Porcelain heart

Ｖｅｎｅｒｄì １９：５８ — Быстро все на сцену! — как обычно на повышенных тонах говорил Карабас. Нам пришлось всё также повиноваться этому гнёту со стороны Барабаса. И вот очередное выступление с участием меня и Арлекина. У него уже была паническая истерика перед сценой. Он на самом деле очень доброжелательная и добрая кукла волшебного мастера. Он с огромной мужественностью и внутренним противоборством унижал меня, смеясь при этом. Не делал бы он этого, толстяк давно бросил бы его в камин. Вот бы вернуться к нашему папе… Он так был добр ко всем нам… К примеру, когда он увидел, что Мальвина чувствует себя одиноко, он сделал для неё плюшевую живую собаку. Невероятный был человек. Но, увы, он умер уже давным-давно, а его внуки продали нас этому злому человеку, для прибыли и для потешения народа. У нас тоже есть сердце. Но с таким обращением оно на грани звонкого треска… И вот мы на сцене. Аплодисменты зрителей. Жестокое шоу начинается… Ｖｅｎｅｒｄì ２０：０２ Неужели это закончилось? Боже, какая же боль по всему телу… Но переключиться с боли помог запах горелого. Однозначно что-то горело. Я побежал внутрь по длинным коридорам на вид вроде бы маленького здания. Вонь шла из кабинета главнокомандующего. Я открыл дверь… Вся комната была в пламени. Карабас-Барабас сидел в своём кресле без признаков жизни. Наверное он умер от того, что надышался газом. Стоп… Мальвина. Все! Они ведь были в кладовке этой комнаты. Нет, я не могу просто так взять и убежать, возможно они ещё живы! Я обязан спасти хоть кого-то. Я побежал в пламя. Первый шаг, а я чуть не провалился. Второй шаг, на меня падает вешалка для одежды. Третий шаг, и мой грим начинает тонуть и чернеть. Четвёртый шаг, мои волосы подхватили пламя. Я не знаю как, но я добежал до двери. Я резко попытался отодвинуть дверь, так как естественно я не мог дотянуться до ручки двери. Она отодвинулась. Но я пришёл слишком поздно… Пламя добралось каким-то образом и сюда. Все они были с треском на теле. У всех чуть-чуь горела одежда, а Артемон до сих пор горел. Они все мертвы. Я слышу их крики в своей голове. Крики Мальвины громче всех. Все с опущенными головами на своих местах. У каждого из глаз вытекало что-то чёрное. Неужели это и есть наша жизненная сила, которая после смерти становиться такой? И почему всё выглядит так, будто никто и не пытался спастись… Я не могу больше на это смотреть. Должен спастись хотя бы я. Точно, Арлекин ведь ещё жив! Я надеюсь… Когда я пришёл туда, где я его оставил, его нигде не было. — Арлекин, ты где?! — кричал я. Но никто не отзывался. Я искал его везде, где ещё не было огня. Зрители давно разбежались с криками, но никто так и не вызвал спасателей. Мне оставалось только бежать отсюда, чтобы самому не стать кучкой осколков. Боль внутри мешала нормально бежать, а комок в горле нормально дышать. В глазах становилось всё темнее и темнее. Я терял сознание… Ｓａｂａｔｏ ０２：０４ Я очнулся. Голова трещала по швам. Где я? Я не умер? Как я здесь очутился? Вокруг было много деревьев. Похоже я в лесу… Но кто же меня сюда принёс? Или же это всё был сон? Так много вопросов, и так мало ответов… Почему этот лес мне очень знаком? Неужели… Нет… Этого просто не может быть… Я узнаю каждое дерево… Почему всё настолько знакомо? Недалеко должен быть старый домик моего папы… Мысли тянули в ту сторону, где по памяти был мой старый дом, но ноги несли в сторону яркого свечения. Приближаясь, я увидел пламя. Горел весь город. Все мои братья и сёстры. Все, кого я хоть раз видел на сидениях в чёртовом кукольным театре. Все сгорели заживо. «Когда-то у меня было говорящее полено. И я верю, что оно попадёт в руки достойного мастера, и из него получиться отличная кукла. Он должен будет спасти всех от любого гнёта и станет вместо меня следить за всеми вами, и помогать. Ему будет дарован ключ, и он найдёт нефритовый театр моих предков. Я надеюсь, человеком, который сделает эту куклу, будет мой внук Карло». Не исполнились твои слова, папа Карлос. Твой внук продал нас всех в рабство. Не пришёл твой спаситель и не спас нас всех. Всё сгорело дотла в огне. И у меня больше нет смысла теперь существовать. Единственным смыслом моей жизни было завещание папы и Мальвина. Я почувствовал и услышал звонкий треск внутри себя. Вот и кончилась моя сказка.