рукой перед собой. — В каком-то смысле время, проведённое с вами, мне открыло глаза и заставило посмотреть на свою жизнь иначе. Сейчас с ним разбирается полиция. Я пока живу отдельно. Но это всё не так важно сейчас. — Да, — Дэрил резко поднялся с кровати и направился к своему рюкзаку, оставленному у стола. — Сейчас, раз ты здесь, раз ты цела и не собираешься умирать, важно подумать о том, как ты здесь будешь жить. Кэрол вскинула брови, удивлённая такой внезапной сменой направления разговора. Но, если закрыть глаза на нераскрытые тайны их ситуации, он был прав. По прошлому опыту можно было предположить, что здесь она надолго. В Терминусе показываться нельзя, в свободное плавание тоже пускаться неблагоразумно, пока она не располагает хоть какой-то информацией о том, как планирует перемещаться по округе группа Рика на своих вылазках. Так что для начала стоило обсудить более насущные вопросы — как им быть и как ей здесь жить?