Tu me feras confiance?

      Просыпается Джин лишь к ночи, и то только из-за копошения откуда-то со стороны. Лениво потянувшись и наконец разлепив глаза он видит перед собой Тэхена, уже успевшего натянуть боксеры и который «бесшумно» слезает с кровати, то и дело кряхтя. Да, Джин, ты вчера явно неплохо постарался. – Ты куда? – хриплый ото сна голос старшего заставляет Тэхена испуганно замереть, затаив дыхание. – Я... Я подумал... – он волнуется и Джин решает, что так дело не пойдет. Тихонько поднявшись, он подбирается к Тэ сзади и обвивает его тонкую талию руками, прижимая ближе к себе и утыкаясь носом в шею. Он грудью чувствует, как быстро-быстро стучит сердце Тэхена, кожа покрывается мурашками, а сам он издает судорожный выдох. В голове Тэхена вспышками появляется все больше и больше «кадров» их жарких, испепеляющих все внутренности поцелуев, опаляющее дыхание куда-то в шею, а телом чувствует прикосновения горячих ладоней Джина, которые не так давно беспорядочно скользили по его тело. О шее и ключицах ему и вовсе было страшно подумать, ведь он наверняка знал, что сейчас она цвела багрового цвета бутонами, пустившие свои корни прямо в Тэ. – Ты подумал, что после всего должен будешь уйти? – заканчивает все же мысль за Тэхена старший и в ответ получает едва заметный кивок, – Ты можешь уйти, если хочешь. Но этого не хочу я. Давай кое-что проясним. Джин разворачивает в своих руках Тэ и замирает. Он готов отдать все, что у него есть, лишь бы видеть эти беспорядочно торчащие после сна волосы, большие и до одури красивые глаза, что смотрят прямо в душу и выворачивают ее наизнанку. Он готов душу дьяволу продать, лишь бы Тэхен смотрел на него снова, так невинно и с неким сомнением, будто это не он так сладко стонал, извиваясь в руках Джина. – Ты – свободный человек, почти, – все же продолжает свой неспешный монолог старший, подбирая нужные слова, чтобы правильнее все сказать и объяснить Тэхену, – Я знаю, что у Чонгука ты не считался за кого-то больше, чем за средство удовлетворения его потребностей. Я же забрал тебя к себе исключительно из-за того, что ты понравился мне. Ты правда удивительный. Я не отрицаю, что у меня было много тех, с кем я спал и не так много, с кем я встречался. Но ты – лучшее, что у меня есть. Еще никогда у меня не было такого сильного желания поцеловать кого-то, твои же губы я готов целовать сутки напролет. За пределы особняка я не выпускаю тебя по одной простой причине: теперь ты – мое слабое место, которым могут воспользоваться мои соперники по бизнесу. И да, я хочу просыпаться с тобой в кровати каждое утро. Я хочу нежно целовать тебя в губы, желая доброго утра, крепко обнимать, чувствуя бархат твоей кожи и валяться до последнего, пока мне не придется уезжать. Хочу проводить с тобой выходные за просмотром какой-нибудь мелодрамы или глупой комедии, а потом кормить тебя вкусным ужином, который я приготовлю специально для тебя. Я просто хочу быть с тобой. С каждым сказанным словом Тэхен все больше млел в руках Джина, в груди разливалось приятное тепло, а внутри порхали бабочки. Ему кажется, что он все еще спит, поэтому стоит парню закончить свою речь, как Тэ протягивает пальчик и неуверенно тыкает тому в щеку, проверяя на реальность. Переварив всю полученную информацию, он не до конца верит в услышанное. Его любят. Он важен и нужен. – Я тоже хочу все это, – выдавливает из себя Тэхен прежде чем навалиться на Джина всем телом, крепко обнимая. Джин заливается смехом, морща нос от смазанных чмоков счастливого Тэхена по всему лицу и сам обнимает его, продолжая шептать на ухо всякие милости. Он сам не узнает себя. Чтобы сам Ким Сокджин признавался в любви кому-либо и говорил ему, что он прекрасен – да кто угодно, услышав это, посмеялся бы. Но настоящая любовь творит чудеса, ведь сейчас именно это он и делает, упорно доказывая Тэхену, что он страшно красив. Споры о том, кто красивее прерывает уведомление о новом смс на телефоне Джина. Он тянется из-под Тэхена, который все никак не хотел с него слезать, и стоит ему открыть сообщение, как выражение лица принимает потерянно-злой вид, а смех младшего утихает, когда замечает, как меняется лицо Джина. Не все в жизни так гладко, как нам хотелось бы.